Читать книгу Сюжеты из кабинета - - Страница 4

Франция, Тулуза, конец XI-го века. В 1075-ом году у барона Луи де Ребваля родились близнецы. Первый малыш получил имя Жан, совершенно неожиданно появившийся второй был назван Жаком. Через некоторое время графиня призналась мужу, что в первую неделю после родов был случай, когда кормилица забыла, из каких колыбелей были взяты дети, и теперь она не уверена, что Жан это «Жан», а не «Жак». Близнецы были похожи как две капли воды и, по сути, ничего страшного в этом сомнении не было, если бы не правила майората, в соответствии с которыми феод наследовал старший сын¹. Но богобоязненный Луи де Ребваль в открывшихся обстоятельствах боялся допустить несправедливость. В этом смысле отсутствие непререкаемости устоев майората на юге Франции сыграло ему на руку. С поощрения представителей Римской католической церкви все большее распространение в этом регионе получало наследование по завещанию². Таким образом граф успокоился, что в дальнейшем при выборе наследника он будет вправе поступить по собственному усмотрению, а может быть, и господний промысел подскажет ему правильный выбор. В фамильном замке близнецы де Ребваль росли, окруженные любовью и заботой. Как и все отпрыски мужского рода в аристократических семьях того времени они обучались владению оружием и верховой езде, грамоте и языкам, конечно, преподавалось им и слово божие. Жан и Жак оказались прилежными способными учениками – они научились виртуозному владению мечом, копьем, луком и алебардой, стали прекрасными наездниками, говорили, читали и писали на нескольких языках. Наличие набожности, пожалуй, единственное, чего не удалось добиться несмотря на все усилия их глубоко верующему родителю. Правда, ее отсутствие близнецы благоразумно скрывали от религиозного отца.

Осенью 1095-го года на Клермонском соборе папа Урбан II провозгласил Первый крестовый поход, призвав христиан освободить Иерусалим от власти мусульман, вернуть христианскому миру Святую землю и Храм Гроба Господня. Луи де Ребваль восторженно воспринял это известие. Сам он был староват для походной жизни, но сыновья, по его мнению, просто обязаны были принять участие в этом эпохальном событии. Он даже решил, что таким образом сам Господь предоставляет ему критерий для выбора наследника. А потому граф велел Жану и Жаку отправляться в поход и торжественно объявил им, что будущим хозяином фамильного феода станет тот из них, кто проявит больше мужества и отваги в битве с неверными, приложит больше сил и стараний в освобождении и сохранении христианских святынь. Так в одно прекрасное утро 1096-го года близнецы в сопровождении небольшого отряда выехали из ворот замка и вскоре присоединились к хорошо вооруженному ополчению под командованием маркграфа Раймунда Тулузского.

Три года провели братья в рискованном военном вояже, пока не оказались у стен святого города. В 1097-ом объединенное войско норманнских, французских и германских рыцарей, переправившись через Босфор, высадилось в Азии. Захват Никеи в 1097-ом и осада Антиохии в 1098, осада и успешный штурм Маарры в декабре 1098-го. Во всех этих кампаниях близнецы приняли активное участие. Не один десяток поверженных в бою сарацин был на счету у каждого из них. Наконец в июне 1099-го крестоносцы добрались до конечной целевой точки похода – Иерусалима. Отряды Раймунда Тулузского, в числе которых находились и братья де Ребваль, укрепились на горе Сион с южной стороны от городских стен, на севере расположились войска Роберта Нормандского, на востоке разбил лагерь Роберт Фландрский, а на западе стояли части Готфрида Бульонского и Танкреда Тарентского. 13-го июня начался первый штурм города, который был отбит обороняющимися войсками эмира Ифтикара ад-Даулы. Затем был вызвавший недоумение и ярость мусульман крестный ход христианских воинов вокруг стен Иерусалима³. Решающий штурм города начался утром 14-го июля. На следующий день атаки с помощью осадных башен с северной и западной сторон закончились успехом штурмующих, через частично разрушенные стены в город хлынули потоки христианских воинов, а южные ворота, видя всю бесполезность дальнейшей обороны, открыли сами осажденные. 15-го июля 1099-го года Иерусалим пал. Начались резня и разграбление города. Погибла большая часть населения, в основном мусульмане и евреи. Относительно уцелевшей оказалась лишь южная часть Иерусалима, которую заняли отряды французских крестоносцев под предводительством Раймунда Тулузского. С помощью местных жителей крестоносцы отыскали одну из важнейших христианских реликвий – Животворящий Крест, на котором в свое время распяли Иисуса, что вызвало небывалый религиозный подъем в рядах христианской братии. Во второй половине августа большинство крестоносцев, посчитав священный долг исполненным, покинуло Иерусалим и отправилось на родину.

Обо всех этих событиях в подробностях рассказал своему растроганному и встревоженному отцу Жан де Ребваль по прибытии в родовой замок. Но прежде он поведал графу о гибели своего брата и получении Жаком из рук потомка апостола Филиппа⁴ очень важной христианской святыни. Накануне возвращения на родину они встретились с Жаком и решили в последний раз перед отъездом прогуляться по городской стене, чтобы на прощание обозреть окрестности Иерусалима. Взволнованно Жак рассказал ему, что сегодня утром дед Геулы – молодой еврейской женщины, в доме которой он квартировал, передал ему нечто совершенно удивительное. Его зовут Бен-Ами Мехлис, он христианин из рода апостола Филиппа, последний хранитель одной христианской реликвии. Эта святыня – плащаница, которой был обернут снятый с креста Иисус. Несмотря на то, что Христос был уже мертв и тщательно обмыт, на материи в местах нанесенных ему при жизни ран появилась кровь, и это истинное чудо. Бен-Ами специально спрятался, когда воины эмира искали местных христиан, чтобы выдворить за городские стены перед самой осадой Иерусалима. Он хотел, чтобы святыня оказалась в нынешнем центре христианского мира и покинула стены города, находящегося в пределах мусульманского влияния, а потому, зная, что Жак завтра отправляется на родину, передал ему реликвию. Они шли по стене, Жак шел на несколько метров впереди. Вдруг он споткнулся и упал вправо в сторону внешнего ограждения. Но в этом месте оно было разрушено при штурме, и Жак упал со стены, разбившись насмерть. Жан был слишком далеко, чтобы удержать брата.

Со слезами на глазах выслушал Луи де Ребваль рассказ сына, благоговейно целуя переданную ему Жаном плащаницу. Он сказал, что просто Спаситель забрал лучшего из них, стремившегося сохранить память о его страданиях в миру, а Жан, доставив святыню, благополучно завершил миссию. И слава Господу, что у него остался сын, который со временем станет его наследником! Уже на следующее утро парадно одетый граф Луи де Ребваль торжественно и трепетно вез святым отцам христианскую реликвию, явленную христианскому миру благодаря его сыну, погибшему в священном городе.

В рассказе отцу о событиях в Иерусалиме Жан де Ребваль кое-что опустил. Например, историю своего посещения дома Геулы сразу после гибели Жака. Едва Жан переступил порог, как к нему с объятиями бросилась красивая статная брюнетка. Через некоторое время поняв, что вошедший вовсе не Жак, она резко отпрянула назад. Слова о том, что он брат-близнец Жака, а последний недавно трагически погиб, упав с городской стены, вызвали у женщины слезы горя. Впрочем, вскоре Жан сумел получить ответы на все интересующие его вопросы. Она рассказала, что стала любовницей Жака буквально со дня его поселения в доме. Никакого Бен-Али она никогда не видела, какой-то дед у нее, безусловно, был, но его женщина, к сожалению, не знала. Геула поведала, что недавно Жак был очень впечатлен всеобщим ликованием в связи с находкой Животворящего Креста. В тот вечер Жака как-будто осенило, когда он увидел ее обернутую в ткань после омовения. На следующий день он явился домой с большим прямоугольным куском старой светлой материи, протертой в некоторых местах почти до дыр, и небольшим сосудом с красной жидкостью, напоминающей кровь. К ее удивлению Жак расстелил на полу материю, а затем, точечно нанеся жидкость из принесенного сосуда на свое обнаженное тело, лег на полотно и, сложив руки на низ живота, велел ей запеленать его в ткань. После этого он, подождав, когда жидкость на полотне высохнет, аккуратно свернул материю и поместил в кожаную сумку. Через минуту она вынесла сверток и подала его крестоносцу, после чего он вышел вон. Умолчал Жан, конечно, и том, что Жак де Ребваль упал со стены совсем не случайно.

1. В соответствии с бытовавшей в Европе того времени традицией старшим из близнецов считался появившийся на свет последним, поскольку он якобы был зачат раньше.

2. С одной стороны, сказывалось возрастающее влияние римского права, per contra – католические священники привлекались в качестве гарантов исполнения завещания, а часть завещаемого имущества шла в пользу церкви.

3. Одному из монахов приснился погибший в прошлом году под Антиохией епископ Адемар Монтейльский, который пророчествовал, что Иерусалим падет, если крестоносцы совершат крестное шествие вокруг городских стен. На совете епископов и военачальников 6 июля было принято решение провести крестный ход.

4. Апостол Филипп – один из двенадцати учеников Иисуса. Родом из Вифсаиды, одного города с апостолами Андреем и Петром. После Вознесения Иисуса проповедовал в Галилее и Греции.