Читать книгу Самые обыкновенные необыкновенные приключения из детства второй половины прошлого века - - Страница 10

Лето тысяча девятьсот семьдесят второго года было очень засушливым. Всё Подмосковье было в дыму и пожарах. До какого-то момента нашу деревню Высокое и другие, как в то время они официально назывались, Знаменского сельсовета (я иногда писал письма домой в Москву, и для меня было очень сложно записать правильно весь адрес: Смоленская область, Угранский район, Знаменский сельсовет и так далее) счастливо пожары не беспокоили. Но вот однажды они добрались и до нас.

Мы с Андреем сидели на терраске на его участке и пили чай. Вдруг мы услышали, как по деревенской дороге кто-то пробежал с криками: «Пожар! Пожар!». Мне показалось, что это был голос Сюпы, хотя, может быть, это был не он. Мы с Андреем тут же выскочили с терраски и забыли про недопитый чай.

– Где горит? Что горит?! – крикнул Андрей в сторону удаляющейся фигуры то ли Сюпы, то ли кого-то другого из пацанов.

Пацан ничего не ответил, скорее всего, он даже не услышал Андрея. Но зато его услышал сосед дядя Федя, дом которого был через дорогу и который в это время сидел на крыльце и курил папиросу.

– Ольховка горит, – спокойно сказал дядя Федя, подумал и добавил: – Вот деревенские пацаны побежали тушить, как будто без них не справятся.

Ольховка – это было такое местечко за березняком, который располагался за дорогой на Красное. До березняка было метров сто, а до Ольховки, наверное, больше километра. Мы посмотрели в сторону Ольховки, но ничего не увидели.

– Побежали посмотрим! – предложил Андрей.

Он был сильно возбуждён, а его глаза горели огнём, может быть, тем самым, который сейчас бушевал в Ольховке.

– Сидите дома, – сказал нам дядя Федя, увидев, что мы направились в сторону предполагаемого пожара, – пожарных уже вызвали.

– Кто вызвал? – спросил я, но ответа ждать не стал, потому что Андрей уже побежал вперёд, и я рванул за ним.

Добежав до дороги, мы всё равно не увидели пожара. Побежали дальше. Миновав березняк, мы побежали вниз (местечко называлось Ольховкой потому, что там росла в основном молодая ольха, и располагалось оно в низине) и только тогда увидели пожар. Это был самый настоящий лесной пожар! Языки пламени крутились по молодым деревьям и устремлялись в высоту. Поскольку стояла жара, лес горел практически без дыма.

В гуще пожара мы увидели прыгающие фигурки. Когда мы подбежали ближе, то поняли, что этими фигурками были деревенские и московские ребята, которые в то время были на каникулах (как и мы с Андреем) в деревне. Все они были раздеты до пояса и своими рубашками пытались сбивать пламя. На ходу мы с Андреем тоже сняли с себя рубашки и ринулись в гущу событий. Мы стали хлестать рубашками по деревьям, которые либо уже горели, либо только начинали тлеть. Вскоре мы с Андреем были окружены огнём, но не сдавались. Где-то нам удалось победить огонь, а где-то он разгорался вновь. К нам на помощь подоспели те ребята, которые уже затушили свои участки огня. Это были Вова Дмитриев, самый старший среди нас, Сюпа (всё-таки мимо нас с криками о пожаре пробежал он), Джон (Женя Лисицын), Юрбас (Юра Кузнецов), Джоник (его фамилию я то ли забыл, то ли не знал), Юкон и Кил (с ними читатель уже знаком).

С этими ребятами мы то дрались, то вместе играли, но теперь все стали заодно и пытались отстоять наш лес, в котором пропадали с утра до ночи.

Мы продолжали бить по огню своими рубашками, которые на самом деле давно превратились в тряпки, и никто в тот момент не думал, как нам влетит дома, когда мы вернёмся без одежды. Мы боролись, мы сражались! Не знаю, чем бы всё завершилось, скорее всего, огонь победил бы нашу дружную, но немногочисленную армию, но в этот момент меня обдало с головы до ног водой.

Я сильно удивился и посмотрел наверх, думая, что это пошёл дождь. Но небо было абсолютно чистым и голубым. Тем не менее меня, да и всех ребят, снова окатило водой.

– Пожарные! – радостно закричал Андрей.

Действительно, когда я обернулся в ту сторону, откуда прилетала вода, я увидел красную пожарную машину и пожарного со шлангом, который направлял струю воды из него прямо на нас.

– Ура! – закричал я.

– Ура! – закричали ребята.

К нам спешили другие пожарные, в руках у которых были красные вёдра, как я узнал потом – с песком, и маленькие топорики, тоже с красными ручками. Все пожарные были в специальных касках и защитных, как я тоже узнал позже, комбинезонах, сделанных из негорючего брезента.

Андрей хотел было кинуться вместе с пожарными в самое пекло, но кто-то из пожарных схватил его за руку и оттащил назад.

– Куда? – крикнул пожарный. – Всё, что могли, вы сделали. А теперь домой!

Андрей обиженно засопел. Я подошёл к нему, держа в правой руке комок материи, который совсем недавно был моей рубашкой.

– Ну вот, – вздохнул Андрей, – приехали… Мы бы и без них справились.

– Конечно, справились, – сказал оказавшийся неожиданно рядом с нами ещё один пожарный. – Но с нами-то побыстрей будет, как думаете?

Он посмотрел на нас и добавил:

– Ладно-ладно, давайте к нашей машине. Сейчас мы тут всё закончим и подвезём вас до деревни.

– Правда? – обрадовался Андрей.

– Точно, – сказал пожарный.

Мы с Андреем подошли к пожарной машине. Возле неё уже стояли остальные ребята. Некоторые из них были перепачканы сажей. Но все были очень довольны тем, как мы сражались с огнём.

Пожарный оказался прав. Минут через пятнадцать пожар в Ольховке был полностью потушен. Пожарные свернули шланг, собрали свои принадлежности и отнесли всё это в машину. Мы стояли рядом.

«Неужели натрепал, что прокатят на пожарной машине?» – с тоской подумал я.

Когда пожарные всё собрали, к нам подошёл один из них. Наверное, командир. Мы стояли перед ним по пояс обнажённые, мокрые от воды, которой они нас окатили, перепачканные и чумазые. Все молчали. Наконец главный пожарный обвёл нас всех взглядом и сказал:

– Ребята! Спасибо вам большое за помощь! Мы бы без вас ни за что не справились.

Мы продолжали молчать. Пожарный продолжил:

– Я очень рад, что у нас подрастает такая замечательная смена!

Мы понимали, что нас хвалят и надо, наверное, что-то сказать в ответ, но сейчас нам больше всего хотелось залезть внутрь пожарной машины, а попросить об этом было как-то неудобно.

Пожарный ещё раз обвёл нас взглядом и сказал:

– Ну а теперь все в машину и едем в деревню!

Мы молча кинулись в раскрытую дверь пожарного автомобиля и, толкая друг друга, один за другим вскоре оказались внутри. Дверь закрылась, машина газанула, мотор издал надсадный звук, и мы поехали.

– А сирена? – спросил Андрей у сидевшего рядом с ним пожарного.

Тот улыбнулся в ответ и толкнул в плечо водителя. Водитель переключил какой-то тумблер, и раздался оглушительный вой пожарной сирены.

Мы ехали в деревню на пожарной машине под вой сирены, и я очень хорошо себе представлял, как на крыше автомобиля ярко мигают синие огни.

«Вот сейчас подъедем к дому, вот все обалдеют!» – подумал я и тоже улыбнулся.

Это был самый счастливый момент самого счастливого дня.