Читать книгу Когда лес дышит - - Страница 2

Лес у посёлка Ветлужки был старше всех, кто там жил. Он начинался сразу за речкой и тянулся до самых холмов. В нём не было зверей – только тишина, от которой сводило уши. Местные называли его Молчаливым лесом. Ни птицы, ни даже комара. Только ветер и шаги – иногда чужие.

Тропа, ведущая вглубь, существовала сколько себя помнили жители. Узкая, утоптанная, словно кто-то ходил по ней каждую ночь. На деревьях вдоль неё висели таблички, старые, облупленные: “НЕ ХОДИТЬ”. Деревянные, прибитые к стволам ржавыми гвоздями. Утром они выглядели по-разному: то новые, то почерневшие от времени. Будто кто-то менял их ночью.

Лесник по имени Прохор жил неподалёку, в старом домике на опушке. Высокий, крепкий мужчина лет пятидесяти, с густой бородой и усталыми глазами. Он часто ходил к тропе, но никогда не ступал на неё. Только проверял таблички, бормоча что-то себе под нос.

– Это не я их ставлю, – говорил он, когда ребятишки из посёлка расспрашивали. – Сами появляются. А я только следую за ними.

– Кто их ставит?

– Лес. А кто же ещё?

Слухи ходили разные. Одни говорили, что Прохор с ума сошёл после пожара двадцатилетней давности, когда сгорела экспедиция, забредшая слишком глубоко. Другие – что он хранитель чего-то старого, что живёт под землёй.

В начале сентября в посёлок приехали двое студентов – Лера и Даня. Им поручили писать курсовую про исчезнувшие деревни и местные легенды. Они услышали про “Молчаливый лес” и решили туда сходить.

– Да брось, – смеялся Даня, глядя на облупленные таблички. – Кто-то просто балуется.

– Но почему каждую ночь новые? – неуверенно спросила Лера.

– Может, лесник и ставит, ему скучно.

Они пошли к дому Прохора. Старик открыл дверь после долгого молчания, и в доме пахло сыростью и дымом.

– Не ходите туда, – сказал он сразу, даже не дав им заговорить. – Я же вижу, зачем пришли.

– Мы просто хотим сфотографировать таблички для работы, – улыбнулся Даня.

– Таблички – не главное. Главное – кто за ними стоит.

Прохор налил себе чаю, потом посмотрел на ребят:

– Каждый, кто идёт по той тропе после заката, слышит шаги за спиной. Они становятся всё ближе, пока не догонят. Только никто не знает, кто там идёт. Те, кто возвращались, говорят, что потом долго слышали стук гвоздей по ночам. Будто кто-то прибивает им табличку на сердце.

Лера невольно поёжилась.

– А если днём пройтись?

– Днём тропы нет, – ответил он тихо. – Проверяйте.

Они переглянулись, думая, что лесник просто пугает. Но утром, когда они пришли, тропы и правда не было. Только заросли, будто её никогда не существовало. Лишь к вечеру, когда солнце клонилось, между кустами проступила узкая полоса утоптанной земли, ведущая в чащу. И свежие таблички – ровные, с чёткой надписью “НЕ ХОДИТЬ”.

Даня усмехнулся:

– Отлично! Снимем парочку кадров и пойдём обратно.

Они сделали несколько снимков, пока не заметили, что таблички ведут всё дальше, будто показывая путь. Лера почувствовала холод, хотя воздух стоял тёплый.

– Может, хватит? – сказала она.

– Да подожди, мне нужно хоть немного внутрь пройти!

Даня шагнул вперёд, переступил через очередную табличку и замер. За спиной хрустнула ветка. Он обернулся – никого. Лера стояла на месте.

– Ты слышала?

– Нет…

Он снова сделал шаг, и тишина стала вязкой. Воздух будто сгустился, звук шагов глухо отдавался отовсюду. Лера позвала его, но он не ответил. Таблички позади начали дрожать – будто по ним кто-то проходил рукой.

Лера бросилась вперёд, но вдруг всё исчезло. Тропа, таблички – всё. Только лес вокруг, густой, одинаковый. Она звала Даню, пока не охрипла. Потом заметила: на ближайшем дереве висела свежая табличка. Криво прибитая, с каплями свежей смолы. На ней было выжжено не “НЕ ХОДИТЬ”, а “НЕ ЗОВИ”.

Она закричала и побежала обратно, как могла. Выбежала к поляне только под утро. Лесник уже ждал у калитки.

– Где он? – спросил он без удивления.

– Я… я не знаю… Он просто… исчез…

– Значит, тропа выбрала нового смотрителя.

Лера не понимала. Он отвёл взгляд, устало снял шляпу.

– Каждой тропе нужен тот, кто знает, куда она ведёт. И кто будет предупреждать других. До вчерашнего дня этим был я. Но теперь…

Он протянул ей молоток и горсть старых гвоздей.

– Если услышишь ночью стук – иди. Таблички сами покажут дорогу. Только не пытайся вернуться.

Лера уехала из посёлка через день. На вокзале она слышала, как вдалеке, за деревьями, глухо звучал молоток. Каждый удар эхом отдавался в груди.

Через неделю в газете появилась короткая заметка:

“Лесник Прохор найден мёртвым на тропе у Ветлужек. На груди – выжженная надпись «НЕ ХОДИТЬ». Рядом – свежие таблички и следы женских ботинок.”

Жители говорят, что теперь таблички появляются каждую ночь снова. Только почерк у них другой – аккуратный, ровный. И если прислушаться, среди ночного леса можно услышать, как кто-то тихо стучит молотком.

А утром тропы снова нет.