Читать книгу Философия для чайников. Искусство наслаждаться мышлением - Герасим Авшарян - Страница 20

В какой-то момент философия перестаёт быть только разговором с другими и становится разговором с собой.

Не потому что человек замыкается, а потому что внешний мир больше не даёт готовых ответов.

Августин одним из первых превращает философию во внутренний диалог. Он пишет о памяти, времени, сомнении так, будто разговаривает с собственной душой. Его «Исповедь» – не трактат и не проповедь, а попытка услышать себя. Мысль здесь не спорит. Она вслушивается.

Этот внутренний разговор становится формой поиска.

Августин задаёт вопросы не миру, а себе. И через себя – миру.

В Средние века философия снова обретает коллективный голос. Университеты, диспуты, комментарии. Мысль обсуждается публично. Но диалог не исчезает. Он просто меняет форму. Фома Аквинский ведёт бесконечный разговор с Аристотелем, с богословами, с возражениями, которые он сам же и формулирует. Его тексты построены как внутренний спор, аккуратно разложенный по шагам.

С началом Нового времени диалог становится ещё более личным. Декарт обращается к самому себе. Он проверяет каждую мысль, будто разговаривает с внутренним собеседником, которому нельзя соврать. Его метод – это последовательный диалог разума с самим собой.

Паскаль продолжает эту линию, но делает её более напряжённой. Он колеблется между верой и сомнением, величием и ничтожностью человека. Его мысли звучат обрывками, заметками, фрагментами. Это уже не система, а живая внутренняя речь.

Позже философия снова выходит наружу. Просвещение делает диалог общественным. Кант вступает в разговор со всей традицией сразу. Он задаёт вопросы о возможностях разума, о морали, о свободе. Его философия – это диалог между тем, что мы хотим знать, и тем, что можем знать.

В девятнадцатом веке диалог обостряется. Гегель превращает его в движение. Мысль сталкивается с самой собой, отрицает себя, переходит на новый уровень. Диалог здесь становится процессом развития.

А у Кьеркегора философия снова возвращается к одиночному голосу. Он пишет под псевдонимами, спорит сам с собой, показывает, что истина не всегда принадлежит системе. Иногда она принадлежит существованию.

Философия постепенно понимает, что мышление невозможно в одиночестве и невозможно без одиночества.

Мы думаем, разговаривая с другими.

И думаем, оставаясь наедине с собой.

Диалог с миром требует открытости.

Диалог с собой требует честности.

И именно между этими двумя движениями философия продолжает жить.