Читать книгу Спираль, которая помнит - - Страница 5

Письмо от Игоря я открыл не сразу.

Оно лежало во входящих два дня, помеченное жирным, как всё важное, что старательно откладывается «на потом». Я видел тему краем глаза: «Командировка. Объект № 17». Каждый раз, когда курсор случайно задерживался на этой строке, в груди поднималась знакомая тяжёлая волна.

«Узел», – напомнил голос.

Я сделал вид, что не слышу.

На третий день отложить стало уже неприлично. Я сидел за рабочим столом, вспоминая мамино «жить надо дальше» и своё же обещание не бежать от себя, и наконец щёлкнул по письму.

Текст был предсказуемым.

«Добрый день. В связи с необходимостью провести аудит условий труда и безопасности на объекте нашего партнёра (ООО “…”), прошу вас выехать на площадку в четверг. Задача – изучить текущие регламенты, фактическое состояние, дать заключение и рекомендации. Ничего сложного. Стандартный выезд. Жду отчёт в течение трёх рабочих дней после возвращения. С уважением…»

Ничего сложного.

«Ничего сложного», – тихо повторил голос. – «Так обычно начинается всё, что потом долго вспоминают».

Я провёл пальцами по тачпаду, перечёл письмо ещё раз. Внизу висел прикреплённый файл – краткое описание объекта. Завод. Несколько корпусов. Старый фонд с частичной реконструкцией. Высотные участки. Сложные маршруты. Лестницы.

Там и тогда внутри что-то щёлкнуло.

Картинка, всплывшая в голове, была короткой, как плохо обрезанный фрагмент видеозаписи.

Лестничный пролёт. Металлические ступени с сетчатой поверхностью. Слева нет перил, только низкий бортик. Чья-то нога в тяжёлом ботинке соскальзывает на краю решётки. На долю секунды тело зависает над пустотой. Потом – рывок вниз, удар, чужой крик.

Запах железной пыли и дешёвой краски ударил в нос так, будто я стоял там сам.

Я моргнул, и офис вернулся на место.

Монитор. Стол. Коллега, ругающийся вполголоса на какой-то отчёт. Игорь в переговорке, говорящий по громкой связи о планах на квартал.

Я закрыл глаза и медленно досчитал до пяти.

Когда открыл, письмо никуда не делось.

– Ты хочешь сказать, – спросил я, – что это тот самый завод?

«Я хочу сказать, что это один из витков того же узла», – ответил голос. – «Как ты его назовёшь, не так важно. Главное – ты туда всё равно поедешь».

– С чего ты взял, что “всё равно”? – проворчал я. – Можно отказаться. Сослаться на загруженность. Заболеть.

«Можно», – согласился он. – «Это будет тоже выбор. Только не думай, что тогда лестница исчезнет. Она просто достанет тебя из другой жизни. Позже. Жёстче».

Я ненавидел его за то, что он был прав именно в те моменты, когда особенно хотелось, чтобы он ошибался.

В этот момент к моему столу подошёл Игорь.

– Ты письмо видел? – спросил он без прелюдий.

– Видел, – кивнул я.

– Отлично, – сказал он, даже не пытаясь скрыть, что другого ответа и не ждал. – Объект несложный. Да, старый фонд, но они уже часть лестниц поменяли, поставили ограждения, привели кое-что в порядок. Нам нужно просто посмотреть, чтобы всё совпадало с бумажками. Ты у нас по таким вещам внимательный – это плюс.

«Поставили ограждения», – эхом повторил внутренний голос. – «Интересно, до или после первого падения».

– Там были инциденты? – спросил я вслух, прежде чем успел себя остановить.

Игорь слегка удивлённо поднял бровь.

– В смысле? – переспросил он.

– Ну… – я пожал плечами. – Старый фонд, высотные участки. Были случаи травматизма?

Игорь поморщился, как человек, который не любит слово «травматизм» в принципе.

– По официальной статистике всё в пределах нормы, – сказал он. – Пара лёгких, пара средних. Ничего критичного. Они как раз и хотят показать, что всё держат под контролем. Нам важно это зафиксировать. Понимаешь?

Я кивнул.

Понимал.

Фраза «в пределах нормы» всегда звучала так, словно речь шла не о живых людях, а о процентах брака в партии деталей.

– В четверг выезжай, – добавил он. – Машину закажем от офиса. На месте тебя встретит их инженер по охране труда. Марина. Ты с ней уже в переписке был, если смотрел вложения.

Я ещё не смотрел.

Когда Игорь ушёл, я открыл прикреплённый файл. Среди сухих таблиц и схем глаза зацепились за строчку: «Контактное лицо: инженер по ОТ и ТБ, Марина Круглова».

Я набрал в почте её фамилию. Всплыло цепочка писем – кратких, деловых, без воды.

«Добрый день. Приложила действующие регламенты и схемы. В четверг вас встречу у проходной в 10:00. Доступ на все основные участки согласован».

Подпись была стандартной: должность, номер телефона, логотип предприятия. Никаких смайлов, никаких лишних слов.

«Она уже знает, куда мы идём», – заметил голос.

– В смысле? – подумал я.

«Люди, которые работают с безопасностью на таких площадках, всегда знают», – сказал он. – «Даже если наверху предпочитают делать вид, что всё “в пределах нормы”».

Четверг неумолимо приближался.

В ночь перед выездом сны были особенно тяжёлыми.

Сначала – снова лестница. Но не та, металлическая. Другая, бетонная, в подъезде старого дома. Я – ребёнок, бегущий вниз слишком быстро. Подошва соскальзывает на мокрой ступени, в руках что-то стеклянное, оно летит вперёд и бьётся о пол. Крик сверху: «Смотри под ноги! Я же говорила!»

Потом – заводской пролёт, но уже изнутри. Я – мужчина в спецовке. Руки заняты, перила оставить не за что. Кто-то зовёт снизу, отвлекает. Шаг в сторону, на край ступени. Металл под ногой слегка пружинит. В груди вспыхивает тот самый тупой страх, когда понимаешь, что баланс уже потерян, а времени исправить нет.

Я проснулся за минуту до будильника, с ощущением, что падал весь остаток ночи.

«Подъём», – тихо сказал голос. – «Сегодня мы идём смотреть на то, что уже было».

Волосы на руках встали дыбом от этой фразы, хотя воздух в комнате был тёплым.

Дорога до завода заняла чуть больше часа.

Водитель, которого заказали из офиса, молчаливый мужчина лет пятидесяти, слушал радио про пробки и иногда ругался себе под нос. За окном лениво тянулись промзоны, склады, серые коробки торговых центров, кучки гаражей.

Я смотрел в окно и ловил время от времени странные уколы узнавания.

Вот узкая дорога, прижатая к жёлтому кирпичному корпусу. Вот маленький киоск с кофе у проходной другого предприятия. Вот перекрёсток, на котором машины всегда чуть не успевают на жёлтый. Всё это я видел впервые. И в то же время нет.

«Ты не обязан каждый раз искать этому объяснение», – сказал голос. – «Иногда достаточно признать: да, ты уже ходил по этому маршруту. Кто-то из твоих. Или ты сам. На другом витке».

– Успокаиваешь, – пробормотал я.

«Предупреждаю», – поправил он.

Завод встретил нас стандартным набором: серые корпуса, дымящиеся трубы, шум где-то в глубине территории, въезд с будкой охраны.

У проходной действительно стояла женщина.

Она держала в руках папку с документами и периодически поглядывала на часы. На ней была куртка с логотипом завода, волосы собраны в хвост, лицо спокойное, но с тем типом усталости, который редко появляется от одной только работы с бумагами.

Я вышел из машины и представился.

– Александр, – кивнула она. – Очень рада, что вы приехали. Марина, инженер по охране труда, как написано в письме. – Она приложила к губам край перчатки, что-то вспоминая. – Нам важно, чтобы вы всё увидели своими глазами. Бумаги – это хорошо, но… – она махнула рукой в сторону корпусов. – Но тут лучше один раз пройтись.