Читать книгу Рейварская невеста. Маленькая госпожа - - Страница 2

– Опять сначала делаешь, а потом думаешь.

В любимом низком голосе не было упрека, как у мадам Локс в подобных обстоятельствах, или разочарования, как у графа или графини Райтингем. Лишь смиренное признание, что в этом вся Касс: сначала делать, а только потом – думать.

– Я знала, что ты меня поймаешь!

Он никогда не позволит ей упасть, в этом Кассандра не сомневалась.

– Возможно, стоит разочек тебя уронить, чтобы перестала творить глупости.

Зан говорил убедительно, но его такие родные глаза цвета спелых вишневых ягод смеялись.

– Не сможешь, – Кассандра даже кивнула, настолько ее переполняла уверенность, и вывернулась из крепких объятий, чтобы повиснуть у мужчины на шее. – Мой Зан! Я так скучала!

И руки свои она стискивала так сильно, чтобы он точно понял, насколько глубока была ее тоска. Но Зан и без того это знал, поэтому лишь привычно тихо смеялся, прижимая за тоненькую талию поближе к себе.

– И я скучал, моя маленькая райрин.

Райрин – это такая птичка с родины Зана, он показывал ее несколько раз. Вот у кого никогда не было проблем с иллюзиями, Кассандра даже завидовала – немного. Но Зан обещал научить ее всему, а не верить его словам было невозможно.

– Ты привез мне подарок?

Он никогда не приезжал с пустыми руками, всегда привозил для леди Райтингем какую-нибудь милую безделушку. Хрустальную розочку, подвеску, браслет, платье или туфельки. Все это Кассандра бережно хранила. Сегодня, например, заколола волосы заколкой, которую Зан подарил ей на прошлый день рождения. И платье надела самое красивое, пусть и не очень удобное, лишь бы он оценил.

– Конечно привез, – Зан опустил Кассандру на землю, и с сожалением пришлось расцепить руки на его шее. Но подарок! Ради него можно чуточку потерпеть, а потом Касс ни на секунду не отлипнет от своего Зана.

Взмах руки, и на широкой ладони мужчины появилась небольшая коробочка из темного лакированного дерева с маленьким позолоченным замочком.

– Открыть сможешь только ты, райрин.

Он уже дарил Кассандре такие подарки, которые отзывались лишь на ее прикосновения. И если раньше девушка думала, что это только первое открытие работает подобным образом, то впоследствии оказалось, что ни одну из полученных от Зана коробочек не откроет никто, сколько бы времени ни прошло. Ни служанки, ни мадам Локс, ни даже кормилица или матушка. Но стоило младшей леди Райтингем приложить пальчик к замочной скважине, как магия немедленно распахивала крышку, а внутри…

На круглой невысокой платформе кружился цветок, красивее которого Кассандра никогда не видела. Его листочки были сделаны из голубых камней разного оттенка, размера и формы, а сердцевина представляла собой красивый кроваво-красный шарик из цельного камушка. Словно закрытый бутон внутри раскрытого. Казалось, еще мгновение, и этот, красный, тоже распустит лепестки, а внутри обнаружится что-то еще более красивое и изысканное.

И мелодия – тихая, но пронзительная. Как птичьи трели, но таких птиц Касс слышать не доводилось. Так нежно, так трепетно звучала эта музыка, не чета местным соловьям. Определенно, мотив навсегда отложится у леди в душе.

– Как красиво, – выдохнула Кассандра шепотом, боясь своим голосом нарушить идеальное сочетание нот. И все же не удержалась и дотронулась кончиком пальца до середины цветка: та оказалась на удивление теплой. – Точно твои глаза.

У Зана удивительный цвет глаз. На ярком солнечном свете они были насыщенного вишневого цвета, но иногда светлели до рубинового. В полутьме же отливали таким темно-бордовым, что можно было спутать с черным. А когда Зан злился – правда, видела его в таком состоянии Касс лишь пару раз, да и то когда подглядывала в окно отцовского кабинета, – его глаза вспыхивали тем оттенком алого, каким бывала кровь из свежего пореза. Немного пугающе, но очень красиво.

– А это, – Зан указал пальцем на голубые лепестки, правда, дотрагиваться до них не стал, – как твои.

Здесь он, конечно, лукавил. Собственные глаза казались Кассандре того скучного светло-синего оттенка, каким бывают отцветающие васильки. Бледный, едва различимый голубой, больше похожий на серый, но Зан был с этим категорически не согласен. Он мог описывать глаза своей райрин такими словами, что у той дыхание перехватывало, как сейчас от его пальцев, чуть поглаживающих щеку. И где-то в глубине души Касс радовалась, что в ее весьма прозаической внешности Зан находил что-то столь прекрасное.

Ей нравились его прикосновения. И его взгляд, каким мужчина не смотрел больше ни на кого в этом доме, словно маленькая леди представляла собой нечто особенное. И запах – от Зана всегда пахло кардамоном с нотками имбиря, и этот пряный аромат погружал Кассандру в состояние покоя и безграничного счастья.

– Этот цветок называется юнайс, – рассказывал Зан, заставляя переводить взгляд обратно на шкатулку. – Он растет только там, откуда я родом, и считается цветком нашего владыки.

– Почему?

О родине Зана Кассандра знала многое. Что там куда больше гор, чем в их королевстве, что деревья намного выше, а реки – темного, почти черного цвета. Там другие птицы и животные, которых нет здесь. И цветы тоже другие. Да и в целом все краски – ярче, или просто Зан отражал их такими в своих иллюзиях. Любой рассказ о родных землях он сопровождал иллюстрациями, и этот не стал исключением.

Кассандра как наяву видела пышные кусты, усеянные яркими голубыми бутонами с красными сердцевинами. Ветки цеплялись за камни и тянулись вверх, оплетая стену стоящего рядом дома. Но рассмотреть его целиком Зан не позволил: видение рассеялось, оставляя девушку на газоне перед поместьем Райтингем. У него тоже каменные стены, но совершенно не того оттенка, что в иллюзиях мужчины.

– Голубой и бордовый – родовые цвета моего повелителя, – ответил Зан, а юная леди уже и забыла, о чем спрашивала. Зато только сейчас додумалась рассмотреть одежду своего спутника, словно пытаясь найти в ней обозначенные оттенки.

Зан всегда был одет красиво и утонченно, даже несмотря на то, что проводил много времени в дороге. Вот и в этот раз лишь пыль на черных высоких сапогах выдавала в нем путешественника, а на темных брюках и светло-коричневом камзоле не было ни одной складочки. Никакого голубого и бордового, но для Касс Зан все равно был королем.

– Я бы хотела побывать на твоей родине, – немного неуверенно произнесла Кассандра. Она никогда не напрашивалась, боясь показаться навязчивой, но сколько бы Зан не уезжал, а с каждым разом отправиться вместе с ним тянуло все сильнее. Наверное, если бы Касс добавить чуть больше храбрости, она обязательно помчалась бы вслед за своим любимым в один из тех дней, когда тоска по нему становилась невыносимой. Останавливало только то, что о его родине девушка не знала ничего конкретного: ни места на карте, ни направления, ни даже названия.

Мужчина только улыбнулся и предложил леди Райтингем руку, которую та с радостью приняла, укладывая свою ладошку на сгиб его локтя. И пусть они выглядели со стороны нелепо, а Кассандра в тот момент была счастливее всех на свете.

– И ты обязательно там побываешь, моя райрин, – уже не в первый раз обещал Зан, ведя свою спутницу к крыльцу. – Как только подрастешь.

Приходилось тяжко вздыхать.

– Поскорее бы.

Зан обещал ей очень многое, когда она достигнет совершеннолетия, и Кассандра ждала этого момента с особым трепетом. И нетерпением.

– Да, райрин, – в тон ей выдыхал Зан. – Поскорее бы.

В молчании они шли дальше, но оно не тяготило ни одного из них. В этой относительной тишине, если не считать пения птиц и ржания лошадей в конюшне, куда только что отвели коня Зана, они находили удовлетворение от присутствия друг друга. Ведь Зан так же нуждался в Кассандре, как и она в нем – это девушка знала совершенно точно. Не понятно, откуда, но знала.

– И куда эта дрянная девчонка запропастилась? – долетал через распахнутые двери недовольный возглас мадам Локс. Она, конечно, никогда бы не смогла позволить себе такую глупость, как прыжок из окна. Да и по коридорам она вряд ли летела, сломя голову. Скорее, степенно шествовала, извергая проклятья достаточно громко, чтобы слышала прислуга, но недостаточно, чтобы расслышали хозяева. Или Зан.

Сейчас же свою ученицу мадам искала лишь ради того, чтобы ее потом не обвинили в невнимательном отношении к юной леди, мол, как это так, вы не знаете, где младшая Райтингем? Ясное дело, что с Заном, но где именно? И кто, как не личная гувернантка, должен за этим следить. Впрочем, на территории поместья было слишком много мест, где Кассандра уединялась со своим любимым другом, и наверняка мадам Локс не собиралась искать дальше крыльца, полагая, что парочка давно уже укрылась в одном из таких тайных убежищ. Но ей не повезло. Ужасно не повезло.

– Гадкая, невоспитанная, наглая девица! – раздражение чувствовалось не только в интонациях, но и в шагах мадам Локс, которые раздавались все ближе. И рада бы Кассандра уйти поскорее с этого крыльца, чтобы не попадаться на глаза наставнице, но Зан неожиданно заинтересовался услышанным и замедлил шаг. – Совсем теряет голову, стоит только этому проклятому рогатому появится на горизонте! Да будь моя воля…

Что именно произошло бы по воле мадам, леди Райтингем так и не суждено было узнать, ведь именно в этот момент наставница показалась на крыльце и встретила тех, кого встретить тут совсем не хотела. Ради того, чтобы увидеть вмиг потерявшее все краски лицо мадам Локс, и правда стоило задержаться.

– Мы поговорим с вами позже, – голос Зана был таким холодным, что, казалось, сейчас все вокруг покроется толстым слоем снега. – Наедине.

Когда он злился, в его интонациях появлялось что-то рычащее, звериное. Мадам Локс это явно пугало, а вот Касс не боялась. Наоборот, чувствовала себя еще более защищенной под боком Зана.

– Она сорвала урок, – женщина попыталась оправдаться. Даже подбородок подняла повыше, доказывая свое право на подобные резкие слова.

Признавать свои ошибки мадам Локс категорически не умела.

На Зана не подействовало. Он услышал достаточно, а характер своей райрин знал едва ли не лучше гувернантки, чтобы к произнесенным словам относится со здоровой долей скептицизма.

– Не в первый и не в последний раз, – озвучил он очевидное. – И что же столь интересное вы разбирали, что леди предпочла выйти в окно, чем продолжать занятия?

Откровенная насмешка в словах мужчины заставила взгляд мадам Локс вспыхнуть в праведном гневе, а щеки заалеть румянцем уязвленного самолюбия. Наверное, она очень хотела высказать Зану все, что она думала о таком покровителе, но боялась. Пусть мадам и не понимала причин, но знала, что этот странный мужчина с длинными волосами цвета красного вина стоял намного выше хозяев поместья.

– Иллюзии, – нехотя признавалась Кассандра, когда молчание затянулось. Она опустила глаза на шкатулку, которую неосознанно прижимала все ближе к своей груди. Так, как у Зана, ей, наверное, никогда не удастся создавать видения.

– Они совершенно не даются леди, – с нескрываемым превосходством заявила мадам.

Вот зачем она так, да еще и перед Заном? Да, успехи у Кассандры были весьма скудными, но все же были, поэтому принижать их так категорично не следовало. Что теперь подумает о ней мужчина? Что она полнейшая неумеха?

Леди Райтингем стало обидно, и она сильнее прижалась к теплому боку Зана, не отрывая взгляда от его подарка, ожидая дальнейших слов с опаской. А вдруг Зан ее отругает? Или отправит дальше заниматься с мадам Локс? Или пригрозит, что перестанет приезжать?

Но вместо этого раздалось совершенно равнодушное:

– Значит, плохо учите.

Если бы Кассандра в тот момент подняла взгляд на свою наставницу, то увидела бы, как та совершенно неподобающим образом приоткрыла рот от столь наглого укора ее педагогических способностей. Но на мадам Локс никто не обратил внимания, и даже Зан потерял к ней всякий интерес, опуская глаза вниз.

– Пойдем, райрин, я сам с тобой позанимаюсь.

– Правда?

И почему она это спросила? Ведь Зан частенько занимался с ней магией. Наверное, слишком сильно испугалась, что сейчас ее отчитают на глазах у противной мадам Локс. Но вишневые глаза смотрели с нежностью и заботой, а не осуждением.

– Выбирай место.

Думала Кассандра не долго.

– Беседка!

Ее любимое место в саду, увитое красивым растением с маленькими желтыми цветочками, название которому Кассандра все время забывала. Зато там было уютно, удобно благодаря мягким подушкам на белых скамейках, а еще никто не мешал. Хотя, в присутствии Зана вообще мало кто решался их побеспокоить.

– Как пожелает моя леди!

И на губах снова счастливая улыбка. И у Зана, и у Касс.