Читать книгу Пепел наших секретов - - Страница 5

Год назад

Сирена

С замиранием сердца жду появления Кея, стоя боком у высокой плетеной калитки. Проклинаю себя за дурацкий план – точнее, за очередной дурацкий план, – но оправдываюсь, как обычно, умело: в любви как на войне и все такое.

Если выбирать из «попытать счастья и, возможно, немного попозориться» и «однажды стать приглашенным гостем на бракосочетании Кея Хирша» – то я, пожалуй, остановлюсь на первом.

Издалека уже вижу высокую тень парня и чувствую охватывающее меня пьянящее возбуждение – уже такое привычное за два года, что я знакома с Кеем. Если я говорила, что раньше влюблялась в других, – забудьте. Все прошлые короткие влюбленности никогда не толкали меня на какие-либо поступки. Да, мне нравилось в свое время представлять, как Алек или Калеб на глазах у школы признаются мне в любви. Но на этом все ограничивалось. При виде них меня никогда не штормило, я даже не фантазировала полноценно, с подробностями о поцелуе с кем-нибудь из приятелей брата.

С Кеем мои фантазии давно вышли за рамки французских поцелуев. В моих гормональных мечтах он не мог справляться со своими чувствами ко мне и впечатывал меня в собственную машину. Прижимал своим сильным телом к ней. Скидывал резинку с моих волос и запускал в них руку. Целовал шею, заставляя задыхаться, оставляя на ней следы. Притягивал меня еще ближе, хватая за бедра…

Упс, как-то немного не вовремя. Продолжение я представлю перед сном.

Поднимаю глаза и вижу Кея – реального, не из мира фантазий.

Этот парень – красавчик не только по меркам одной отдельной взятой влюбленной идиотки по типу меня.

Метр восемьдесят большого, сильного тела с сухими мускулами – Кей единственный из всех моих знакомых парней, кто регулярно ходит в фитнес-зал и тщательно следит за собой. Я даже однажды видела его без верхней одежды на вечеринке у бассейна – у него, без шуток, идеально рельефное тело! Каштановые короткие волосы и карие глаза – таков теперь мой любимый типаж. Но как этот ублюдок еще умеет подать себя – он единственный парень, кого знаю, который постоянно ходит в строгой рубашке, пиджаке и классических брюках. Да, много мужчин одеваются подобным образом, в том числе и мой отец, но на молодом девятнадцатилетнем парне с шикарной фигурой прикид выглядит до безумия сексуально.

Я уже не пытаюсь от себя скрывать, что тащусь от одного внешнего вида Кея. Но не только на этом немаловажном факторе развивалась моя влюбленность.

На фоне остальной компании – бездельников-старшеклассников – Кей Хирш хоть и был на год старше, но оставлял ощущение, что там разверзлась пропасть куда больше. Он знал, чего хочет по жизни, и успешно достигал своих целей – а это важное для меня качество. Он не только учился на медика, но и работал помощником в скорой помощи. Всего год разницы, но Кей казался каким-то цельным, переросшим порог юношеской тупости.

Для меня он был не парнем – мужчиной. Жаль, не заинтересованным во мне, но я не оставляю попыток кое-что подкорректировать.

Поэтому стоит ему только пересечь входные ворота к дому, как я с протяжным всхлипом «о-ой» обрушиваюсь на него всем телом. Скольжу руками по лацканам пиджака и… вроде бы падаю? Черт, в идеале Кей должен быстро среагировать и прижать меня к себе, не давая упасть. А потом заметить вырез груди в моей ветровке…

Но он застывает и не пытается ничего предпринять, а я уже теряю устойчивую опору и не могу отыграть все назад, поэтому сейчас унизительно распластаюсь перед ним.

Но в последний момент сильные руки подхватывают меня, как пушинку, и ставят в вертикальное положение. Я слышу надсадный вздох Кея, но не от затраченных усилий, а похожий на раздражение.

– С-спасибо. – Меняю тембр голоса на более тонкий и пялюсь на его красивое лицо. Я тяжело и немного надрывно дышу – от его присутствия и близости, но со стороны можно подумать, что от неудавшегося падения. – Я, кажется, споткнулась.

«Боже, не убирай свои руки!»

Бога нет – Кей тотчас отпускает меня, а на лице его застывает усмешка.

– Привет, Сирена, – тянет он, оглядывая меня. Само спокойствие. Однако взгляд в районе моей груди задерживает – это длится недолго, но сам факт! – Теперь ты всегда будешь встречать меня, сразу падая к моим ногам? Тогда мне стоит подстроить нашу следующую встречу на пороге моей спальни.

От его слов чуть ли не пылаю – но не от смущения, а оттого, что нечто подобное я уже фантазировала. И сейчас картинки невольно всплывают в моей голове.

– Чтобы подстроить такую встречу, тебе нужно для начала заманить меня к себе домой, – включаюсь я в игру.

– Что-то мне подсказывает – мне не потребуется ни грамма усилий.

«Черт, моя одержимость Кеем Хиршем видна как на ладони».

– Сначала проверь – потом говори. – Вздергиваю подбородок и смотрю ему прямо в глаза. Делаю вид, что его предложение мне ни капли не интересно. Между нами такое маленькое расстояние, что я чувствую запах парфюма Кея – нечто цитрусовое.

Неожиданно Кей резким движением перехватывает меня за талию и наклоняется к моей шее – и я чувствую мурашки на ней. Ощущаю его дыхание.

Чувствую, как чуть ли не намокают мои трусики, – он еще никогда не приближался ко мне настолько близко.

– Сирена, мы уже не дети, – понижает Кей голос.

Я почти не слышу его, а больше чувствую его руку на пояснице. Как будто все мое естество переключалось сейчас в ту зону тела.

– И ты самая сексуальная девушка, которую я только знаю. – Рука опускается на ягодицы и слегка сжимает их. – Я бы все отдал сейчас, чтоб покинуть это место и остаться с тобой наедине.

Я снова верю в Бога – я даже не допускала всерьез, что услышу когда-либо нечто подобное от Кея.

«Самая сексуальная из всех».

«Все на свете, чтобы побыть со мной вдвоем».

До летней жары еще далеко, но я ощущаю, как будто температура сейчас шкалит выше сорока градусов. От этих слов, от такой близости, от низкого голоса, от руки Кея на моей заднице – я становлюсь расплавленным мороженым на солнцепеке.

Мы действительно не дети, по крайней мере, по паспорту. То, о чем Кей говорит, – прямой намек на секс. От него мне хочется намного большее, чем разовое развлечение, но не хочу отказываться и от малого. В конце концов, от процесса получают удовольствие две стороны. А в моих фантазиях я отдаюсь ему уже второй год. Мое тело жаждет его, о чем явно сигнализирует стремительно набухающий клитор.

– Ты серьезно это предлагаешь? – спрашиваю я и прижимаюсь к гладковыбритой щеке Кея. Встаю на носочки. Мои соски такие твердые, что парень наверняка смог их прекрасно почувствовать даже через плотную ткань пиджака.

Но Кей мигом отстраняется, отступая на шаг назад, а на его лице снова появляется ублюдская ухмылка.

– Ага, серьезно. – Во взгляде – полное равнодушие и ни намека на ту интимную атмосферу, что была буквально только что. Смотрит на мои ноги, сухо комментирует: – Сирена, завяжи шнурки, хотя бы этим покажи, что ты не маленький ребенок, который спотыкается на ровном месте.

Я снова пылаю, но теперь от злости и разочарования.

Сукин сын.

Он просто смеется надо мной. Все, что сейчас произошло, – лишь тупая издевка. Кей сразу выкупил мой маневр и поиздевался надо мной. Еще и за задницу бесцеремонно полапал, но сказать, что мне было неприятно, означает соврать.

– Пошел ты, – шиплю я.

– Пошел, – лениво соглашается парень и обходит меня стороной, направляясь к дому.

– Если что, я пошутила! – кричу ему в спину, но, будь я на его месте, такой отговорке бы, конечно, не поверила. – Я бы не согласилась.

– Я не шутил.

Кей даже не оборачивается, но теперь я не хочу пытаться понять, что он имеет в виду. Да это даже смешно. Я ему не нравлюсь. И черт побери, в сексуальном плане – отдельное унижение.

Я уже давно поняла, что он не испытывает по отношению ко мне никаких чувств, но хотела подарить себе хотя бы первый сексуальный опыт с парнем, которого люблю. Я бы, черт побери, не стала возносить это в нечто такое, будто он потом будет чем-то обязан мне. Более чем уверена, Кей не девственник – и какой королевой красоты надо быть, чтоб хотя бы попасть в его постель, не говоря о большем?

Мудак. Бесит. Люблю. Хочу. Злюсь.

Срываю гребаный бутон розы с волос, иду к широким плетеным качелям, установленным для общей красоты сада. Сколько себя помню, они были здесь всегда, неудобные, поэтому даже в детстве не привлекали моего внимания. Но сейчас упрямо сажусь на них, закидывая ноги на железную спинку.

«Завяжи шнурки».

К черту, мать его! Они были частью моего плана. Трясу ногой и полностью скидываю с себя одну кроссовку.

Мне и гадостно, и до ужаса приятно.

Если выкинуть из головы окончание разговора с Кеем, первая минута нашего столкновения мне абсолютно нравится. Даже тело сохраняет приятную нервозность после прикосновений парня.

«Значит, можно считать, что мы идем к сближению?»

Как же унизительно. Я ведь по факту ловлю какие-то крохи внимания, выраженные издевками. Что со мной не так? Я не страдаю комплексами, я привлекательна внешне, я ничем не отличаюсь от других девушек моего возраста.

Хотя в то время, как они заводят уже десятые по счету отношения, я все еще являюсь девственницей. Которая ни разу не целовалась в восемнадцать лет, мамочки!

И мне не стремно ни за первое, ни за второе, но злюсь, что так зависаю на Кее. Черт, я не могу воспринимать никаких парней, кроме него.

– Сирена? – От этих мыслей меня отвлекает голос брата.

Я не заметила, когда он подошел, качнув качели, из-за чего с моей ноги слетает вторая кроссовка.

Поворачиваюсь к Дасти и изображаю на лице кислую улыбку.

«Все хорошо, братишка, все хорошо».

Просто иногда я не просекаю, то ли мне хочется убить твоего друга, то ли самой умереть в его объятьях.

– Не вынес общества своих ублюдков? – пытаюсь я шутить, пряча грусть.

Но на самом деле самое бездарное, что я могу пробовать, – пытаться обмануть брата. Он всегда чувствует мое настроение. Ладно, ситуация несколько хуже – Дасти интуитивно понимает, когда я на кого-то западаю, а с учетом, что это всегда были его друзья, мне порой даже неловко. Совсем немного – в конце концов, мы близнецы, сверхсила, сильнейший тандем, поддержим друг друга.

И загрызем друг за друга.

Брат, усмехнувшись, садится ко мне, благо ширина и длина качелей это позволяют: при желании на них можно устраивать оргию.

– Не грусти из-за Кея.

Я давлюсь словами и мыслями.

«Вот так сразу, да?»

– Он что-то сказал? – прямо спрашиваю я Дасти, а в голове уже кружатся картины, как Кей перед всей компанией со смехом заявляет, как я готова была нестись к нему трахаться, хотя он и не предлагал этого всерьез. Теперь мне уже по-настоящему стремно.

Вот почему Дасти и примчался сюда.

Перед тем как родиться, мой братишка упал в чан под названием «Доброта», ведь это его прямо-таки отличительная особенность. Он – без приколов – очень добрый парень, поэтому все к нему тянутся. Доверяют.

И тут не придраться – Дасти, как сторожевой пес, хранит чужие тайны. Даже мне не сообщает ничего, как бы я ни просила! Своей сестре, черт побери!

Ах да, я в то время купалась в котле с самым дебильным названием – «Будущая фанатка Кея Хирша».

– Нет, – отвечает Дасти. – Ты всегда после встречи с ним грустная. Поэтому я пришел убедиться лишний раз в этом. Ну и поддержать.

– Я злая, а не грустная.

Кого я обманываю? Я не могу долго злиться на этого человека.

– Грустная и немного раздраженная, – настаивает Дасти, и я слегка ухмыляюсь уголком губ.

– Ладно, пусть так. Тогда ты – как мой брат – иди и надери этому придурку задницу.

Теперь усмехается Дасти. В точности так же, как и я. Если бы мы были одного пола, мне бы никогда не потребовалось зеркало, клянусь.

–Да-асти! – тяну я, стуча ногами, перекинутыми через спинку качелей. – Ну расскажи мне что-нибудь о нем! У него есть девушка? Он влюблен в кого-нибудь? Если бы Кей учился в нашей школе, я бы уже давно разузнала.

– Си! – останавливает меня брат, давая понять, что никакие мольбы не заставят его нарушить то, о чем его просили не распространяться. Но на секунду задумывается. – О’кей, у него нет девушки – он этого и не скрывает.

– А ему кто-нибудь нравится? – Вскакиваю с качелей, чувствуя нездоровый интерес. Утыкаюсь в широкие плечи брата руками. – Я ему нравлюсь? – корректирую я вопрос.

– Я молчу.

– Ага. – Я расплываюсь в хитрой улыбке. – То есть вы меня обсуждали, да? Иначе бы ты ответил просто: «Я не знаю».

Дасти деланно пожимает плечами, не давая конкретного ответа. Однако даже по такому «не-ответу» можно с уверенностью утверждать: братишка знает больше, чем может сказать.

А тот факт, что на его лице нет морщинки, появляющейся, когда он чем-то расстроен, наверняка означает одно: обсуждение не несло негативной окраски по отношению ко мне.

Тогда бы Дасти точно хмурился.

С кем я живу! Но я уже привыкаю порой вытягивать волнующую меня информацию из брата подобным образом.

– Скажи-скажи-скажи! – как заведенная, ною я.

Долбаные мужские секреты, будь у меня сестра вместо брата, она бы явно поняла, как порой незнание мучительно.

– Хоть какую-нибудь мелочь!

– Могу сказать только свое мнение. Кей – нормальный парень, я не против, если бы вы были вместе. Просто…

Я не дышу, мать вашу, я не дышу.

– Но не спеши, ладно? Сейчас он – не тот, кто понравился бы тебе.

– Что? – Я возмущена и адски недовольна. – Ты же в курсе, что он мне нравится уже! Я тебя не понимаю, Даст. Почему ты так считаешь?

– Это его мнение, Сирена. Больше я ничего не скажу.

Что за черт? Как я должна это воспринимать? Кей считает, что он бы не понравился мне? Прошу вас, отмотайте все назад! Как мне вникнуть в долбанутую логику? Он уже мне нравится.

Уже. Сегодня. Сейчас. На этой неделе.

В этом году и в прошлом. С первого взгляда.

Не успеваю хоть как-то сформулировать в голове поток мыслей во что-то адекватное, как Дасти резко вскакивает с качелей.

– Пошли погоняем на великах, сестра.

Я удивленно таращу на него глаза.

– Ты серьезно, братик?

– А что? Потеряла сноровку?

– У тебя там вроде приятели собрались?

– Они вполне себе могут провести время в обществе друг друга, – весело улыбается Дасти. – Ну, Сирена?

Велосипед – наша любимая «машина», сколько километров мы обкатали с братом – невероятно много. Наверное, это лучшее времяпровождение для момента «здесь и сейчас». С Кеем Хиршем я разберусь обязательно, но позже.

Возвращаю себе кроссовки и весело смотрю на брата:

– Поехали.