Читать книгу Рейварская невеста. Маленькая госпожа - - Страница 1

Соловьи за окном пели удивительно громко. Заразительно, плавно перескакивая с ноты на ноту, точно перелетали с ветки на ветку. Мелодия тянулась, плелась, залетала в открытое окно учебной комнаты и мешала сосредоточиться едва ли не больше, чем мелькающие в голове мысли да постукивающие в нетерпении ножки.

Кассандра никогда не была усидчивой и усердной ученицей, о чем ее гувернантке, мадам Локс, было прекрасно известно, но именно в эти дни разговаривать о чем-то с подопечной становилось совершенно невозможно.

– Леди Райтингем!

У мадам Локс очень неприятный голос. Когда она что-то рассказывала, он был монотонным и донельзя скучным. Усыпляющим. Кассандра первое время даже засыпала на уроках этикета, за что получала указкой по затылку – не сильно, кто же додумается бить леди благородных кровей в полную силу, – но обидно. А когда леди Райтингем обижали, она всегда жаловалась Зану. Он тогда эту указку переломил голыми руками и долго что-то выговаривал наставнице за закрытыми дверями отцовского кабинета. Оттуда оба вышли злыми, а и без того яркая нелюбовь мадам к собственной ученице с тех пор стала куда острее.

Когда же гувернантка была недовольна, в ее интонациях проявлялись рокочущие нотки, напоминающие громыхание еще далекого, но явно приближающегося грома. Наверное, мадам Локс надеялась, что это звучало предостерегающе, но Кассандру не впечатляло. Она все еще смотрела в окно, пытаясь разглядеть среди ярко-зеленой листвы заливающихся соловьев, и даже опустившаяся рядом с кончиками пальцев пресловутая указка не произвела должного эффекта.

– Леди Райтингем, мы разбираем правление короля Эрика Четвертого!

Когда мадам Локс злилась, ее глаза цвета высохшей листвы темнели, а бледные, и без того узкие губы вытягивались в одну тонкую полосочку. Иногда Кассандра специально доводила наставницу, чтобы услышать, как та ругается, ведь тогда ее голос становился глуше, а слова вылетали рваными, будто для каждого мадам тратила весь воздух в легких. В такие моменты чопорная женщина напоминала Кассандре маленькую белую болонку, какая обитала в домике прислуги у садовницы Торн, и оглушала своим лаем всех птиц на территории поместья Райтингем.

– Вы же знаете, какой сегодня день, – юная леди вытянула руки вверх, разминая затекшие от долгого сидения мышцы, что совершенно не подобало делать благородной особе и что явно не осталось незамеченным гувернанткой. Глаза мадам предупреждающе сузились, но, опять же, Кассандру это не пугало. – Я все равно не смогу запомнить ничего нового. Давайте лучше повторим что-то из пройденного.

Мадам Локс долго молчала, нахмурив свое вытянутое лицо, но леди Райтингем знала, что противопоставить ее словам наставнице было нечего. Все знали, какой сегодня день – начало четвертой декады месяца. И все знали, какие мысли сегодня бродили в голове юной Кассандры.

Казалось, весь дом вместе с ней замирал в ожидании. И соловьи со своей звонкой песней будто подогревали интригу.

– Хорошо, – мадам выдыхала и отходила обратно к доске, подхватив свою указку. Признавать поражения она не любила, но спорить с леди Райтингем себе дороже. Гувернантка и так слишком часто имела неприятные разговоры за закрытыми дверьми с покровителем девицы, провоцировать того на новые ей было не с руки. – Тогда повторим основы иллюзии. На прошлом занятии мы пытались придать чарам форму шкатулки, и у вас ничего не вышло. Давайте посмотрим, достигли вы какого-то прогресса или нет.

Указывать на огрехи своей ученицы мадам Локс нравилось больше всего. Кассандре думалось, это от того, что сама гувернантка обладала весьма слабеньким даром, в отличие от леди Райтингем, сила которой по стандартной десятибалльной шкале уже сейчас оценивалась в шестерку, и это всего в восемнадцать! А ведь сила растет вплоть до совершеннолетия, отмечаемого в двадцать один год. Мадам же могла похвастаться лишь уверенной тройкой, но на занятиях строила из себя едва ли не магистра магических наук.

Кассандре это не нравилось. И то, как мадам Локс объясняла основы работы с чарами и заклинаниями – тоже. У девушки складывалось ощущение, что наставница специально выбирала сложные слова и определения, чтобы еще больше запутать ученицу, а потом вот так открыто насмехаться над ней. И у Кассандры действительно не получалось, на радость преподавательнице.

Но ничего, она попросит Зана. У него всегда находились простые и понятные объяснения, а еще он терпелив, никогда не ругался, внимательно слушал и…

Ощущение всегда возникало раньше, чем долетал скрежет распахиваемых ворот, стук лошадиных копыт или звук распахиваемых дверей. Внутри все на мгновение замирало, а после переполняло такой радостью, что усидеть на месте было просто невозможно.

– Леди Райтингем!

Но леди уже не слушала, она подскакивала к окну, упиралась ладошками в подоконник и высовывалась наружу. Опять поведение, совершенно не соответствующее благовоспитанной девице! Но вы попробуйте остановить Кассандру, когда там внизу тот, которого она ждала целых три декады!

– Зан!

Ей не нужно было смотреть, чтобы убедиться в том, для кого именно приветливо распахивались створки кованных ворот: она чувствовала. Каждый раз, когда Зан оказывался поблизости, Кассандра ощущала его как саму себя. А уж в этом доме он никак не мог от нее спрятаться, она находила его всегда. В прочем, как и он ее. Но зачем прятаться от Зана, если она так по нему скучала?

Спуск по лестнице показался бессмысленной тратой времени. Всадник уже приближался к крыльцу, а пока Кассандра будет петлять по коридорам, расталкивать обязательно встретившихся по дороге слуг и перескакивать через ступеньки, гостя наверняка успеют перехватить отец или матушка – они тоже всегда знали, когда именно Зан появлялся в поместье. И тогда запрутся они с ним в какой-нибудь комнате, и придется Кассандре в нетерпении вышагивать перед закрытыми дверьми, из-за которых не донесется ни звука.

Нет, она не станет так рисковать – это ведь ее Зан! Он приехал к ней! Значит, никому другому его отдавать нельзя, даже родителям, даже на время.

Заклинание левитации Кассандре удавалось не всегда, но сегодня позволить себе сомневаться в собственных силах она не могла. Поэтому вскакивала на подоконник под возмущенный возглас мадам Локс и смело шагала вперед, уже на лету формируя сеть чар. Но второй этаж – это, конечно, высоко, но недостаточно для такого длинного заклятия. Падение замедлилось, только встреча с ухоженным газоном все равно грозила обернуться сильными ушибами и, возможно, парочкой вывихов.

Но знакомые сильные руки подхватывали до того, как эта неприятная встреча состоялась.