Читать книгу Уравнение Алекса - - Страница 3

Утро застало Алекса у окна.

Город внизу расползался потоками: машины, люди, ветер, рекламные линии – всё это выглядело частью одной огромной системы, которую кто-то собирает каждое утро заново, но неизменно по одному чертежу.

Алекс стоял неподвижно и позволял глазам скользить по деталям:

по шагу прохожего,

по слишком крепко сжатой сумке женщины,

по мужчине, который смотрел на витрину, избегая собственного отражения.

– Ты снова ищешь закономерности там, где у людей просто утро, – произнёс тихий внутренний голос.

– Я ищу не чтобы найти, – ответил Алекс. – А чтобы понять, что изменилось.

– Всё.

– Тогда надо увидеть, с чего начинается новое.

Сегодня Роман назначил «нейтральную» встречу.

Слово было неправильным – в их ситуации нейтральных мест не существовало.

Подземная парковка

Парковка встретила его густой тишиной.

Запах бензина смешивался с холодным металлом.

Эхо шагов разносилось так, будто пространство нарочно расширили, чтобы человек чувствовал себя меньше.

Роман стоял у машины – словно статуя, которую поставили заранее.

– Вы пришли, – сказал он.

Алекс не ответил. Он уже анализировал.

Плечи Романа были расслаблены слишком правильно.

Дыхание – ровное, но перед каждым выдохом мелькала едва уловимая пауза, как будто он проверял воздух на безопасность.

– Вы говорили о делах, связанных незаметной ниткой, – напомнил Алекс. – Пора показать.

Роман открыл багажник.

Внутри лежала папка цвета старого бетона.

Алекс поднял крышку: листы, фотографии, распечатки.

Вещи, которые должны были находиться в архиве, а не в багажнике человека, чья улыбка никогда не достигает глаз.

Первое дело – ДТП.

На записи – странная пауза в движении пострадавшей.

Будто она сама остановилась в точке удара.

Второе – банкротство.

Слишком чистое.

Так никто не разоряется, если это происходит естественно.

Третье – самоубийство.

Но тело лежало в позе, которую невозможно принять добровольно.

– И вы считаете, что это один человек? – спросил Алекс.

– Я знаю, – ответил Роман.

– Почему уверены, что это связано со мной?

Взгляд Романа стал нелинейным – в нём мелькнуло тонкое напряжение, как трещина на стекле.

– Во всех трёх случаях есть косвенные связи, которые сходятся на вас. Вы их не замечаете, но вас изучают давно.

Внутри Алекса что-то дрогнуло.

Не страх – признание факта.

– Архитектор хочет втянуть вас в игру, – сказал Роман. – Или использовать. Или ломать. Он любит, когда человек не понимает, что именно с ним делают.

Алекс закрыл папку.

– А вы? Какова ваша роль?

Ответ последовал слишком быстро:

– Наблюдатель.

Слишком быстро.

Значит – ложь.

«Врет», – отметила внутренняя мысль.

«Но не о себе. О степени участия».

Алекс захлопнул багажник.

– У меня вопросы.

– У меня тоже, – сказал Роман. – Но вам лучше дождаться знака. Архитектор не любит поспешность.

Он сел в автомобиль, завёлся и исчез в бетонном лабиринте.

Алекс остался среди колонн и впервые почувствовал, что за ним наблюдают не глаза – сама архитектура.

Первый след

Склад на окраине встретил его безмолвием.

Это было место, где ничего не должно происходить.

А значит – место, где происходят самые важные вещи.

Дверь была приоткрыта.

Не забытая.

Оставленная.

Он вошёл.

Пыль лежала ровно, будто её высыпали линейкой.

Но среди идеального слоя – один след.

Чёткий.

Выверенный.

Как вырезанный шаблон.

След обуви.

Алекс присел.

Провёл пальцами по воздуху возле края – не прикасаясь, а ощущая форму.

– Этот след не оставили случайно, – произнёс он.

«Это приглашение», – отозвал внутренний голос.

На стене – три тонкие царапины:

слишком прямые,

слишком ровные,

слишком осознанные.

– Не знак.

– Не код.

– Подпись.

Не преступника.

Создателя сцены.

Алекс выпрямился.

Ощущение было необычным:

не тревога,

не интерес,

а уверенность, что его здесь ждали.

Возвращение домой

Эмма снова стояла у окна.

Она даже не повернулась, когда он вошёл.

– Что-то произошло, – сказала она.

Не вопрос – утверждение.

– Рабочий день, – попытался он.

Она медленно обернулась.

Смотрела внимательно, будто проверяла, не подменили ли его.

– Ты стал другим, – произнесла тихо. – Последние дни… что-то сместилось.

Алекс подумал, как бы описал своё состояние профессиональным языком.

Но вслух выбрал простое:

– Всё под контролем.

Эмма покачала головой.

– Ты говоришь это так, будто убеждаешь не меня, а себя.

Её дыхание сбилось на долю секунды – и он это увидел.

Холодное чувство поднялось внутри.

– Эмма… ты уверена, что у тебя всё хорошо?

– Алекс…

Она улыбнулась мягко, но в этой улыбке было оборонительное движение – почти жест.

– Разве у нас бывают простые дни?

Он промолчал.

Потому что впервые за долгое время увидел:

она что-то скрывает.

И это показалось ему куда опаснее, чем то, что скрывает Архитектор.

Ночь без сна

Он лежал в темноте, глядя в потолок.

Мысли двигались медленно, как чёрная вода под льдом.

– Ты видишь угрозу везде, – сказал внутренний голос.

– Я вижу связи.

– Связи, которые можешь принять за угрозу ошибочно.

– Ошибочно – не значит неверно.

Он дотянулся до флакона.

Сжал его.

Пальцы дрогнули – почти незаметно.

– Если продолжишь пить это, – сказал тихий голос, звучавший старше, чем он сам, – ты перестанешь различать собственные мысли и навязанные.

– А если не буду – перестану держать себя в руках.

Он всё-таки сделал глоток.

Горечь обожгла язык.

Холод прошёл по внутренним стенкам сознания.

И среди этой тишины всплыла одна чёткая, чужая, но одновременно родная мысль:

«Ты уже в игре. Вопрос – на чьём поле».