Читать книгу Тени под куполом. Город под куполом. Книга 2 - - Страница 6

Я вышла за круг света. Лес встретил меня прохладой и тишиной. Там не было криков, не было смеха, не было радости. Только ночь и звёзды.

И там, в темноте, я впервые позволила себе выдохнуть.

Я ушла дальше от костров, туда, где шум голосов гас, и оставалась только река. Её плеск был тихим, но уверенным, будто она знала больше, чем люди. Я опустилась на колени у воды, поглядела на отражение. Вода колыхалась, и в ней я увидела себя – не такой, какой знала раньше. Глаза были другими. Не только цвет, не только блеск. В них жило то, что я сама боялась назвать.

Я прикоснулась к браслету на руке – к тому самому, что оставила мне мать. Холодный металл, потёртый временем. Казалось, он давно мёртвый, просто кусок железа. Но в эту ночь он ожил.

Едва я провела пальцами по граням, он вспыхнул тусклым светом. Внутри – будто ожила память. И я услышала голос. Не голос купола, не шёпот тьмы, а тихий, тёплый шёпот женщины.

– Лена…

Моё сердце сжалось.

– Мама? – я прошептала, и горло перехватило.

Свет в браслете дрогнул, и перед глазами мелькнуло изображение – смазанное, как тень в воде. Лицо. Её лицо. Ольга. Я узнала его, хотя помнила плохо, почти не видела никогда. Но кровь знала.

– Лена, – повторила она, и её губы дрогнули в улыбке. – Ты должна жить. Что бы ни случилось – жить.

Я протянула руку, но образ растаял, как дым. Остался только холодный металл на коже и пульс в висках.

Я упала на траву, прижала браслет к груди и долго не могла дышать.

«Ты не ошибка», – прошептал кто-то внутри меня. Может, это был голос матери. Может, купола. Может, моё собственное безумие. Но слова жгли, будто ожог.

Я сидела у реки до тех пор, пока не услышала шаги за спиной. Тихие, осторожные.

– Я знал, что найду тебя здесь, – сказал Мик.

Я не обернулась.

– Ты всё слышал?

– Нет. Но видел, что браслет светился. – Он сел рядом, положил руку на траву. – Что это было?

Я покачала головой.

– Я не знаю. Но это… это была мама.

Он молчал. Потом тихо сказал:

– Если она оставила тебе знак, значит, знала, что ты дойдёшь до этого.

Я посмотрела на него. Его лицо было уставшим, исцарапанным, но в глазах жила искра.

– Я боюсь, Мик, – призналась я. – Боюсь себя.

Он сжал мою ладонь.

– А я боюсь потерять тебя. Но я всё равно рядом.

Я отвернулась, потому что в горле стоял ком.

Мы сидели так долго. Вода текла, звёзды горели. А потом он сказал то, что я боялась услышать:

– Лена, ты уже не такая, как все. Они это видят.

Я молчала. Потому что он сказал правду.

Утро началось с крика.

Я проснулась от того, что племя шумело. Голоса были громкие, злые, в них звенела сталь. Из шатра я выбежала к кострам и увидела, как двое мужчин сцепились друг с другом. Один кричал:

– Она ведьма! Она убила стражей взглядом! Завтра она убьёт и нас!

Другой держал его за горло, и в голосе его был яростный восторг:

– Она спасла нас! Без неё ты бы уже гнил в городе!

Они дрались, и люди вокруг не останавливали. Наоборот – подзуживали. Одни кричали: «Правильно!» Другие: «Она проклята!»

Я застыла, не в силах двинуться. В их глазах я видела огонь. Половина видела во мне спасение. Половина – угрозу.

Огнар шагнул в круг. Он ударил обоих – одного кулаком, другого ногой, и они рухнули. Его голос был как камень:

– Тише!

Толпа замерла.

– Она – наше оружие. – Его взгляд был тяжёлым. – Кто не хочет идти рядом с ней – может уйти к куполу и ждать смерти там.

Никто не ответил. Никто не ушёл. Но напряжение осталось, как дым после костра.

Тайра подошла позже. Она посмотрела на меня, и её глаза были полны тревоги.

– Ты видишь, что творится? – спросила она.

– Да, – сказала я.

– Это только начало. – Её голос был тихим, но в нём звучала сила. – Они не боятся города так, как боятся тебя. А страх всегда ищет, куда ударить.

Я закрыла глаза. Я слышала её, но ещё сильнее я слышала шёпот. Купол не замолчал. Его голоса становились громче. Они лились в мои уши, как вода.

Ты – мост. Ты не одна. Скоро ты увидишь нас всех.

Я сжала браслет на руке. Он был холоден. Но где-то глубоко я знала: это правда. Так в раздумьях и тревожных мыслях прошел день.

Ночь пришла тихо, но тишина эта была обманчива. Костры трещали, дети спали, но никто из взрослых не засыпал по-настоящему. Слишком свежи были потери. Слишком громко звучали слова Огнара. Слишком остро в сердцах жила память о том, что я сделала.

Я лежала у костра, закрыв глаза, но сна не было. Каждый раз, когда я их опускала, я снова видела то, что произошло у ворот: страж, выгнувшийся в агонии, его глаза, красные линзы, превращающиеся в угли. Его крик, который не должен был звучать, потому что он машина, но он звучал. И этот крик был живым.

Я открыла глаза, и мир дрогнул. Над головой висело небо, тёмное, глубокое. Звёзды горели, и между ними пролегали пустые полосы, как шрамы. Я смотрела вверх и пыталась убедить себя, что это всего лишь звёзды. Но небо жило своей жизнью. Оно дышало.

Смотри вверх, – сказал шёпот.

Я резко поднялась. Голос был отчётливый, сильнее прежнего. Это не был только купол. Он звучал шире, глубже, будто весь мир говорил со мной.

Я вышла из круга света, туда, где тьма становилась плотнее. Трава хрустела под ногами, воздух был холодным и влажным. Я шла к реке, но остановилась раньше, потому что увидела это.

Над Москвой висела тень.

Она не была похожа на облако. Слишком чёткие линии. Слишком правильная форма. Геометрическая, словно кто-то нарисовал её на небесах. Она не двигалась, не дрожала, и это было ещё страшнее. Облака текут. Дым плывёт. Даже купол мерцает. Но эта тень висела неподвижно, как печать.

Я смотрела на неё, и сердце моё билось так громко, что казалось, его слышит весь лес.

– Что это? – шепнул Мик, появившись рядом. Он тоже поднял голову, и его глаза расширились. – Я… я не понимаю…

Я не ответила.

Тень была далека, но я чувствовала её близость. Она смотрела на нас. Не глазами – присутствием. Будто в ней скрывался разум, который знал больше, чем любой человек, чем любой город.

Мы здесь, – сказал голос. Уже не купол. Уже не мать. Уже что-то иное. – Мы смотрим.

Я сжала браслет на руке. Металл был горячим, как будто пульсировал. И в голове пронеслась мысль: может быть, он и был ключом, связью, ниточкой к этой тени.

Мик взял меня за руку. Его пальцы дрожали.

– Лена, скажи, что это просто облако.

Я посмотрела на него. Его лицо было бледным, глаза горели страхом. И я не смогла соврать.

– Нет, – сказала я. – Это не облако.

Он отшатнулся, будто мои слова ударили сильнее, чем сама тень.

Племя тоже увидело её. Один за другим люди выходили из-под костров, поднимали головы. Кто-то крестился по-своему, кто-то падал на колени. Женщина закричала:

– Это знак! Это проклятие!

Другой крикнул:

– Это боги!

Толпа зашумела, и в этом шуме был ужас. Никто не знал, что это значит. Но все чувствовали: прошлая жизнь начала меняться.

Огнар вышел вперёд. Его глаза блестели отражённым светом костра, но голос оставался твёрдым:

– Тихо! – рявкнул он. – Это не боги. Это не проклятие. Это враг. И враг будет повержен так же, как город.

Но даже его слова не погасили дрожь. Люди слушали, но в глазах их горел страх, и этот страх был сильнее любого приказа.

Тайра подошла ко мне. Её лицо было спокойным, как всегда, но в глазах я видела то, чего никогда раньше не видела: тревогу.

– Это они, – сказала она тихо. – Те, кого старики называли «Небесными».

– Ты знала? – спросила я.

– Я слышала легенды, – ответила она. – Но легенды не должны оживать.

Я снова подняла голову. Тень не исчезла. Она висела, как нарочно, чтобы мы смотрели. Чтобы я смотрела.

Мир качнулся. Земля под ногами стала зыбкой, будто я стояла не на траве, а на воде. Я знала, что впереди – больше, чем купол, больше, чем город.

И в этот момент я поняла: всё только начинается.