Читать книгу Тонкий свет - - Страница 3

После перекрёстка город словно стал другим. Не меняясь внешне, но меняясь в ощущении. Люди уже расходились, обсуждая увиденное, кто-то включил камеру, кто-то ругался. Но сам город будто замолчал. Не в прямом смысле, шум транспорта, разговоры, даже далёкая сирена звучала, но под всем этим лежал ровный слой тихого давления, как если бы пространство затаило дыхание.

Ладин заметил, что Егор сильно покачнулся, когда они отошли на сотню метров. Он будто потерял ориентацию в собственном теле. Не впервые, но сегодня это было опаснее. Потому что Ладин тоже чувствовал остаточный след. Что-то давило на виски, лёгкое, но назойливое, словно воздух стал тяжелее.

– Сядь, – сказал Ладин. Никакого приказа, только твёрдость.

– Я держусь, – Егор помотал головой, но сел всё равно на ступени офисного крыльца. Кожа на его лице была слишком бледной. Не от страха, а от перегрузки. Он дышал неглубоко, словно воздух был не тем.

Ладин сел рядом. И в этот момент понял, что вновь механически проверяет часы. Он делал это, когда нервничал. Стрелки стояли идеально, но ему казалось, что вот-вот дрогнут. Глупо, но ощущение было почти физическим: будто время в этом городе стало легче, чем должно быть.

– Ты почувствовал это? Перед импульсом? – спросил Егор, закрывая глаза.

– Да, – коротко ответил Ладин.

Егор внезапно усмехнулся. Слабо и безрадостно.

– Значит, всё хуже, чем я рассчитывал. Если слои давят настолько, что ты ощущаешь… это не просто точечная активность, Ладин. Это – смещение. На масштабе района.

Он поднял руку и попытался провести ею по воздуху, в полуметре от лица. Пальцы дрожали. Будто он нащупывал что-то в пространстве.

Ладин положил ладонь ему на плечо.

– Хватит. Оставь это до отдела.

– Там будет хуже, – мрачно ответил Егор. – Там ближе.

Он говорил так, словно слышал что-то за бетонными стенами, прежде чем они туда войдут.

Ладин не стал спорить, просто поднялся.

– Пойдём.

Отдел встретил их тем, что Ладин ещё никогда не видел: жаром. Внутренний воздух был тёплым, как в помещении с плохой вентиляцией, но сквозняки в коридорах не дали бы такого эффекта. Кожа на руках покрылась мурашками, хотя температура была ближе к летней. Странное ощущение, как будто тело не могло решить, холодно ему или жарко.

Ладин вспомнил, зачем появился этот отдел. Здесь собирали всё, что не укладывалось в привычные параметры города. Фрагменты сигналов из подземных линий связи, странные смещения света, следы линий на коже тех, кого тянуло к катакомбам. Отдел не давал объяснений. Он фиксировал отклонения, сравнивал показатели и искал закономерность там, где обычные методы теряли точность. Это место существовало, чтобы приблизить слой настолько, чтобы услышать его структуру и не разрушиться.

Егор моргнул несколько раз, будто что-то режет глаза.

– Слышишь? – тихо спросил он.

– Нет.

– Фоновое гудение. Низкое. Три частоты. Оно идёт по стенам, не по вентиляции. Оно… легло на корпус здания.

Ладин уловил слабый дрожащий звук, но только потому, что начал его искать.

Коридор был пуст, но лампы над ними мигали странно: не хаотично, а будто в одном ритме. На треть секунды свет гаснул, но не полностью. Возникала тень, которая не успевала появиться по законам физики, а исчезала до того, как человек её замечал.

За поворотом их встретил аналитический сектор. Кирилл, молодой, черноволосый, обычно собранный, в этот раз выглядел так, будто не спал сутки. На столе перед ним горела карта города, и на ней алыми точками проступали новые сигналы.

Кирилл занимался обработкой поступающих отклонений. Он собирал сигналы, накладывал их на карту, сверял частоты и отмечал зоны, где резонанс повторялся. Его задача была простой и тяжёлой одновременно. Понять, где слой просачивается ближе всего, и успеть отследить момент, когда структуры подземных линий начинают менять форму. Здесь оценки были важнее прогнозов. Кирилл искал закономерность там, где другие видели беспорядок.

– Вы наконец-то… – Кирилл поднялся. – У нас что-то очень странное. Я не успеваю фильтровать.

– Что показывает? – спросил Ладин.

Кирилл провёл рукой по планшету, карта увеличилась. Красные точки мигали. Не хаотично: группировались, соединялись, исчезали и появлялись вновь.

– Жалобы с улиц, с домов, с промышленных зон. Причём… – он щёлкнул по фильтру, – часть из них не совпадает по времени. Люди говорят, что тень перемещалась, или что в комнате стало два звука от одного предмета. Несколько звонков о том, что шаги слышны в пустых помещениях.

Егор подошёл ближе, прищурился, как будто смотрел не на карту, а сквозь неё.

– Это не жалобы. Это… – он замолчал. – Это поиск. Слой проверяет точки. Он прощупывает поверхность.

Кирилл поднял брови:

– Прощупывает?

– Да. Как слепой, который ищет выступ на стене, – Егор говорил тихо. – Он ищет место крепления.

– Сколько точек? – спросил Ладин.

– Тридцать семь за десять минут, – сказал Кирилл. – Сейчас уже сорок две.

На экране одна точка мигнула ярче других, словно внутренний импульс прошёл по карте.

– Это что? – спросил Ладин.

– Не знаю. Оно не поддаётся фильтрации. Я проверил журнал сети – там пусто. Это не датчики. Это явно не наши системы.

Егор медленно поднял руку и поднёс её к экрану не касаясь, а держась в десяти сантиметрах. Его пальцы дрожали, но он замер, будто слушал.

В этот момент картинка на карте едва заметно дрогнула. Только на миг, как помеха. Но дрогнула.

Кирилл отшатнулся.

– Ты это сделал?!

– Нет, – тихо сказал Егор. – Это… меня почувствовало.

Он сказал это так, будто речь шла не о метафоре, а о факте.

Ладин почувствовал, как под кожей пробежал холод.

– Егор, отойди.

Тот послушался. Медленно, будто отрываясь от чего-то невидимого.

– Что это было? – спросил Кирилл.

Егор сжал виски.

– Давление сверху. Как если бы слой наклонился. Проверил опору. Я… не уверен, что это была попытка войти. Скорее… анализ.

– Анализ чего? – спросил Ладин.

Егор поднял взгляд.

– Нас.

Когда они подошли к окну, выходящему во внутренний двор, запах ударил первым. Странная смесь: сырость, пыль и что-то ещё. Едва уловимое, напоминающее запах озона после грозы.

Ладин приподнял жалюзи.

И понял, почему Егор выглядел так напряжённо.

Двор был ровным. Слишком ровным. Тень от антенны лежала под идеальным углом, будто вычерченная. Трава стояла одинаковой высоты. Никакого движения ветра. Даже пластик мусорного контейнера казался… гладким. Неправдоподобно гладким.

– Здесь центр? – спросил Ладин.

Егор подошёл к стеклу, положил ладонь и тут же отдёрнул.

На его коже остался сероватый след, как от прикосновения к металлу, нагретому до невозможной температуры.

– О да, – прошептал он. – Здесь.

Ладин заметил деталь, которая заставила его сердце сжаться:

в отражении окна они с Егором стояли… слегка не там.

На секунду отражение Егора моргнуло позже, чем он.

Не на целую секунду, на долю.

Но было видно.

Он проверил ещё раз, медленно поднял руку.

Его отражение подняло руку чуть быстрее.

Его ладони вспотели.

Егор задыхался.

– Пространство… сползает, – прошептал он. – Точка фиксируется, но слой… теряет форму. Сейчас будет…

Он недоговорил.

Всё дрогнуло.

Не звук, не свет, а картинка.

Внутренний двор съехал вправо, как будто плёнку потянули.

Тень антенны размазалась.

Трава на мгновение стала серо-синей.

Окна здания отразили… пустоту: не двор, не небо, а ровный серый фон.

Воздух загудел. Ладину показалось, что его тело становится легче, словно гравитация исчезла на полсекунды.

Егор рухнул на колени.

И всё прекратилось.

Секунда. Две. Три.

Тишина.

Ладин подбежал к Егору.

– Ты слышишь? Егор!

Тот кивнул, но лицо его было серым.

– Это был сброс, – прошептал. – Он попытался войти… неправильно. И сбросил точку.

– Это плохо? – спросил Кирилл, который бледнел у двери.

– Это значит, – Егор поднял глаза, – что следующая попытка будет… правильной. Намного сильнее.

Они вернулись в аналитический зал.

Свет дрожал слабее, но воздух стал ещё тяжелее. Ладин чувствовал, как с каждой минутой его виски стягивает, будто невидимая нить.

Кирилл постучал по клавиатуре и карта увеличилась.

– Ладин… вам нужно это видеть.

Карта не просто мигала.

Красные точки исчезали целыми группами, а потом появлялись в других местах, как будто паттерн путешествовал.

– Что это? – спросил Ладин.

– Я не знаю, – сказал Кирилл. – Но оно движется.

Егор тихо сказал:

– Это концентрация. Они не хаотичны. Они выстраиваются… в фигуру.

– Что за фигуру?

– Я… не понимаю. Она неполная. Но она растёт.

Он опёрся на стол. Руки дрожали.

Ладин подошёл ближе.

– Егор, ты можешь определить первичную точку? Откуда всё началось.

– Я… – Егор закрыл глаза. – Дай секунду.

Он стоял неподвижно слишком долго.

Кирилл нервно сглотнул.

Ладин увидел, как у Егора дёрнулся левый глаз, нервно, болезненно.

Он понял: это граница. Дальше Егор может не выдержать.

– Егор, хватит…

– Нет… я почти… – он сделал вдох.

Воздух вокруг него слегка приглушался, будто звук ушёл на полшага.

Кирилл смотрел с открытым ртом.

И вдруг Егор выдохнул:

– Нашёл.

Комната стала тише.

– Где? – спросил Ладин.

Егор открыл глаза.

Они были покрасневшие, но ясные.

– Южные промзоны. Старая территория заводов. Там… пустота. Огромная. Как дыра в слое. Если слой войдёт, то войдёт там.

Ладин почувствовал холод, который шёл не от воздуха, а от понимания.

– Мы едем.

Егор покачал головой.

– Мы едем, да… но мы… – он замолчал.

– Но что? – спросил Кирилл.

Егор посмотрел на Ладина.

– Мы будем не первыми.

– В смысле? – голос Ладина стал жёстким.

Егор сглотнул.

– Там… уже есть движение. Не слой. Люди. Но… они не должны быть там. Не сейчас. Не при таком давлении.

Ладин почувствовал, как в груди что-то сжимается.

– Кто?

Егор опустил взгляд.

Голос стал едва слышным.

– Я не уверен. Но… похоже, что кто-то ищет то же, что и мы.

И в этот момент по зданию прошёл слабый, но отчётливый толчок, словно под фундаментом что-то сдвинулось.

Ладин поднял взгляд.

– Это он? – спросил Кирилл.

Егор тихо ответил:

– Нет. Это – ответ.