Читать книгу Я выбираю себя - Ильвир Ирекович Зайнуллин, Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 6

Самые опасные отношения — это те, которых на самом деле нет. У них нет названия, нет статуса, нет начала и, как ни странно, часто нет и конца. Они не требуют решений, не обязывают, не ограничивают. Они просто существуют… где-то между. И именно поэтому из них сложнее всего выйти. Потому что ты не можешь потерять то, чего у тебя никогда не было. Но при этом теряешь себя — полностью.

Мы никогда не обсуждали, кто мы друг другу. Ни разу. Не было этого разговора, которого так боятся и так ждут одновременно. Не было «давай попробуем», не было «мы вместе», не было даже намёка на определённость. И, казалось бы, это должно было насторожить. Должно было остановить. Должно было заставить задать вопрос. Но я выбрала другое.

Я выбрала молчать.

Потому что пока нет разговора — есть надежда. Пока не задан вопрос — можно не услышать ответ, который разрушит всё. Я жила в этом «неопределённо», как в безопасной зоне. Хотя на самом деле это была самая опасная территория из всех возможных.

Мы общались так, будто, между нами, что-то есть. Иногда ты писал тепло. Иногда — даже слишком. В твоих словах появлялась лёгкая забота, редкие шутки, моменты, когда мне казалось: вот оно. Вот сейчас всё станет настоящим. Я ловила эти моменты, как доказательства. Сохраняла их в памяти, возвращалась к ним, когда становилось холодно.

Потому что холод возвращался всегда.

Ты мог исчезнуть сразу после тёплого разговора. Без причины. Без логики. Без перехода. И это сбивало сильнее всего. Потому -что, если человек всегда холодный — к этому можно привыкнуть. Но когда он иногда тёплый — ты начинаешь ждать этого тепла. И именно ожидание делает тебя уязвимой.

Я жила на контрасте.

На редких вспышках «почти любви».

И этого оказалось достаточно, чтобы я осталась.

Иногда я представляла, как это выглядело бы со стороны. Девушка, которая ждёт сообщений. Которая радуется короткому «как ты?» больше, чем реальным событиям в жизни. Которая боится задать прямой вопрос, потому что ответ может всё разрушить. Это выглядело… жалко.

Но внутри это ощущалось иначе.

Внутри это казалось важным. Настоящим. Значимым. Потому что чувства были реальными. Боль — настоящей. Привязанность — глубокой. И какая разница, что у этого не было названия, если это влияло на меня сильнее, чем любые «официальные» отношения?

Я оправдывала это тем, что «всё сложно». Что «не всегда можно сразу». Что «люди разные». Я придумывала взрослые объяснения для ситуации, которая на самом деле была до боли простой.

Если человек хочет быть с тобой — он с тобой.

Без «почти».

Без «потом».

Без «не сейчас».

Но я не принимала эту мысль. Потому- что, если принять — придётся уйти. А я не была готова.

Я цеплялась за детали. За интонации. За случайные слова, которые можно было интерпретировать как интерес. Я жила в режиме постоянного анализа. Каждое твоё сообщение разбиралось на части. Каждое «смс» становилось поводом для размышлений. Я искала подтверждение тому, что между нами есть что-то большее.

И иногда… находила.

Но только потому, что очень хотела найти.

Я не замечала главного: всё это существовало только в моей голове. В моей интерпретации. В моём желании видеть больше, чем есть на самом деле. Потому что реальность была слишком тихой. Слишком пустой. Слишком честной.

В реальности мы не были вместе.

В реальности ты не выбирал меня.

В реальности я была просто частью твоего времени. Не главной. Не важной. Просто… одной из.

И знаешь, что самое болезненное?

Я это чувствовала.

Не понимала — именно чувствовала. Где-то глубоко внутри было это тихое знание. Оно не кричало. Не требовало. Оно просто было. Как фон. Как постоянное напряжение, которое не даёт расслабиться.

Но я игнорировала его.

Потому что признать это — значит признать, что я сама остаюсь там, где меня нет.

Я сама выбираю «почти», когда могу выбрать «ничего» и сохранить себя.

Но «ничего» пугало сильнее.

Потому что «почти» даёт иллюзию, что ты не одна.

Даже если на самом деле — одна.

И я держалась за это «почти» изо всех сил.

Не понимая, что именно оно

медленно и очень точно разрушает меня.