Читать книгу Соприкосновение миров: цена равновесия - - Страница 6

София стояла перед аппаратом, сжимая в руках блокнот с последними расчётами. После того мимолётного отклика они с отцом не прекращали работу. Каждый день – новые гипотезы, каждая ночь – новые попытки уловить тот самый ритм, что позволил бы «вратам» открыться вновь.

– Мы близко, – повторяла она, перепроверяя соединения. – Он откликается. Я чувствую.

Николай молча кивал, но в его глазах читалась тревога. Он видел, как дочь всё глубже погружается в эту одержимость. Как проводит часы, медитируя рядом с кристаллом, как шепчет что‑то, точно ведёт диалог с невидимым собеседником.

– София, – наконец произнёс он, – может, стоит сделать паузу?

– Пауза – это отказ, – отрезала она, не отрываясь от панели управления. – Мама не отказалась бы. И ты не должен.

Он вздохнул, но не стал спорить. Вместо этого подошёл к кристаллу, провёл пальцами по его грани. Тот откликнулся – едва заметное тепло, лёгкое пульсирование.

– Ладно, – сказал Николай. – Но на этот раз действуем строго по протоколу. Никаких импровизаций.

София кивнула, хотя оба знали: если система снова не поддастся, она всё равно попробует иначе.

***

Они заняли свои места: София у панели управления, Николай рядом с аварийным отключением. В воздухе разливалось душное предчувствие, предвестник неизбежного.

– Начинаем, – скомандовала София.

Она запустила последовательность. Сначала возник мягкий гул, затем нарастающее свечение кристалла. На экранах замелькали графики, выстраиваясь в ту самую ритмичную волну, которую она научилась улавливать.

– Стабильно, – пробормотала она, следя за показателями. – Фазовый сдвиг в норме. Резонанс нарастает.

Николай напряжённо всматривался в датчики. Что‑то было не так. Частота колебаний выходила за пределы расчётных значений, но… не хаотично. Скорее, целенаправленно.

– София, – начал он, – мы превышаем…

Но договорить не успел.

И в тот самый миг, когда кристалл вспыхнул ослепительно-белым светом, все зеркала и стеклянные поверхности в лаборатории на миг отразили не их лица, а высокие, безликие силуэты в чёрном, стоящие за их спинами.

Время замедлилось.София не успела понять, что видит. Воздух сгустился, превратился в вязкую субстанцию. Уже в следующее мгновение – рвануло.

***

Из сияющей бреши вырвался … ДРАКОН?

Он был огромен … не просто большой, а невероятно большой. Его тело заполнило всё пространство лаборатории, крылья ударили по стенам, сметая приборы. Чешуя переливалась чёрным и синим, как ночное небо, усыпанное звёздами. Каждая пластина светилась изнутри, создавая иллюзию, что он соткан из тьмы и далёких галактик.

Его глаза… как два раскалённых янтарных шара. Они распахнулись, и в них отразилась вся бесконечность мироздания. Дракон издал рёв. Это было похоже больше не на звук, а на давление, на волну, от которой дрожали стены и лопались стёкла.

София замерла, заворожённая. Она никогда не видела ничего столь величественного и ужасающего одновременно. Дракон взмахнул хвостом и массивный стол разлетелся в щепки.

Но уже в следующий миг началось превращение.

Дыхание ровное, глаза закрыты.Тело дракона сжалось, втягиваясь внутрь себя. Чешуя растаяла, крылья сложились и исчезли, очертания размылись. Через секунду на полу лежал мужчина. Без сознания.

***

София бросилась к нему, но не успела коснуться, как аппарат взорвался.

Кристалл раскололся с пронзительным звоном, точно разбилось стекло времени. Энергия вырвалась наружу – не направленным потоком, а хаотичной волной. Свет, звук, давление – всё смешалось в один оглушительный миг.

Когда дым рассеялся, София стояла посреди разрушенной лаборатории, задыхаясь от едкого запаха горелого металла и раскалённой проводки.

Николая нигде не было.

***

Шестнадцать лет назад Елена шагнула во «врата», и мир изменился. Не просто потерял человека, а получил что‑то взамен. Это «что‑то» запечаталось в кристалле, стало его сутью, его тайной.

Теперь обмен повторился.

Сущность, скрытая в кристалле, та самая, что пришла вместо Елены, обрела форму. Сначала дракона – воплощение первозданной силы, затем человека – сосуд, способный существовать в этом мире.

Но равновесие не терпит пустоты. За каждое «взять» должно быть «отдать».

И мир взял Николая.

София медленно опустилась на колени рядом с незнакомцем. Его грудь поднималась и опускалась, волосы прилипли ко лбу, кожа была холодной. Он выглядел… обычным. Но она знала … он не человек. Не совсем.

Она обернулась на руины аппарата.

Кристалл расколот.

Провода искрят.

Мониторы мертвы.

Повторные эксперименты невозможны.

Остался только он.

И вопрос, который она прошептала в тишину:

– Кто ты?

Мужчина не ответил.

Но где‑то в глубине его закрытых век мелькнул синий отблеск, как далёкая звезда в чёрной бездне.