Читать книгу Дагон, или Все вампиры – зануды! - - Страница 4

До реки добрались быстро, зато потом долго шли вдоль берега. Кусты, заросли осоки и болотистая земля не позволяли даже добраться до воды без риска располосовать лицо или утонуть. Брод нашли чудом: Воог споткнулся и с воплем скатился со склона в черную воду. Да так и остался лежать, барахтаясь на пузе.

По-хорошему, теперь нам следовало пойти назад, против течения, чтобы сбить со следа преследователей. Но бросив один взгляд на бледного Дагона и трясущегося от усталости низкорослого орка, я отмела эту идею. Помрут оба, – могилы копать придется мне! И нести печальную весть семье Воога тоже, а это будет пострашнее, чем всё вышеперечисленное.

Перейдя реку, нашли низину недалеко от берега, – чудесный пятачок, сухой и ровный. Пока я, оставив страдальцев зализывать раны, осматривала округу, рассвело. Воздух посерел. Лес наполнился птичьим гомоном. Солнце пробивалось через кроны, расчерчивая воздух яркими желтыми лучами. Пушистые кусты брусничника обнимали поляны, подмигивая мне красными ягодками. Всё было прекрасно в осеннем лесу! Кроме комаров. Прожорливым тварям всё равно на кого нападать, текла бы кровь в венах. Уу-у, вампиры крылатые!

Прибив несколько десятков насекомых и насобирав в подол туники ягод, я направилась к стоянке. Голоса услышала уже шагов через пятьдесят. Дагон безрезультатно взывал к голосу разума Воога, Воог красочно расписывал планы на будущее.

– Подамся в один кабак! Качественное заведение. Ляпота! – Мечтательно разглагольствовал орк, наплевав на все предостережения и призывы к тишине. – Я готовить шибко люблю. Мяско на огне запечь, супчик забацать, кайтошечку то-оненько так, с чесночком…

– Воог, тише.

– А окунёк знаешь как можно? В лист вот так замотать, да сольки, да укропчика веточку, ммм…

– Тише говори!

– Валя у нас много специй знает, она на кухне помогала. Нос у неё знаешь какой?! Мне бы тот нос, я бы такие блюда делал, закачаешься! А уши какие? Она теми ушами всё-всё слышит.

– Я и кулаками махать могу, – с клыкастой усмешкой подтвердила я, спрыгнув в овраг. – Воог, ты хоть иногда о еде можешь не думать?

– Да! – Уверенно ответил орк. – Когда сплю, не думаю.

Я выдала страдальцам по горсти ягод и уставилась на Дагона. Парень изменился. Отмылся что ли? Правильные черты лица, волевой подбородок, широкие брови. Немного портили внешность глаза – чуть маловаты, но от этого взгляд становился острее. Хорош, бесяка!

– Искупаться успел? – Неопределенно поинтересовалась я, чтобы хоть как-то объяснить своё любопытство.

– Этот чёт фыйкал в йеке! – Воог закинул бруснику в рот, прожевал, икнул, но проглотил. – Даже одёжу помыл.

Уличенный в чистоплотности Дагон молчал, придирчиво осматривая ягоды. Что он надеялся на них увидеть? Гравировку «яд»?

– Постирал и молодец. Но зачем на себя надел? Воспаление лёгких получить хочешь? Снимай! – Я поманила парня пальцем. – Садись сюда, на свет.

– Зачем? – С подозрением протянул Дагон.

– Есть тебя буду! И начну со спины. Ты не против?

– Нет. – Огорошил меня парень, поморщился и медленно стянул с себя рубаху. – Штаны снимать не буду!

Я опустилась на колени за его спиной, осторожно размотала ленты, опоясывающие торс.

Ну-у, что я могу сказать… Хорош он был со всех сторон: гладкая кожа, широченные плечи, будто разрезанные вертикальной линией позвоночника, мокрые длинные волосы. Капли воды лениво скользили по спине и ныряли за ремень на поясе.

– Кошмар! – Трагическим голосом пробормотала я.

Ай, Дагон, ну прохвост! Не знаю кто ты, но точно не бродяга. Если только мусорные баки каждый день от груди не жмешь. Три подхода по пятнадцать раз.

– Плохо? – Парень прервал молчание, покосился на меня через плечо.

– Нормально. – Я заставила себя сосредоточиться на ране, – глубокая, рваная. Кожа по краям будто треснула в момент нанесения удара. – Хлыст?

– Эм-м… что-то вроде плётки, – нехотя отозвался он.

– Тебя секли? – У меня глаза полезли на лоб, а челюсть рухнула в противоположном направлении. – Гномы таким не славятся!

– Это не гномы. Трос порвался, случайно задел.

Врёт? Или нет? Да какая, в принципе, разница?!

– Не важно, сиди. – Я порылась в набедренной сумке, вытащила пучок листьев земляники, растерла их в руках до образования кашицы и осторожно нанесла на рану. Дагон зашипел. Я усмехнулась: и красив, и смел, и боль хорошо переносит. Мечта, а не мужик!

– Валь? – орк развалился на траве, беспечно помахивая ножкой. – А мы куда идём?

– В паре верст отсюда село есть, – я закончила накладывать листья на рану и неимоверным усилием воли заставила себя отлипнуть от парня. – Там попробуем достать лошадь. А ты, невезучий, рубаху через ветку продень, пусть сохнет.

Пока Дагон сооружал сушильню, а Воог прыгал вокруг него в попытке заново замотать ребра, я думала. Действительно, а что дальше-то? По-хорошему, пинка орку прописать, чтобы соображалка работать начала и отпустить. Но тогда и с красавчиком придется попрощаться, а я этого не хотела. Ой, как не хотела! Такое чудо от себя по доброй воле не отпускают. Не сразу, по крайней мере.

– Валери, а где ты живешь? – Подал голос объект моих фантазий.

– Далеко. – Не сразу сориентировалась я. – А что?

– Могу пойти с тобой.

– Вот так съязу? – Удивленно крякнул Воог и всучил Дагону в руки остаток ленты. – Сам тогда заматывайся, дамский угодник! Ишь, чё надумал!

– Разве тебе не надо идти домой? – Неподдельно удивилась я. – Пожаловаться супруге, какие гномы плохие, рассказать детям, что вампирши красивые?

Дагон закинул в рот ягоды, спрятал кончик ленты в обмотке и осторожно влез в рубаху.

– Мне почему-то не хочется с тобой прощаться, – без обиняков заявил парень, глянул на оторопевшего орка и добавил. – С вами.

– Ну да, ну да, – пробормотал Воог. – Именно от нас тебе уходить и не хочется. Особливо от меня, вейно?

– Угу, – поддакнул Дагон и, подумав, добавил. – Особливо от тебя.

У меня сердце в пятки ухнуло. Парень никаких непристойных предложений не делал, ни на что не намекал, только на пару мгновений дольше, чем нужно, взгляд на мне задерживал. Из-за этих двух мгновений в голове начинал твориться бардак: мысли путались, хладнокровие испарялось. Оставались только дрожащие руки, бешеный стук сердца в ушах и странное тягучее желание в животе. Н-да, Валери, только в бродягу, жонглирующего мусорными баками, ты ещё и не влюблялась!

– Тогда вношу пьедложение! – Влез Воог.

Я моргнула и отвернулась от Дагона, невозмутимо полировавшего меня взглядом:

– Какое?

– Едем в Паксамаху.

– Где это? – Нахмурился парень.

– Чьё поселение? – Уточнила я, с трудом выковыривая из памяти всё, что знала о Паксамахе.

– Человечье, конечно! – Изумился орк.

– А на этом месте можно подробней? – С трудом выдавил из себя Дагон, на глазах теряя самообладание. – Есть и НЕ человеческие селения?

– Отож! – Откликнулся Воог и тут же принялся перечислять. – Оёчье есть, эльфийское есть, волчье есть, ещё вамп…

– Стоп! Не пугай мальчика! – Я прервала словесный поток и снова посмотрела на Дагона. – Паксамаха – крупное приграничное село. Территориально не относится к Легории, но находится под её защитой. Населено людьми.

– А-а, тогда мы в безопасности! – Ошарашенно протянул парень.

– Конечно в безопасности, это же Легория! – В голосе Дагона я расслышала издёвку, но так до конца и не поняла в честь чего она там появилась. – Странный ты, бродяга. Но я всё равно не пойму, зачем нам туда ехать?!

– Как это зачем? – Заверещал Воог. – А отбой?

– Что это? – Ещё больше занервничал парень.

– Отбой на повайа! Кто победит, того наймут в Белый Хьям! Я надеюсь, ты знаешь, что это такое?

– Королевство Легории? – Наугад ляпнул Дагон.

– Великое, восхитительное твойение! – Воодушевленно затараторил Воог. – Белоснежные залы, лестницы белого мьямойа, эльфийские панно и облицовка, гномьи механизмы и ловушки, изумительные сады и йоскошные птички, котоые совсем не мечтают тебя сожъать! Любоф в чистом виде!

– И ты хочешь быть там поваром? – смущенно поинтересовался Дагон. – Я правильно понимаю?

– А шо в этом такого? – Снова завопил Воог. – Мечту не пъедают! Я обожаю готовить, сочетать не сочетаемое и пъипъявлять это всё пъипъявками! Тьфу, адовы слова!

– Я тоже! – С жаром произнес парень.

Мы с орком уставились на него с изумлением.

– Сейёзно? Ты-ы?!

– Я! – Убежденно откликнулся Дагон. – Гномам, как выяснилось, повара не нужны, они сами кого хочешь вместо кабана на вертел посадят! Почему бы не попробовать свои силы в Белом Храме?

– Ты умеешь готовить? – Не поверила я.

– Учусь, – уклончиво отозвался бродяга. – Итак, решено?

Я растерянно замолчала: потратить кучу времени на отбор, чтобы потешить самолюбие орка и бывшего заключенного? С другой стороны, почему бы и …да?! Воог будет под присмотром, а Дагон – ближе к телу.

– Ва-аль?! – Заныл орк, уловив мою нерешительность. – Пожалуйста, Ва-аль?! А я больше тебя в своих йасказах упоминать не буду! Честно-честно!

– Поклянись!

– Клянусь бойодой своей маман!

Дагон стал очень задумчивым, видимо, представил маму орка. Я же сделала вид, что поверила: была я недавно у Воога в селе и видела всех его родственников. Чего-чего, а бороды ни у кого из них не было. У орков в принципе растительности на теле нет.

– Ладно! Но условимся сразу: действуем без тайн, без подножек и подлостей! Узнаю, что друг против друга козни строите, накажу!

– Это как же? – Не поверил Воог.

– Дагона сдам гномам, а тебя отведу домой и расскажу твоей маман о клятве и её бороде. Понял?

Воог понял, побелел, икнул, но кивнул. А вот Дагон только зыркнул на меня из-под бровей. Гномов парень, судя по всему, не испугался, но подыграть моей могущественности согласился. Ой, зря, красавчик, ты не веришь в мстительность вампиров!

На том и порешили. Ребята с азартом принялись строить план покорения Белого Храма. Рассчитали, сколько нужно золота, чтобы снять комнаты, приобрести новую одежду и запастись едой. Ужаснулись полученной сумме и столь же яростно начали ее сокращать. По всему выходило, что орк будет кушать раз в день и ходить голышом (единственные труселя и те придется продать!), Дагон сомневался, голодать ли ему месяц или купить меч. Меня в расчет не брали, предположив, что в таком крупном селе наверняка есть коровник или свинарник, а, значит, и еда для меня. Я решила, что убью наглецов чуть позже, и завалилась спать.

Разбудил меня скрежет и ругань. Солнце стояло высоко в небе. Зяблики и вертишейки трещали в густых кронах, бабочки носились над головой, муравьи под боком. Скинув с себя несколько любопытных насекомых, я прислушалась к бормотанию орка.

– Ах, ты ж, подлец! Петунью тебе в жопец…

– А если мечом? – Тихо поинтересовался Дагон. – Не думаю, что Валери будет против.

– Пьотив того, чтобы ты себе йуку оттяпал? Это не-ет, это она даже обьядуется!

– Тогда иди, бери!

– Да, ага, бегу и спотыкаюсь! Сам бейи, коли жить надоело.

– Почему?

– Она спьёсонья что увидит? Что над ней ойк стоит с мечом в йуке. Она мне ту йуку и откусит!

– А если разбудить?

– Знаешь кто хуже вампия? Только невыспавшийся вампий!

– Тогда давай камнем ещё раз?

Мне стало интересно. Я приоткрыла один глаз и с удивлением воззрилась на Дагона и Воога: картина «Два идиота и браслеты» во всей красе!

Гномы умели обращаться со сталью, перерабатывать руду и шлифовать камни. Но лучше всего у них получалось создавать сложные запорные механизмы. Двери, изготовленные гномами, ставили в покои королей и оружейные, на сокровищницы и обычные кладовки. Стоит ли говорить, что оковы на ногах Дагона – тяжелые, блестящие и невскрываемые! – снять, не имея ключа, было практически невозможно. Судя по расщепленным палкам и расколотым камням, валявшимся на земле, – разбить тоже. Идея стащить у меня меч и попытаться разрубить сталь, была логичной. Хоть и глупой.

– Меч не поможет, – лениво пробормотала я и потянулась, похрустывая позвонками.

Удивительно, но я выспалась. Ещё неделя-другая и осень, конечно, возьмет своё: ветер станет свирепее, земля холоднее. Без костра уже не поспишь. Но пока отдыхать под сенью деревьев было комфортно.

– А что поможет? – Заметно оживился Дагон, одаривая меня широкой улыбкой.

– Дай гляну. – Я вскочила, помахала руками, разгоняя кровь, и придирчиво осмотрела браслеты. – Молот и наковальня. И огонь. В Паксамахе есть кузнец, к нему и обратимся.

– В Паксамахе? – Взгляд Дагона стал холодным и колючим. – Думаешь, он не узнает работу гномов?

– Плохой он будет кузнец, если не узнает! – Даже растерялась я. – Он глазастый, не переживай.

– Не переживай. – Повторил парень и осторожно добавил. – А нельзя найти кузнеца где-то тут, а на отбор прийти уже без браслетов?

– Тут – это где? – Подал голос Воог, до этого внимательно прислушивающийся к нашему разговору. – Тут – это плохая идея! Тут нас сдадут с потьёхами!

– А в Паксамахе не сдадут? – Насупился Дагон.

– Там же Легойия! – Орк перевел на меня потерянный взгляд и ошарашено выдал. – Он такой глупый!

– Я не понял, Легория воюет с гномами или нет? – нервно поинтересовался парень.

– Нет!

– Значит, дружит?

– Скорее, держит нейтралитет.

– Тогда зачем кузнецу из Легории мне помогать?

– Потому что тебе нужна помощь? – Я наклонилась и попыталась положить ладонь на лоб Дагона, но парень как-то нервно отшатнулся. – Тебя не знобит? Горячки нет?

Дагон смотрел на меня долгие десять ударов сердца, потом как-то обреченно махнул рукой и выпалил:

– Сдаюсь! Я запутался.

– Вот и отлично, – обрадовался Воог, подтягивая сползающие труселя. – А тепей в путь?

До Паксамахи добирались долго. Сначала шли по проселочным дорогам, потом долго тряслись в попутной телеге, прикорнув на мешках с мукой. Я всю дорогу чихала, доводя до инфаркта лошадь, орк чесался, Дагон дремал, набираясь сил. Когда телега свернула на восток, пришлось снова топать на своих двоих. Ночью натолкнулись на перекопанное поле и перекусили репой, найденной в комьях земли. Орк красочно и слюновыбивательно описал, как бы он приготовил сей овощ, нафаршировав его грибами и эльфийским сыром, за что был побит и позднее затолкан в следующую попутную телегу под протекающий бочонок с карасями. Честно сворованную рыбу мы потом на костре и зажарили. Без сыра и грибов.

На исходе третьего дня пейзаж изменился. Исчезли кривые деревья, пропал аромат вереска, уступив место желтеющим борам и черным прогалинам полей. Потянуло дымом, в воздухе всё чаще слышались крики гусей и хохот пастухов. Мы обогнули небольшое село, переночевали в лесу и уверенно потопали на северо-запад.

Дни потекли друг за другом. На охоту я уходила одна, дабы не смущать Дагона. После перекуса тщательно умывалась, но по вечерам всё равно ловила на себе его внимательные настороженные взгляды. В конце концов, мне это надоело. Я провела парню короткий инструктаж, объяснив, что питаюсь редко и только кровью животных. Это была медвежья услуга самой себе! Дагон понял, что его жизни ничего не угрожает и засыпал меня вопросами:

– отличаются ли на вкус мыши и зайцы,

– считаются ли орки и тролли животными.

Воог так возмущался, что охрип.

– сколько должно пройти времени после последнего приема пищи, чтобы я сожрала его, если под рукой и клыком не будет перекуса.

– растут ли зубы в момент укуса. А после? А во время?

Я окончательно уверилась, что парень был несколько неадекватным, и старалась держаться от него как можно дальше. Красивая мордашка и шикарное тело – ещё не повод прощать заскоки!