Читать книгу Дракон и его Мальчик - - Страница 3

– Летим! – потребовал этот наглючий мальчишка, взобравшись ко мне на спину.

Ну, вот, стоило две минуты его не сожрать, и на тебе, пожалуйста! Типичный человек! Да я моргнуть не успел, как он вскарабкался, цепляясь за мои роговые выросты, и устроился на моей спине, перекинув через нее седло!

– Для начала, седло закрепи! – ехидно посоветовал я. – А не то свалишься!

Получилось правда с непривычки нечто вроде «Дл`нач`сдло репи». Слишком долго я не пользовался человеческим языком. Старшие драконы могут, надо только натренировать особым образом связки и язык. Но все равно говорить на человеческом трудно. Драконий язык куда певучей! Вот: «Граа-агрр-рых!» – например! «Как красивы сегодня цветы!» Или «Ауррр назмарраннух!» Это, пожалуй, переводить не буду, а то еще услышит Терейнис. Но если вам однажды весьма чувствительно наступят на хвост, можете это сказать.

Мальчишка поспешно соскользнул с моей спины и завозился под животом, пытаясь стянуть широкие ремни металлической пряжкой. Проблема была в том, что рассчитано это седло на драконов гораздо мельче меня. Подростков, вроде самого Терейниса. Иннуа еще влез бы, с трудом, а вот я – едва ли. Мальчишка пыхтел-пыхтел и, наконец, выбрался из-под меня, вытирая пот.

– Может, без седла попробуем? – предложил он жалобно. – Ремни не сходятся, а другого у меня нет!

«Без седла?». Это была бы музыка для моих ушей, будь у драконов уши. Я аж встрепенулся. Не хотелось мне в небо тащить на себе седло, словно лошади какой. Хотя с другой стороны… Я пристально оглядел Терейниса.

– Удержишься? – усомнился я.

В ответ мальчик снова взобрался мне на спину и храбро ухватился за покрывавшие ее костяные наросты. Сидеть на голой чешуе ему наверняка было неудобно, она гораздо тверже мягкой кожи оставшегося на земле седла. Но Терейнис не жаловался. Он отважно приготовился взлететь в небо вместе со мной.

«Тоже мне, выискался Небесный Спутник!» – фыркнул я про себя, оглянувшись на его вдохновенное от предвкушения лицо и тощую жилистую шею, которую не помешало бы хорошенько отмыть.

Оттолкнувшись от земли, я расправил крылья и плавным рывком устремился в небеса. Еще миг, и вот я уже кружил над скалами, подставив крылья ветрам, чтобы мягко планировать, пока мальчишка на моей спине заходился в вопле то ли ужаса, то ли восторга. Похоже, второе, судя по нетерпеливо застучавшим по моим бокам пяткам. Каков наглец, а!

Развернувшись почти вертикально, я рванул ввысь, совершенно не заботясь о своем седоке. Свалится, не продержавшись и пары минут, значит, не достоин он быть моим Всадником! Пусть даже и понарошку… Расплата пришла немедленно. Сначала мою ногу обожгла боль, а затем я почувствовал рывок натянувшейся до предела цепи. Проклятье! Совсем забыл об этом! Я отчаянно захлопал крыльями, пытаясь выправиться в воздухе, но без толку. Не удержав равновесие, я падал. Причем на спину!

Визг Терейниса стоял в моей голове, когда я очнулся. Пронзительный и громкий, словно стадо баранов, которых режут одновременно. Это был предсмертный вопль ужаса мальчишки, которого я подвел. Подвел? Да я ничего ему и не должен был… Так, решил использовать в своих целях, да не вышло… Я с трудом сфокусировал взгляд и посмотрел на свою лапу. Кажись, сломана! Больно-то как! Попытался подняться на трех оставшихся. И лишь тогда сообразил, что очнулся я, лежа на животе. Сородичи что ли перевернули, пытаясь вытащить из-под меня размазанную лепешку, совсем недавно звавшуюся Терейнис?

Я нехотя огляделся. Да уж, неприятное будет зрелище, что и говорить. Прожив слишком долго с людьми бок о бок, начинаешь невольно воспринимать их как почти что сородичей. Таких, каких сам бы загрыз с удовольствием. Но, тем не менее, вид их мертвых детенышей меня не радует. Что бы ни говорил Иннуа.

Окровавленной лепешки из плоти и доспехов нигде не было. Молодые драконы приземлились обратно вместе со своими седоками и уставились на меня, предусмотрительно держась чуть поодаль. Те, что постарше, подошли ближе. Но тоже выдерживали дистанцию. Подойти ко мне в такой миг вплотную, зная мой вспыльчивый нрав, решился бы разве что Иннуа.

Так, где же все-таки Терейнис? Неужели… он все еще подо мной? Скривив морду от отвращения, я приподнялся и взглянул на окровавленные камни, изрядно поцарапавшие мой живот. Нет, вроде бы нету… Неожиданно откуда-то сверху и сзади раздался испуганный вопль.

– Ты меня сейчас уронишь! – завопил кто-то подозрительно знакомым голосом.

Вывернув шею, я пораженно уставился на свою спину. На ней сидел Терейнис. Вполне себе целехонек, только волосы встали дыбом и глаза большие-большие, полные ужаса.

– Я тебя что, спас? – спросил пораженно, вспомнив, как пытался зачем-то извернуться в полете, отчаянно скребя когтями воздух.

– Ну да! – беспечно ответил мальчишка. – Конечно! Ты же мой Небесный Спутник!

Я молча лег обратно и уронил голову на лапы. В глазах потемнело от боли. Определенно одна лапа была сломана.

На следующее утро меня разбудил бодрый голос Терейниса, эхом расходившийся от сводов моей пещеры.

– Просыпайся, Ладирьехо, я принес тебе целебный отвар! – жизнерадостно сообщил мальчишка.

Я нехотя приоткрыл один глаз. Правая лапа болела. Вчера мой Бесполезный Спутник не придумал ничего лучшего, чем раздобыть где-то деревяшку и приладить к пострадавшей лапе при помощи ремней, позаимствованных с седла. По его словам, это должно было помочь ей срастись. Как по мне, так это только мешало баюкать поврежденную конечность! Теперь еще вот… целебный отвар, приготовленный людишками! Да я уж лучше сразу яду выпью! Чем лакать неизвестно что из тяжелой деревянной бадьи, которую приволок Терейнис!

Подозрительно принюхавшись к буро-зеленому содержимому бадьи, я презрительно фыркнул.

– Не стану я это пить! – заявил свирепо.

– Хотя бы пару глотков! Так твоя лапа быстрее заживет! – затараторил Терейнис. – Я за этот отвар отдал почти все свои деньги! И еще, я тебе вот что принес!

С этими словами мальчишка снял со спины тяжелый заплечный мешок. Мешок был немногим меньше самого Терейниса. Юнец вытащил из него несколько копченых кусков мяса, весьма солидных, надо признать. Хотя, конечно, мне все равно на один зуб. Ну, на два.

– Я подумал, ты ведь не сможешь теперь охотиться некоторое время. Раз я твой Небесный Спутник, значит, буду приносить тебе пищу, – смущенно заявил юнец, глядя на меня снизу вверх.

Усмехнувшись, я ударил хвостом об пол пещеры. Так, что сталактиты над нашими головами угрожающе задрожали. Мне-то ничего не будет, шкура дубовая. А вот ему черепушку такой сталактит раскроит запросто.

– Как я, по-твоему, охотился, сидя на цепи? – ехидно вопросил я.

Тар нахмурился, пытаясь разобраться в моей речи. Прозвучало и впрямь, как набор разрозненных звуков. Пришлось повторить, старательно выговаривая каждое слово. Терейнис кивнул, дескать, так понятней.

– И… правда, как? – озадаченно нахмурился мальчишка. – Так ты охотишься только на тех овец и коз, что забредают к самой твоей пещере?

С тех пор, как драконы стали служить людям, те позаботились о том, чтобы в наших владениях всегда паслось вдоволь диких стад. Никто за ними особо не следит – кроме драконов. Мы-то регулярно облетаем подножие наших скал с другой стороны от города. Там раскинулись зеленые луга, полные сочной травы, где пасутся овцы. Чуть поодаль стоит лес, где мы охотимся на диких зверей. А горные козы, ясное дело, живут вместе с нами на скалах. Они и правда иногда забредают почти что к моей пещере. По крайней мере, так близко, чтобы даже на цепи я смог достать их. Столь глупые представители копытных попадаются мне примерно раз в несколько месяцев. Иногда чаще, но это почему-то подозрительно совпадает со временем, когда на территории племени живет Иннуа.

– Мне приносят пищу мои сородичи! – мрачно усмехнулся я. – Тебе бы найти себе другого Спутника Небес, парень! Зачем тебе нужен дракон, который сидит на цепи? Да еще со сломанной лапой.

Сам не знаю, как умудрился это сморозить! Ведь если Терейнис последует моему совету, то тогда все унижения, что я вынес, пустив его к себе на спину, будут напрасными!

– Ни за что! – побагровев, отрезал мальчишка. – Между прочим, я уже поговорил с Советом Старейшин и попросил их освободить тебя!

– Ну и как результат? – я язвительно изогнул надбровную дугу.

Получилось почти так же, как это делают люди. С маленькой поправкой на строение тела. У меня нет волосатых бровей. У драконов над глазами расположены маленькие роговые выросты, обеспечивающие дополнительную защиту на случай удара. Когтями к примеру. Коготь зацепится за вырост или соскользнет.

Мальчишка опустил голову.

– Да пока что не очень. Они говорят, что я смогу освободить тебя, лишь когда вернутся Эльн и Иннуа. А до тех пор придется тебе посидеть на цепи…, – расстроено проговорил Терейнис.

– Понятно. Они хотят, чтобы Иннуа присмотрел за мной, – усмехнулся я. – Надеются, он не даст мне убить никого из человечишек!

Терейнис застыл, уставившись на меня испуганно.

– Так мы для тебя… человечишки? – обиженно спросил он, как назло верно разобрав в моем неразборчивом бормотании все пропущенные согласные. – И я тоже?

– А мы для вас кто? Лошади с крыльями? – отрезал я, развернувшись к нему хвостом. – И вообще, убирайся вон из моей пещеры, покуда не сожрал! Я спать хочу!

Терейнис ушел, обиженно бормоча что-то себе под нос. Посидев для приличия еще немного задом к выходу, на случай, если щенок надумает вернуться, все-таки развернулся обратно. Мясо и бадью с отваром мальчишка оставил. Недовольно фыркнув, я обнюхал зелено-коричневую жижу еще раз. Хуже не будет.

Терейнис выступал перед Советом старейшин впервые в жизни. Для этого ему пришлось войти в священный круг и поведать старейшинам Золотого Города обо всем, что произошло во время Церемонии Выбора. Мальчик говорил убежденно, стараясь показать им, какой Ладирьехо хороший. Он знал, конечно, что у доставшегося ему дракона дурная репутация. И еще, что он один из самых старших драконов в племени, что заключило когда-то Договор с Энсиром. Наверное, Лад был старше доброй половины присутствующих в Священном Зале, даже вместе взятых.

Старейшины изумленно качали увенчанными сединой головами. Некоторые привстали со своих мест, чтобы не упустить ни единого слова. Они сидели на четырех ярусах вокруг священного круга, куда вышел Терейнис. Те, что располагались на специальных золоченых деревянных тронах первого яруса, были самыми пожилыми и почтенными, правившими Золотым Городом много лет. Те, что сидели повыше, были младше и попали в совет относительно недавно. Некоторые церемонию Принятия в Совет проходили даже на памяти самого Терейниса.

– Невероятно! – произнес один из старейшин, сидевших в самом низу, возле священного круга. – Неужели сам Ладирьехо кого-то выбрал? Я уж думал, этого никогда не случится. Все-таки, он – предводитель драконов.

– Я тоже слышала, что он придерживается Старых Порядков, – подтвердила изумительно красивая женщина лет сорока с роскошной гривой иссиня-черных волос, величаво восседавшая на четвертом ярусе.

Терейнис знал, кто она. Туана, легендарная всадница, сражавшаяся вместе со своей драконицей Эллербет с северными захватчиками. Говорят, они вдвоем сумели отбить атаку целого отряда!

– Это неправда, – тихо сказал мальчик. – Лад спас мою жизнь. Когда он упал из-за того, что забыл про цепь, то развернулся так, чтобы я оказался сверху, и из-за этого еще сильнее пострадал сам. Но не сделай он так, я бы не выжил.

Среди старейшин воцарилось молчание. Они переглядывались друг с другом, в задумчивости теребя седые бороды и складки белоснежных одеяний. Лишь Туана и еще несколько наиболее молодых старейшин предпочитали привычные кожаные доспехи всадников.

Постепенно молчание сменилось волной шепотков, переросших в лавину обсуждений. Терейнису с трудом удавалось выхватить из поднявшегося гула отдельные фразы.

– Да он его просто сожрет! – было, пожалуй, еще самым безобидным, что многие старейшины думали о Терейнисе и Ладирьехо.

Многие откровенно опасались, что самый сильный дракон племени может напасть на город.

– С другой стороны, если Ладирьехо сделал Выбор во время Церемонии, мы не можем просто отмахнуться от этого, – заметила Туана. – Что на это скажут его сородичи? Продолжат ли они соблюдать Договор, если мы его нарушим?

Ее поддержал нестройный хор голосов. Но все равно их было слишком мало на взгляд Терейниса.

– Он спас мою жизнь! Рискуя собой! – решил вновь напомнить спорившим Тар. – Что может послужить лучшим доказательством его намерений?!

– Мальчик прав, – задумчиво проговорил верховный старейшина Тлун, восседавший на своем мраморном троне напротив Терейниса, возле самой границы священного круга. – Если мы не примем такое доказательство, то что тогда сможет убедить нас? Ладирьехо придется оставаться на цепи вечно. А драконам уж точно не понравится, если мы оставим их предводителя в неволе.

Старик поднялся со своего места и сделал несколько шагов, войдя в круг к Терейнису. В его обычно строгих голубых глазах Тар уловил сочувствие и теплоту. Верховный старейшина и сам когда-то был драконьим наездником. Он понимал, как глубока и нерушима связь с Небесным Спутником. Насколько Терейнису важно происходящее. Ведь от решения совета старейшин зависела не только судьба Ладирьехо, но и его собственная.

– Пока что слишком опасно освобождать Ладирьехо, – вынес верховный старейшина Тлун свой вердикт. – Тебе придется набраться терпения, Терейнис. Ты получишь ключ от оков своего дракона, когда Иннуа и его Небесный Спутник вернутся в город из патруля. Только золотому дракону под силу хотя бы помешать их предводителю, если тот задумает нам отомстить. Да и в любом случае, тебе лучше воздержаться от полетов, пока у твоего дракона не заживет лапа.

Терейнис едва поверил своим ушам. Он победил! Они разрешили ему освободить Ладирьехо. Пусть не сейчас, а через несколько месяцев. Верховный старейшина прав, лапе его дракона все равно нужно зажить! Самое главное, что они согласились освободить Лада!

Кажется, на радостях, последнюю фразу он произнес вслух, потому что когда старейшины уже принялись расходиться, Туана грациозно спустилась со своего четвертого яруса в священный круг, где с улыбкой до самых ушей застыл счастливый Терейнис, и легонько коснулась его плеча, выведя из оцепенения.

– Советую никогда не называть своего дракона «Ладом», – мягко проворковала старейшина. – На их языке это значит «лягушонок».