Читать книгу Призрак Белграда - - Страница 5

Дынин быстро шагал по терминалу D аэропорта Шереметьево, удивляясь его размерам и новизне. Каждый раз, когда он оказывался здесь, терминал как будто становился еще больше и запутаннее. Высокие стеклянные стены, через которые пробивались редкие лучи осеннего солнца, создавали ощущение прозрачности и расширяли пространство. По гладкой плитке мягко катился полупустой чемодан.

Только после ленты досмотра на входе в аэропорт Матвей впервые почувствовал хоть какую-то безопасность, которой после угроз Эфе, откровенно говоря, не хватало. За что вообще мстить?

Ведь намеренно Матвей никого не унижал. Не он выбрал самокат как средство погони, не он был виноват, что убегающий не справился с управлением и врезался в урну с мусором, не он заставил взрослого преступника расплакаться до сопливых пузырей. И уж тем более не он снял все это на телефон и выложил в сеть.

Определенно, организованная преступность в России стала чересчур чувствительна к своему имиджу. Но так или иначе, игнорировать эти угрозы было бы слишком безответственно. Поэтому Матвей подмечал боковым зрением всех подозрительных личностей.

Сдав багаж и получив посадочный талон, Матвей направился в зону вылетов. На паспортном контроле выстроилась большая очередь к досмотру ручной клади. Из множества лент проверки работали всего две.

Сотрудницы аэропорта как могли успокаивали торопящихся пассажиров и старались равномерно распределять потоки. Матвей выбрал человека, за которым держаться: китайца с маленьким рюкзачком, увешанным значками и патчами. Выбор был прост – на некоторых значках, коих было не меньше двух десятков, были изображены флаги или достопримечательности разных стран. А значит, перед Матвеем стоял опытный путешественник. Такой человек сам выложит всю электронику в отдельный контейнер, сам вытащит ремень и снимет часы и уж точно не будет отчитывать взмыленных работников фразами из серии «откройте вторую кассу!».

Маленькими шажками Матвей двигался к сканеру, размышляя, что стоит купить в дьюти-фри, как вдруг одно слово, сказанное за спиной, вернуло его в реальность и привело в полную боеготовность.

– Эвет…

Матвей медленно повернулся и увидел мужчину. Кожаное пальто ярко-бордового цвета обтягивало широкие плечи, как броня. Оливковое лицо, усы остро очерчены, глаза холодные, с прищуром, в котором ни любопытства, ни раздражения. При нем не было ручной клади, только каменные четки в правой руке.

Он говорил по телефону – быстро, с нажимом, на турецком, негромко, но слово эвет («да») прозвучало отчетливо, будто специально для Матвея.

Матвей замер. Время вокруг словно замедлилось. Голос внутри головы кричал: «Слишком пустой взгляд. Слишком уверенный голос. Слишком спокойное тело». Он хорошо знал, как разговаривают люди, привыкшие командовать, – не повышая голоса, потому что привыкли, что их слушаются с полуслова.

Мужчина убрал телефон и скользнул взглядом по залу. Его глаза задержались на Матвее на долю секунды – коротко, как касание ножа. Ничего – ни улыбки, ни жеста. Только подтверждение. Он видел его. Он знал его. Он был рядом.

Может быть, это он. Может быть, один из людей Эфе.

Матвей сделал шаг назад. Потом еще один.

Если это он и если он с оружием – то пусть попробует пройти через рамки.

Возле сканера Матвей замешкался, как будто вспоминал, в какой карман сунул телефон. А боковым зрением следил за турком. Тот спокойно приближался к сканеру, без суеты, без напряжения, словно никуда не торопился.

Вот и очередь турка. Все шло как по сценарию. Пальцы привычно держат лоток, взгляд – устремлен вперед. Все в нем говорило: рядовой пассажир.

Ничего не произошло.

Турок прошел досмотр как и все. Без задержек. Без сигнала.

Значит, чист? Или просто хорош настолько, что умеет прятать лучше, чем полиция – находить?

Сам же Матвей шагнул через соседнюю рамку сканера, дождавшись, когда турок скроется из виду. В зоне вылета, где воздух был пропитан азартом предстоящих перелетов, Матвей наконец позволил себе сесть.

Меньше паранойи. Это просто пассажир.

Тело все еще держало остатки напряжения, но он убедил себя, что сделал все возможное. Проверил табло – до посадки двадцать минут.

В зоне дьюти-фри Матвей заметил уютное кафе с мягкими креслами и запахом свежего кофе. Тут же возникло желание выпить чашечку и чем-нибудь перекусить перед полетом. Подойдя к прилавку и взглянув на цены, Матвей с удивлением поднял брови. Резко захотелось маминых беляшей. Он усмехнулся своей мысли и взял себе только латте в бумажном стакане.

Сел у окна. За стеклом перекатывались самолеты, как игрушки на гигантском ковре. У кого-то был старт, у кого-то финиш. Мир двигался – уверенно, по графику, не замечая его паранойи. Он сделал глоток – слишком горячо. Приподнял крышку, чтобы немного остудить напиток.

Кафе было наполовину пустым, с приятной фоновой музыкой. Возле стойки бариста о чем-то спорил с поставщиком. В дальнем углу за столиком – молодая пара, девушка и парень, склонились плечо к плечу над планшетом, поделив проводные наушники. Живые, нормальные люди. Все, чего ему сейчас не хватало.

Он достал телефон и открыл мессенджер. Написал короткое сообщение в общий с родителями чат:

«Уже почти на борту. Все норм. Целую».

Тут же посыпались ответы.

Мама:

«Сынок, береги себя. Пожалуйста».

Отец:

«Держи ухо востро. И не экономь на еде».

Старший брат:

«Главное – не попади в новости».

Пальцы чуть дрожали. Он поймал себя на этом и тут же спрятал руки под стол. Глоток кофе. Стук деревянной палочки о край стакана. Писк терминала за стеной. Все снова начало казаться привычным, настоящим. Как будто страх был не больше пылинки, случайно попавшей в глаз.

Допив кофе, Матвей вышел в длинный зал искать свой гейт. Подходило время посадки. Роясь в карманах в поисках посадочного талона, чтобы уточнить номер гейта, он опустил на секунду голову, а когда поднял глаза, сердце болезненно сжалось. Знакомая фигура.

Турок шел прямо к нему.

Раствориться в толпе Матвей не мог – слишком много открытого пространства. Он метнулся в сторону стоек информации, сделав вид, что ищет табло вылета. А сам взглядом пытался построить маршрут отступления и одновременно прислушивался – шаги, голос, дыхание.

Турок приближался.

Не спеша.

Как охотник.

Как будто знал, что Матвей загнан, как лиса в лабиринте стеклянных стен.

Шум аэропорта вдруг стал глухим, как под водой. Сердце билось в горле. Все, что было нужно, – добраться до выхода на посадку. Там – охрана, там – самолет, там – передышка.

Он ускорил шаг. Позади раздались такие же ускоряющиеся шаги. Пальцы потянулись к внутреннему карману – не за оружием, нет, его здесь быть не должно, – за удостоверением. Иногда оно действовало как крест на вампира. Иногда – нет.

В этот момент чья-то рука легла ему на плечо.

– Простите! – знакомый голос, с легким акцентом. – Вы уронили билет.

Матвей резко обернулся и замер. Он ждал чего угодно – но не этого.

Тот же турок.

Улыбка – вежливая, почти застенчивая.

На вытянутой ладони лежал посадочный талон. Матвея.

Матвей вгляделся в глаза мужчины. И вдруг увидел там не угрозу, а усталость. Человека, которого с детства учили быть вежливым и настойчивым.

А ты уже нарисовал себе погоню и кровь по стенам – пронеслось в голове.

Он взял билет, кивнул и сказал тихо:

– Спасибо.

Турок развернулся и пошел. Матвей стоял посреди зала, чувствуя, как медленно сходит адреналин – словно пар с раскаленного металла. Но в голове стучало: в следующий раз все может быть по-настоящему.