Читать книгу С тобой что-то не так - Ильвир Ирекович Зайнуллин, Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 9

Тишина бывает разной. Раньше я никогда об этом не задумывался — тишина просто была отсутствием звуков, паузой между словами, чем-то нейтральным, почти незаметным. Но теперь я начал различать её оттенки. Есть тишина спокойная, в которой можно отдохнуть. Есть тишина неловкая, когда не знаешь, что сказать. А есть другая — тяжёлая, вязкая, как будто она не просто окружает тебя, а проникает внутрь, заполняет всё пространство и не оставляет воздуха. Именно такая тишина теперь была связана с ним.

Я снова открыл нашу переписку и попытался взглянуть на неё иначе — не как на последовательность сообщений, а как на разговор, в котором слова были только частью смысла. Важно было то, что между ними. Паузы. Промежутки. Моменты, когда он не писал. Потому что именно там, в этих пустотах, и скрывалось то, что я тогда не заметил.

Я начал считать. Неосознанно, почти машинально. Сколько времени проходило между его сообщениями. Сколько — между моими. И чем дальше я углублялся, тем яснее становилось: его тишина не была случайной. Она не была просто занятостью или усталостью. Она была… осознанной. Как будто он что-то ждал. Или кого-то.

В одном из диалогов он исчез на три дня, а потом вернулся с коротким: «Извини, не мог писать». Я тогда даже не спросил, почему. Сейчас же это «не мог» звучало слишком точно, слишком определённо. Не «не было времени». Не «был занят». А именно — не мог. Как будто ему не позволяли. Или он сам себе запрещал.

Я прокрутил дальше и заметил ещё одну деталь, от которой внутри стало не по себе. В некоторые дни он писал только в определённое время — поздно вечером или глубокой ночью. Почти никогда днём. Сначала это казалось совпадением, но чем больше я смотрел, тем очевиднее становился ритм. Как будто днём он… не мог быть на связи. Или не хотел, чтобы его видели онлайн.

Я откинулся на спинку стула и закрыл глаза, пытаясь сложить всё в одну картину. Его редкие сообщения. Его паузы. Его странные фразы. Его звонки, на которые я не ответил. И теперь — его тишина, которая перестала быть просто отсутствием слов и превратилась в знак. В сигнал. В предупреждение, которое я тогда не распознал.

Телефон лежал рядом, и я снова почувствовал это странное напряжение, как будто он был не просто устройством, а чем-то большим — каналом, через который кто-то наблюдает за мной. Я резко взял его и открыл чат с тем номером.