Читать книгу Пёс его знает - - Страница 2

Я никогда не любил собак. То ли дело – кошки: умные, независимые, изобретательные, в конце концов, просто красивые. Совсем как я.

А собаки, что? Вечные заложники человеческих желаний, рабски преданные хозяину. А разве можно любить раба?

Поэтому мы с Дарси с первого взгляда невзлюбили друг друга. Я не понимал, что могло нравиться в этом жалком существе с выпученными глазами на узкой морде, лохматым венчиком на макушке и лысым пятнистым телом на тонких, трясущихся лапах. В общем, Дарси был отменный урод, хотя и назывался гордо китайской хохлатой собакой. И уж чего я вовсе не понимал, так это обожания этого голого недоразумения своей хозяйкой.

При первой встрече с ней я сразу понял: мне фантастически повезло. Такая удача бывает только раз в жизни, и я буду идиотом, если упущу этот шанс.

– Простите! – улыбнулся я, заслоняя дверь и перекрывая пути к отступлению. – Честное слово, я не специально!

Я налетел на неё у кабинета модного московского психолога, приём которого стоил бешеных денег и проходил в условиях строгой конфиденциальности. Но в этот раз произошла накладка: пациенты пересеклись и увидели друг друга.

– Прошу прощения, это моя ошибка! – испуганно выпорхнула из-за стойки администратор клиники. Я сочувственно посмотрел на хорошенькую девушку, которая вклинилась между нами: наверняка ей прилетит от босса за невнимательность. Лишат премии, а то и уволят: ведь клиенты отваливают немалые суммы за то, чтобы их визиты сохранялись в строгой тайне, а тут такой конфуз!

За себя я был спокоен. Даже в самой неприятной ситуации меня выручала красивая внешность и природное обаяние. Я всегда нравился женщинам. Стоило улыбнуться – и самые злые и циничные стервы таяли, как мороженое, и прощали мне любые грехи.

Сработало и на этот раз. Вместо того, чтобы закатить администраторше истерику, незнакомка расцвела улыбкой. И проговорила, запинаясь:

– Я с-сама в-виновата: з-задержала чужой п-приём.

Она посторонилась, чтобы я смог пройти в кабинет, где возле кушетки меня уже поджидал психолог. Но я не торопился.

– Я вам ногу отдавил.

Я виновато посмотрел на незнакомку. И тут же обольстительно улыбнулся.

– Готов загладить свою вину ужином в «Пушкине». Или хоть где, на ваш выбор, – тут же исправился я, заметив, как вытянулось лицо незнакомки при упоминании старого пафосного заведения.

– Станислав Андреевич, доктор вас ждёт, – снова некстати влезла администратор.

Каждая минута столичного гуру от психологии была на вес золота. Но случайное знакомство с его пациенткой стоило намного дороже.

– Уже иду, – бросил я, не двигаясь с места. И улыбнулся незнакомке. – Как вы уже поняли, меня зовут Стас. А вы…

– С-софья, – проговорила она, опять заикаясь.

Я сделал вид, что ничего не заметил. И продолжал гнуть своё, игнорируя гневные взгляды хорошенькой администраторши.

– Софья, мне очень знакомо ваше лицо. Не могли мы с вами встречаться раньше? Где-нибудь на Патриках?

– Н-не д-думаю.

– Странно. Значит, обознался.

Я сокрушённо развёл руками. И вдруг хлопнул себя по лбу:

– Понял! Вы похожи на одну знаменитую актрису – Регину Топальскую! Помните, была такая звезда в девяностых. Хотя, стоп! – опомнился я, – вы же в эти годы ещё не родились…

Софья странно посмотрела на меня и напряжённо ответила, ни разу не заикнувшись:

– Это моя мать.

– Станислав Андреевич, пройдите, пожалуйста, в кабинет. Ваш приём вот-вот закончится, – почти не скрывала раздражения администратор.

– Уже бегу! – радостно согласился я и обернулся к Софье, доставая на ходу смартфон. – Записываю номер, вы же помните об ужине?

Рассмеявшись, она продиктовала цифры. И я облегчённо рванул к двери психолога, расшаркиваясь и приговаривая на ходу:

– Ну просто копия своей мамы! Такая же красавица!

Я нагло врал: Софья Топальская не была ни капли похожа на царственную брюнетку, блиставшую в мелодрамах 90-х. Яркая черноглазая звезда буквально излучала секс и призывно улыбалась с постеров, которые лет тридцать назад украшали комнату каждого подростка.

Топальская не боялась постельных сцен не только в кино: о многочисленных любовниках звезды ходили легенды. По слухам, от одного из них в начале девяностых Регина родила девочку. После этого карьера актрисы плавно сошла на нет.

Когда появилась Софья, Топальской было уже сорок шесть. Позже, оправдывая случившееся, медики кивали на солидный, по тогдашним меркам, возраст матери. Но Регина во всём винила врачебную ошибку. Злополучная родовая травма искалечила жизнь её единственному ребёнку: Сонечка росла слабой, плохо двигалась и ещё хуже разговаривала.

Но Топальская отказалась с этим мириться. С яростью тигрицы она набросилась на болезнь: возила дочь по санаториям, водила по логопедам, неврологам, психологам и массажистам, не жалея времени и денег.

Под таким напором болезнь отступила: к двадцати годам Софья ничем не отличалась от здоровых сверстников. Разве что заикалась в минуты душевного волнения и неуклюже двигалась: когда-то парализованная левая нога так и не восстановилась до конца. В остальном это была абсолютно нормальная девушка, теперь уже – молодая женщина, ведь к моменту нашего знакомства Софье перевалило за тридцать.

Конечно же, наша встреча не была случайной. Организовать её мне помогла та самая хорошенькая администраторша частной клиники, куда после смерти матери зачастила Софья.

– Короче, есть темка, – сказала Аглая, лениво потягиваясь в кровати, где мы до этого всю ночь кувыркались. – Богатая наследница, дочь Регины Топальской, дура и уродина. После смерти матери осталась совсем одна. Можно брать голыми руками.

Я задумчиво хмыкнул, прошлёпал на кухню и, смешав пару коктейлей, вернулся в спальню.

– Всё, как ты любишь, – протянул бокал с ярко-оранжевой искристой жидкостью.

Аглая любила всё яркое, взрывное, бурлящее – как модный коктейль, который она лениво потягивала из запотевшего бокала. За этой искрящейся жизнью она отправилась за тридевять земель, переехав из тихого провинциального Орска в Москву. Бойкая блондинка тут же ринулась покорять шоу-бизнес, где таскалась по ток-шоу в надежде, что её заметит кто-то из продюсеров. На одном из кастингов мы с ней и познакомились.

К тому времени Аглая трудилась помощницей знаменитого столичного психолога, однако зарабатывала на красивую жизнь совсем другим. Хорошенькая, длинноногая и грудастая блондинка пользовалась большим спросом у пожилых обеспеченных мужчин.

В этом мы были с ней похожи. Только меня содержали немолодые бизнес-леди. В столицу я понаехал из Великого Новгорода. Прекрасный древний город, но делать там абсолютно нечего: великим он был в прошлом, сейчас рулит Москва. Кое-как отучившись в местном экономико-гуманитарном колледже, я махнул в столицу, где надеялся разыграть свой главный козырь – красивую внешность и глубокий бархатный голос.

Конечно, у меня ничего не вышло. Никто не собирался просто так вкладывать деньги в смазливого парня из провинции. А тот способ, которым мне предлагали рассчитаться за раскрутку, вызывал отвращение: всё-таки я предпочитал женщин.

Но после знакомства с Аглаей, решение нашлось само.

– Делай, как я, – посоветовала она после очередной бурной ночи, – тряси бабло за потрахушки. Поверь, за такого горячего парня бабы последнее отдадут!

Я долго не раздумывал: с потрахушками, как выразилась Аглая, у меня было всё в порядке. Люблю, умею, практикую. А что если это и есть мой главный талант, который обеспечит роскошную жизнь, о которой я так мечтал?

– За деньги, да! – насмешливо пропела Аглая.

Клиенток даже искать не пришлось – все они были у Аглаи под рукой. Хорошенькая помощница психолога вела базу его пациентов, львиную долю которых составляли сильные, независимые и очень состоятельные женщины. Самоуверенные министерские чиновницы, стальные бизнес-вумен и высокомерные светские львицы и представить не могли, что вся их подноготная, которой они доверчиво делились с личным врачом – давно не врачебная тайна. Скромная помощница знаменитого психолога знала о них всё: рост, вес, возраст, домашний адрес, количество мужей и детей. А главное – она знала все их больные места: комплексы, фобии и грязные мечты.

– А вот смотри, какая, – ухмылялась моя подруга, скидывая мне очередную карточку клиента. – Директор фармацевтической компании, 48 лет, в разводе, двое взрослых детей живут отдельно, страдает от булимии и одиночества в своём огромном доме на Новой Риге.

Я всмотрелся в хмурое лицо женщины на изображении и поёжился. Характер, видно, паршивый – вот все и разбежались.

– Или эта ещё, – продолжала Аглая. – Президент строительного холдинга, 55 лет, не замужем и никогда не была. Полностью отдаётся работе, но чувствует себя недооценённой. Психопатка. Любит доминировать.

– Это что же ей – пятки целовать? – пробормотал я, покосившись на костлявую тётку с тяжёлым подбородком.

Аглая фыркнула.

– За бабки ещё и не то поцелуешь. Ну, не хочешь, тогда бери эту – владелица антивозрастного косметического бренда, 58 годиков, вдова, мать и бабушка. Любит поесть и выпить. Страшно боится старости.

Судя по снимку предпринимательницы, она больше доверяла пластическим хирургам, чем своей продукции. Интересно, это натянутое до хруста, заполированное филерами лицо, ещё способно шевелиться?

– Вот и узнаешь, – смеялась Аглая.

Так, с шутками да прибаутками, мы намечали будущую жертву. Остальное было дело техники. Когда ты знаешь о человеке самое сокровенное, можешь манипулировать им, как угодно.

Обычно я подкарауливал будущую благодетельницу возле кабинета модного психолога. Одно неловкое движение – и вот, споткнувшись на ровном месте, я налетаю на ничего не ожидавшую женщину, рассыпаюсь в извинениях и прошу телефончик, чтобы договориться об ужине – разумеется, за мой счёт!

Схема работала безупречно. Удивительно, но прожжённые деловые тётки, поднаторевшие за свою долгую жизнь в интригах и подковёрных играх, ни разу не заподозрили подставы. Они были уверены, что в свои сорок, пятьдесят и даже – шестьдесят, вот так, с первого взгляда, способны заинтересовать молодого красивого парня. Ни одна – слышите! – ни одна не усомнилась! При том, что ни у кого из них не было, мягко говоря, модельной внешности. Нет, всё-таки, странный народ эти женщины. Босс Аглаи прав: мы с ними с разных планет.

– Да-да, я в курсе. Вы с Марса, а мы – с Венеры, – фыркала Аглая, которая за время работы у своего начальника нахваталась популярной психологии.

Она прижалась ко мне и промурлыкала в ухо:

– Пойми, Стас, все эти успешные, сильные и независимые – обычные недолюбленные бабы. Ну вот не повезло им с личной жизнью: та карьеру делала, не до любви было. Эта с мужиками на равных боролась, пока строила бизнес. А мужики, Стасик, очень не любят сильных и умных женщин.

Аглая погрустнела, видимо, вспомнив что-то из личного опыта. И я тут же привлёк её к себе.

– Я люблю, – шепнул, утешая.

Как можно было не любить эту хорошенькую мордашку с ясными голубыми глазами, фарфоровой кожей и очаровательными ямочками на щеках? Но мало кто знал, что за безобидной кукольной внешностью скрывается железобетонный характер и холодный, расчётливый ум.

Именно эти качества помогли бывшей детдомовке Татьяне Корейкиной превратиться в инстадиву Аглаю и шагнуть из барака на окраине Орска в стильную студию в приличном московском районе.

Мои успехи были скромнее. Состоятельные любовницы почему-то не спешили тратить на меня все свои бесчисленные богатства. Нет, они не скупились: выводили в свет и вывозили на Мальдивы, кормили, обували-одевали и отсыпали сотку-другую на карманные расходы. Но никто не торопился оформить на меня дом или хотя бы купить однушку в новостройке.

– Плохо работаешь, – фыркала Аглая.

От возмущения у меня глаза на лоб полезли. Да я им разве что тапочки в зубах не таскаю, а в постели так вообще выкладываюсь на все сто и даже двести процентов!

– В этом всё и дело, – заявила моя авторитетная подружка, – ты слишком стараешься. Чтобы поймать эту хитрую рыбу, прикорми её вначале, а потом сделай вид, что она тебе неинтересна. И как только она утратит бдительность – подсекай!

Так из обычного альфонса я превратился в брачного афериста. Предложенный метод Аглая позаимствовала у своего босса. Модный психолог вначале во всём потакал своим клиенткам: часами терпеливо выслушивал все их претензии к жизни, угодливо искал виноватых и лил каждой в уши о её исключительности. Размякнув, клиентка убеждалась в незаменимости доктора – ведь он так её понимает! И выполняет любой каприз!

Но убедившись, что рыба на крючке, столичный гуру резко терял к ней интерес. В его расписании вдруг не оказывалось свободных «окон», да и вообще он собирался съезжать – аренда офиса в центре Москвы стоит бешеных денег, знаете ли. А откуда они у бедного психолога!

Клиент был готов. Бедная рыба отчаянно трепыхалась на крючке, оставалось лишь выдернуть её из воды и отправить прямиком на сковородку. Аглая со смешком рассказывала, как пациентки на коленях ползали перед психологом, умоляя не оставлять в беде. Предлагали любой гонорар за визиты, оплатить аренду и даже выкупить помещение и подарить его доктору – только бы тот их не бросал!

– Ну, ты понял, – обронила Аглая. – Действуй.