Читать книгу Игра в безумие - - Страница 2

Свет в палате был приглушенным, милосердным, но он все равно резал глаза. Воздух плотно пах антисептиком и тихой болью. Ариадна замерла на пороге, позволив взгляду привыкнуть к полумраку, прежде чем найти его.

Он спал.

Это слово казалось таким чуждым по отношению к нему. Алексей в ее памяти всегда был воплощением сдержанной, готовой к взрыву энергии. Даже в покое его тело излучало напряжение заряженной пружины. Сейчас же он был обезврежен. Обезболен. Лицо – бледная маска на белой подушке, черты разглажены действием сильнодействующих препаратов. Губы чуть приоткрыты, дыхание ровное и глубокое, слишком глубокое для обычного сна. Это был уход, бегство от боли.

Она неслышно подошла и опустилась в кресло у кровати. Руки лежали на коленях, сжатые в тугой узел. Прикоснуться? К чему? К этой восковой кукле? Ее взгляд скользнул по пластиковой трубке капельницы, входящей в его мощную, но сейчас безвольную руку, по белым повязкам, скрывавшим шрамы, которые она теперь знала по именам, по мониторам, мерцающим ровными зелеными линиями. Они показывали жизнь, но сама она казалась приостановленной.

И тогда в тишине палаты зазвучали призраки. Не те, что стояли у кровати, а те, что роились в ее голове.

«Кто ты? – первый, самый главный вопрос, прозвучал беззвучно. Случайный спаситель, посланный судьбой? Или тщательно спланированная ловушка, в которую я повелась, как наивная дура?»

Память, острая и беспощадная, вытащила из глубин его резюме. Скромное, на пару страниц. «Водитель с опытом работы в силовых структурах». Ничего лишнего. Но она вспомнила его первые дни. Слишком идеальная осанка. Слишком цепкий, сканирующий взгляд, отмечавший каждый угол, каждого человека. Слишком быстрая, почти инстинктивная реакция на любую потенциальную угрозу. Он вписался в ее жизнь, как ключ в замок, но теперь она задавалась вопросом: а не был ли замок подточен заранее?

Ты появился слишком вовремя. Слишком профессионально.

И тут стены больницы поплыли, растворившись в огненном аде прошлого.

Взрыв.

Не грохот сначала, а удар. Глухой, свинцовый, вышибающий душу из тела. Его тело, тяжелое и жесткое, навалилось на нее, пригвоздив к бетону пола. Воздух вырвался из легких с хрипом.

Звуки. Оглушительный звон в ушах, сквозь который пробивался треск ломающихся конструкций, вой сигнализации. И его голос. Четкий, спокойный, будто они обсуждали погоду: «Вы ранены?» Ни тени паники. Только действие.

Запахи. В первые секунды – чистый, почти домашний запах его кожи, смешанный с едва уловимым парфюмом. Потом – едкая, удушающая гарь, пыль, пахнущая смертью.

Визуальные обрывки. Кровь. Алая, горячая струйка, стекающая с его виска по щеке. Его глаза, такие близкие. Не испуганные, а до жути сосредоточенные. В них не было места эмоциям, только холодный расчет. И его руки. Те самые руки. Они срывали с нее лоскуты дорогой ткани, накладывая жгут на ее окровавленную руку. Движения – точные, выверенные, без единой лишней дрожи.

Воспоминание отступило так же внезапно, как и накатило. Ариадна вздрогнула, снова очутившись в тихой, стерильной палате.

Ее взгляд упала на его руку. Ту самую, что держала оружие и перевязывала ее рану. Теперь в нее входила игла, подключенная к пластиковому мешку с прозрачной жидкостью. Жизнь, капля за каплей, поддерживаемая технологиями.

Ее пальцы, будто помимо воли, потянулись к нему. Она хотела почувствовать под кожей пульс, доказательство, что тот человек, спаситель и воин, все еще здесь. Но в сантиметре от его запястья она замерла. Призраки из досье встали между ними стеной.

«Он спас меня, – отчаянно твердил один голос в голове. – Он мог бы спастись сам, но бросился на меня.»

«Но кем он был до меня? – язвительно спрашивал другой, тот, что вырос из прочитанных ночью документов. – И для кого? Для меня? Или для кого-то другого, кто отдал приказ?»

Внезапно дверь открылась, впуская в палату щебетучую, деловитую медсестру.

– Время сменить капельницу, дорогая», – бросила она Ариадне, не глядя.

Ариадна вскочила так резко, будто ее поймали на воровстве. Сердце бешено заколотилось в груди.

– Я… я уже ухожу.

Она сделала шаг к двери, но на пороге обернулась. Бросила последний, жадно-пронзительный взгляд на его спящее лицо. В нем не было ни силы, ни тайн, только беззащитность. Но именно эта беззащитность делала его еще более опасным для нее.

«Я должна знать правду. Даже если она убьет то, что начало расти между нами».