Читать книгу Пепел и руны - Дмитрий Вектор - Страница 3

Ингрид Норум не любила архивы. Пыль, плесень, запах старой бумаги – всё это напоминало ей о бренности. Но сейчас, сидя в подвале полицейского участка Форсхейма, она рылась в коробках с делами восьмидесятых годов, чувствуя странное возбуждение. Где-то здесь лежал ответ. Она знала это интуитивно, всеми фибрами души, наработанными за двадцать лет работы криминалистом.

Дело Сольберга должно было быть в коробке за 1987 год. Но его там не оказалось.

– Эрик, – позвала она в рацию. – Ты уверен, что дело хранится здесь?

– База данных указывает на архив Форсхейма, – ответил голос констебля с легким потрескиванием. – Папка номер 87-14. Должна быть в шестой коробке.

Ингрид пересмотрела шестую коробку дважды. 87-11, 87-12, 87-13, 87-15. Четырнадцатой не было. Пропуск в нумерации.

Она поднялась наверх, стряхивая пыль с брюк. В маленьком кабинете участка Ларс разговаривал по телефону с кем-то из Осло, Эрик печатал на компьютере. Ингрид постучала костяшками пальцев по столу, привлекая внимание.

– Дела нет, – сказала она, когда Ларс закончил разговор. – В архиве пропуск. 87-14 отсутствует.

Ларс нахмурился.

– Может, перепутали коробки?

– Проверила все. С 1985 по 1989-й. Нет нигде.

– Электронная копия? – предложил Эрик. – С 2010 года все старые дела сканировали. Должно быть в системе.

Ингрид села за компьютер, ввела номер дела. Система загружалась медленно – интернет в Форсхейме был паршивым. Наконец появился результат: «Дело 87-14. Исчезновение Бьёрна Сольберга. Статус: закрыто. Файлы доступны».

Она кликнула на ссылку. Экран мигнул, появилось окно с ошибкой: «Файл повреждён. Невозможно открыть».

– Попробуй другой браузер, – посоветовал Эрик.

Ингрид попробовала. Та же ошибка. Она скачала файл на рабочий стол, попыталась открыть напрямую. Документ открылся, но внутри был только цифровой мусор – нечитаемые символы, обрывки текста, чёрные квадраты вместо фотографий.

– Это не повреждение, – сказала она медленно. – Это удаление. Кто-то стёр содержимое, но оставил оболочку файла, чтобы не вызывать подозрений.

Ларс подошёл, посмотрел через её плечо.

– Когда это могли сделать?

– Судя по метаданным, файл последний раз редактировался в 2018 году. Октябрь, двадцать третье число. – Ингрид открыла свойства файла. – Пользователь: администратор. IP-адрес локальный, прямо из этого участка.

– Семь лет назад, – пробормотал Ларс. – Кто тогда служил?

Эрик полистал какие-то бумаги.

– Начальник участка Йохан Стиг. Ушёл на пенсию в 2020-м. Два констебля – Ханс Олсен и Кристиан Мюллер. Олсен умер в прошлом году. Мюллер переехал в Берген, работает в частной охране.

– Найди Мюллера, – приказал Ларс. – Позвони ему. Узнай, что он помнит о деле Сольберга.

– Он вряд ли знал о нём, – возразила Ингрид. – Мюллер пришёл в полицию в 2015-м. Дело закрыли в 87-м. Разница почти тридцать лет.

– Тогда Стиг. Где он сейчас?

– Живёт здесь, в Форсхейме. – Эрик нашёл адрес. – Улица Кирхегата, дом семь. Дом с синими ставнями, у залива.

Ларс взял куртку.

– Поедем. Ингрид, с тобой. Эрик, продолжай копаться в базе. Может, есть бэкапы файлов. Старые резервные копии.

Дом Йохана Стига оказался аккуратным, выкрашенным в красный цвет, с ухоженным садиком. На крыльце сидел сам хозяин – крупный мужчина лет шестидесяти пяти, с седой бородой и добрыми глазами. Строгал что-то из дерева, щепки падали к ногам.

– Господин Стиг? – окликнул Ларс, подходя к калитке.

– Да. А вы Хансен, новый инспектор. – Стиг отложил нож, встал. – Слышал, что в реке нашли труп. Старый?

– Очень. 1987 года. Бьёрн Сольберг.

Лицо Стига не дрогнуло, но Ингрид заметила, как он сжал кулаки.

– Значит, всплыло, – сказал он тихо. – Я знал, что однажды это случится.

– Вы знали? – резко спросил Ларс. – Знали, что он мёртв?

– Предполагал. – Стиг сел обратно на крыльцо, устало. – Тогда, в 87-м, я был простым констеблем. Только год как служил. Дело вёл участковый Йонас Мон. Старый, опытный. Он сказал – закрываем, и мы закрыли. Я не спорил. Не имел права.

– А сейчас имеете? – вмешалась Ингрид. – Право рассказать правду?

Стиг посмотрел на неё долгим взглядом.

– Правда? – Он усмехнулся горько. – Правда в том, что я трус. Всегда был. Мон сказал мне: «Парень, забудь об этом журналисте. Он сунул нос не туда, и его убрали. Хочешь так же – продолжай задавать вопросы». Я испугался. Мне было двадцать три. Я хотел жить.

– Кто убрал? – Ларс присел рядом на ступеньку. – Кто убил Сольберга?

– Не знаю. Честное слово. Но знаю, что это не один человек. Это группа. Общество. Они существуют здесь очень давно. Столетия, может быть. Следят за порядком, как они говорят. Хранят тайны.

– Какие тайны?

Стиг помотал головой.

– Не скажу. Не могу. У меня жена, внуки. Я не хочу, чтобы они оказались в реке рядом с Сольбергом.

Ингрид села с другой стороны, заглянула ему в глаза.

– Йохан, вы столько лет носите это в себе. Вину. Страх. Позвольте нам закончить это. Помогите нам.

Стиг молчал долго. Потом встал, пошёл в дом. Вернулся с конвертом. Протянул Ларсу.

– Это всё, что я сохранил. Копии. Сделал тайком, когда Мон не видел. Хранил на чердаке тридцать восемь лет. Думал, когда-нибудь пригодится. – Его голос дрожал. – Теперь ваша проблема. Я свою часть отдал.

Ларс открыл конверт. Внутри – фотографии, ксерокопии документов, рукописные заметки. Фото Сольберга, живого, улыбающегося, у гостиницы. Фото его машины, брошенной у дороги. Заметки с допросов – скудные, односложные ответы местных жителей. И ещё одна фотография, отдельно. Чёрно-белая, размытая. Группа людей в тёмных одеждах, стоящих в круге. В центре – что-то на земле. Тело? Ингрид не была уверена.

– Что это? – спросила она.

– Нашёл у Мона в столе. Он прятал её. Когда спросил, что это, он сказал: «Ритуал. Они проводят его раз в семь лет. Выбирают жертву». Я не поверил тогда. Подумал, старик свихнулся. Но потом Мон умер. Внезапно. Инфаркт, сказали врачи. Но я видел его накануне – здоровый был, крепкий. И понял: его тоже убрали. Потому что он знал слишком много.

– Семь лет, – повторил Ларс. – 1987-й. Следующий цикл – 1994-й?

– Не знаю. Я больше не следил. Не хотел знать. Перевёлся в 1995-м в другой город, отслужил там десять лет. Вернулся в Форсхейм только в 2005-м, когда стал начальником участка. Но про тех дел никогда не спрашивал.

Ингрид листала документы. Что-то здесь было важное, ключевое. В протоколе допроса пастора Магнуса Аслаксена было записано: «Сольберг приходил в церковь, спрашивал о старых исчезновениях. Я посоветовал ему уехать. Больше я его не видел». Дата допроса – 12 июня. За два дня до исчезновения.

– Пастор, – сказала она вслух. – Он всё знает. Наверняка.

– Он часть их, – кивнул Стиг. – Аслаксен служит здесь с 1975-го. Видел всё. Но никогда не говорил. Церковь молчит. Всегда молчала.

Ларс собрал документы обратно в конверт.

– Спасибо, Йохан. Это храбрый поступок.

– Храбрый? – Стиг усмехнулся. – Запоздавший. На тридцать восемь лет. Если бы я заговорил тогда, может, Сольберг был бы жив. Может, ещё кто-то был бы жив. Но я молчал. И теперь живу с этим.

Они уехали, оставив старика на крыльце. Ингрид молчала всю дорогу до участка, обдумывая услышанное. Ритуал раз в семь лет. Жертва. Общество, которое существует столетия. Это звучало как бред, как конспирология. Но скелет в реке, вырезанная руна, исчезнувшие файлы – всё это было реальным.

В участке Эрик встретил их взволнованно.

– Нашёл! – Он показал экран ноутбука. – Резервная копия базы данных. Хранилась на старом сервере, который списали в 2019-м. Я восстановил доступ через техподдержку.

На экране было дело 87-14. Полное, неповреждённое. Ингрид села читать.

Протоколы допросов. Показания свидетелей. Описание места, где нашли машину Сольберга. И главное – заключение расследования, написанное Йонасом Моном: «На основании опроса жителей и осмотра места установлено: Бьёрн Сольберг добровольно покинул Форсхейм. Признаков насильственных действий не обнаружено. Дело подлежит закрытию».

Но ниже, в примечаниях, была строчка, которую кто-то попытался замазать, но в цифровой копии она сохранилась: «Свидетель А.Б. утверждает, что видела Сольберга вечером 13 июня у старой церкви в лесу. Требуется проверка».

– Свидетель А.Б., – пробормотала Ингрид. – Кто это?

Эрик пролистал дальше.

– Астрид Берг. Местная жительница. На момент событий ей было пятьдесят три года. Жила на улице Стрёмвей, дом двенадцать.

– Живёт до сих пор? – спросил Ларс.

– Нет. Умерла в 1989-м. – Эрик показал запись в базе. – Утонула. Тело нашли в той же реке, где сегодня Сольберга. Заключение: несчастный случай.

Тишина повисла тяжёлая, давящая. Ингрид почувствовала, как мурашки пробегают по коже.

– Ещё одна жертва, – сказала она. – Астрид видела что-то. Рассказала полиции. И через два года её убили.

– Старая церковь в лесу, – повторил Ларс. – Где она?

– Есть только одна, – ответил Эрик. – В трёх километрах к северу от города. Заброшенная. Построена в тринадцатом веке, перестала действовать в 1920-х. Сейчас там руины.

Ларс посмотрел на часы. Половина шестого вечера. Темнеет быстро.

– Завтра утром поедем туда, – решил он. – Сейчас уже поздно. Ингрид, продолжай изучать дело. Эрик, найди всё, что можно, об этой старой церкви. Историю, планы, упоминания в документах.