Читать книгу Дагон, или Все вампиры – зануды! - - Страница 2

«Требуется вупырь. Оплата кровью, золота нема!»

Хорошее объявление, честное. Жаль, работодатель неплатежеспособный!

Я почесала голову, перечитала криво начертанные руны, намалеванные на прибитой к двери дощечке. Откликнуться что ли? С другой стороны, запас еды у меня ещё есть, а вот времени катастрофически не хватало. Да и голову ломать, действительно ли кому-то понадобилась помощь вампира или это очередная ловушка, не хотелось. Решено, загляну сюда на обратном пути, если успею. И если мои услуги ещё будут нужны, возьмусь.

Шла первая неделя вересеня. Высоко в бирюзовом небе парили беркуты, ловя крыльями теплые лучи осеннего солнца. В городе жары не ощущалось – сумрак узких улочек, и прохладный ветер с моря вносили свою лепту. Зато на плоскогорье, затерявшемся между хребтов Дор-Атона, уже раскинулось белоснежное одеяло из цветущего вереска, а в сочных зеленых кронах деревьев мелькали желтые листья.

Я прогуливалась около кованых ворот гномьей тюрьмы и в тысячный раз прокручивала в голове план побега. Дрянной план, надо сказать, но другого у меня не было. Воог снова влип в неприятности. Не то чтобы я удивилась, узнав, что орка поймали на краже, но над обвинением поохала, – мой дурной друг умудрился стащить у гнома секиру.

Гномы очень ревностно относятся к трём вещам: золоту, своей внешности и к оружию. Крепкие низкорослые воины, славящиеся силой и выносливостью, куют оружие сами. Для себя же. Потому меня интересовало: как Воог, едва доходивший мне до пояса, смог утащить заговоренную секиру весом в двадцать килограммов и самое главное, – что он дальше намеревался с ней делать?!

Помочь орку официально у меня не получилось: гномы наотрез отказались его помиловать, снижать срок заключения, выпускать под залог и даже запросы о свидании отклонили. Потому я собрала сумку, пристегнула к бедру меч и отправилась в Дор-Атон вызволять друга единственным оставшимся способом, – через старый добрый побег.

У гномов была какая-то неправильная тюрьма. У людей – комнаты для охраны и камеры для заключенных. У орков – отдельные пещеры и клетки. У эльфов… понятия не имею что у них. И не горю желанием узнать. А горный народ в своём репертуаре: за массивной дверью располагался трапезный зал, ярусом ниже шла кухня с лентами печей, потом оружейная, спальни и только на пятом уровне содержали пленников. Пока спустишься, семь потов сойдет. И это с условием, что не придется плутать по лабиринтам катакомб.

Но во всём этом безумии был и плюс – никто не обратит внимания на девушку с мечом, соизволившую откушать в трапезной или подремать в одной из комнат охраны. Или не подремать, тут, у кого насколько воображение развито.

Я натянула на лицо беззаботную улыбку и юркнула в приоткрытые двери тюрьмы. Два стоявших в карауле гнома, лениво переругиваясь, даже не посмотрели в мою сторону. И это знаменитый Дор-Атон, крепость-порт? Мне даже не пришлось задействовать вторую ипостась, чтобы пробраться в… Аа-а, вот теперь понятно, почему!

Трапезный зал начинался у порога и заканчивался, судя по постепенно исчезающим из вида свечным люстрам, где-то в преисподней. Несметное количество столов и ещё большее лавок стояли рядами, между ними носились гномы и люди (или оборотни, вампиры, легорцы, прикидывающиеся людьми) с подносами в руках, большинство – в поисках свободного места.

Я захлопнула рот, взяла себя в руки и, принюхиваясь к ароматам еды, двинулась вдоль левой стены. Где-то тут находится лестница, ведущая на кухню. Должна быть! Не зря же я потратила десять золотых на покупку карты?!

Карта была туристической, но ушлый гном-торговец поклялся своей бородой, что точнее схему катакомб я не найду даже у горняков. Ибо бригады здесь работали разные, помещения расширяли не по плану, а по приказу; Дополняли скрытыми комнатами, соединяли их с паутиной коридоров, которые заканчивались тупиками или вовсе выпрыгивали на поверхность в самых неожиданных местах. Не тюрьма, – лабиринт!

– Уйди с дороги! – Гаркнул кружевной фартук, из которого выглядывал злой как чёрт гном, при более тщательном осмотре оказавшийся женщиной. – Стоят горными козлами посерёд прохода, а мне обходи!

Я вжалась в стену, и взбешенная дама промчалась мимо, обдав меня на прощание смешанным ароматом объедков от грязных тарелок. Отлично! Вот она-то мне и нужна: если не кухню, то мойку точно найду! А там, – я сверилась с потрепанной картой, – два поворота налево, вниз на три уровня, направо и ещё раз налево.

Чем дольше я шла за сомнительными ароматами, тем темнее становилось вокруг. Огонь свечей помогал мало: люди то и дело бились головой о канделябры и натыкались на столы. Только гномы, привыкшие к подземному мраку, ловко обходили препятствия. И эльфы, – у этих остроухих зрение как у кошек. У меня, в принципе, тоже, но я всё же несколько раз «случайно» запнулась о лавку, чтобы не привлекать внимание. Вампиров в Нагории не любили. Разве что гномы относились к нам нейтрально (камни да сплавы покупаем и ладно!), но лицезреть нас под крышей своего дома тоже не торопились. Я их понимала. Вампиров-вегитарианцев можно по пальцам одной руки посчитать…

Кухню я нашла, но дальше пришлось совсем туго. Через час блужданий по извилистым коридорам и этажам готова была взвыть, ибо карта не помогала. Там где была обозначена дверь, находился премиленький тупик, вместо лестницы – оружейная (и с десяток недовольных моим появлением гномов), зато в том же тупике вдруг оказывалась «неучтенная» на карте дверь. Вампирское чутье тоже молчало, сраженное затхлым воздухом и чадом свечей.

Я благополучно заблудилась. Радовало одно – длинный коридор, утыканный деревянными дверьми, намекал на спальный ярус. Значит, нужно просто найти лестницу и спуститься ещё на один пролет.

– А я гляжу, – идёть! – Эхо разнесло по проходам знакомый писклявый голос. – Ну, думаю, ща жмыхнусь отсюда, костей не…

Дальше голос изменил тональность, эхо затерялось в переходах. Я прижалась ухом к стене – крысы шуршат, вода течёт. И как, позвольте спросить, найти здесь Воога? И ведь болтает где-то, не поймешь где.

– …а она мне такая… Воог, ты мой мужчи-ина, люблю, сил нет… Валя-а…

Ах ты, зараза такая! Опять меня в свои любовные похождения приплел!

– Ну-ну, – расслышала я новый голос. Мужской. Тихий. От звука этого голоса у меня волоски на руках дыбом встали, а в голове зашумело, – ишь как шепчет, будто на ушко нежности наговаривает!

– Что «ну-ну»? – завопил Воог. – Сомневаешься? Да знаешь…

Что парень должен был знать, я уже не услышала: разговор стал тише, мышиная возня громче. Да и гулкие шаги в коридоре мешали сосредоточиться.

Я юркнула в первую попавшуюся дверь, замерла, прислушалась. Гном прошел мимо, позвякивая кольчугой и топая как разъяренный бык.

– …вот увидишь… на шею кинется…

Я выругалась, выскользнула в коридор и пошла на голос орка.

Плутать пришлось долго: я пряталась от гномов, кралась мимо стражников, на цыпочках пробиралась через спальни, сотрясавшиеся от громкого храпа. Наконец голос Воога стал громче: орк распинался, в красках рассказывая о наших с ним приключениях. Но я в этих историях была почему-то напуганной девочкой, а он – сильномогучим и высоченным воином.

– Взмах и лежать! – Верещал вошедший в кураж орк. – Ещё взмах и лежать! Сотню воинов положил. Один.

– Ага, – так же спокойно отозвался второй голос.

– Схватил её, на плечо закинул…

– Она же ростом с человека, разве нет?

– И шо? – Разволновался пойманный на лжи Воог. – Пополам сложилась: голова по тъяве волочится, ноги землю пашут, а я тащу! Силен я потому что, шибко силен.

– А как же ты сюда попал?

– Повязали! – Вздохнул орк. – Тыща гномов скопом накинулась. А я что? Я и пал. Вот так-то.

Я разглядела в сумраке коридора винтовую лестницу – узкую, с низким потолком, тут не только мечом не помашешь, но и не выпрямишься толком. Голос Воога определённо шел снизу. Если второй парень – гном-охранник, придется его оглушить. Ждать ночи смысла нет, – после заката и охрана лучше, и проходы перекрываются. Да и спрятаться, чтобы дождаться смены караула, тоже негде.

– В мышь летучую перекинулась бы и в карман, – снова подал голос «второй».

– Белены объелся? – Ошарашенно поинтересовался Воог. – Ты с какой чащи выполз?! Мышь! Скажет тоже!

– Разве вампиры не умеют летать?

Орк расхохотался. Звякнуло что-то металлическое.

– Я тебе неделю об чём толкую? Ты немного шальной, да?

Я спустилась по лестнице, осторожно переставляя ноги по скользким ступеням, и выглянула из-за укрытия. Передо мной раскинулась пещера – тёмная, сырая, шагов тридцать в поперечнике. На стенах блестели капли воды, прутья решеток изъела ржа.

Пленников было двое. В первой клетке сидел полуголый Воог, – как всегда в одних труселях. Во второй – нечто обросшее, грязное, но человекоподобное. Стражи не было. Странно.

– Любовь, она така-ая… – Мечтательно пропищал орк, закатывая глаза. – Ей всё нипочём. Особливо, ежели кто меня обидит. Моя девочка нас спасет, вот увидишь.

Второй пленник вдруг словно что-то почувствовал, вскинул голову и уставился прямо на меня. В хаосе грязных волос сверкнули карие глаза. Я ничего умнее не придумала, как подмигнуть глазастому человекоподобному.

– Как, говоришь, она выглядит? – Спросил он, буравя меня взглядом.

– Волосы длинные, цветом что койа каштанового дейева, токмо огнём отливают, – отозвался Воог.

Я перехватила пальцами прядь волос, помахала ею перед своим носом – каштан, как есть каштан и огонь.

– Глаза сейые, как туман на плоскогойе, – не затыкался орк. – И меч у неё есть, – убивака железная.

Есть, а как же! Куда же порядочному вампиру и без меча?! Мало ли, сколько лихих людей по Нагории ходит?!

Я повернула бедро, демонстрируя пленнику рукоять, обмотанную кожаным ремнем. Ну как, похожа на описываемый объект? Кареглазый усмехнулся, еле заметно кивнул. Похожа, выходит.

– Одевается, что мужик: штаны да туника. Только бандаж ещё носит. Подарок от Лор… Но это тайна! – переполошился вдруг орк. – Забудь, что я только что сказал!

– И она вампир? – Пленник наклонил голову и пристально осмотрел меня с головы до ног.

– Да, – небрежно согласился Воог и потянулся, выгибая колесом тощую волосатую грудь.

Я присела в реверансе. Могла бы мечом отсалютовать, но места мало: посшибаю и факела со стен, и гнилой стол, приютившийся у дальней клетки. Судя по раскрытой на нём доске для игры в кости, стража тут всё же была. Но вот куда делась, – вопрос!

– А когда она тебя вызволит, вы куда направитесь?

– Ближе к туда, – Воог откинулся на прутья, беспечно помахивая ногой. – И подальше отсюда.

Кареглазый задумался, помедлил и осторожно поинтересовался, не сводя с меня взгляда:

– А с вами я могу пойти?

– Конечно! – Махнул рукой Воог и принялся в красках расписывать мою к нему неземную любовь, из-за которой я буду не в силах отказать сильномогучему орку.

Я же осмотрела пленника более внимательно. Уж не знаю, что он натворил, но раз посадили его вместе с Воогом, то наверняка что-то мелкое и хулиганистое. Или вовсе за бродяжничество взяли. Думаю, большой беды не случится, если я его выведу за стены Дор-Атона. Дальше он пойдет своей дорогой, а мы с орком своей.

Я кивнула.

Пленник заметно оживился.

– Меня зовут Дагон. – Склонив голову, представился он.

Этикету, выходит, обучен?!

– Я как бэ в куйсе! – Ошалел Воог.

– Какая раса? – Я вышла из тени лестницы, осмотрела ржавые насквозь решетки: н-да, будто в орочью тюрьму заглянула, а не в святая святых портового города гномов.

– Человек. – Дагон подумал и добавил. – Обычный. А ты действительно вампир?

Воог при звуке моего голоса вскочил на ноги, широко улыбнулся, подтянул труселя и приветственно треснул кулаком по впалой груди:

– Ва-аля! Ты явилась?!

– Не запылилась. – Я перевела взгляд на кареглазого и протянула, передразнивая уж слишком приятный баритон пленника. – Рада знакомству. Я Валери, вампир обыкновенный, не летающий. Питаюсь кровью убиенных врагов, превращаюсь в мышей, крыс и хомяков.

Воог прыснул от смеха, Дагон усмехнулся:

– Врешь?

– Конечно, нет! – Я притворно округлила глаза, схватилась за металлическую решетку и подергала, проверяя ее на прочность. – Воог разве тебе не рассказывал, как он героически меня спасал, приводил мне на ужин мясистых пленников и скрывал меня несчастную от врагов в карманах своих шароваров?

– Было дело.

Орк побледнел, попытался что-то бормотать о том, что Дагон всё перепутал, но я лишь недовольно оскалилась, демонстрируя клычки.

– Воог, милый, я тебе сколько раз говорила, чтобы ты обо мне в своих героических эпосах не упоминал?

– Тъидцать девять. – Орк окончательно загрустил и принялся увлеченно рассматривать песчаный пол. Кареглазый же наоборот уставился на меня с нескрываемым интересом.

– В последний раз говорю, юбилейный, ещё раз обо мне хоть кому-нибудь скажешь, убью! Понял меня?

– Да! – Отрицательно покачал головой орк.

Я лишь вздохнула, схватилась за прутья и дернула на себя изо всех сил.

Ну-у, если до пленников я смогла добраться незаметно, но выломанная решетка исправила это досадное упущение! По пещере разнесся жуткий скрежет, камень заскрипел, приумноженное испуганным воплем Воога эхо разлетелось по коридорам. Наверху тут же раздались крики, затопали сапоги, забренчали секиры.

Я отбросила в сторону хлипкую решетку, вытащила меч из ножен и орка из клетки, пнула следующую дверь, вкладывая в удар силу второй ипостаси. Выбить не выбила, но покорежила так, что смогла пролезть в образовавшееся отверстие. Дагон даже бровью не повел, только ногу поджал, чтобы цепь, которой он был прикован к стене, натянулась. Я рубанула мечом между звеньев, освобождая пленника, и кивнула в сторону лестницы:

– Идти можешь?

– Недолго, – подумав, отозвался он, и с заметным трудом поднялся на ноги.

Кареглазый оказался высокой (почти на голову выше меня), широкоплечей, а судя по лохматости, ещё и длинноволосой особью. О-ой, нравится он мне всё больше и больше!

– Пытали его, потому и слаб, аки моль, – нахмурился Воог, нетерпеливо пританцовывая у лестницы. – Идём что ли, Ва-аль?

Цепи-то я перерубила, а вот круглые браслеты на руках и ногах у пленника остались. Судя по тому, как тяжело Дагон двигался, весили они немало.

– Не туда. – Кареглазый с трудом пролез в помятую дверь клетки и уверенно свернул направо. К столу.

Я прокрутила в голове план тюрьмы, поняла, что никакого запасного выхода на ней указано не было, и решительно направилась за пленником в противоположном от выхода направлении. Не сбежим, так хоть напоследок в кости перекинемся!

Воог, взвизгнув, побежал за нами.

– Валя – странное сокращение имени женщины. – Дагон уверенно завернул за угол и, судя по звуку, врезался в стену.

– Но обычное для вампира, – я обогнула хлипкий стол и с восторгом уставилась на парня, смущенно потиравшего только что встретившийся с отполированной мраморной преградой нос. – Воог не все буквы выговаривает, потому очень тщательно подбирает слова при разговоре. Не хочу тебя торопить, но гномы всё ближе.

– Действительно! – Взвизгнул орк. – Надо о побеге думать во все глаза, а не о бедном мне!

Тяжелые торопливые шаги грохотали уже на винтовой лестнице. Такими темпами мы в кости поиграть не успеем, сразу в пыточную отправимся.

Дагон вернулся к созерцанию преграды, постучал костяшками пальцев по холодному мрамору и нажал на еле заметный выступ. Часть стены отъехала в сторону, открывая вид на премиленький узкий лаз, выдолбленный в скальной породе. Прелестно! Только на карачках я ещё и не ползала!

Воог вызвался лезть первым: забрался в лаз головой вперед и, уверенно работая локтями, скрылся в темноте.

– Ты следующий! – мрачно буркнула я и толкнула Дагона в плечо. – Желательно быстрее!

Парня дважды просить было не надо: рыкнув что-то о ненормальных вампирах, которых ему приходится спасать даже сидя в тюрьме, он полез в дыру. Я последовала за ним.

Лаз был тесным и сырым, меч цеплялся за выступы, руки скользили, в колени впивались острые камни. Не успела я отползти от входа и на шаг, как стена с легким шелестом встала на место, лишив нас последнего источника света.

– О-ой, – тут же тоскливо завыл Воог. – А чё темно так, Ва-аль?

– Откуда ты знаешь про этот ход? – Поинтересовалась я у Дагона, сердито сопящего где-то впереди.

Если парень решит остановиться, я врежусь головой в его зад. Но судя по шороху и ругани, он сам прекрасно это понимал и усердно шевелил ногами.

– По ночам гномам через эту стену пиво приносили, – нехотя признался парень.

– То есть мы вылезем где-то посередине кухни?

– Или пивоварни. – Согласился кареглазый.

– О-ой, – снова расстроился Воог. – Я не хочу на кухню, Ва-аль!

Я выругалась: ладонь скользнула по чему-то мокрому и липкому. Гадость какая!

– Ва-аль?!

– Ну что?

– Тут лаз двоится. Мне куда?

Пришлось собрать волю в кулак, чтобы не взвыть от досады.

– Дай подумать.

Дагон воспользовался передышкой и привалился к стене, а Воог, судя по звукам, вовсе спать завалился.

Я с трудом подняла из памяти карту, мысленно прокрутила ее в голове: лестница делала три витка, значит, спальни были на западе. Мы ползем на север. Вроде бы.

– Направо, – уверенно прошептала я. – И тихо там!

– Тут нет пьйава! – истерически пропищал орк. – Только налево и пьйямо.

– Тогда прямо ползи! – Опередил меня Дагон.

Тоннель казался нескончаемым. Он то увеличивался, позволяя приподнимать голову, то уменьшался до такой степени, что некоторые отрезки приходилось проползать на животе. Как продвигался широкоплечий Дагон, я старалась не думать, – застрянет и нам крышка!

Пока побег проходил сравнительно хорошо. Единственное, что не давало покоя – отсутствие погони. Или стража не знала о потайном лазе (в чём я сильно сомневалась), или уже ждала нас у выхода.

– Ва-аль?

– Ну? – отчаянно отплевываясь от поднятой Дагоном пыли, провыла я.

– Опять же ж двоится.

– Прямо ползи! – скомандовал парень.

– Нет тут такого, – отчаянно проорал Воог. – Только вниз и вве… к небу.

– К небу!

«К небу» пробирались ещё дольше. Туннель шел почти вертикально. Приходилось упираться в стены руками и ногами, чтобы не сорваться. Я пожалела, что пропустила Дагона вперед сразу же, стоило парню оступиться. Он чуть не рухнул мне на голову с высоты в несколько шагов, но смог прервать падение. Чудом! Лишь обрушил на меня водопад из камушков и пыли. Хорошо, что не себя самого мне на макушку.

– Жива? – откашлявшись, поинтересовался бывший пленник, угрожающе позвякивая коваными браслетами.

– Эм, – неоднозначно откликнулась я.

– Ва-аль? – донеслось до нас эхом.

– Если опять поворот, я его убью! – Клятвенно пообещала я и уже громче поинтересовалась. – Что на этот раз?

– Воздухом потянуло.

Воздухом – это хорошо. Главное, чтобы свежим.

– Ва-аль?

– ЧТО?!

– Я вылез.

Окрыленный известием Дагон шустро вскарабкался почти по отвесному лазу, я же задержалась: пришлось освобождать некстати застрявший в расщелине меч. При свете это сделать было бы куда проще, да и безопаснее: в полной темноте каждое движение могло стать последним.

Когда я добралась до выхода, орк ждал, пританцовывая на месте от волнения. Помог перевалиться через край вентиляционной шахты (заброшенной, судя по отсутствию явного движения воздуха) и даже заботливо отряхнул мне одежду. Зря! Песок только въелся глубже в ткань. Я недовольно рыкнула и, наконец, осмотрелась.

Мы стояли в центре небольшой, где-то шесть шагов в поперечнике, площадки. За спиной отвесной стеной поднимались горы, впереди бушевала жухло-зеленая поросль травы и низкорослого кустарника, за ними раскинулась степь. Багряное от заходившего солнца одеяло вереска пронзали прямые ленты дорог. Вдалеке виднелся лес.

Я осторожно подошла к краю, посмотрела вниз, – очень хорошо! До земли всего метров пять. Я бы просто спрыгнула, но Воога придется спускать на веревке.

– Дагон, – я вполоборота глянула на пленника, устало привалившегося спиной к скале. – Ты знаешь эти места?

– Нет.

– Там, – я махнула рукой на восток. – Горы идут вдоль всего побережья. Тебе надо идти или на север или западнее. Или вернуться в порт и пробраться на какой-нибудь корабль. Мы спустимся ночью, пойдем на восток, прикрываясь камнями и скалами. Ты можешь пойти с нами и повернуть сразу у развилки или…

– Или я могу пойти с вами и дальше.

– Зачем? – настороженно поинтересовалась я.

– За компанию?

– А вот что я думаю! – Влез в разговор Воог, но тут же сник под моим сердитым взглядом и попытался прикинуться камнем. Получалось плохо: одетый в труселя камень постоянно пыхтел и косил на меня одним глазом.

– За компанию, говоришь?! А тебя за что взяли, компаньон? – Я присела перед Дагоном на корточки, принюхалась, – человек, мужчина, молодой мужчина, если быть точнее. От него исходил стойкий запах крови, пота и подвальной сырости.

Парень заметно вздрогнул при моем приближении, но всё же ответил:

– Мне как-то не объяснили за что.

– А когда пытали, что спрашивали?

– Имя, место рождения, цель визита в порт.

– И что ты на это им отвечал?

– Меня зовут Дагон.

– А дальше?

– А дальше я потерял сознание. Когда очнулся, в соседней клетке сидел орк.

Пришла моя очередь коситься на Воога:

– Дай угадаю, – этот орк рассказал тебе жуткие истории о том, как у пленников узнают всё что надо, потом четвертуют и скармливают троллям. И, конечно же, посоветовал молчать, как молчит он сам.

Дагон кивнул.

Воог сердито засопел:

– Ну, чуть обманул, согласен! Одному стьйасть как скучно в клетке сидеть! А если бы он болтать начал, его бы пейевели. Или ещё хуже, – отпустили! А мне скучно-о! – Под конец своей тирады орк выл, старательно выдавливая слезы.

– Блеск! – Я ни на грамм не поверила в раскаянье друга. – Только у нас теперь проблема, мальчики!

– Какая?

– Если раньше гномы просто сомневались в том, что Дагон шпион, то теперь в этом уверились. Он молчал под пытками и в итоге сбежал. Теперь за нами отправят небольшую такую армию гномов.

– За нами? – Позеленел орк. – А я тут с какого боку, ась?

– Кто ему советовал молчать? Ты. Кто сбежал вместе с ним? Ты. Кто рассказывал всем подряд, что вызвал на подмогу вампиршу? Ты! Думаешь, тебя никто не слышал, что стража глухая напрочь?

– О-ой! – Орк закатил глаза и свалился с камня спиной назад, да так и остался лежать, задрав ногу. Видимо, отключился от обилия информации.

Я перевела взгляд на мрачного Дагона:

– Идем на восток, река поможет на время сбить со следа гномов.

– А потом что?

– А потом посмотрим. – Я внимательно оглядела бывшего пленника, считывая биение его сердца, – размеренное, надо сказать биение, спокойное. – Ты в адекватном состоянии?

– Не понял?!

– Понимаешь, что происходит? Куда мы вляпались, осознаешь?

– Вполне, – почти удивился парень.

– А рассказать мне ничего не хочешь?

– Ну-у, – парень погремел браслетами и широко улыбнулся. – Меня зовут Дагон.

– Чудненько.

Видимо, гномы обработали его от всей души: бродяга не доверял даже своей спасительнице. Или боялся вампира, кто ж разберет?! Я бы на его месте тоже боялась.

– Воог, хватит пыль собирать! – Я проигнорировала громкий стон очнувшегося орка. – Пора выдвигаться.

– Ты же сказала ночью?! – удивился Дагон.

– Армия, друг мой, ма-аленькая армия гномов идет по нашему следу. Помнишь?

Он помнил. Ещё как! Карие глаза засверкали, губы сжались в тонкую линию. Он натужно застонал и встал, тяжело опираясь о скалу. Я тоже поднялась. Спрашивать очевидное – сможет ли парень передвигать ноги, не стала, жить захочет, сможет.

Спустились с площадки почти успешно: я спрыгнула, Воог сполз на пузе, вцепившись за прикрепленный к выступу ремень, Дагон довольно бодро преодолел половину пути, цепляясь пальцами за камни, но потом сорвался и ухнул на землю. Я лишь вздохнула. Бросить бы его и тикать. Как можно дальше, желательно прямиком в Легорию. Уж там гномы нас не достанут. Но оставить раненого в горах было жестоко, – без меня парня схватят этой же ночью.