Читать книгу Пёс его знает - - Страница 7

А дома меня ждал сюрприз – на моём холостяцком диване рядом с накрытым на две персоны столом развалилась полуголая Аглая. Она заявилась, пока я был в клинике: без звонка, как к себе домой. От неё пахло дорогими духами, вином и похотью.

– Привет, страдалец, – сказала она, томно потянувшись и с любопытством разглядывая моё отёкшее лицо. – Смотрю, тебя жизнь не просто пнула, а переехала.

– Не дождёшься, – отшутился я.

Аглая соскользнула с дивана и лениво провела рукой по инсталляции, делившей апартаменты на кухонную и жилую зону.

– Всё та же типовая роскошь в аренду. Не надоело жить взаймы?

Я молчал. Мягко, по-кошачьи, ступая, она подошла ко мне и, ухватив за ремень, повела к дивану – как бычка на верёвочке. Я покорно шёл, сам себе удивляясь: сколько у меня было женщин (и сколько ещё будет), но только с Аглаей я полностью терял волю к сопротивлению.

– Вот что, Стасик, – мурлыкнула она, когда всё кончилось. – Хватит тянуть кота за тестикулы. Софья – это наш с тобой шанс. Это тебе не Алла Горенштейн. Девочка хрупкая, одинокая, доверчивая. И втрескалась в тебя по уши.

Я удивлённо уставился на Аглаю.

– Она тебе сама рассказала?

Она ухмыльнулась.

– Алкины гориллы тебе ещё и мозг отбили? Забыл, что у меня есть доступ к картам пациентов и записям сессий? Наша бледная моль боссу дыру в башке проела рассказами о том, какой ты надёжный, внимательный и успешный.

Ухмыляясь, Аглая полезла к столу, где выдыхалось проссеко и обветривалась закуска из морских гребешков.

– У неё же никого нет. Совсем. Жизни она не знает, людей боится, крышу сносит от одиночества. Ты для неё – всё. Хватай то, что само плывёт в руки! Всё просто.

– Всё просто, – повторил я.

– И тогда мы с тобой будем пить проссеко не в этой съёмной халупе, а на собственной вилле в Дубае.

Полчаса спустя собранная, накрашенная и полностью одетая Аглая вышла из ванной и направилась к выходу.

– Не тяни, Стас. Таких, как эта дурочка, почти не осталось. Нам с тобой повезло. Лови момент.

Дверь хлопнула. Я допивал вино, глядя в панорамное окно на небоскрёбы в Сити, закусывал заветренными гребешками и думал, что Аглая, как всегда, права.

И всё-таки я надеялся, что всё само как-нибудь уладится. Но время работало против меня. Деньги таяли со страшной скоростью, долги росли. И хотя после пары звонков от светских хроникёров Алла Горенштейн временно отказалась от своих претензий, денег на счету у меня от этого не прибавилось.

Однажды утром меня разбудил настойчивый стук.

– Станислав Андреевич, я знаю, что вы дома! – надрывался в коридоре писклявый женский голос. Завернувшись в халат, я распахнул дверь.

– Вы позволите?

Нагло отодвинув меня в сторону, в комнату внеслась костлявая пигалица размером с болонку.

– Мария, управляющая апарт-отелем «Сити24», – представилась она и продолжила сразу без перехода, – Станислав Андреевич, у вас образовалась задолженность, надо оплатить.