Читать книгу Творец миров: воссоединение - - Страница 3

«Запись двести пятьдесят шестая: уже было проведено два сезонных турнира, в которых избирались сильнейшие среди участников и приверженцев наших взглядов, но никто так и не сумел завладеть ими. Складывается такое чувство, словно они не из мира сего, словно их мощь несравнима, бесконечна и с каждым турниром только растет. Думаю, их необходимо сначала ослабить, поэтому попутно с турнирами прибегнем ко второму плану: будем высасывать из них энергию и материю и использовать в дальнейшем как источник огромной мощи. Также исследования показали, что они могут подпитывать живых существ энергией и материей. Даже тех, кто, как нам раньше казалось, не может ими манипулировать, как те же приматы или крысы, что полностью переворачивает наше представление о сущности происхождения этих способностей контроля. Вот только есть одна загвоздка: объекты делают это то ли случайно и хаотично, то ли по своему усмотрению. Дальнейшие исследования помогут разобраться с данным вопросом. Также была замечена странная связь между происшествием в одном провинциальном городке КССДФ (Континентального Союза Социал-Демократических Федераций) и резким «бунтом» мечей. Мы продолжим расследования, и результат я сообщу после получения ответов. На этом запись окончена», – завершает аудиозапись генерал, ответственный за любителя нецензурных выражений.

«Пойду, пожалуй. Пора», – думает он и выдвигается к выходу в домашней одежде. Проходя по территории своего корпуса, он попутно здоровается со своими подчиненными, а также раздает советы и приказы по поводу сегодняшнего турнира. Все работали не покладая рук. Неудивительно, ведь за успешное завершение подготовки следовало хорошее вознаграждение. Он еще минут пятнадцать прохаживался, но к нему навстречу подошел один из его приближенных. Завязался разговор. «Здравствуй, Габриэль! – начал приближенный, опередив своего генерала. – У меня неприятные новости. А также предложение». «Только быстрее, Рэй, я к начальству, доложить о скором завершении подготовки», – поторопил его Габриэль. Тот немедля перешел сразу к делу: «Из нашего корпуса все отказываются участвовать в турнире». Генерал расстроился, но виду не подал и спросил, что же насчет предложения. «Помнишь то происшествие? – спросил Рэй, на что тот кивнул и спросил, к чему он. – У меня на примете появился один пацан. Он обладает способностью контролировать энергию и материю трех стихий и энергией негатива». Габриэль на мгновение удивленно посмотрел на него и призадумался. Его заинтересовал этот мальчик, и он уже, казалось, не так сильно торопился к начальству, поэтому задался вопросом: «А как ты это понял?». Рэй ответил, усмехнувшись, понимая, что теперь его собеседник весь во внимании и не владеет очевидной информацией: «Камеры в парке запечатлели, как он справился с нашими подражателями. На них видно было, как он поджарил, оттолкнул, расплющил их, и всё это без жалости или сострадания к ним». Габриэль внимательно слушал его и задумчиво кивал, вникая в каждое слово, иногда меняясь в мимике лица: от удивления и восхищения до отвращения. После ответа Рэй добавил, видя в генерале планы на этого пацана: «Но есть одна проблема: ему около пяти лет на вид». Казалось, Габриэля это должно было расстроить, но он спокойно отнесся к этому и спросил: «Тогда почему ты рассказываешь мне о нем?». Рэй беззаботно и спокойно ответил, пожав плечами: «Хочу сделать его членом нашей организации. Нам пригодятся такие люди». «Но как ты это сделаешь, учитывая, что наши подражатели вытворили на его глазах и с какой ненавистью он перебил почти всех?» – спросил Габриэль. «Позволь мне решить этот вопрос. Я что-нибудь придумаю», – ухмыляясь, ответил Рэй. После этого Габриэль поручил ему решать этот вопрос и сказал, что выделит необходимые средства для этого. В конце они кивнули друг другу в знак договоренности и разошлись. «Что ж, думаю, начальству нужно знать об этом, – подумал он, но после призадумался. – А стоит ли? Может, пока дождаться первых плодов? Вдруг ничего не выйдет, и тогда мне и всему моему корпусу придется несладко. Тем более они те еще параноики, поэтому могут отказаться от этой затеи… Что ж, умолчу-ка я об этом».

Проходя по штабу, осматривая местность, он обдумывал дальнейшие действия и свою роль во всем этом. Он является членом крупной организации и борется с устаревшей, медленно развивающейся, не полностью отошедшей от системы периода до «энерго-материальной эволюции». Их же организация сама по себе уже живет будущим веком. У них есть знания об этих способностях, технологии нового уровня, система и строй будущего общества. Да, здесь тоже есть некая иерархия, но без нее никак. Однако по сравнению со старой системой, в ней люди без способностей и со способностями живут абсолютно в равных условиях и дополняют друг друга благодаря новейшим технологиям, которые способны поглощать, перенаправлять, использовать разные виды энергии и материи. Габриэль смотрел на все это и понимал, что он борется за лучший мир. Ему также нравилась архитектура: некоторые здания левитируют и устойчиво стоят на одном месте, да настолько, что даже если к краю прикрепить тяжелый груз, равный половине массы здания, то они не сдвинутся. Некоторые стоят на земле, но имеют разнообразные, а местами и причудливые формы: одни схожи на молекулу веществ, другие на цепочку ДНК, спираль, третьи на кротовые норы (которые, кстати, выполняют еще и опорную функцию для подземного штаба). Сочетание черных, белых, фиолетовых, синих и красных цветов и их оттенков дает очень живописную, местами дерзкую и динамичную картину. В принципе, наружная красота точно отражает и внутреннюю красоту организации (хотя, я бы уже сказал, подземного государства). Наконец Габриэль дошел до здания администрации. За пару лет оно сильно изменилось, тоже потерпело сильную перестройку и модернизацию. После появления любителя брани они все оптимизировались и за годы совершили огромный прорыв. Конечно, не обошлось и без помощи извне. Он прошел через идентификацию личности, прошел до кабины телепорта, там выбрал пункт назначения и отправился прямо в зал «верхушки». Постучавшись и получив разрешение войти, он открыл дверь. Перед его глазами все та же, хоть и прижившая, но все же красивая картина: бело-красно-черное помещение. А если точнее, то черная мебель, за исключением сверхпрочного, занимающего треть от кабинета пространства, алого стола с закругленными гранями, за которым сидят покровители во время совещаний, трапезы и отдыха, ну и белая стена с пятиугольными щитками, плавно переходящие от светло-серебряного до темно-серебряного оттенка. Сегодня, правда, в помещении присутствовал только один покровитель, который-то и позвал к себе Габриэля для обсуждения важного дела. Ну и заодно для отчета о процессе подготовки к ежегодному турниру. Это был европейской внешности мужчина в стильной вычурно-черной мужской одежде, стройный, с черными волосами, с драконьим вырезом глаз цвета синего пламени и пронзающим душу взглядом, с изогнутым носом, с не сильно, но заметными скулами и легкой щетиной на лице. Они поздоровались, он усадил генерала за стол переговоров, тот поблагодарил его, и они приступили к делу: Габриэль, как всегда, говорил со скрещенными пальцами, поддерживая подбородок двумя большими пальцами (по его словам, ему так легче думать, когда шея напрягается меньше обычного), и упираясь локтями об стол, а его собеседник-покровитель сидел уверенно: нога на ногу, откинувшись на спинку, опрокинув руку за спинку стула, а вторую поставил локтем на стол, держа пальцы у губ, иногда похрустывая ими. Собеседник генерала начал первым: «С чего сегодня начнем разговор: с прогресса подготовки к турниру или с самого важного – начала революции?». Сказал он это довольно спокойно, заигрывая с тоном голоса. Габриэль немало удивился этому и немного даже откинулся от стола, расширив глаза, задав всего лишь один вопрос, но довольно возбужденно: «Что?!». Покровителю это показалось забавным, отчего он ухмыльнулся и продолжил: «Значит, с революции. Хорошо! – спокойно и сдержанно воскликнул он. – После турнира мы, покровители, решили устроить революцию. – после этого его хотел перебить Габриэль, но он громко и властно заткнул его. – Не перебивай, пока я не все сказал! – последовала недолгая пауза, в которой покровитель убедился, что генерал заткнулся и слушает его внимательно. – А теперь самое важное: мы отправим заготовленное видео-сообщение, в котором убедим народ восстать против старой системы и встать на нашу сторону». Габриэль с нервным смехом, эмоционально, набирая темп и говоря всё громче с каждым словом, жестикулируя руками, спросил: «Во-первых, как вы убедите их, если из-за подражателей у нас ужасная репутация? Да и ваш Совет во время первой попытки потерпел поражение, и мир долгое время восстанавливался после этого. Во-вторых, мы что, политическая партия, чтобы хаять нынешний порядок в мире и пытаться пропихнуть наш? И в-третьих, если вы все же решили так сделать, что показывать будете, учитывая эти два вышеперечисленных пункта?!». Покровитель спокойно отреагировал на его претензии, но все же указал ему на его место своим взглядом. Габриэль извинился и спокойно попросил объяснить ему все подробнее. «Как раз для решения этих пунктов я и привел тебя. Ты руководишь группой, которая занимается изучением внешнего мира. У тебя есть полно знаний. Ты и твои подельники, подчиненные, приближенные и прочие знаете намного больше, чем жители этого подземного города-штаба – столицы нашей организации. Поэтому именно вы и займетесь этим всем. Нам нужен будет результат уже к лету». Габриэль опешил: «Да они рехнулись?!» – а потом вслух спросил: «Но вы же собирались спустя несколько лет, после того как они забудут про нас и потеряют бдительность, чтобы был эффект неожиданности…». Но его перебил покровитель: «Да, но тогда уже будет поздно. Тогда они тоже нарастят свою мощь, и нам будет сложнее добиться своей цели и высок шанс поражения. – Он немного помолчал. – А если сделать все к лету, то победа за нами, учитывая, что у нас есть сверхоружие, которое превышает по мощи силу всех людей, обладающих способностью контроля. – Снова пауза. – Кстати! А как у вас обстоят дела с их исследованием? Я слышал, вы попутно пытаетесь выяснить, как можно высасывать из них силу и передавать ее кому-либо. Есть успехи в этом направлении?». Габриэль немного растерялся от резкого перехода от одной темы к другой, но быстро собрался и соврал, спокойно и тихо, упираясь большими пальцами об переносицу, смотря на поверхность стола: «Исследования еще ведутся. Но ученым под моим руководством еще далеко до передачи силы другим. Пока только двигаемся в сторону перенаправления энергии и материи на приборы и хранилища, да и высасывания их из них…». «Высасывания их из них», – процитировал покровитель. – Как звучит-то! – с насмешкой подметил он. От этого Габриэль смутился и хотел высказаться, но сдержался из-за страха перед ним, ибо он является сильнейшим, коварнейшим и хитрейшим среди руководителей. Он считается их лидером. Единственное, что его ровняет с остальными, – приказ от более могущественных существ сверху (чего не знает никто). Но даже это его особо не беспокоит. Он уже знает, как можно выходить сухим из любых передряг за непослушание. Однако, несмотря на это, у него есть один секрет, который он хранит ото всех, и единственные, кто знают об этом, – те самые могущественные существа, которые приказали исполнить приказ. Всё дело в ФИО: отец его назвал Василиском, отца же зовут Манк, а фамилия у них Сыч. Вот так и вышло, что он Сыч Василиск Манкевич. Естественно, он скрывает это ото всех, поэтому зовёт себя Марткулловым Лордслайером Аргус и представляется так перед всеми. Так же и Габриэль считает, что его и вправду зовут так величественно и необычно, под стать его силе. Что ж, этот Лордслайер спокойно воскликнул, уже активно жестикулируя, демонстрируя своё превосходство над ним: «Отлично!». После он взял небольшую паузу, в течение которой он встал со своего кресла и направился в сторону Габриэля прямо сквозь стол, обнажив свою силу. Одна рука у него была в кармане, другая болталась, походка устойчивая, но расслабленная, осанка величественная. Пока он направлялся к нему, он продолжил говорить: «Раз уж вы продвинулись в этом направлении, то дальше вам будет в разы легче, – очередная пауза, во время которой он читал Габриэля, как открытую книгу, но, обойдя его сзади и приблизившись вплотную, наконец задал финальный вопрос, после которого у него будет полная моральная победа над генералом: – Верно?». Для Габриэля давление оказывалось очень сильным. Ему казалось, словно он своей мощью прижимал его к земле. Но в то же время он понимал, что это всего лишь самовнушение. Однако открыто отрицать его силу будет во вред своему здоровью, поэтому Габриэль выдохнул, расслабился, откашлянул и ответил почти твердо, с легкой дрожью: «Мы постараемся, так что верно». Покровителю понравился этот ответ. Он явно заинтересовался генералом. «Отлично!» – вновь воскликнул он, резко снизив психологическое давление на Габриэля, и пошел к сенсорному пульту управления на столе. Габриэль внимательно следил за тем, что Лордслайер делает: он нажал на одну из сенсорных кнопок, и материал стены сменился на сверхпрочное стекло, устойчивое от любых повреждений, а после подошел к этому панорамному окну, держа одну руку в кармане, и сказал, глядя на подземный город: «Тогда, я уверен, вы справитесь к лету и с этой задачей». Габриэль опешил: «За семь месяцев?! Нет, не они рехнулись, а он! Он точно рехнулся!» – и хотел воскликнуть, однако покровитель, помахав пальцем, игриво сказал: «А-а-а! Не хочу ничего слышать. – потом он и вторую руку засунул в карман, но на этот раз уже высунув оба больших пальца, и скрестил ноги. – Уж извини, но в моих интересах побыстрее воплотить план в действие, пока все сильные козыри у нас. Тем более в настоящее время народу не нравится нынешнее положение в мире, и этим нужно воспользоваться, чтобы избежать жертв». Воцарилась тишина. Габриэль не знал, о чем думать, у него много вопросов в голове вертелось. Он понимал изначально, что идти сюда на переговоры с этим покровителем – это все равно, что идти на психологическое испытание. Но чтоб так резко все произошло. «Я знал, что он непредсказуем, но… Такого я не ожидал…» – подумал он. Эту тишину резко развеял Лордслайер: «Что ж, рассчитываю на тебя. В случае успеха тебя и всех тех, кто сотрудничал с тобой, ждет огромнейшее вознаграждение за труды и помощь всей организации и ее членам». Габриэль молча и задумчиво кивнул, а покровитель увидел это через отражение в стекле и завершил переговоры: «Теперь ты свободен». Великомученик встал и ушел в раздумьях, в планировании дальнейших действий. Впрочем, Лордслайер тоже задумался о своем: «Черт… Как же я ненавижу работать со слабаками… Они такие слабохарактерные и беспомощные, что жалко их!.. – и тут он вспомнил момент, когда Габриэль смог ему почти спокойно и твердо ответить после сильного психологического давления, и усмехнулся: – Хотя в нем есть что-то интересное».

Габриэль тем временем решил навестить группу исследователей, изучающих сверхоружия. По пути он размышлял, обрабатывал беседу, планировал план действий с целью успеть в срок и даже завершить всё намного раньше. Но его не покидал образ, слова и поведение Марткуллова. «А мы ведь даже не обсудили предстоящий турнир…» – заключил Габриэль. Он направился в сторону исследовательской лаборатории, где на данный момент и изучали возможность извлечения энергии и материи любителя брани. Дорога была длинной, и он не хотел идти до нее, потому он вызвал службу перемещения. Открыв приложение сервиса, он нажал на пункт мгновенного прибытия и после звукового сигнала назвал адрес. Его незамедлительно перенесло прямо к будке, располагавшейся рядом со входом в здание науки (это было сделано с целью исключения случаев слияния двух объектов в одном месте и их последующей смерти). Войдя внутрь, его поприветствовал обслуживающий персонал. Они попросили удостоверение, а потом впустили его, выдав пропуск к лаборатории, переданной ему для контроля над изучением сверхмечей, и к кабинету доктора наук по энерго-материальным наукам, а также по совместительству и директора этажа. Сначала Габриэль пошел к нему. Ему нужно подняться на пятьдесят пятый этаж пятидесяти пятиэтажного здания высотой в 100 метров и глубиной в 70. Естественно, по ступенькам ему добираться будет долго и сложно, так что он воспользовался телепортацией. Поднявшись на нужный этаж, он направился в сторону кабинета директора этого этажа. «Как же любят они гигантизм!..» – подумал Габриэль, проходя огромный коридор с дверьми в разные лаборатории. Наконец, миновав некоторые исследовательские лаборатории энерго-материальных наук, он добрался до кабинета. Постучавшись и получив отказ, он представился, и его впустили. Он вошел внутрь, и его встретили тех же белых оттенков стены, сложенные теми же пятиугольными щитками, с черно-красными узорами, с висящими картинами, на которых изображены некоторые первые исследователи способностей контроля энергии и материи, которые были приверженцами кардинальных революций, модернизаций во всех сферах общества, а также их имена, годы жизни и достижения, та же мебель: градиентный стол из синего и белого цветов, плавно переливающихся между собой, из искусственного материала, созданного при помощи совмещения новых веществ и различных видов энергии и материи, ножки которого закручивались в спираль и в самом низу широко расплывались, что делало его устойчивым, стоящий напротив входной двери, за которым располагалось то же панорамное окно, как и в помещении покровителей. Чуть дальше от стола, в сторону выхода, по бокам располагаются кресла-мешки, окрашенные в градиент алого и оранжевого. В добавок ко всему тут встроена система контроля температуры и вентиляция, что позволяло директору этажа даже не выходить отсюда и жить тут, учитывая, что размеры помещения были больше, чем в привычных кабинетах, и справа от стола располагалась дверь в его личную спальню. Это была его инициатива. Благодаря этому все знали, где его можно найти или дождаться в случае чего. Габриэль не был исключением, так что он сразу поздоровался, не глядя на него: «Здравствуй, профессор. Я к вам с важной и нелицеприятной новостью». Тот посмотрел на него непонимающе и довольно серьезно, лицом все еще уткнувшись в свой монитор. «Присаживайся» – сказал он, указывая на кресло-мешок. Габриэль сию минуту схватил его и поставил напротив профессора. «Что ж это ты так обеспокоен? – спокойно и безмятежно спросил он. – Я вас, вроде, знаю человеком с сильным духом и характером, солидным, а тут вы и торопливы, и потливы». «Я был на совещании с Лордслайером… – коротко ответил Габриэль». «О-о-о… – протяжно начал он, оторвавшись он монитора полностью и понимающе взглянув на него со словами – сочувствую…». Габриэль словно воспрял духом от этих слов, так как ему не понравилось, что ему сочувствуют, поэтому он вновь обрел свой характер и солидность. Профессор заметил эти перемены и усмехнулся, а Габриэль тихо и спокойно продолжил разговор: «Так-с, сразу к делу: во-первых, мы в жопе, – профессор удивился от такого начала, – во-вторых, у вас есть семь месяцев на то, чтобы завершить изучение сверх-мечей и поиски масштабирования путей извлечения из них энергии и материи, в-третьих, летом намечается революция!» – последнюю новость он сообщил уже на повышенном тоне. Профессор впал в ступор. Его переполняли разные вопросы и мысли, но он сумел найти в себе силы что-то сказать: «Что ж…». На этом всё. Они так еще секунд десять просидели, однако Габриэль спросил: «Что ж? На этом всё?.. Тогда давайте перейдем к основному». Профессор, оклемавшись, просит пояснить. «Я про семь месяцев на изучение. Как продвигаются дела? Какие успехи, какие провалы? Где требуется финансирование?» – спрашивает Габриэль. «А, вот оно что. Если вкратце, то дела идут в гору, и провалов пока не было… Почти не было. – Габриэль потребовал пояснений. – Мы почти разобрались с извлечением, уже идут опыты и есть плоды, потому по идее всё завершится уже весной, однако есть одно «но» – сверх-мечи сопротивляются. Раз уж в них есть сознание, то оно явно против того, чтобы из него высасывали энергию и материю. Это усложняет работу. Но мы нашли одно решение: мы можем просто усыпить это самое сознание и после уже извлекать мощь. Однако и тут требуется время: у нас уже имеются наработки данной технологии, но для создания и тестирования перед применением потребуется время…» Габриэль перебил его: «Сколько потребуется на это времени?» Профессор немного призадумался и ответил: «Чуть более девяти месяцев с учетом того, что мы уже начнем извлекать энергию и материю и автоматизируем процесс. Однако насчет революции…» Габриэль вновь опередил его: «Не волнуйтесь, я кое-что вспомнил, что позволит избежать этого». Профессор поинтересовался, но Габриэль не стал отвечать и поблагодарил своего собеседника за одну идею, оставив его в замешательстве. Но перед уходом он попросил немного ускориться. «Умом генерала не понять…» – промелькнуло у профессора, и он продолжил возиться с монитором. Тем временем Габриэль пулей вылетел из здания и мгновенно направился обратно к покровителю. «Как же я уже устал от этих телепортов… Чую, к концу дня меня будет встречать не кровать, а мой белый трон… Во всех позах». Появившись в будке у входа в здание, миновав этажи и кабинеты, он добрался до пункта назначения. «Так! Не поддавайся его давлению! Он такой же смертный, как и я! Просто сильный, хитрый, коварный, умный, авторитетный, властный, опасный… и всё!» – тщетно успокаивал себя в мыслях Габриэль, и, наконец, выдохнув, постучался с просьбой войти. Отозвался Лордслайер, впустив его. Габриэль вошел: «Снова здравствуйте, Марткуллов Лордслайер, я с новостью». Покровитель в свою очередь усадил его на то же место, попутно легко и вальяжно возвращая свое кресло на прежнее место. Когда они вновь уселись в свои любимые позы, Лордслайер начал первым: «Быстро ты, однако. Я даже налюбоваться видами не успел, только недавно кресло передвинул ради этого». «Извините, – ответил Габриэль, – просто дело в том, что у меня есть идея получше, чем революция. Так и кровопролития не будет от слова совсем, и все население примкнет к нам без сопротивления». Лордслайер заинтересовался и спросил, что это за идея такая. «Дело в том, что осенью состоятся выборы партий на места в Мировую Думу, и главы партии станут на посты глав-министров. и еще многих других…», – вводил в курс дела Габриэль. Его собеседник же потребовал говорить ближе к сути, на что генерал ответил: «Предлагаю преобразовать нашу организацию в партию и вступить в эти выборы. – тут он взял недолгую паузу, глядя на покровителя, на что тот вопросительно глянул на него, ожидая продолжения, хотя он уже давно понял, что скажет дальше его подчиненный, – Вот только условия там жесткие: необходимо, чтобы в партии во главе стояло более двадцати человек, которыми руководили бы пять человек, чтобы участников партии было более пятисот, чтобы у партии было признание от более полутора миллиона человек, и организована она была за полгода минимум до выборов». Покровитель призадумался: «А затея-то не дурная, у нас есть почти всё необходимое… – он глянул на генерала и подметил: «Какой он спокойный, однако. Видимо, уверен в своей затее. Раз уж так, то…». Он ответил ему: «Хорошо, я даю добро и поручаю тебе помочь мне в воплощении этой идеи». Габриэль удивился этому добродушию и доверию, однако недолго музыка играла, ибо покровитель незаметно для него моментально оказался за его спиной и угрожающе, сурово и ровно сказал: «Но если что-то пойдет не так, то тебе придется ой как несладко. Ты меня понял?». Габриэль естественно испугался резкому перемещению покровителя и такому заявлению, но единственное, что указывало на это – его пот, сползавший со лба, его легкая дрожь в ногах и такое же легкое заикание, когда он ответил сдержанно: «П-понял. Учту». Покровитель одобрительно кивнул и отпустил его. Габриэль вышел, а он вновь двинулся к окну со своим креслом и, удобно усевшись, задумался: «Все-таки в нем и вправду есть что-то уникальное. Значит, я не ошибся насчет него. Отлично!». А Габриэля же не отпускали последние слова покровителя. «Во я попал!..» – подумал он, пока выходил из здания.

***

«… ведь после смерти министра мировой экономики Гостейвалитоновой Эбиты Адамовны мир вновь погрузился в экономический кризис, что в очередной раз доказывает нестабильность устаревшей системы управления и правоту Партии Единого Мира Будущего. А теперь перейдем к громким заявлениям самой партии: недавно Партийный Совет Пяти объявил, что собираются участвовать в предстоящих выборах на места в Мировом Союзе. Стоит напомнить, что подобные выборы проводятся раз в тридцать лет и всего их было проведено четыре раза за все время существование союза, так что это довольно сильные, громкие и важные заявления, так как от выбора партии будет зависеть и направление развития человечества. Учитывая, что процент доверия и признания у ПЕМБ больше, чем у остальных партий, можно с уверенностью сказать, что победа останется за ними. Многим эта перспектива нравится, ведь, если верить словам руководителей ПЕМБ, они смогут навести в мире порядок без кровопролития, насилия и прочего, как они выразились, «грязного», а также приведут нашу цивилизацию в новую эпоху энерго-материального баланса. По результатам предвыборных опросов человечеству этого давно не хватало. Многие пытались добиться этого за все время существования Мирового Союза, однако лишь единицы были способны хоть на какие-то продвижения, которые никак нельзя назвать новым курсом в новую энерго-материальную эпоху. Но ПЕМБ уже не раз демонстрировали множество достижений своих частных инженеров и ученых, образовательных учреждений, выпускников, а также квалифицированных специалистов в разных сферах, где энергия и материя давно практикуются для выполнения задач. По их словам, это еще не все, чем они могут удивить нас. Довольно сильные заявления, однако поживем – увидим. С вами были – телеканал «Океания», мировые новости и их ведущая – Кристиана Рудольфовна. Увидимся!».

«С момента их появления трындят про них… – буркнул отец. Впрочем, как и раньше, – Чую, беда придет к нам с ними». Я посмотрел на него и с издевкой спросил: «А ты у нас, как я погляжу, в гадалки подался?». Его это не смутило, он лишь покачал головой, усмехнулся и прокомментировал: «Вроде еще мелкий, а разговариваешь не по годам. – последовала недолгая пауза, но в конце он про себя, тихо, стараясь сдержаться, чтобы я не услышал, что не вышло, ведь я разобрал слова, выронил, задумчиво глядя в экран проектора – Вот бы ты еще действовал так же быстро…». Тут я вспомнил, как в тот самый день медлил, размышлял… Если бы я только действовал быстрее и думал меньше, то успел бы спасти ее. Я надеюсь, что он не держит зла или обиды на меня, ведь я его ребенок, к тому же еще малолетний, да и не виноват я в том, что не успел, поддался панике и все дела… наверное. Хотя кого я обманываю? На самом то деле я не ребенок! На самом то деле я взрослый в теле ребенка! Вот только ничего не могу вспомнить о своем прошлом… «Я слишком много думаю. Надо больше быть в реальности» – вновь проговорил укрепившее в моей голове умозаключение. Стук в дверь. «Твои друзья?» – спросил отец. Я на него взглянул оскорбительно. «Ну-ну, не дуйся, сам знаешь, что шучу.» – с утешительной улыбкой, глядя на меня и одновременно гладя меня по голове, говорит он, а после встал с дивана и пошел к двери, а я тем временем стал подыскивать, чего бы еще можно глянуть в интернете. Зашел в рекомендации. «А? – мое внимание привлекает строка «мальчик аватар жестоко расправляется с подражателями в парке». Мною овладевало любопытство, так что я не мог воспротивиться ей и нажал на строку тачпадом на проекторе, после чего открылось видео, на превью которого был кадр с того самого парка, – Что ж, приступим. Но перед этим выключу звук». Я полностью убрал его и включил видео. На видео видно, как один из очевидцев того происшествия записал… меня. Меня в ярости. Я был в каких-то чернильных узорах на теле, плавно перетекающие к лицу, которые собирались у глазниц в одной точке у нижних век и с верхних век до лба в виде полу… горизонтальной восьмерки? Бесконечности? А взгляд был полон растерянности, что странно, ведь я помню, что я испытывал сильную и жгучую злость. Но это еще не все: на видео я смотрел куда-то влево и резко дернул руки вперед и хлопнул ими, раздавив одного из убийц. Хотя, я тоже, получается, стал убийцей тогда… Вдруг, я слышу шаги в мою сторону и дергано резко отключил видео, перейдя в поиск. «Малд, иди сюда.» – подозвал к себе папа с не очень довольным выражением лица. Я пошел за ним, вопросительно глядя ему в затылок, а когда дошли до кухни, миновав коридор с сан узлом и комнаты для гостей, то и на сидящего за столом незнакомца. «Пап, а кто это?» – спрашиваю я. «Я пришел с добрыми намерениями. – перебивает отца незнакомец, – Понимаешь…». «Я не у вас спрашивал, а у моего родителя.» – огрызнулся я, перебив его. Незнакомца удивило и в то же время заинтересовало мое поведение, отчего он усмехнулся, покачав головой. «Малд, не огрызайся со взрослым человеком» – на мгновение слегка зажав затылочную часть шеи, отчего у меня пошли мурашки, говорит отец со спокойным и немного приказным тоном. Я кивнул и сел с ним напротив незнакомца. Если бы я был старше, то мой взгляд казался бы убедительнее и серьезнее, однако в детском обличие трудно быть таким. Отец спросил у незнакомца: «Так что вы хотели сказать?». Тот в свою очередь промолчал, глядя на меня, намекая, что при мне не стоит говорить такое, однако отец стал убеждать его, что при мне можно, и я не такой уж и ребенок. Он слегка удивился, но не стал сильно противиться и началась беседа: «Я из ПЕМБ.» – без прелюдий начинает незнакомец. Отец насторожился, так как не доверяет людям из партий, да и в целом связанных с политикой, из-за их умения ловко жонглировать обществом. «Не беспокойтесь, я не ее член… я из организации, финансируемой ими.» – пытается успокоить настороженность папы незнакомец, заметив перемену в лице. «Разговор окончен.» – завершил отец. «Погодите! Я не с дурными намерениями! Если как-то задел вас, извините, но это реально важно!» – пытается удержать разговор незнакомец. Отец мешкал с решением, так что я перехватил инициативу на себя: «Может все же выслушаем его, пап? Никогда не знаешь, что может произойти после этой беседы, а мне интересно, поэтому, пожалуйста, давай послушаем…». «Нет! – громко и агрессивно отказал он – Извини… Я не собираюсь выслушивать его, даже под твоими просьбами». Я немного обомлел от такой реакции. Однако меня просто так не заткнуть, так что я спросил у незнакомца, что он хочет нам рассказать. «Дело в происшествии в парке Единства. – тихо и сочувственно ответил он, немного помолчал, взглянув на отца и меня, а после обращаясь к моему отцу, продолжил – После того случая вся общественность всполошилась: одни стали называть вашего сына «Чудо новой ступени эволюции», другие «Опасным и безжалостным защитником народов», видя или слыша через слухи, как он разносил направо и налево последователей диверсантов, а третьи попросту считают, что он опасен для общества. В общем, ситуация неоднозначная, отчего ваша семья не в безопасности». Отец немного задумался, поникнув головой, упираясь руками об кухонную гарнитуру, и тяжело вздыхая спросил: «И что вы предлагаете?». Незнакомец ответил безмятежно: «Наша организация занимается образованием и у нас есть свои частные школы. – отец вопросительно взглянул на него и тот ответил – Я предлагаю вам отправить его в наше местное образовательное учреждение, где мы сможем обучить его контролировать свои способности, а также познакомим с тоже довольно сильными и способными детьми, которые не станут его бояться. – незнакомец выдержал небольшую паузу, давая нам возможность осмыслить услышанное, и отец спросил, что же делать ему с Муслимом во избежание нападения на их семью, на что тот ответил – А вам мы предоставим полную безопасность от нападений со стороны неприятелей и главное: последователей диверсантов. Им явно не понравится, что какой-то ребенок сумел одолеть их, и могут объявить охоту на вашу семью, если только уже не объявили – тут незнакомец сменяет тон голоса на более твердый и тихий – А вы поверьте, это не пустые слова, ведь мы изучили некоторую информацию и выяснили, что ваша семья под угрозой. Под. Смертельной. Угрозой. – последние слова прозвучали довольно пугающе, так что я и отец переглянулись, всерьез призадумались над этим, но наши гляделки прерывает гость – Если надумаете обратиться к нам, то я оставлю вам свою визитку. Там адрес, номер, ну и краткий курс по нашей организации». Далее он встал, выдал сложенный лист отцу и пошел в сторону выхода. Мы проводили его, он собрался и начал выходить, как вдруг остановился и добавил: «Я вам советую, как можно скорее принять решение» И только после этого он решился выйти, однако отец остановил его: «Погодите! – отчего незнакомец остановился вновь, и отец задал интересующий и меня с самого начала вопрос – А как к вам обращаться?». Незнакомец слегка усмехнулся, осознав, видимо, что даже не представился нормально, и ответил: «Обращайтесь ко мне просто Рэй», и ушел, закрыв за собой дверь.

Мы тем временем стояли еще некоторое время в молчании, однако я решил, что нам необходимо поговорить по поводу этого человека и его предложения, так что спросил у отца: «Ну что? Пойдем продолжим просмотр, как ни в чем не бывало, или обсудим предложение? Все-таки мне скоро уже в школу нужно, а ты все никак не можешь определиться, однако сейчас у нас появилась возможность определить меня на неплохое место». Отец задумчиво рассматривал визитку, попутно кивая головой. Я выдерживаю недолгую паузу и выкрикиваю: «Пап!», чтобы он наконец отозвался и ответил мне. Он отдергивается от бумажки и смотрит на меня вопросительно. «Ты меня слушал?» – спрашиваю я. «Да» – довольно… коротко отвечает он. «Ну что скажешь?» – интересуюсь я. «Не так сразу, мне самому сначала нужно разобраться, а уж потом с тобой обсуждать. – собравшись мыслями говорит он, – И займусь я этим прямо сейчас! – после чего разворачивается и идет в сторону лестницы на второй этаж, к себе в спальню, видимо, однако у самой лестницы говорит мне – А ты пока можешь… Ну-у… Прогуляться, к примеру». Тут он пропадает из виду. «Замечательно! Я увидел видео, на котором у меня откуда-то чернильные узоры вырисовались, к нам зашел мужик по имени Рэй, предложил что-то, а теперь я остался один! Так теперь еще не с кем обсудить это!..» – ворчал я в голове. «Что ж… Принципе, он прав, мне стоит прогуляться.» – решил я и начал собираться: надел легкую одежду, ибо на улице стояла теплая погода, на запястье прикрепил смарт-часы для связи, ну и вышел. Открыв дверь, передо мной встала хоть и привычная, но все еще впечатляющая картина: широкая зеленая улица, которая заканчивается парковкой почти напротив нашего дома, который, в свою очередь, располагается прямо на повороте улицы, прямо напротив нашего дома еще один, впрочем, как и справа и слева. Я иду по тротуару до парковки. По пути мимо меня проходят взрослые, кто-то с детьми, кто-то парой, по взглядам которых можно понять, что они не очень-то и рады меня видеть, хоть и пытаются скрыть это за маской доброжелательной улыбки. Впрочем, их дети тоже боятся меня, но уже в открытую. Но я не виню их, все-таки они повторяют поведение родителей, которые в свою очередь боятся меня из-за моих возможностей. М-да уж, людям свойственно бояться или недолюбливать то, что не поддается контролю, что не изведано, опасно, так что я не злюсь на них, ведь не вижу смысла. К тому же погода сегодня слишком хорошая, чтобы злиться или просто быть под гнетом эмоций и давлением взглядов прохожих: яркое летнее небо с солнцем в зените, отчего могло быть жарко, если бы не прохладный ветер, спасающий от жары, яркие и сочно-зеленые деревья, кустарники с разноцветными крапинками – цветами, широкая, свежая и ровно-асфальтированная дорога, прекрасные дома различных форм и размеров. Вообще, тут в разы лучше жить, чем в прошлом доме-квартире, ибо тут и двор красивее, и соседи, хоть и лицемерные, но не агрессивные, не дерзят, не оскорбляют, как предыдущие. До сих пор помнятся те дни и иногда даже передергивает, отчего энергия негатив выходит из-под контроля.

Как сейчас помню:

«Эй, Мара, глянь! Это же тот самый убийца-мальчик!» – говорила одна тетка своей подружке. Та Мара пыталась оправдать меня: «Но он же спас много жизней! О чем ты вообще?», на что ее подруга меня-ненавистница резко отреагировала на ее попытку: «Ты его еще защищаешь?! Ты хоть знаешь, откуда у него такая сила?! Он обладатель того самого очень редкого вида энергии, который усиливает эффекты других при помощи негативных эмоций! А теперь представь, если кто-то из твоих близких его сильно взбесит!». «Дуры… Не стану я ни на кого налетать с такой агрессией и жестокостью просто так…» – подумал я, подслушав их. Ладно бы это. В какой-то момент я еле как услышал, что, судя по слухам, кто-то заказал убийство на меня, отчего пришлось насторожиться. «Неужели они настолько безумны?! Нет, бред какой-то… Хотя, лучше быть готовым ко всему» – мелькнула тогда мысль. Хорошо, что мне удалось подслушать тех теток, ведь спустя время, когда я добрался до укромного местечка для практики моих способностей вдали от посторонних глаз, я увидел, как один ничем не примечательный паренек заметил меня и пошел в мою сторону. Будучи осведомленным, я спрятал руки сзади и вспоминал все обиды и унижения, накопленные за весь период моей известности, чтобы пробудить энергию негатив. Что ж, хорошо, что я любопытен и изучал себя и свои способности, ведь так выяснилось, что энергия негатив может накапливаться. При направленном высвобождении и хорошем самообладании можно в подобных ситуациях справляться с трудностями. «Мальчик, а ты знаешь, куда нужно идти до этого адреса?», – спросил он и показал на довольно дорогом смартфоне какую-то улицу. «Так-с, не расслабляйся, он просто отвлекает тебя. Возможно, он не один, а может ждет, пока ты потеряешь бдительность – проговаривал я про себя и ответил ему максимально по-детски – Не, не знаю! Зато знаю, где я живу!». Он усмехнулся и немного огорчено ответил: «Жаль… Ладно, я пойду дальше искать тогда», после чего и вправду ушел. «Может, я просто слишком паранойю? А как же слухи про заказное убийство? – подумал я – Хотя, возможно, это всего лишь слухи». Стоило мне обернуться, как краем глаза я увидел, что тот парень разворачивается и резким движением бьет по земле. «Черт! Ты серьезно?!» – воскликнул я и отскочил при помощи энергии и материи воздуха, чтоб быстрее увернуться. Но и сзади меня ждала подстава: я врезался во что-то. Не успев выяснить, что это было, меня схватили за шею и крепко сжали ее. Я стал задыхаться. Под влиянием страха смерти я почувствовал прилив сил и понял, что сейчас у меня есть шанс выйти из удушающего, и, ощутив тяжесть в руках, я резко дернул их вверх, а ногами оттолкнулся от захватчика. В этот момент парень, ударивший ладонями о землю, неожиданно выскочил из-под земляной стены. Успев лишить возможности сделать потомство у моего захватчика, ударив его между ног быстро выскакивающей стеной, я оттолкнулся ногами прямо в сторону того парня. Из-за разницы в размерах и силе, он меня быстро повалил на землю и сковал руки и ноги ею, чтобы я не смог убежать или нанести какой-либо ущерб его здоровью. Пытаясь сконцентрироваться и не поддаваться влиянию энергии негатив на фоне вопиющего захватчика, я просто перестал думать и поддался этой силе. Дальше все было в тумане и лишь отрывками помнятся события, но в результате я как-то одолел их. Причем, судя по их напуганным взглядам, довольно жестко одолел… «Ты монстр! В тебе есть хоть что-то человеческое?! Воплощение сатаны! Антихрист! Не убивай нас! Мы больше не будем тебя тревожить!» – вопили в слезах они. «Что я такого сделал?.. Сочувствую им. – подумал я тогда и сказал несчастным – Я не стану вас убивать… Но в тюрьму вы точно сядете!». Они вздохнули с облегчением. Неужто я такой жестокий, когда нахожусь под влиянием энергии негатив? Будто это проклятье мое.» – размышлял я, пока пытался связаться с отцом. В итоге полиция приехала и увела их, попутно допрашивая меня как это случилось и что происходило. Хоть кому-то все равно на мои силы и слухи обо мне, кроме семьи, конечно же. После велось расследование, а там и суд, и огромные выплаты за моральный ущерб и вред здоровью от общества поддержки и мирового союза, за счет которых мы переехали и вот сейчас я иду в парк.

Дойдя до парковки, в котором было немного машин, ведь многие владельцы разъехались по работам, я поворачиваю направо и иду по тропинке, ведущей к уличному парку, в котором множество растительности, гуляют домашние питомцы, статуи различных экзотических животных, небольшой уличный кинотеатр, детские аттракционы… В общем, все то, что необходимо для простых обитателей данного района. Оглядываясь по сторонам, я стал искать малого, ибо он любит тут прогуливаться со своими друзьями. «Что ж, ладно, зато есть время попрактиковаться» – проговариваю я, не найдя его, и иду в сторону моего любимого укромного местечка, располагающегося около близлежащего леса. Подойдя к скамье, и сев на нее, я начинаю экспериментировать. «Так-с, в прошлый раз я пробовал смешать энергию огня и материю земли и чуть не сжег эту скамью магмой… Впредь нужно быть аккуратнее и бдительнее. Сейчас я попробую сделать что-нибудь менее огнеопасное. Например…, – я призадумался, – Принципе, можно сварганить какой-нибудь камень, но для этого потребуется магма…, – снова задумался, – а что если я резко охлажу ее? Насколько мне известно, получится обсидиан. Но это надо делать очень быстро, чтоб магма ничего не спалила тут…, – но тут меня осенило, – Хотя, если в процессе создания использовать энергию воздуха вместе с энергией огня и материей земли, то можно сразу получить обсидиан!» «Я чертов гений!» – случайно восклицаю я вслух и, не придав этому значения, сразу приступил к делу: сначала к делу пошла материя земли, ибо ее легче заполучить, ведь она повсюду, далее последовала энергия воздуха, которую я сразу стал скрещивать с материей земли. У меня получился в итоге песок, хотя я даже не успел еще добавить огня… «Это не то, чего я хотел» – умозаключил я и попробовал снова. Сначала материя земли, теперь чуть меньше, чем в прошлый раз, энергии воздуха. Все равно рассыпчатое вещество получается. «Да ты издеваешься! – воскликнул про себя я, – Еще раз!». Я снова взял материю земли и… Тут меня вновь осенило: «Точно! Ну конечно у меня всегда будет получаться песок и в конце стекло при применении энергии огня! Я ж провожу искусственную коррозию! Сначала нужно расплавить землю, а потом при состоянии магмы моментально охладить!». Я в третий раз попробовал: представил, как из-под земли к рукам цепляется материя земли, почувствовал тяжесть в руках, вытянул их вперед, пальцами сложил, как я его называю, «итальянский жест», дабы собрать в кучу материю, поднятую из-под земли, после «прицепил» ее к доминирующей левой руке, дабы удержать было легче, а правой рукой попробовал собрать энергию огня: оглянулся по сторонам, дабы найти прямой источник огня для облегчения работы, но так и не обнаружив его, попытался «высосать» энергию из пространства. Спустя несколько секунд безуспешных представлений жара, собирающегося вокруг меня, я вспомнил, что основным, главным и мощным источником огня является звезда. Я взглянул на Солнце и попытался представить, как ее лучи разделяются на энергию и материю и присоединить энергию к правой руке. Ощутив резкое потепление, или даже сильный жар, я понял, что у меня получилось. Пока у меня еще оставались силы, я скрестил энергию огня с материей земли и у меня получилась магма. Она сразу стала нестабильной и иногда вытекали капли, ибо контролировать скрещенные виды энергии и материи в разы тяжелее, чем по отдельности или вместе, но одинаковых видов. Я незамедлительно в правую руку начал собирать энергию воздуха: закрыл глаза и представил, как летаю, как ветер рассекает мне лицо, как я вдыхаю полной грудью до предела, а после так же выдыхаю. Вдруг я почуял эйфорию, прохладу вокруг и сильную легкость. «Есть контакт!» – понял я и сразу собрал энергию воздуха в магму. Я открыл глаза и увидел результат моих стараний. «Получилось!» – обрадовался я, увидев обсидиан. Но у меня вдруг появилась сильная слабость и мое сознание слегка помутнело, отчего я упал на скамейку сзади, а обсидиан выпал из моих рук и разбился в щепки. Мне сейчас не до него, сначала нужно оклематься. «Вдох, выдох, успокойся и расслабься» – повторял я себе и в конце концов у меня вышло это. Пока я отсиживаюсь тут, со стороны парка слышно, как спорят между собой дети и их родители. «Эх… Люди не могут без этого… Им лишь бы поругаться, доказать свою правоту, доказать, что они лучше и пытаются всех делать такими же.» – мелькали мысли в моей голове, слыша все это. Я еще некоторое количество минут пролежал в полусонном состоянии, надеясь, что скоро все пройдет, но этого так и не произошло, поэтому я решил немного вздремнуть…

«Эй! Эй, засранец! Эй, ты слышишь? Надеюсь, что да, ибо я тебя нет. – эхом слышится голос отовсюду, – Так вот, я рад, что ты пробудил свои силы, и что ты жив. Я уж подумал, что морда предательская прикончила тебя, но видимо, что нет. Так вот, у меня немного времени. Я прошу тебя, найди меня. Я в *неразборчиво*! Твою мать! Ты серьезно?! Я не могу сказать нормально, где я?! Черт, ладно, в общем, в любом случае я могу во снах связаться с тобой и сказать лишь одно: забей ты болт на правила и ищи меня! Вместе мы сможем разорвать этот замкнутый цикл!.. Еще я увидел на мгновение твое воспоминание одно. Так вот, я советую тебе согласиться на предложение того странного типа, пришедшего к вам домой! Там в будущем ты найдешь меня! Надеюсь. *Неразборчивое длинное предложение, по всей видимости очередной совет*. *Неразборчиво, но похоже на ругательство*. Хрен с ним, встретимся в будущем! *Неразборчиво*».

Я проснулся под тряску какого-то мальчика, моих лет на вид. Я резко вскочил со скамьи, думая, что он очередной ребенок, который собирается навредить мне, а также из-за испуга и неожиданности. «Тише! Тише! Я не враг!» – разводя руками перед собой, стал убеждать он меня. «Ну да, конечно! Мне так же говорили, когда хотели убить!» – огрызнулся я. «Оу… Тебя пытались убить? Это плохо..» – сказал он довольно… искренне? «Хотя, может актер хороший! Хотя, черт возьми, он ребенок! Хотя, вдруг, он такой же, как и я – ребенок с взрослым мышлением?.. Все-таки, он разговаривает довольно… Зрело? Да нет, бред какой-то! Или все же?.. – метаюсь в сомнениях я, но, внимательно оглядев и изучив движения и лицо мальчика, я все же успокаиваюсь, так как вижу искренность в глазах и телодвижениях, – Что ж, можно пока подыграть». Я встаю в обычную позу и медленно подхожу к нему. На удивление, он даже не шелохнулся. Слишком спокойный. «Меня Малдай зовут» – начинаю я, протянув руку. Он… улыбается и радуется, что я настроился дружелюбно и восклицает: «А меня Игорь!», после чего пожимает мне руку. «Будем знакомы..» – отвечаю я, удивившись такому жесту дружелюбия по отношению ко мне. Если быть честным, то у меня глаза непроизвольно прослезились. «Может будешь моим другом?» – резко предлагает он. «Ну все, нокаут!» – думаю я и не выдерживаю. Он аж испугался и слегка запаниковал, спрашивая, все ли в порядке и прочее. Успокоившись, я объясняю ему все и соглашаюсь с предложением. Я оглядываюсь по сторонам и замечаю разбившийся обсидиан. «Легко разбился… Над прочностью еще постараться нужно.» – думаю я. Игорь, заметив продукт моих стараний, начинает интересоваться: «Это твоих способностей дело?». В ответ я просто киваю, глядя все еще на осколки и продумывая примерные варианты упрочнить его. «Так значит ты можешь контролировать энергию огня и воздуха и материю земли?! – вопросительно восклицает он, – Да ты крут!». «А он не так уж и глуп» – подмечаю я и скромно отвечаю ему, почесав затылок: «Да, есть такое. Ну а ты?». Он озорно отвечает: «А я энергией и материей воды и воздуха!». «Стоп! Что?!» – восклицаю я про себя и, вытаращив глаза, гляжу на него. «Получается я не один, кто так же силен?!» – промелькнуло в голове. Он, увидев мой взгляд, ехидно улыбается и спрашивает: «А чего ты удивляешься?». «Да просто не думал, что есть кто-то, кто может хоть немного быть ближе к моим способностям…» – ляпнул, не подумав, я. Тут уже он удивляется и интересуется, чем я конкретно могу контролировать. Я ему отвечаю, как есть, и уже настала его очередь вытаращивать глаза. Я слегка засмущался от такой реакции, ведь, как показал мой опыт, после этой информации многие обычно шугаются меня, но он нет, он именно восхитился. Возможно, что он даже не слышал про меня. Хотя, странно, что он не в курсе, кто я такой. Мне казалось, что все уже должны были знать, но, как видно, нет. Либо он сумасшедший. «Получается, ты тоже будешь в классе одаренных новой школы?» – удивленно спросил он. «Ну… Я не знаю, ведь с от… с родителями не обсуждал в какую школу меня отправят» – ответил я, а после задумался: «Какая школа? Для кого? Там такие же, как и я? Неужто та самая школа, про которую говорил тот мужик, назвавшийся странным именем Рэй?», ну и естественно поинтересовался у него. «Не знаю, но я слышал, что там будет очень интересно и не скучно!» – отвечает он. «Что ж… Информативно…» – думаю я. «Погодите-ка… А сколько сейчас времени!? – осенило меня и я сразу бросаюсь к часам – Черт, я проспал несколько часов! Обидно… Но даже не в этом дело! Я задержался сильно». Этот мальчик Игорь поинтересовался, почему я резко оживился и запаниковал слегка, на что я ответил, что тороплюсь домой. «А ты тут живешь? Ну, в смысле в этом районе? – спросил он, уточнив». «Стоит ему говорить? – призадумался я маленько, засомневавшись в его добрых намерениях – Вдруг он из семьи подражателей? Отвечу, но без подробностей, чтоб не обострять ничего, вдруг просто моя паранойя заиграла». Я так и сделал: «Ну, примерно, да». «О! – обрадовался он –А завтра выйдешь погулять? Могли бы показать друг другу свои способности, поболтать о всяком?». Я не знал, что ответить, ибо сам не знаю, что будет завтра, поэтому сказал, что возможно, но не обещаю. Его устроил и этот ответ.

Ну и я побежал в конце концов обратно. Ну как побежал? Вприпрыжку, иногда подталкивая себя потоками воздуха. Летать я не научился еще, но потоками воздуха могу сдвигать объекты. Раньше я не мог понять принцип работы энергии и материи воздуха, но благодаря исследованиям одного научного деятеля, который изучил вдоль и поперек эти способности, делая записи, и которого звали Джокэном Био Нибиновичем, я выяснил, что, управляя энергией воздуха, мы, по сути, управляем свойствами воздуха, его параметрами, а материя воздуха придает ему соответственно материальную форму, присущую только воздуху. Но меня не устроил такой ответ, так что в поисках истины я понял, что… ее нет. Буквально подлинно не известно, как работают способности контроля. Все, что известно, так это то, что у каждого вида есть свои свойства и они взаимодействуют друг с другом, меняя при этом свою форму и свойства. В общем, это как в химии: разные вещества имеют разные свойства и параметры, а также и агрегатное состояние, но при их взаимодействии друг с другом образуется новое вещество с новыми свойствами. Однако, как и в химии, есть виды энергии и материи, которые никак не могут взаимодействовать с собой, либо плохо делают это и требуется больше усилий или вмешательства другого вида энергии или материи. Да, мне еще не исполнилось и семи лет, а я уже изучил все, что мог за промежуток времени от смерти матери до сегодняшнего дня. Возможно, еще поэтому у меня нет друзей. Но я не особо беспокоюсь по этому поводу, ибо у меня нет потребности в общении со своими ровесниками. Они все дети те еще… А взрослые не воспринимают всерьез меня. Нелегко, однако, приходится. Но ничего, я еще покажу всем кузькину мать!

И вот я дошел, наконец, до дома. На вид целый и нет следов нападений. Ну и отлично. Я вошел внутрь. «Папа! Похоже, брат пришел!» – радостно возгласил мелкий, а после резво выбежал из зала, дабы встретить меня. Хоть у нас и не такая большая разница в возрасте, да и я его не стремился к себе привязать, просто общался с ним, как надо общаться с младшими братьями, но он сильно обожает меня. Может очередной побочный эффект от стирания воспоминаний того происшествия? Не знаю. Впрочем, чего это я? Сам не против такого отношения. Хоть кто-то реально и открыто проявляет ко мне… Как оно называется?.. А, точно, любовь! Блин, как я мог забыть? Ладно, не важно. В любом случае, я рад этому, поэтому и не сопротивляюсь ему. Он подбежал и стал допрашивать. Очень. Эмоционально и возбужденно. Допрашивать: «Как прогулка?! Ты сегодня долго! Неужели нашел себе друзей?!?!». «Сейчас все расскажу, но в зале, а пока дай обувь снять» – ответил я. Как только мы уселись за диван, он вновь продолжил свою тираду из вопросов. Я усмехнулся и попросил немного остыть, на что он моментально замолчал и внимательно начал меня слушать. «Как так вышло, что из одних и тех же генов получились такие разные по характеру люди?..» – подумал я и продолжил: «В общем, да, ты прав, я сегодня… – я немного запнулся и не мог решиться назвать того мальчика полноценным другом, однако, взглянув на внимательно и послушно слушающего Муслима с его пронзающим внутренний стержень стойкости взглядом, я радостно возгласил – познакомился с одним мальчиком, и он оказался очень дружелюбным ко мне! Его зовут Игорь и мы договорились завтра вновь встретиться!». Муслим же так обрадовался за меня, что подскочил и начал поздравлять. «Черт, да откуда в тебе столько… Блин, не знаю, как это охарактеризовать даже…» – подумал я, а сам притворился, что смутился и слегка усмехнулся «А о чем еще вы поделились друг с другом!?» – продолжил допрос он. «Ну, он будет учиться со мной в одной школе и в одном классе… Возможно. Еще он тоже контролирует много видов энергии и материи, как и я, так что, возможно, в той школе я встречу таких же сильных, как и я, ребят». Я снова глянул на Муслима, а он смотрел на меня и в глазах читалась радость. «Ну как же так? Как он может так смотреть на меня? А ведь и не понятно, стал бы он таким, если бы не изменение воспоминаний, или все же это часть его характера?..». «Кстати, ты звал папу, но я чего-то не вижу его, чем он занят?» – спросил я. «А, ну, он говорил, что немного занят. Вроде как позвонить кому-то собирается.» – уже более спокойно ответил он. «Ясно – ответил я, а сам стал размышлять – Интересно, а какие там ребята?..». Из оков моих мыслей меня выпустил Муслим, вопросительно глядя на меня своими любопытными глазами. Вдруг, резко послышался топот с лестницы на верхний этаж. «Так-с, ребятки, у меня новости – сразу и оживленно приступил он – с осени вы оба будете ходить в новую школу ПЕМБ». «Погоди, пап, а он то как поступит, если ему и семи лет нет?!» – незамедлительно спрашиваю я. Он говорит: «Мне сказали, что у них этажи делятся на детские сады, начальные, средние и высшие классы. Удобно, правда ведь?». «Странно, если честно, но да, удобно» – отвечаю я. Муслим влез в диалог, радостно восклицая: «Получается, мы будем каждый день видеться там?!». «Да, сына, верно говоришь!» – подтверждает отец. Вот только меня смутило, что отец быстро переменился в настрое. Еще несколько часовназад он был погружен в глубокие раздумья, немного загруженным, а сейчас словно все проблемы исчезли. Что ж, думаю, так даже лучше. «А когда мы поедем?» – спрашиваю я. «Сказали, в любой день до середины августа, так что можем хоть сейчас» – легко отвечает отец. Муслим обрадовался как не в себя, а я… Впрочем, тоже. «Ну, раз уж такой расклад, то чего мы медлим? Выезжаем!» – провозглашает отец. Муслим немедля встает и бежит к себе. Отец тоже пошел за ним, ибо малой многое может начудить, пока оденется. Мне же он сказал, чтобы я тоже на месте не стоял и переоделся как-нибудь более солидно. «Зачем? Я же просто иду знакомиться с учителем и осмотреть школу» – спрашиваю я. «Ну, чтоб не застыдили меня, например» – отвечает отец. «Но…» – захотелось сказать мне, но, передумав, я встал и пошел к себе.

Зайдя в комнату, я незамедлительно стал одеваться. На это у меня ушло не больше трех минут. Выбора немного, так что и определиться нетрудно. Выполнив свою задачу, мне в голову приходит идея полазить в сети. Все-таки со мной связанно много странностей: странные сны, этот «режим берсерка». В общем, я хочу понять, отчего это возможно, уже с момента происшествия. Я открыл свой ноутбук, полез в строку поиска. «Что же меня интересует? Мои способности? Странные сны? Режим берсерка? Про сны я в любом случае ничего не обнаружу, меня тупо направят на «бесплатную консультацию психолога» и прочее подобное… А со своими способностями я уже в школе подробнее разберусь, раз уж до этого поиски не увенчались большим успехом. Остается режим берсерка.» – рассудив, вбиваю запрос «Как работает энергия негатив? Побочные эффекты», начинаю поиск. «Начнем с первых семи сайтов» – решаю я и приступаю за работу. По началу ничего интересного, только какие-то статьи с кучей воды. Но спустя уже десяток сайтов я обнаруживаю только набирающий популярность сайт ПЕМБ. «Они уже и сюда проникли. Видать, серьезно настроены.» – решаю я и захожу на него. Передо мной открылась страница с черным фоном, на которой располагается белый текст, классического синего цвета ссылки на разные источники и подписи над каждой из них красного цвета, выделенные жирным и подчеркнутым шрифтом. «Довольно жуткий и устрашающий внешний вид» – подмечаю я, но меня это не останавливает и я вбиваю в поиск все про энергию негатив и начинаю поиск. Вдруг слышится: «Малд, ты там скоро!? – спрашивает отец с первого этажа и подкалывает – Муслим быстрее тебя справился уже!». Меня бы это задело, если не тот факт, что я уже давно приоделся и полез в интернет. «Так-с, что тут у нас? – спрашиваю я у себя, глядя на монитор, в котором изображен с историческими справками и документам, а также научными исследованиями, сайт. Читать я научился еще с момента рождения, что странно, но все же спасибо за такой приятный бонус… Правда, кому? Не знаю, но в любом случае спасибо. – Отлично! Теперь сохраняю и перекидываю себе на смартфон, а в дороге почитаю, что известно». Я отправляю к себе на смартфон ссылку на сайт и на ресурс и бегло собираю все в портфельчик и выбегаю из спальни с возгласом: «Мчусь уже на всех порах!».

Миновав множество улиц, мы спустя минут двадцать стали подъезжать к гигантскому зданию. «Все-таки гигантизм у всех в крови, походу…» – мелькает в моей голове. Мое внимание привлекает чистота и красота всего, что окружает школу… Хотя, если быть точнее, то здание образовательных учреждений, раз уж тут и детский сад, и школа, и вуз с колледжем: тут располагается много зелени разных типов и видов, аккуратно и симметрично рассаженных и подстриженной, высокие белые стены, из которых иногда линиями высвечиваются цвета синего пламени, что, наверное, показывает, что их чем-то насытили в целях безопасности, ровная и свежеасфальтированная размеченная дорога, которая ведет к охранному посту со шлагбаумом.

Мы подъезжаем к этому месту, и к нам стали подходить пара охранников. «У вас тут такая охрана мощная! – в шутку подмечает отец, пока охранник проверяет что-то, и усмехаясь спрашивает – Это точно обыкновенное здание образовательных учреждений?». Мужчине это показалось забавным, он улыбается и говорит: «Все ради безопасности детей», а дальше устраивает небольшой допрос, мол,с какой целью сюда едем, кто приглашал. В конце концов он информирует нас:«Что ж, раз уж вы впервые тут, тогда давайте вкратце введу в курс дела: подъедьте к шлагбауму и просуньте руку к… – он задумывается – кодирующему аппарату, проще говоря, где у вас на запястье проявится зашифрованный код, а также номер вашего парковочного места, которые сотрутся в течение суток. Далее вас пропустят и вы займете свое место. После вам следует просунуть руку в дешифратор, и в течение семи секунд выйти за оранжевые полосы-границы парковочного места. – тут отец пытается спросить, почему, однако охранник перебивает его – Пусть это будет неожиданностью для вас. – говорит он, улыбаясь и подмигивая в конце, – А теперь езжайте» – отец вздыхает и благодарит его и проезжает.

Сделав все, как нас проконсультировали, мы стали подъезжать к своему месту, миновав уйма… пустых участков. «Я думал, тут будет много машин» – говорит Муслим. Я поддерживаю его слова, впрочем, как и отец. Заехав на свое место, я с малым начали выходить с машины. Выйдя, мы стали оглядываться: «Тут так просторно…» – подмечаю я, «Согласен! Есть где разгуляться!» – поддерживает Муслим. Отец приказывает нам отойти с разметки. Сделав это, мы стали внимательно наблюдать за происходящим: он просовывает руку в этот самый дешифратор и далее ничего. Вспомнив слова охранника, мы начали отсчитывать семь секунд. «…6! 7!» – досчитывает Муслим, и мы внимательно смотрим на машину ожидая того, что она… Не знаю. Станет невидимой? Провалится под землю? Что ж, почти так и вышло: машина стала опускаться вниз вместе с платформой, границами которой как раз-таки являются оранжевые линии. «Чудеса техники, да и только!» – восхищенно говорит Муслим, а после подпрыгивает от… Да черт его знает от чего. От радости, наверное. Ребенок все-таки. Хотя, я тоже ребенок. «Малд! Смотри! Над машиной появляется новый слой земли!» – прерывает мои мысли Муслим, дергая меня. Хотя, он прав, это по-настоящему удивительное зрелище, ведь раньше никто даже не пытался интегрировать энергию и материю в технику. Ну… Кроме диверсантов и их последователей. «А что если…» – шепотом проговариваю я свои подозрения, однако меня снова дергает Муслим. Но на этот раз он тянет меня с собой, чтобы мы поскорее пошли внутрь. «Что ж, мне тоже интересно. Ладно, потом подумаю над своей теорией» – решаю я и иду за ним. «Далеко сильно не отходите! – усмехаясь говорит отец нам в след – Вы же не знаете даже, куда идти». Но Муслима это не останавливает: он идет напролом, наугад ведя нас. Если бы отец не направлял его, мы бы уже давно потерялись.

Наконец, прямо перед нами возвысилось здание-исполин: я пытаюсь разглядеть его вершину, но не выходит. Оно словно за… Вернее, точно скрывается за облаками! «Гигантизм у них в крови, видимо!» – удивляется отец. Я в ответ лишь киваю и иду далее за Муслимом. В спешке поднимаясь по ступенькам, отец останавливает нас: «Погодите, для начала дайте мне вперед выйти! – говорит он, отдышавшись – Или вы собираетесь без меня договариваться?» – спрашивает он усмехнувшись.

Войдя внутрь, я ожидал увидеть много чего, но это… Что-то с чем-то! Оглядываясь по сторонам, я ненароком задумываюсь: «Откуда такие средства для построения всего этого?!». Вдруг, слышу, как отец что-то говорит, но я не стал вникать. Только когда он резко хватает меня за руку, я переменяю свой взгляд на него. «Аккуратнее будь, впереди ступенька! Споткнешься еще!» – обеспокоено говорит он. Я виновато кивнул, и он с легкой ухмылкой говорит, вздохнув: «Пойдёмте, нам еще осмотреться надо». «Учитывая такие размеры, на это потребуется день или даже больше!» – говорю я, усмехаясь. Муслим же после моих слов начал нас торопить. «Видать, любопытство у нас в крови..» – думаю я, и мы направились к пропускному пункту.

После того, как мы прошли проверку, нас направили в сторону лифта и объяснили, к кому надо идти и где это. Даже сопровождающего дали. Этим человеком оказалась симпатичная, слегка крупноватая женщина лет… 30-35, наверное. Одета она… Даже не знаю, как это называется. Ну, просто, строго, но в то же время красиво. Видно, что она умеет показать себя с лучшей стороны. Голос у нее был низковатый, игривый. Странные ощущения испытываются, когда вслушиваюсь в ее речь. Не с чем сравнить… И ведет она себя сдержанно, хотя иногда ухмыляется, когда отец бросается остротами, да и по взгляду можно понять, что передо мной довольно энергичный, веселый и добрый человек. Возможно, профессиональное.

«Надеюсь, вам будет интересно! – говорит она, обращаясь ко всем нам, а потом уже лично к отцу – Если еще появятся вопросы – задавайте. – далее, переведя взгляд на нас, женщина намекнула и нам, что мы тоже можем не стесняться. По крайней мере, я ее так понял». Буду честным, я ее особо не слушал, так как оглядывался по сторонам в основном, ибо хотел разглядеть каждую деталь изнутри этого помещения… Хотя, судя по размерам, я бы сказал целого поля, если бы не крыша над головой. Белые широкие колонны, которые поддерживают этаж, черный пол с золотыми и серебряными узорами… Которые еще и плавно переливаются между собой! «Сколько средств было потрачено на постройку всего этого?!» – удивляюсь… нет, даже восхищаюсь мысленно я.

Я и не заметил, как они уже двинулись. Если бы меня не позвал Муслим с отцом, то так бы и остался рассматривать тут все, однако нам надо идти.

Наконец, мы добрались до лифта. «Странно. Если это лифт, то почему над ним нет подъема наверх? Что-то тут не так…» – подмечаю я. «Сейчас вы увидите магию технологий и возможности Партии Единого Мира Будущего.» – довольно интригующе говорит женщина. Я прослушал ту часть, когда она представлялась… а переспрашивать как-то не хочется. Мы молча всматриваемся в большую кабину, в которую может поместиться несколько десятков человек примерно, и следуем за женщиной. «Интересно, как же мы поднимемся? Полетом при помощи энергии и материи гравитации? А может пространства? – гадаю я, – Как интересно, однако!». Мы стали ждать и переглядываться, как бы спрашивая друг у друга, что же произойдет. Только Муслим кажется сосредоточенным, дабы не упустить чуда. Наверное. «А может это будет что-то вроде резкого скачка?! – вдруг мелькает у меня, и я волнительно спрашиваю у сопровождающей – А нам не нужно присесть или еще чего подобного?!». Только после того, как я спросил, до меня дошло: «Это же здание образовательных учреждений! Явно же они не станут делать такое, учитывая, сколько они тратят средств на безопасность учащихся!». Женщина промолчала. Надеюсь, не услышала и не посчитала меня идиотом… Но нет. Она, судя по всему, просто думала, как ответить: «Конечно же нет, мы не стали бы подвергать детей такой опасности.» – говорит она с улыбкой, успокаивая меня. «Точно. Я ведь ребенок, так что естественно меня не посчитают идиотом!.. Ведь я ребенок…» – вновь я стал погружаться в размышления. Но это продлилось мгновение, ибо женщина стала говорить: «Что же! Поехали!». Муслим громко отвечает: «Наконец-то! Я уже иссыхаю тут, пока жду магии!». Отец слегка нахмурился, но быстро успокоился. «Ой дурак мелкий… Впрочем, так, наверное, даже лучше» – мелькает в моей голове, глядя на него и его беспечный взгляд. Наконец, женщина нажимает на кнопку нужного этажа. Пока ничего…

«Все, можем идти.» – говорит женщина. Я не понимаю, о чем она говорит. «Но ничего же не произош… – я боковым зрением замечаю за дверью лифта, что мы оказались в другом месте – Что? Но как? – удивленно спрашиваю я, глядя на нее». Она же в ответ стала смотреть на меня… умиляющимся выражением лица. «Странная какая-то… Хотя, чему я удивляюсь? Я ж ребенок.» – думаю я. «Ты не глупый ребенок, я вижу это в твоем взгляде, так что скажу кратко: это магия телепорта.» – отвечает она, немного подойдя и наклонившись ко мне. Я не знаю, какое у меня сейчас выражение лица, но явно понятно, что я в… шоке. «ПЕМБ творит чудеса!» – громко и резко подмечает Муслим. Я довольно долго не слышал папиных комментариев, поэтому решил посмотреть на него: он тоже был удивлен, но не так сильно, как мы, что странно, как по мне. «Идемте» – подзывает она нас, поманив рукой. Выйдя из кабинки, мне в глаза бросается то, что мы находимся в какой-то комнате. «Где это мы?» – спрашивает отец, на что женщина отвечает: «Это… Скажем так раздевалка… Ну или гардеробная, как вам удобнее.». Не успел Муслим еще спросить что-то, как вдруг она перебивает его: «Тут располагается форма, запитанная энергией и материей необходимых видов для удобства учеников.». «Например?» – интересуюсь я. «Ну, например, обувь, которая насыщена энергией воздуха, что позволяет передвигается легче и быстрее.» – отвечает она, ища, возможно, их же. «Ого! – восклицает Муслим – то есть я смогу бегать быстрее папы?!». «Конечно!» – радостно отвечает она, улыбаясь ему. «Но а как это происходит?..» – задумываюсь я. Впрочем, ненадолго: «А! Нашла! – восклицает она – А теперь наденьте их.». Она протянула их нам. Точнее, отцу и Муслиму. «А мне?» – спрашиваю я, не понимая такого решения с ее стороны. «Ну ты же сам можешь контролировать воздух, верно? – спрашивает она. Судя по всему, вопрос был риторический, раз уж она не дожидаясь моего ответа, продолжила свой монолог – Так что ты сможешь себя ускорять и без них. Тем более, что лучший способ развивать свои навыки и таланты – практика.». «Звучит логично.» –умозаключаю я и не противлюсь. «А теперь наденьте-ка вы их, ну а после сами все увидите.» – обращается она к ним. Муслим без промедлений начал искать место, чтобы удобно усесться и натянуть их на ногу. Его поиски увенчались успехом: как оказалось, для него удобнее всего сидеть на полу, хотя в помещении немало скамеек, с которых можно было просто отодвинуть вещи и прочее и присесть. Ну а отец неторопливо осматривает их, попутно двигаясь в сторону скамьи. Вдруг слышатся возгласы и смех Муслима: «Я чувствую, как по ногам проходит холод и… – он встает – Легкость!». Отец же, усевшись, а также надев уже их, подтверждает слова малого. «Прям как у меня при использовании энергии воздуха… – удивляюсь я вслух, но тихо, и с огромным интересом спрашиваю у нашей проводницы – Как это работает?!». «Там все сложно, уверен, что осилишь?». Я утвердительно киваю. Она выдыхает и усмехнувшись, покачав головой, говорит: «Какой любопытный. Мне нравятся такие. Хорошо, если вкратце, то ПЕМБ смогли передавать… точнее, насыщать энергией и материей другие объекты, которые впоследствии могут хранить их в себе, как аккумуляторы, благодаря чему можно передавать свойства разных видов живым существам. Все это согласно свежей теории ученых ПЕМБ, в которой говорится о том, что в каждом объекте во вселенной присутствует какой-либо набор видов энергии и материи.». «Круто…» – это все, что я смог выдавить, а сам тем временем в мыслях стал разбирать то, что она мне поведала: «Так значит в каждом есть энергия и материя?.. Интересно. Но что если у кого-то будет возможность контролировать… Энергией и материей сознания? Так ведь можно не только менять воспоминания, но и управлять кем-то…». «Все, выдвигаемся!» – резко проговаривает женщина, громко хлопнув ладонями. «Полетели!» – возглашает Муслим.

«Вам уже надоело ждать, пока опробуете их в деле? – спрашивает она, обращаясь к нам. Я с малым одобрительно киваем – Тогда до конца этого широкого коридора по прямой и до поворота на старт! – мы приготовились – Внимание!.. – долгая пауза, Муслиму аж невтерпеж. Я же в свою очередь концентрируюсь на использовании своих сил – Марш!». Муслим незамедлительно вырывается вперед. Я тоже не стал отставать: пустил через все тело к ногам материю воздуха, собрал у конечностей энергию воздуха и стартую. Муслим восторженно дразнит меня. «Ты посмотри на него! Проснулось чувство соперничества!» – удивляюсь я и сам пытаюсь войти в азарт.. Он удаляется все дальше и дальше. Совсем бесстрашный, раз уж бежит… хотя, нет, точно летит на такой скорости! Я плохо контролирую свои способности, если пытаюсь использовать больше половины мощности, поэтому не могу решиться поднажать. «Однако есть же еще и энергия негатив… – проскакивает у меня в голове – Нельзя! Я не умею держать эту силу в узде. Если попытаюсь, могу навредить тут всем и всему.». Я смотрю в спину своего младшего, беззаботного и оттого бесстрашного брата, который не убавляет обороты, и по спине пробежал холодок. Странно. Очень.

«А как тормозить?!» – слышится его голос, который резко выбивает меня из мыслей. «Ну конечно! Гонять каждый может, но останавливаться еще нужно научиться!» – проговариваю я про себя и кричу ему: «Попробуй остановиться, как при обычном беге, но при этом четко представь, что ты замедляешься!». Он не услышал мои слова. Я со злости на себя ворчу: «Гений! Он в панике! Ребенок! Станет слушать, ага!.. – я вспоминаю, что отец с проводницей остались позади, как вдруг в голове у меня переклинивает – Ну уж нет! Я должен сам помочь ему!». Рискнув, я все же выжимаю из себя силы, выше своей нормы. Вот он уже на расстоянии чуть дальше вытянутой руки! Спереди стена. Я пытаюсь как-то поменять его траекторию. «Не получится!» – понимаю я и использую еще больше энергии и материи воздуха, чтобы еще ускориться. «Достаточно.», – эхом слышится откуда-то женский голос. Я не стал акцентировать на это внимание. Вдруг, Муслим смещается в сторону и начинает замедляться. Я тоже в свою очередь останавливаюсь. Но из-за инерции я не успеваю этого сделать. Что ж, в моем случае хоть синяк останется, а не сильная травма, какая могла быть у него. Я закрываю глаза и готовлюсь к удару, параллельно все еще пытаясь смягчить удар.

Прошло уже достаточно времени, однако я все еще не врезался в стену. Да и по ощущениям я стою на месте. Приоткрывая глаза, я замечаю, что стою на расстоянии носа от стены. «Повезло?» – предполагаю я. «Что ж, я заранее извиняюсь, что вам всем пришлось испытать такой стресс на первом посещении» –говорит эта женщина. Я оборачиваюсь к ней. Точнее мы оборачиваемся к ней. «Что же, вступительный практический экзамен ты сдал, Малдай» – говорит она одобрительно, спокойным, ровным тоном. «К-какой экзамен?.. Вы о чем?..» – не понимаю я. «Чтобы стать учеником моего класса, мне было необходимо лучше узнать тебя. А эффективнее всего этого достичь – поставить тебя в критическую ситуацию, напряженную обстановку… В общем, называй, как тебе удобнее, но факт есть факт – вся натура человека проявляется в критические моменты. Что-то незаметно сразу, ну а что-то бросается в глаза. Вот я и дала эту обувь опробовать твоему брату первым, устроив небольшое состязание. Наблюдая за поведением твоего брата, а также пообщавшись с твоим отцом еще на первом этаже, я осмелилась предположить, что он захочет обогнать тебя во что бы то ни стало, не разобравшись еще с управлением этой обуви. А далее дело было за тобой: спасешь ли ты его или нет, станешь это делать или хотя бы пытаться или же подумаешь, что он справится, и просто остановишься. А может ты бы захотел посмотреть на то, как он врежется, – это слово она произнесла с акцентом, указывая рукой вперед в стену, – чтобы от души посмеяться». «Но он же мог травмироваться сильно! Вы разве не беспокоитесь о безопасности учеников?!» – со злостью и… даже обидой налетаю я на нее с криком. Внутри все кипит, щеки начали гореть. Впрочем, не только они. Горит все тело, но больше всего руки от локтя до конца кисти, ноги от колен и до кончиков пальцев стоп, а также спина. По ней прошелся сильный жар. «Я погляжу, ты вспыльчивый. Я знаю, что у тебя есть один из самых редких видов энергии… Хотя нет, точнее сказать даже вымирающий вид негативной энергии. Знай, тебе лучше успокоиться сейчас, ибо дальше хуже будет.» – слышится в моей голове. Причем голос женский. Я стал оглядываться по сторонам. «Ты не глупый мальчик, я это знаю, подумай, где и кто я, получше» – снова этот же голос. И тут меня осеняет. Я смотрю на нее. Она мне одобрительно кивает и подмигивает. «Надеюсь, ты дашь теперь мне все рассказать тебе?» – спрашивает она. «Но к-как?..» – спрашиваю я полушепотом, опустив руки и усмирившись. «Для начала пройдемте ко мне в кабинет, а то я погляжу у вас всех есть уйма вопросов»

По пути все молчали. Точнее все, кроме Муслима. Он то все время задавал у нее разные вопросы. К примеру: «Вы тоже умеете контролировать энергией и материей?! А какой? Это вы меня остановили или мой брат?! А он сам остановился или вы помогли?!». Женщина… Надо бы выяснить, как ее зовут. В общем, она на каждый вопрос высоким голосом, доброжелательной и милой улыбкой отвечала: «Когда дойдем до кабинета, тогда и расскажу все». Спустя огромное множество подобных вопросов он все же замолк. «Он недавно чуть в стену на огромной скорости не врезался, а ведет себя так, словно ничего и не было. Я поражаюсь его беззаботности. Хотя, это естественно для его возраста. Тут уж мое поведение неестественное. Хм… – снова я углубляюсь в эту тему – Те странные сны, мои силы. Тут явно что-то не так. Пока мало информации, нужно поискать. Но что можно предположить из того, что есть сейчас? Нет информации ни о первом человеке, который владел бы такой силой, ни о его мощи. Возможно, он был сильнейшим среди людей, так как известно, что с каждым поколением люди становятся все слабее и слабее, но скорее всего это из-за разложения силы. Думаю, так будет продолжаться до тех пор, пока все люди в будущем не получат способности контроля. Такое возможно при браке бесконтрольных с контролерами. Тогда все будут владеть этой силой. Это ж сколько видов существует! Если сейчас людей шесть с половиной миллиардов и примерно у половины есть способности контроля… Как же сильно за тысячу лет расплодились потомки первого контролера, однако. Что же еще?.. Что еще есть у меня, что может объяснить причину моего появления в таком виде, какой есть сейчас? Что может объяснить мои силы и мою взрослую рассудительность и поведение?». Будучи погруженным в себя, я столкнулся с женщиной. «Не витай так сильно в облаках, Малд» – говорит отец. Я извиняюсь, и мы заходим внутрь. Красота! Стена с серебристыми цветами, состоящая из шестиугольных щитков с металлическим блеском. Пол пронизан линиями светло-серого света. Эти линии поднимаются вверх и охватывают всю мебель: от парт и досок до шкафов. Необычное зрелище. Кажется, словно эти линии и образуют мебель. «Как-то тут серовато…» – разочаровывается Муслим. «Если хочешь, можем сделать все красочнее, – отвечает она ему, в то время как в его глазах вновь пробегает искра». Она, увидев этот взгляд, восприняла его за согласие: «Тогда скажи, какого цвета ты хочешь увидеть… например, парты?» – наклонившись к нему, спрашивает она. Я сейчас в ожидании. «Оранжевого!» – восклицает он спустя очень короткое время. Женщина ухмыляется и поворачивается в сторону классной комнаты: она вытягивает левую руку и пальцы, после чего сжимает их в кулак. Я смотрю на комнату: светло-серые линии, ведущие к партам, становятся оранжевыми, после чего и парты тоже меняют окрас на соответствующий цвет. При этом я не ощутил и не заметил ничего, кроме этого. «Если стало интересно, то присаживайтесь, я вам все расскажу».

Усевшись на выборочные места, отец вдруг заговорил: «У меня уйма вопросов появилось, пока молча наблюдал за происходящим и анализировал все.». Женщина… Черт с ним, спрошу у нее. «Извините, а как вас зовут? Просто я с самого начала прослушал все, оглядываясь по сторонам…» – спрашиваю я с виноватым видом. Она ухмыльнулась: «Ничего страшного, я все равно тогда назвалась не своим именем.– успокаивает она меня, на что я с недоумевающим взглядом задаю еще вопрос: «Но зачем?..», на что она продолжает – Не перебивай, пожалуйста, и тогда я все объясню. – Она встает со своего стола и довольно элегантно начинает подходить к нам, по пути говоря – Дело в том, что многие родители могли бы по моим ФИО узнать, кто я, а мне нужно, чтобы семья была неподготовленной с целью выявить хоть что-то из их поведения и заключить свой вердикт. – отец хотел было спросить у нее что-то, но она помахала пальцем и попросила вновь не перебивать – Теперь я поняла, что вы из себя представляете и почти – на этом слове она акцентировала внимание – готова принять тебя в свой класс. – она стала осматривать нас своим оценочным взглядом – Сейчас поясню: – говорит она резко и задорно – В нашей школе, да и в новой системе образования в целом, был введен такой распорядок: мы разделили классы на продвинутые и классические. Отличия лишь в подходе обучения, наборе состава учеников и учителей, а так же в требовательности. У продвинутых классов более высокие требования, так как туда набираются способные ученики, более серьезная дисциплина, которая в какой-то степени выравнивается в старших классах с классическими. Также ученики из классических классов, ну или групп, как вам угодно, – протараторив говорит она – смогут перейти в продвинутую, выполнив необходимые требования: сдать два вида экзамена, быть дисциплинированным, обладать хорошими показателями до конца средней школы, а это значит, что ученику для начала надо будет отучиться десять классов, чтобы в последующих четырех быть в продвинутом классе. Можно и досрочно туда попасть, как я уже говорила ранее, выполнив первые два пункта на отлично.». Муслим как всегда в своем репертуаре: «Ъеь… Я не понял… голова раскалывается…», после чего плюхается лбом об парту. Мы усмехнулись, но отец прервал минуту веселья: «Вы так и не сказали свое настоящее ФИО.». Женщина хлопнула ладонью лоб, возмутилась с самой себя и извинилась, раскрыв наконец загадку: «Боккара (ударение она произнесла на последней букве) Светлана Адольфовна». Отец чему-то сильно удивляется. «Вы из династии Боккара?!» – восхищенно спрашивает он, приподнявшись со стула, и оперевшись руками об парту. Светлане Адольфовне стало приятно от такой реакции, судя по тому, как она расплывается в улыбке, так что она отвечает ему утвердительно. «Но что такая особа из такой династии делает в здании образовательных учреждений в роли школьного преподавателя?» – продолжает он закидывать ее вопросами. «А с чего вы взяли, что знать не может обучать? – слегка возмутившись, и скорее всего наигранно, спрашивает она. Отца устроил и такой ответ, после чего он усаживается за свое место, в то время как она продолжает свою речь – К тому же я преподаю в продвинутых классах. А ваш сын, кстати, должен еще сдать теоретический экзамен сейчас, чтобы определить его в какой-то из классов, ибо простого наличия силы без мозгов мне недостаточно.». Настала уже моя очередь смутиться. Я вопросительно смотрю на нее, а она одобрительно кивает, говоря: «Да, ты все правильно понял, Малдай.». «Была не была!» – решаюсь я и встаю с места. «А вы, пожалуйста, можете выйти ненадолго?» – обращается учительница к моей семье. Отец поднимает почти уснувшего Муслима, и они выходят из кабинета, пожелав предварительно мне успехов и удачи. «Приступим? – спрашивает она у меня доброжелательной и игривой улыбкой. Я одобрительно киваю в ответ – Расслабься, ты же не на допросе все-таки. А теперь приступим: скажи, пожалуйста, мне все, что ты знаешь о энергии и материи.». «Вот те на…» – на мгновение проскакивает в голове, но я быстро собираюсь и отвечаю: «Ну… Энергия и материя появились… Точнее, нет, не так. В общем, по мнению одних исследователей возможность контролировать энергию и материю у человечества появилась около тысячи лет назад после рождения одного сильнейшего человека, который мог контролировать огромным множеством видов энергии и материи, и который дал потомство с такой способностью, по мнению других чуть меньше пятисот благодаря резкой генетической мутации у большинства детей того поколения…». Она перебивает мои рассуждения: «Скажи, пожалуйста, а какого мнения придерживаешься ты?». Я начал рассуждать вслух: «Так-с, при первом варианте происходит эффект разложения способностей, раз уж с каждым поколением рождались потомства с более слабой силой. Это логично, в добавок ко всему все мы были бы друг другу родственниками, однако страннен тот факт, что я родился в семье без способностей, а значит в роду ни у кого не было таких сил.». Она вновь перебивает меня: «Ну, не только ты, кстати.». Я вопросительно смотрю на нее, давая понять, что мне стало интересно. Она отвечает: «В твоем поколении родилось еще как минимум сотня детей со способностью контроля в семье без таких способностей от роду. И я могу сказать, это поколение по силе хоть и уступает, но приближено к твоей по количеству видов энергии и материи. Единственное отличие: наличие у тебя энергии негатив в сопряжении с энергией и материей четырех стихий.». Тот факт, что я не один такой как-то успокаивает и настораживает одновременно. Еще это порождает немало вопросов. «А сейчас продолжай свою мысль. Пока мне все нравится.» – говорит она, не давая возможности мне спросить у нее ничего. «Хорошо, сейчас. – смиренно отвечаю я – При втором варианте можно объяснить появление меня со способностью контроля энергий и материй, но тогда многое становится непонятным…». «Например?» – поинтересовалась она. «Ну, по большей части лично мне непонятно, по какому принципу наследуются виды энергии и материи в генофонде…». «Это ты изучишь тут, так что не беспокойся сильно о подобном раньше времени, но спасибо за ответ, он довольно интересный… – она берет паузу, после чего откидывается на спинку кресла, скрещивает руки на животе и откидывает голову назад, вновь продолжая – А вообще, мне нравится как ты рассуждаешь. – ее взгляд переходит в мою сторону – Ты точно ребенок? Если так, то не простой, а настоящий вундеркинд. Но сильно не обольщайся этим, в будущем все может измениться, все зависит только от тебя.». «Все зависит только от меня…» – зачем-то я повторяю это про себя. Уж сильно запала эта фраза мне. «А теперь проверим твой уровень по другим наукам, не против?» – интересуется она. Я в ответ утвердительно киваю, и мы начали этот блиц-опрос: «Сколько будет… 2+2*2-2?». «Неожиданно! – подмечаю я, но все же не растерявшись стал высчитывать – сначала умножение, потом по порядку, значит 2+4-2=… – я вслух отвечаю ей – 4!». «Верно! Продолжаем… Ты знаешь, как решать примеры с факториалами? – спрашивает она. Я одобрительно киваю. Она усмехнувшись, скорее всего потому, что удивилась этому, но все же ненадолго, спрашивает – факториал числа… 10 давай!». Я, услышав такое, гляжу на нее с расширенными глазами, потянувшись к столу. Она ехидно улыбается. «Завалить меня решила, ведьма? Не выйдет! – ворчу я про себя и начинаю скоро решать пример в уме, параллельно представляя его перед глазами и руками как бы рисуя цифры: «10! = 1*2*3*4*5*6*7*8*9*10 =… 720*5040… Или нет? Еще раз!.. 120*6*56*90… 720*5040… Все верно, но дальше будет сложно…». «Ладно, я, конечно же, пошутила, так что можешь не решать…» – успокаивает она меня, но я уже в процессе, так что перебиваю ее и прошу помолчать, пока решаю этот пример. Она слегка удивляется моему ответу и дает мне еще время на решение. «три миллиона… – боковым зрением на фоне я вижу, как она приподнимает бровь – шестьсот двадцать тыс… – вижу, как она слегка расстраивается, поэтому я замолкаю и лучше высчитываю эту часть – шестьсот двадцать восемь тысяч!.. Восемь…сот! – отвечаю наконец уже я, а в голове моей думаю – Так то! Я просто так не сдамся!». Она, не ожидав от меня правильного ответа, замолкает, затем нажимает на кнопку в левом нижнем с моей стороны углу закругленного стола, вводит пример и… «О чудо! Правильно!» – восклицаю я, увидев ответ. Впрочем, она тоже в восторге, хоть и старается не показывать виду. «Но откуда?.. Как?.. Почему?.. Кто тебя научил этому?» – спрашивает она, на что я тяжело, со вздохом, коротко и ясно отвечаю: «Плюсы одиночества…». Она вдруг сочувственно стала смотреть на меня. «Больше ты не будешь одиноким.» – с доброй улыбкой подбадривает учительница. «Я сдал проверку?» – задаюсь вопросом у нее. Она одобрительно кивает, также добавив: «Но мне также интересны твои способности контроля, помимо энергии и материи воздуха и энергии негатив.». «И что вы предлагаете?». «Скоро начнется учеба, вот тогда то и выясню на ознакомительном групповом занятии.» – отвечает учительница. Я молча киваю. «Отлично! – резким тоном проговаривает она – Жду тебя в сентябре – протягивает мне руку, которую я по всем законам этики пожимаю, притягивает ее к себе и подмигивающе добавляет – и без опозданий». Вся ее серьезность и сдержанность отошли на второй план, а вперед вышел задор, который как-то беспричинно проявился. Хотя… Может я чего-то не понимаю.

Выйдя из кабинета, меня тут же встречает семья. «Ну как?! Сдал?! Поступил?! Ты принят?!» – с напором стал допрашивать Муслим. Я усмехаясь отвечаю: «Да!». По измененному после моих слов выражению лица отца сразу становится ясно, что он очень доволен и горд этим. Он подходит ко мне и неожиданно начинает трепать мои волосы, говоря: «Моя школа! Ай да хорош! – небольшая пауза, после которой он со вздохом говорит – Твоя мама была бы очень довольна этим. – длинной тишины не последовало, так как он резко переменил ему разговора – Предлагаю в честь этого закупиться вкусностями!». «Странно это все… Неестественно, что ли. Будто их подменили или… Не знаю. Некоторое время назад отец вел и разговаривал себя совсем иначе… Вроде. Так еще и учительница… Как ее там? Боккара Светлана… Отчество забыл. В общем, она тоже словно вела себе неестественно. Что же тут происходит? Или… Может мне так кажется. Мне стоит чаще спать, а то все вокруг кажется странным…». Я одобрительно отвечаю отцу на его предложение, после чего мы благополучно идем обратно по тому же маршруту.

***

«Запись номер… Черт, я сбился со счета. Проехали. Что же произошло за прошедший период с момента последней записи? Некогда воспринимавшаяся обществом террористическая организация «Диверсанты» переименовались в ПЕМБ и теперь многие члены организации встали на некоторые посты Мирового Союза. Я считаю, это полная победа и дальше нас ждет великолепное будущее!.. Но пока рано радоваться. Наши покровители еще не выиграли выборы на посты мировых правителей. Плюс к этому помимо успехов у нас есть и провалы. Те самые оружия. Они никак не поддаются контролю. Не понимаю, чего им нужно. Что мы упускаем? Наши, а также со всего мира, ученые работают над этой проблемой, но результат так и остался таким же, какой был до становления их членами МС. Теперь что же касается приближенных покровителей. Я стал одним из таких. Причем у Марткулла Лордслайера. Даже не знаю, мне гордиться этим или жалеть себя?.. Впрочем, у него не так уж и плохо быть в числе приближенных. Больше возможностей, неприкосновенности, полномочий. Да и уважения тоже. Хотя, мне кажется, оно на грани сочувствия проявляется. Что еще мне есть рассказать?.. Один из моих доверенных – Рэй – активно развивает сферу образования. Еще он вступил в контакт с интересным субьектом: мальчиком, который владеет способностью контроля энергией и материей четырех стихий и энергией негатив. Подобных ему нет. Родилось всего лишь несколько сотен детей в этом поколении, возможности которых превосходят родословную их семей, что является чуть ли не чудом каким-то, но они даже близко не стоят со способностями парнишки. Также мы заметили его связь с… – Габриэль не договаривает свою мысль, так как его перебивают резким и громким стуком в дверь кабинета. – Запись окончена!». «Разрешите войти!» – задорно и ехидно улыбаясь, заходит Рэй. Габриэль одобрительно отвечает и приглашает на кресло напротив него. «С чем пожаловал на этот раз?» – спокойно и дружелюбно задается Габриэль, обращаясь к приближенному, как к другу. «Тут такое дело! – весело начинает Рэй – Мальчик, к которому я заходил в гости, все же пошел с семьей в местное здание образовательных учреждений… – он замолчал, поэтому Габриэль хотел было попросить продолжить, как вдруг его собеседник перебивает его – Он поступил! Так еще и в так называемый «продвинутый класс», куда попасть ой как непросто и где, между прочим, – здесь он акцентирует внимание на этом, как бы хвастаясь подобным достижением – обучают преподаватели из разных династий, а также выходцы из слоев простого народа, достигшие огромных результатов честным трудом! Я это к тому, что он не только по силе подходит для владения мечами, но еще и умен. Его нужно срочно брать под крыло!». Габриэль выставил ладонь вперед: «Тише-тише! Для начала мы, во-первых, пока мало о нем знаем, во-вторых, он еще жизнь не видал, не опытен, а это опекунство над ним может сильно разбаловать его, что для нас… Ну, мягко говоря, не самый лучший расклад. – он посмотрел на своего слушателя, дабы убедиться, что не разговаривает сам с собой, – И вот еще что: столь сильная опека над этим ребенком вызовет подозрения у покровителей, а в случае Марткулла Лордслайера навлечет на нас такие беды, что мама не горюй, ибо он будет в бешенстве, когда узнает, что мы втайне от его ведем такие дела. Хорошо хоть подобных детей несколько сотен. Это сильно помогает уводить взгляды на остальных детей.». Лицо Рэя вдруг приняло угрюмое выражение. «Угу… Ты прав. Но я в любом случае не буду отводить от него свое внимание, сам знаешь. Однако постараюсь сделать все возможное, чтобы никто не заподозрил чего-нибудь неладного.». Габриэль лишь поник головой и, вздохнув, отвечает: «Делай, как тебе заблагорассудится. Но если тебя поймают, я не ручаюсь.». Рэя устроил и такой ответ, после чего он поблагодарил его и вышел. «Как же сложно…» – вслух проговаривает Габриэль, хватаясь руками за голову и опираясь локтями о рабочий стол. Просидев в такой позе еще некоторое время, не думая ни о чем, он встает со своего кресла: «Пройдусь, пожалуй.» – решает он и начинает собираться: переводит кабинет в режим боевой готовности, путем введения комбинации энергии, которыми он способен контролировать, в небольшое хранилище под столом, на случай, если кто-то вздумает без его разрешения войти. Сделав это, генерал, который нынче занимает должность заместителя главы правительства по делам духовной и социальной сферы общества, направился к выходу. Оказавшись в широком, длинном, коридоре, окрашенного в цвет синего пламени, он оглядывается по сторонам. Вокруг было практически никого, лишь изредка из своих помещений выходят куда-то сотрудники, занятые своими делами. Габриэль разворачивается обратно, глядит на пространственную кабинку, окрашенную в черный с синими полосами, расстилающихся в хаотичном порядке, и подходит к ней. Протянув руку, на которой был набит индивидуальный штрих-код, к сканеру, она открывается. «Куда пожелаете?» – спрашивает синтезированный голос. «Подземный город-столица партии, главное здание энерго-материальных наук» – отвечает Габриэль. «Принято.» – говорит голос, после чего кабинка открывается, и он оказывается уже на месте. «К этому сложно привыкнуть» – на вздохе проговаривает вслух Габриэль.

Выйдя из нее, он решает прогуляться немного по окрестностям, чтобы проветриться и размяться. Ну и заодно осмотреться, так как не был тут уже около полугода из-за вопросов, связанных с ПЕМБ и выборами правительства в Мировой Союз. В его поле зрения сразу бросается преображенный подземный город. За это время он стал открытым для всех людей на планете, превратился в научный город, где проживают ведущие специалисты разных дисциплин. Помимо этого он стал туристически развитым, так как многие люди хотят увидеть огромный подземный город, с уникальной архитектурой, построенный за полтора года на глубине в полсотни метров. Также он известен своими технологическими новинками.

Габриэль еще долгое время прогуливался вокруг огромного здания. Так бы и продолжилось дальше, но вот только он вспомнил, с какой целью сюда вернулся. «Черт. Отвлекся. Пора приступать за дело» – опоминается он и направляется ко входу внутрь здания, проделав полный круг. Внутри все тоже преобразилось знатно, однако что-то оставалось неизменным, как, например, цветовая палитра стен, мебели и прочего интерьера. Приложив идентификационную карту к сканеру, его пропускают, после чего он направляется к центру первого этажа. Дойдя до места, Габриэль вновь заходит в пространственную кабинку, диктует нужный адрес и выходит из нее. «Удивительно, что меня никто еще не остановил. Неужто все начали понимать свои новые обязанности? Аллилуйя!» – оглянувшись перед тем, как постучаться, радостно про себя восклицает он. По ту сторону двери уже узнали манеру стука, так что впустили без вопросов. «Габриэль, голубчик, присаживайся!» – доброжелательно восклицает его старый знакомый профессор, отвечающий за исследования парных мечей. За все то время, пока они совместно работали над этим делом (и не только), оба относились друг к другу довольно близко. Габриэль, пока устраивался по-удобнее, параллельно задавался вопросами, и порой высказывался о своем покровителе, словно был на исповеди: «Как успехи с мечами? Меня Марткуллов уже прессует по поводу этого, так как считает, что смысла вкладывать в проект нет. Да и, скорее всего, доверие его я постепенно начал терять, ибо он в глаза не видел их, а все финансирование от его лица держится на словесном доверии…». «У меня хорошие новости!» – подбадривает профессор. Габриэль на мгновение удивился этому, отчего взглянул на него вопросительно. «Сейчас все объясню!» – говорит профессор. Далее он встает со своего стола и направляется к рабочему месту. Там он протягивает руку вниз, слегка наклонившись, нащупывает кнопку. Нажав на нее, с потолка стал выдвигаться проектор, направленный в стену, слева от Габриэля (сам он оказался спереди него, поэтому собой частично перекрывал его свет). Включив его, профессор попросил своего друга отойти вправо, за проектор, чтобы он смог внимательно изучить все. «Это все сделано при помощи энергии и матери?» – интересуется Габриэль. «Ну-ну-ну! – пригрозив пальцем возмущается профессор, – Не обесценивай умственный труд наших предков! Благодаря их наработкам стало возможным за счет света отображать их узкой щели изображение.». «Ты не так понял мой вопрос. Про существование проекторов я знаю еще с детства, это относительно давняя технология. Вопрос в другом: за счет энергии и материи у вас вышло растянуть изображение на всю эту стену?». Профессор извинился за недоразумение и ответил утвердительно. Габриэль посмотрел на прогрузившиеся слайды и увидел изображения схем и прочего. Профессор незамедлительно стал объяснять, что к чему: «Долгое время мы не могли стабильно работать с мечами, как вам уже известно. Но так же долго все мы не могли разобраться с причиной тому. Ранее мы пытались не придерживаться теории о том, что они могли быть разумными, потому что это звучало довольно абсурдно. Но после применения раннее известных нам методов по выкачиванию из неживых объектов, мы поняли, что это невозможно. – Габриэль после этих слов вопросительно взглянул на профессора, на что тот продолжил – Просто у живых объектов совсем иное взаимодействие энергии и материи. Как тебе уже известно, друг мой, энергия не может существовать без материи, а материя без энергии. В неживых объектах энергия и материя сразу смешаны друг с другом, как, например, огонь, который состоит из энергии и материи огня, которые правда взаимодействуют с энергией и материей воздуха в ходе реакций, но пока опустим эти подробности. В общем, как вы поняли, неживые объекты состоят из более простых комбинаций и взаимодействий разных видов энергии и материи. Поэтому из них легче всего выкачивать их, так как приборам легче настроиться под подобный объект.Однако с живыми существами все куда сложнее. В них постоянно протекают разного рода реакции, синтезы, переходные состояния видов и прочее другое. К тому же, для всего этого необходимо куда больше разновидностей энергии и материи. Плюс ко всему в некоторых случаях они то разделяются друг от друга, то смешиваются. В общем, приборам сложно уследить за этим. А даже если и получится, то процесс выкачивания будет затрудненным, так как энергия и материя цепляются друг с другом, хотя этого быть не должно. Такое ощущение, будто в телах живых существ есть что-то, что централизует и держит воедино энергию и материю… Иначе сказать не могу. Наши ученые не могли самостоятельно соорудить подобные приборы. Однако последователи «Диверсантов» имели больше средств, ресурсов, да и людей, которые могли собрать оборудование, ну и использовать его на практике на других же людях, как они это сделали в прошлогоднем происшествии. Когда же наша организация сменила курс и стала более открытой для общества, переименовав себя заодно, мы получили доступ к черному рынку, где и закупили парочку чертежей. – Все это время Габриэль молча слушал и смотрел на слайды, где и были изображены эти самые чертежи разных моделей, – Некоторые из них мы уже испробовали на одном мече и… – профессор взял интригу, хотя и так было ясно, что у них вышло ослабить и высосать энергию и материю из него, – У нас получилось!». Габриэль дернулся с места от такого неожиданного и громкого восклицания. Да и сам он в мыслях витал, поэтому столь громкий шум напугал его. «Это и вправду хорошая новость. А есть уже какие-то успехи?» – интересуется он. Профессор утвердительно кивает и переключается на другой слайд: «Успехи колоссальные. Настолько, что мы уже готовы перейти к массовым работам. Это обеспечит нам стопроцентную победу в выборах!» – воодушевленно завершает он. Габриэль быстро утихомиривает проявленный пыл своего собеседника, дабы никто не подслушал их. За все проведенное время в должности руководителя он обрел некую паранойю (ну или, как он выражается, предосторожность), что понимал профессор, поэтому он извинился.

Вдруг зазвонил телефон Габриэля. Он сбрасывает вызов, да вот только в последний момент осознает, что это звонил его покровитель Марткуллов Лордслайер. Да, в последний момент. Поняв, что он сбросил вызов столь опасного человека, если его можно таковым назвать, конечно. Габриэль неоднократно задумывался над тем, кто такой этот покровитель однако все поиски сходились к тому, что о нем нет никакой информации. Казалось бы, что сама вселенная говорит ему, что он просто есть и это надо принять, однако на это его желание докопаться до истины отказывается соглашаться. Но сейчас в нем пробудилось лишь желание остаться в живых, так как покровителю явно не понравится такое. Он не терпел наглости в свой адрес. Габриэль побледнел, а профессор, заметив это, поинтересовался, что с ним случилось. Получив обрывистый ответ: «Марткуллов… Звонок… Я… Сбросил.», профессор подошел к нему, положил руку на плечо и на выдохе спросил: «Уже звонить в похоронное агентство?». Габриэль спохватился и стал перезванивать, параллельно ответив другу: «Не смешно, черт возьми!». «Я уже собирался обзванивать твоих подчиненных, чтобы они скинулись на твои похороны.» – слышится по ту линию звонка. Габриэль начал оправдываться и извиняться перед Сычем… Вернее Марткулловым. «Молчи. – затыкает его он – На сей раз тебе повезло, я проснулся в хорошем настроении и уже выпил немного, поэтому более снисходителен, чем обычно. А теперь ближе к сути: отправляйся ко мне, есть некоторые вопросы и дела. Учитывая возможность мгновенно перемещаться из места к месту, а также твою неспешность, то даю тебе десять… Хотя, нет, с запасом дам пятнадцать минут на то, чтобы ты был в моем кабинете.». «П-понял…» – заикаясь, отвечает Габриэль. Конец вызова. Габриэль частично опустошен. Пока он пытался себя успокоить, профессор поинтересовался разговором. Получив ответ, он стал торопить его, дабы не опоздать. Уже более ли менее успокоившись, потенциальный великомученик отвечает: «Ты прав. На ходу соберусь, а пока надо торопиться.», после чего в спешке договаривается с профессором о времени нового собрания касательно этих мечей.

Габриэль пулей вылетает из кабинета, держа курс прямиком в кабинку. Войдя внутрь, диктует адрес, однако… Получает ответ, чуть ли не равный смертному приговору: «К сожалению у меня нет таких полномочий.». «Да чтоб тебя наизнанку, вдоль и поперек! – ругается Габриэль. Пару раз ударив стенки кабинки, из его неглубокого кармана вываливается идентификационная карта. Он бросает озлобленный взгляд на нее, однако в этот же миг вспоминает о том, что может спасти его. – Черт! Точно! – восклицает он и бросается к ней, – Выпади она раньше, меня бы уже ждали невыносимые пытки…». Далее он вводит двадцатизначную комбинацию из разнородных символов на клавиатурной панели, после чего она сменяется на сканер. Габриэль подносит карту, его по имени приветствует голосовой ассистент. Наконец, любимая игрушка Сыча… Марткуллова Лордслайера вновь диктует тот же адрес. Дверь кабинки открывается. Пред ним стоит стена деревянных оттенков. Выйдя из кабинки, он осматривается и понимает, что его психика спасена. По крайней мере шансы на это стали куда выше нуля процентов.

Еще даже не постучавшись в дверь кабинета, по ту сторону слышится приглашение внутрь от Марткуллова. Габриэль вошел. Не успев что-либо сказать, он моментально ощутил давление на себя. Неприятное чувство. Тот, кто владеет такой силой способен морально изматывать оппонентов. А иногда даже и сильно ранить, делая кого-то инвалидом, либо же смертельно воздействовать на существо. У Лордслайера присутствует такая способность, что делало его серьезным противником. Его также боятся все и уважают из-за страха. Он этим пользуется. Даже в таких делах, как разговоры с подчиненными. Этот случай не исключение. «Черт… К этому невозможно привыкнуть! Боюсь представить, что бы он сделал со мной, если бы я опоздал. Мне и первого раза хватило. Чудо, что я вообще выжил! Хотя этого не должно было быть. Все, кого он когда-то наказывал, умирали, однако ж мне повезло, и он сжалился.» – рассуждает про себя Габриэль. «Итак, с момента первого опоздания уже который раз подряд не повторяешь ошибку. Плюс один день. Быстро учишься, поздравляю. Выпишу премию, если так продолжится еще недельку. – спокойным голосом, но в то же время высокомерно и властно говорит покровитель Габриэля. Не успел что-либо спросить у него великомученик, как тут же он приказывает сесть за свой рабочий стол для важных переговоров. Если Марткуллов о чем-то хочет переговорить у себя, а не в кабинете покровителей, то это действительно что-то сверх-важное. Это понимает и Габриэль, поэтому молча усаживается и ничего не говорит, ожидая вопросов от своего страшного начальника. Когда же сел и сам Лордслайер, Габриэль заподозрил неладное. Точнее даже ощутил. Давление изменилось. «Тебе известно что-нибудь о выдающемся мальчике, обладающем большой силой?» – начинает с самого страшного вопроса для Габриэля покровитель. «Неужели прознал, что скрываем от него что то?! Так-с, в вопросе не было ничего о его подозрении на это, поэтому веди себя естественно! – молниеносно решает заместитель Лордслайера и отвечает ему, – Простите, мы работаем с несколько сотнями одаренными детьми. Можно по-конкретней, пожалуйста?». Давление усилилось. «Все-таки прознал… – понимает Габриэль – А я ведь даже завещание еще не успел написать!». Внешне его мимика не изменилась с момента последнего вопроса, что слегка удивляет Марткуллова. Ну, как минимум мысленно. Не подавая виду, Лордслайер продолжает свою тиранию, пытаясь вытащить из подчиненного признание, а в дальнейшем наказать за нарушение правил: «Мне известно, что среди всех этих детей есть самый-самый, который владеет огромной мощью. Я хочу выяснить, известно ли вам что-нибудь о нем? Хочу взять его под свое крыло. Мне нравятся выдающиеся люди. В них есть то, что поможет реализациям наших целей – общественное мнение, влияние, известность, опора, а также боевая мощь.». Габриэль задумывается. Ему слова покровителя кажутся логичными, однако инстинктивно чувствует неладное. «Слушай, Габриэль, – продолжает он довольно мягко, что не свойственно ему – Это реально важно. Расскажи, если что-то известно и тебе нечего скрывать. Иначе… – вместо слов он стал постепенно усиливать давление, уже постепенно проникая в само сознание, разрушая ее целостность». Габриэль сдался. Глубоко вздохнув, он с трудом, но успокаивается и начинает вываливать всю правду-матку: «Да… Нам известно кое-что о нем… – Марткуллов, перебивая своего подчиненного, требует рассказать абсолютно все, что он знает – У него погибла мать во время нападения подражателей когда-то существовавшей организации «Диверсантов» (он специально выразился подобными словами, ибо по уставу принято так) на парк Единства в провинциальном городке Очеабей в КССДФ. – Лордслайер задумчиво ухмыльнулся. У него зародилась какая-то коварная и гениальная мысль, – В живых остался отец и младший брат. Причем спас их он сам. Предположительно под воздействием энергии негатив. Также из происшествия и полученных записей с больницы, где он зарегистрирован, выявлены способности к манипуляциям четырех видов энергии и материи – огонь, вода, воздух, земля. Что касательно его интеллектуальной развитости, то она на уровне продвинутого класса. Он прошел теорию у Боккара Светланы Адольфовны, исходя из свежих отчетов. Она оценила его аналитический интеллект на высоком уровне. Память и рассудительность тоже на этом уровне. Если обобщать, то данный ребенок – вундеркинд своего поколения. Однако другие дети не сильно отст…». Габриэль недоговаривает, ибо покровитель его перебивает приказом замолчать. «Мне этого достаточно. Спасибо. – благодарит его Лордслайер. Габриэль немного сбивается с толку, так как Марткуллов редко когда благодарит кого-то. На его памяти такое происходило лишь… Сейчас. «К добру ли это?» – задумывается он. «За попытку скрыть правду тебя стоило бы наказать… – его подчиненный непроизвольно вздрогнул после таких слов, – однако ж ты мне пригодишься еще. Раз уж тебе удалось дослужиться до звания моего заместителя, то и привилегии должны быть у тебя. Например, я закрою глаза на это. Но взамен ты должен выполнить мое поручение: поднатаскайте его по всем существующим на данный момент наукам. Найдите ему хороших тренеров, которые смогли бы развить его навыки в манипуляции над его способностями… – он взял небольшую паузу, размышляя, – А чтобы он не выделялся от остальных, так же поработайте с классом, в котором он будет обучаться. От продвинутого класса требуются соответствующие нагрузки. – Он переключает свой взор с потолка на подчиненного и спрашивает, – Запомнил?». Габриэль одобрительно и спокойно кивает, после чего Лордслайер отпускает его.

«Господи… За что?.. Почему именно я у него заместитель?! – обращается Габриэль ко мне. Что ж… Я тут не причем. Все дело хаоса. Однако ж великомученик меня не слышит, так что, не дождавшись ответа, стал двигаться к своему другу профессору, дабы уже приступать к исполнению приказа. А заодно и продолжить их прерванную беседу.

***

«А давай наперегонки?! Кто быстрее до парковки?» – предлагает Игорь, с которым я познакомился неделю назад и за это время уже хорошо сдружился с ним. Он оказался веселым и интересным ребенком, с которым можно поговорить много о чем и с которым у меня оказалось много общего. В добавок он будет учиться в одном классе со мной, а это значит, что он тоже умен и силен. В общем, я нашел себе хорошего… Друга. «Интересно, все ли ребята из продвинутого класса столь интересны? Не терпится уже узнать. До начала учебы еще полтора недели. – отвлекаюсь я от нашего разговора. Однако Игорь спустил меня с мыслей в реальность и повторил свой вопрос. – А, да, давай – отвечаю я слегка рассеяно.». Он вновь повторяет слова о том, что я часто витаю в облаках. А также обозывает меня облаком… Мол, стремлюсь к своим братьям на небе, раз уж так часто витаю среди них. Что ж, я особо не реагирую на это и говорю ему приготовиться к старту. А линией начала мы выбрали дальний угол парка, прямо напротив выхода к парковке. «На старт, внимание… Марш!» – скомандовал я и мы рванули с места. Игорь мгновенно сильно отрывается от меня. «Как?!» – восклицаю я вслух. «Не знаю!» – отвечает он мне вслед. Мне стало слегка обидно, что меня кто-то опережает по скорости. Однако обида сменилась резким азартом. Теперь уже мне стало принципиально его обогнать! Я начал ускоряться. Но даже этого недостаточно! Он, видя, что я приближаюсь, тоже набирает темп и удаляется от меня. Я уже начинаю беситься с этого. «Врешь! Не уйдешь!» – заедает в моей голове. Мы почти добегаем до резкого поворота. Главное, чтобы там не было прохожих. В таком случае я точно врежусь в них, ибо на такой скорости мне сложно управлять своим телом. Я не смогу совладать с инерцией. Да и на поворотах мне сложно будет, так как я могу уйти в занос, поэтому мне придется слегка замедляться заранее. Но Игорь не собирается убавлять темп. Что ж, видимо азарт завладел его разумом, поэтому он сейчас без тормозов. Мне это на руку. Я ехидно улыбаюсь. Правда не долго… Он спокойно входит в поворот! Его даже инерцией не заносит в сторону! Сказать, что я удивлен, значит соврать. Я… Я в бешенстве! Как так то?! «Ну, тогда буду брать максимальную скорость!» – решаюсь я. Сконцентрировавшись на потоках воздуха, по моему телу прошелся холодок. Я направляю его к ногам и спине, чтобы толкать их вперед и более-менее держать равновесие. «Этого мало!» – мелькает в голове у меня. Вспомнив об энергии негатив, ко мне приходит мысль о том, чтобы высвободить ту часть, которую пока получается контролировать. «Но у меня нет повода для негативных эмоций… Хотя…» – меня осеняет, что недавно я испытал злость и обиду от того, что Игорь обогнал меня. Вспомнив тот момент вновь, меня стали переполнять чувства холода и жара. Жар от злости, а холод от энергии и материи воздуха. Главное не прогадать, иначе злость высвободит энергию и материю огня, которая окружит мое тело. А это уже чревато последствиями. Например, напугает окружающих. В том числе и моего первого друга. Мы уже почти подбегаем к финишу. Хотя нет, я бы сказал, летим. Я вижу, что Игорь почти не касается поверхности. Я тоже начинаю отрываться от асфальта. Повезло, что прохожих на резком повороте не было. Однако впереди нас уже автомобили, поэтому мне нужно было уже тормозить, да вот только останавливаться я не намерен. Моя цель – победить его! Я уже почти догнал его!

«Ура! Я добежал!» – восклицает Игорь и быстро останавливается. Что ж, я проиграл. А теперь не могу затормозить. Я пролетаю мимо друга и мчусь на огромной скорости прямо в автомобиль. «Перелетай!» – кричит мне вслед Игорь. Я не слушаю его и продолжаю пытаться остановиться. «Доверься мне!» – восклицает он. «Что ж, была не была!» – проговариваю я и пускаю энергию и материю воздуха с энергией негатив, котора выработалась за счет страха, под ноги, выталкивая себя из-под асфальта, чтобы перелететь впереди стоящую машину. Этот маневр лишил меня концентрации. Я потерялся в полете, меня занесло. Чтобы не вырвать мне пришлось закрыть глаза, готовиться к худшему, надеясь, что мой друг сможет хоть что-то сделать. Прошло уже достаточно времени, чтобы я смог ощутить удар, однако этого не произошло. Вместо столкновения ощущается что-то жидкое вокруг меня. Открыв глаза, предо мной вплотную растянулась поверхность, о которую я чуть не врезался. Также, оглянувшись, до меня доходит, что я покружен в водный шар, который постепенно опускает меня вниз. Когда же я выдвинул руки перед собой, чтобы прикрыть лицо и упереться ими об асфальт, шар распался. Я задышал с отдышкой из-за адреналина. Вдруг слышатся шаги Игоря. «Ты в порядке?» – так же с отдышкой спрашивает он. «Да… – на выдохе заикаясь отвечаю я, продолжая успокаиваться. Наконец, встав, я задаю ему вопрос – Это ты создал водный шар?». Он утвердительно кивает, пристально глядя на меня. Мои ноги меня не выдержали, отчего я начинаю падать. Игорь подбегает ко мне, чтобы поддержать. «Что-то болит?» – беспокоится он. Я отнекиваюсь. «Просто… Еще не полностью отошел от шока… Спасибо тебе, кстати.». Он улыбается и отвечает: «Пожалуйста!». Все это время на нас смотрели зеваки, окружив и задаваясь вопросами. Как только они узнали меня, то поголовно все разошлись в тот же миг. «Бесит…» – проскакивает у меня вслух с легкой злобой. Игорь негодует: «Эй! Почему все ушли?! Ты тут чуть ли не серьезную травму получил, повезло, что я с трудом, но смог смягчить твое приземление, а они тупо ушли?!». Я усмехаюсь. Он вопросительно глядит на меня. Я отвечаю, что расскажу ему обо всем, как тлько мы дойдем до бижайшей скамейки.

«Ну? Почему тебя все ненавидят?» – с напором спрашивает он, будто я на допросе. «Что ж… Ты слышал о случае в парке Единства в городе неподалеку отсюда?.. В Очеабее. – уточняю я. Он задумывается. Когда же у него стало что-то всплывать в голове, он кивает, пересказывая то, что дошло до его родителей и что он сам слышал от других. Я продолжаю, – В общем, тем мальчиком был я. – Взглянув на Игоря, я ожидал увидеть ужас, удивление или еще что-то, однако там читается только сочувствие. Удивился тут только я. Он попросил меня продолжить, если мне полегчает от этого. Я вновь собрался, – После того происшествия люди стали меня сторониться, так как они видели мою силу, мой так называемый режим берсерка, ну и то, как я с легкостью разнес этих… Нелюдей. Одни стали считать меня и подобных мне «новым этапом эволюции человечества», другие лично меня «Опасной аномалией», третьи вообще желают моей смерти. В общем, мое желание спасти оставшихся членов семьи обернулось тем, что я нажил себе врагов. Даже среди тех обычных людей, которых я спас.». Игорь сочувственно слушает меня. Он молчит в ожидании продолжения. Однако его не было. У него столько сочувствия, что мне кажется, будто он переигрывает. Или он и вправду такой эмпатичный?.. «Как ты держишься вообще?» – с грустью спрашивает Игорь. Я ухмыляюсь и отвечаю честно: «Уже успел смириться с этим положением.». Он отрицательно кивает головой: «Я не об этом. – я вопросительно смотрю на него – Как ты справляешься со смертью своей матери?». «А… Так вот о чем он… А ведь действительно? Как? Да никак. Вроде и досадно, мягко говоря, а вроде и…» – задумываюсь я и говорю ему, прервав свои мысли: «А как? Никак. Ее нет и все. Я просто стараюсь меньше об этом думать, так как негативные эмоции потом сложнее контролировать бывает. А, как тебе известно, при их высвобождении я теряю самообладание и могу серьезно навредить кому-либо…». Наш душевный разговор был прерван. «Малд! Ты где?!» – кричит Муслим в поисках меня. Я встаю, однако снова теряю равновесие, почему-то. Плюхнувшись на прежнее место, я откликнулся. Муслим мигом примчался ко мне на своей новой обуви, которая подпитана энергией воздуха, за счет чего можно очень быстро передвигаться. Дорогая вещь, конечно, но очень удобная. Видимо, ПЕМБ настроены очень серьезно, раз уж за свой счет развивают и внедряют в быт такие технологии. Но я нутром чую, словно они или кто-то среди них опасен для меня… Хотя, практически все опасны для меня, хотя они считают наоборот. Как иронично! «Малд, а это кто?» – спрашивает малой. «А, да, я ж еще не успел познакомить тебя со своим другом!» – восклицаю я. Его глаза загорелись. Он явно очень рад этой встрече. «О! А как тебя зовут?!» – моментально переключается Муслим на его «заключенного». «Игорь» – улыбчиво отвечает бедолага, еще не подозревающий, что вступил в изнурительную игру. «А сколько тебе лет?! А как вы познакомились?! Ты тоже такой же сильный, как брат?! Ты боишься его?! А кто сильнее: ты или Малд?! Вы уже сражались?! Ты будешь учиться с нами в одной школе?!» – мгновенно стал допрашивать Муслим. Я еще не успел даже взглянуть на великомученика, как он тут же отвечает: «Шесть с половиной. Я увидел, как он лежит на скамейке и подумал, что мне стоит узнать, все ли в порядке у него и с ним. Определенно, ведь я контролирую двумя стихиями почти идеально! Нет, не боюсь. А что? Должен? – на этих вопросах от него мой взгляд с внимательного переменился на удивленный, – Не знаю, еще не сражались. Однако я определенно быстрее – он ехидно усмехается и смотрит на меня. «Обидно, знаешь ли…» – думаю я, однако не заостряю на этом внимания и продолжаю его слушать, – Да, ты прав, мы будем видеться в школе!». Что тут скажешь? «А он хорош…» – делаю вывод я и продолжаю глазеть на него. Даже я не всегда справляюсь с напором вопросов от Муслима, а он с первого раза это сделал. Муслим смотрит на меня и восклицает: «Он классный!». «Определенно.» – соглашаюсь я с ним. Игорь смущенно усмехается и предлагает вместе погонять, но на этот раз по-спокойнее. «Ну, вы соперничайте, а я пока еще не полностью отошел от прошлого раза.» – отшучиваюсь я, чтобы некоторое время наедине с собой. Хочу кое-что опробовать. Они переглядываются друг с другом и почти одновременно пожимают плечами, придя к общему решению. Кивнув мне, оба удалились, а я откинулся назад.

Дожидаясь, пока они уйдут достаточно далеко, незаметно для себя самого я стал задумываться: «Кто бы мог подумать, что у меня появится друг? А ведь я даже и десяти лет не прожил, так тут уже такое! Жизнь очень непредсказуемая… Что ж, надо бы приступать за то дело. Они уже затеряться успели где-то». Попытавшись встать, мое тело вновь стало ощущать слабость. Видимо, в той гонке я высвободил слишком много силы. «Тогда буду пробовать сидя!» – решительно проговариваю я и усаживаюсь по-удобнее. Затем закрываю глаза и приступаю за дело: пытаюсь представить, как на меня ополчаются соседи. В попытке сделать это, мною стали постепенно овладевать злость, обида и немного страх. Недавно мне приснилось, что какие-то люди навредили отцу с братом, а соседи или еще кто-то даже глазом не моргнул, не пытался помочь им. Будто им было плевать. Тогда я вошел в ярость, из-за чего стал в порыве обиды и ненависти ко всем, кто мог бы спасти их, но не пытался даже, убивать… Нет, это даже на убийство не было похоже. Странно. Я будто расщеплял их на составляющие: энергию и материю. Но это полный бред, такого не возможно… Наверное. По крайней мере полностью никак не возможно, раз уж прах от тел остается, как тогда. Впрочем, это был всего лишь сон, так что там нет ничего невозможного. Все ограничивается лишь собой, как мне кажется. В любом случае, этот сон я воспринимаю за предупреждение моего сознания себе же, поэтому мне стоит учиться контролировать энергию негатив. Не успеваю я открыть глаза, как уже чувствую невыносимый жар и дрожь с огромным желанием либо ударить, либо убежать. Это явный признак того, что энергия негатив пробирается наружу и пытается овладеть мною, моим сознанием, телом. Впрочем, у обычных людей и тех, кто просто не контролирует энергией негатив, как я выяснил, так же проявляются негативные эмоции. Но в моем случае мне просто нельзя их проявлять, и я обязан постоянно быть хладнокровным, если не хочу навредить никому. Открыв все же глаза, я пытаюсь представить воздушную платформу под ногами… Безуспешно. Еще раз… Подо мной уже что-то чувствуется, но как только я это замечаю, так сразу все пропадает. Снова… Не задумываюсь о том,что ощущаю… Закрываю вновь глаза и начинаю просто идти, думая, что под ногами есть что-то… Проделав около восьми шагов, я прищуриваюсь. «Получилось! Так еще и энергия негатив никуда не делась! – радуюсь я, однако тот сон вновь возвращает мне мою скромность и требовательность к себе – Но это мало». У меня вышло подняться на пару метров вверх по невидимой платформе. «Главное не упа-а-а..!» – вслух недоговариваю я, так как моментально Вселенная услышала эти слова и решила все исправить, вновь окунув меня в грязь… Приземлившись мягким местом, у меня сразу же заболел копчик, когда я попробовал встать. «Да чтоб вас черти др…» – перебивает мою ругань мчавшийся ко мне Муслим, смеясь, со словами: «Не догонишь! Я самый быстрый! Ха-ха!», а за ним еле-еле держал одно расстояние Игорь. Немного даже жалкое зрелище, если честно. Он так старается, однако полная безбашеность моего брата сводит все его попытки на нет. И вот они финишируют. Увидев меня, сидячего на асфальте, Муслим резко останавливается и взволнованно спрашивает, все ли в порядке. «Да, не волнуйся, просто практиковался в контроле энергий и материй» – отвечаю я, вставая и кряхтя. Брат усмехается и начинает хвастаться тем, как одолел в гонке Игоря. Я перевожу взгляд на проигравшего и вижу в его глазах обиду, но в то же время и некоторую радость за младшего. «Откуда в нем столько… Зрелости? Ему же столько, сколько и мне, но он кажется куда более… Мудрее?..» – восхищаюсь я. «Ты чего так пристально смотришь на меня?» – подмечает Игорь. Я извинился, оправдавшись тем, что просто задумался о своем. «Ну да ладно. – завершает он, после обратившись к брату Муслим, откуда такая скорость? Ты точно не контролируешь энергией и материей? Может ты, как брат, но наоборот, своим позитивом усиливаешь все?!». Надеюсь он так пошутил. Судя по тому, как он после своих же слов рассмеялся, да. Но Муслим стал вести себя не свойственно ему: неловко смеется, оглядывает и у него щеки краснеют. «Он смутился? – становится любопытно мне – Неужели Игорь прав?.. Да нет, бред же какой-то… Хотя, если… Да нет, не существует же такого вида энергии и материи… Как ее назвать даже? Энергия и материя позитив? Бред какой-то. Или… Нет, бред какой-то». «Или же я просто круче тебя!» – уже радостно отвечает ему брат. Все-таки мне показалось. Он, может, не понял смысла слов Игоря, вот и засмеялся неловко. Да, скорее всего так и есть.

На часах уже было полпятого вечера. Сегодня мой рекорд. Я гуляю на улице уже около шести часов. Раньше максимум на два часа мог выйти за весь день, а тут такой резкий скачок. От непривычки мои ноги уже начинают болеть, так что я предлагаю всем разойтись. Игорь, узнав, что скоро уже шесть часов вечера будет, мгновенно согласился со мной. Видимо, ему не разрешают так долго гулять. Ну а Муслиму ничего не остается кроме как пойти со мной, ибо «одному гулять будет скучно». Попрощавшись с нашим общим новым другом, мы пошли к себе. По пути я стал интересоваться, как он проводит время на улице без меня, на что он стал рассказывать множество интереснейших историй. Некоторые из них были настолько абсурдные, что с трудом верилось в их правдивость. Да я бы и не поверил, если б только не знал, что брат не любит, да и не умеет врать. Среди всех этих историй меня зацепила одна, где он спорил со своим знакомым. По словам Муслима, тот «недогерой» говорил, что я опасный. Что ж, ожидаемо, я не удивлен. После этих слов Муслим стал отрицать это, что не понравилось тому мальчику. После у них развязался конфликт. Они начали спорить друг с другом. Как выразился мой рассказчик, он все говорил «с чувством, тактом, расстановкой», а он «без…с-связно, как верблюд и олень». Откуда он нахватался этих слов?.. В общем, брат говорил, что я никому не навредил ни разу и все без причины ненавидят меня, а мальчик рассказывал ему «всякие небылицы о каком-то случае в парке, где ты с жестокостью расправился с плохими людьми… Даже если так, то ты же спас многих людей от опасности. Тогда почему тебя считают плохим? Откуда такая несправедливость?!». Громко спросив у меня, он ждал ответа. Я понял это не сразу, а лишь после его пристального взгляда. «Ну, я сам не знаю, откуда такая несправедливость». «Тогда почему все твердят про какой-то парк в городе, где мы раньше жили, и случай в нем?!» – так же громко допрашивал он. Я не знал, что ему ответить. Глупой идеей было стирать из его воспоминаний тот случай. Однако на момент, когда мы делали это, все казалось таким простым и логичным. «И как же теперь отвечать?» – размышлял я. В итоге, тат и не сказав ничего, я пожал плечами. Извини, Муслим, но я не могу тебе этого сказать.

Наконец, обговорив все, что мы могли по пути, нас встречает дом. Ну, вернее, Муслим чуть ли не с ноги врывается внутрь с возгласом: «Мы дома!». В доме тишина. Отец наверняка в кабинете у себя возится с чем-то. Я кладу обувь на полку и вижу, что у нас появилось несколько чужих пар. «Если сняли перед входом, значит не ворвались…, – размышляю я, – Тогда гости, скорее всего». Мы подходим к залу и слышим некий шорох. «Почему мне кажется, что там нас поджидают?.. Паранойя уже появилась, что ли?..». Я предупреждаю Муслима, что у нас есть еще люди в доме, и прошу его быть тише. На всякий случай. Он отдает честь и улыбается во все зубы. «Не нравится мне эта тишина. Были б гости обычные, мы бы сразу услышали их болтовню. Однако этого нет… Может похитил его! Но раз уж обувь тут, значит они дома. Хотя… Могли взять запасную! Сложно… Агрх!» – не выдерживая огромного потока мыслей, я просто подготавливаю все виды энергии и материи, подвластные мне, к атаке. Муслим же тупо идет напролом. Однако я чувствую, что его сверхскоростная обувь включена, за счет потоков энергии и материи воздуха. Значит и он напряжен. Тишина действительно словно… Гробовая. Мы уже подходим к дверям в зал и на кухню, расположенные друг напротив друга. Я боковым зрением замечаю чью-то руку со стороны зала, пока оглядывал проход на кухню. Под усилением энергии негатив, предо мной выстраивается подсознательно защитная стена из раскаленного воздуха. «Это большой прогресс!» – шепотом слышится оттуда. «Стоп… Что?» – спрашиваю я у себя. Вбежав в комнату, я незамедлительно разбрасываюсь паром, чтобы лишить их зрения. Однако почти так же мгновенно поток сочетаний энергии и материи прекращается. Мне сразу вспоминается Баккара Светлана Адольфовна, которая предотвратила мое столкновение со стеной за счет… Я так и не выяснил каких видов. Если и они так же могут, то мне необходима помощь. Под энергией негатив почти все мои действия частично совершаются на уровне рефлексов, желаний и подсознания, поэтому тело немедленно реагирует на эту угрозу, выстроив вокруг воздушный барьер. Угроза угрозой, а дом рушить не хочется, поэтому приходится сдерживаться. И я не прогадал с решением, так как из-за спины чувствуется столкновение жидкости со стеной. «Видимо, кипятком пытаются меня обжечь. Значит, их задача поймать меня, а не убить. Хрен вам, уроды!» – анализируя происходящее, мои руки выстраиваются в жест пистолета. Вот только тот пар, который мне удалось выпустить, мешает обзору. Он еще не успел развеяться. Перед выстрелом у меня в голове промелькает мысль о том, что в этой суматохе куда-то делся Муслим. «Опасно атаковать! Они могут им прикрываться. Что же делать?.. Что же?.. Ну же, думай быстрее!..». Простояв еще пару мгновений, я вскрикиваю: «Сдаюсь! Только отпустите всех, если вам нужен я!», но только после этого меня озаряет: «Придурок! Они могут ведь и обмануть, убив их после моего заточения! Тогда придется биться! Но как при такой видимос… Нет, я сейчас не смогу развеять самостоятельно пар. Сложно делать это осознанно… Тогда придется поддаться энергии негатив». Уже после этого решения, я ощущаю, как теряю контроль над телом. Глаза становятся влажными, а из горла прорезается желание зареветь во всю мощь.Что-то новое. Такого еще не было. Возможно, так вырывается обида, зависть и…еще что-то. Желание отомстить?.. Неважно. Мир мутнеет. Складывается чувство, будто я наблюдатель, а не участник. Будто заточен в глазах этого организма. Бред какой-то, но никак иначе описать не получается.

Вдруг слышу: «Достаточно. Мы получили нужную информацию. Спасибо тебе большое. Ты большой молодец. А теперь успокойся», и помутнение начало отступать, я вновь стал ощущать тело, а туман развеивается. По мере уменьшения его плотности, мне стали заметны силуэты, а после и сами люди, находящиеся в комнате. Среди них я узнал своего отца, который внимательно наблюдал за происходящим. У него блистала улыбка. Он явно был доволен чем-то. Помимо него в помещении находятся еще четверо мужчин. «Отец, кто это?», – интересуюсь я. Он спокойно подходит ко мне, присаживается на колени и отвечает: «Ты меня извини за такое представление, но если вкратце, то это твои тренера». Я в недоумении. «Вопросов меньше не стало… – проговариваю я. Он молча глядит на меня, предоставляя возможность поинтересоваться самому, – Какие еще тренера?!». На мой возглас он отвечает спокойно и доброжелательно: «Да сынок, это твои тренера. Каждый отвечает за свою работу, ты спросишь у меня, какая ещё работа?, – я киваю в ответ, – Так вот: пока ты с Муслимом был на прогулке, ко мне зашел тот самый Рэй. Он напросился на недолгую беседу, которая в итоге затянулась на час, но сейчас не об этом. В процессе он предложил мне наставников для тебя. Недолго думая, я согласился на это. Почти сразу в нашем доме оказались они. А что было дальше, думаю, ты уже сам догадываешься. Они предложили провести эксперимент, в котором ты должен был проявить себя, что, собственно, и произошло». Сказать, что я удивлен, значит соврать. Я…ну, критически удивлен, скажем так. «Что же, пожалуй, и нам пора вмешаться в разговор. – говорит один из тренеров. По виду он кажется суровее остальных. Надеюсь, что только кажется. Я оборачиваюсь в его сторону и внимательно слушаю этого… Титана?! Он издалека уже казался огромным, однако вблизи тот еще великан, – Я самый старший и уважаемый среди всех присутствующих, так что не удивляйся, если взрослые дядьки будут ко мне обращаться на «Вы» – с доброй улыбкой, которая с трудом сочетается на его лице, покрытом шрамами, говорит он. Через что же он прошел? Чего натерпелся?.., – Однако тебе разрешаю на «Ты» или по имени и отчеству: Айсула Сергеевич, – усмехаясь, втирается в доверие мужчина. Прошло чуть больше мгновения и этот тренер сразу стал серьезнее, – Что ж, а теперь сразу к делу. Это мои младшие братья, мы все из одной династии Баккара. – я вытаращиваю взгляд на этом моменте, перевожу его на отца, он преспокойно на это реагирует, что может означать только одно: они ему сообщили об этом заранее. Заметив мое выражение лица, Айсула Сергеевич ехидно усмехается и продолжает свой монолог, – Каждый из нас обладает одним из видов стихий в сопряжении еще с другим видом энергии или материи. Я, например, способен манипулировать стихией воздуха и энергией пространства. Логично подумать, что из меня выйдет отличный разведчик. Однако это не так. Я в команде являюсь иллюзором. Подробности потом узнаешь. Вот он, к примеру, – тренер указывает на того, кто стоит сзади меня. Оглянувшись, я чуть ли не носом уперся об его живот. От испуга я отскакиваю на некоторое расстояние. Предо мной возвышается еще один тренер. Сравнивая мой рост с его, он уже не был таким гигантом, как его старший брат. Зато у него была довольно стильная борода. Правда на голове блистала лысина, но в сочетании с тем, что на лице, он выглядит вполне приятно, – как раз-таки и считается лучшим разведчиком среди нас, а контролирует стихию земли с энергией пространства и нейтральной материей. А рядом с ним, – видимо, он имеет ввиду того молодого парня, который располагается левее от лысого бородача (имя его мне так и не сообщили…), – самый младший. Он владеет стихией воды и энергией температуры». «Энергией температуры? Впервые сталкиваюсь с человеком, который способен на контроль этого вида…» – думаю я. Айсула Сергеевич, увидев мое любопытство после слов о энергии температуры, отвечает: «Он тебе в процессе тренировок ответит на все сам – далее он ехидно обращается к младшему – Ведь так?». Тот преспокойно подтверждает его слова. Правда взгляд, с которым старший обратился к нему, мне показался подозрительным. «А как же стихия огня и энергии негатив?» – спрашиваю я. «Стихией огня тебя будет обучать Рэй, а энергией негатив… – отец замолчал на некоторое время, видимо, обдумывая слова или вспоминая что-то – Такого тренера я еще не нашел. Уж больно много владельцев с таким видом…, – снова запнулся, но на этот раз так, словно ему неловко говорить об этом, на что я попросил не скрывать правды от меня, и он вынужден был продолжить, – В общем, они либо ведут отшельнический образ жизни, подальше от людей, либо сидят в заточении». Последнюю новость было неприятно слышать, но тут уже ничего не поделаешь. Я уже собирался смириться с этим, как вдруг средний по возрасту тренер говорит: «Почему же? У нас в династии есть один человек, который контролирует энергией негатив». Старший и младший стали глазеть на него так, будто требуя немедленно заткнуться, однако уже было поздно, так что старший продолжает, выдохнув: «Да, верно. Это наша сестра. И вы уже знакомы с ней», – я не сразу понял, о ком они, однако размышлять долго не пришлось. Из династии Баккара, их сестра, способна контролировать энергией негатив, а значит может нейтрализовать этот вид у других и использовать в своих целях, так я еще и знаю ее. Увидев в моих глазах осознание, старший тренер продолжает: «Так как энергия негатив прославлена не с лучшей стороны, наши родители бросили практически все силы на то, чтобы как-то сдерживать ее силу. В итоге… А впрочем, сам выяснишь у нее, когда придет время». Я лишь молча кивнул в ответ, никак не комментируя это.

Спустя мгновение мне стало любопытно, куда подевался мой брат. Оглядываясь по сторонам, стало ясно, что он пропал. Спросив у всех, они сами тоже стал осматриваться. Попытавшись вспомнить последние несколько минут, становится ясно, что он просто-напросто сквозь землю провалился в процессе проверки. Мы стали выходить из зала, предполагая, что он где-то в доме ожидает, когда все закончится. Так и вышло. Он все это время был на кухне. Картина маслом: за столом сидит Муслим с измазанным ртом, поедает сладости, повсюду крошки от булочек со сгущенкой, пончиков, фантики конфет, в руках у него пивной бокал, в котором, скорее всего, налит чай, зная его предпочтения в напитках, а шкафчики, в которых и были все эти вкусности, открыты. Видимо, при помощи кроссовок, запитанных воздухом, он взобрался на столешницу и достал их… Увидев нас, он улыбается во все зубы с забитым ртом и спрашивает: «Малд, а ты уже справился?, – далее этот проказник протягивает в мою сторону недоеденную булочку, – Будешь?». Я отрицательно мотаю головой. Он в свою очередь пожимает плечами и продолжает есть. Если быть точнее, то хомячить. Рот забит до отказа, а он еще пихает в себя. Я…, мягко говоря, удивлен. Все молчат. Только отец решает прервать эту тишину: «Ты чего тут устроил?..» Муслим безмятежно отвечает: «Ну, мне захотелось покушать. А я уверен был, что Малдай и без меня справится, так что пришел сюда в поисках чего-нибудь вкусного, пока он сражался». Тренера рассмеялись, отцу стало стыдно за него, а я просто слушаю и смотрю на его невинный взгляд, непонимающий, почему взрослые смеются, и думаю:Капец…». На большее я не был способен. Только одно слово. Успокоившись, старший тренер говорит: «С вами будет весело. Думаю, мы очень быстро поладим и сдружимся». Остальные почти синхронно закивали, когда их смех тоже стих.

***

«Эй, черти! – обратился любитель брани к ученым-исследователям – Вы долго еще будете меня раздражать своим существованием?.. – раздраженно спрашивает он, – Рано или поздно мой засранец найдет меня и вам всем конец!». Несмотря на все его угрозы, никто не испытывал страха перед ним. Заточение в лаборатории, судя по всему, сводит его с ума, раз уж он забывает, что смертные его не слышат. Для них он в эти моменты излучает энергию и материю, принося им лишь выгоду, так как они научились собирать эти частицы в их хранилище энергии и материи. Вдруг в лабораторию входят Габриэль с директором научного отдела. Оборванец, увидев знакомое лицо, с которым он впервые встретился во время приземления на поверхность, и после этого давно не видел его. «О! Здорова, удод галактический! – с сарказмом приветствует он Габриэля». Директор обращается к своим подчиненным, допрашивая о результатах, в то время как его собеседник направляется в сторону прозрачной камеры заточения излучения энергии и материи. Один из лаборантов подходит к нему в момент, когда он пристально следит за активностью мечей, и вслух задается вопросом: «Интересно, по какому принципу у них иногда мерцает свет вместе с искривлением пространства вокруг них?». Габриэль на некоторое время призадумался: «Может я и вправду угадал в тот раз?.. Что если они разумны? И мое предположение, которое я выдвинул покровителям, истинно?», а после на вздохе ответил: «Хотелось бы знать…». Лаборант немного даже расстроился от таких слов, но виду старался не подавать и двинулся дальше. Оставшись наедине с орудиями, он вслух проговорил: «Если вы разумны, подайте, пожалуйста, знак…». Любитель брани в грубой форме послал его: «Ага, хрен тебе». Увидев реакцию на свои слова, Габриэль от удивления полушепотом проговаривает: «Все-таки разумны…». «Вот черт… Гребаная циркуляция! Без нее не протяну, а с ней, блин, смертным помогу! Бесит». Габриэль обратился к директору, когда тот подошел к нему: «Что говорят подчиненные?». «Успехи есть, но со скрежетом» – отвечает он. Немного еще постояв, директор продолжил их прерванную беседу: «Так что же ты предлагаешь? Лордслайеру известно про того мальчика. Зная его характер, он, наверняка, осведомлен о чем-то еще. Если он знает, что ты скрывал от него что-то, но помиловал, то тебе остается только посочувствовать…», – он взглянул на своего собеседника. По его выражению лица читалось: «Он знает…», отчего директор лишь выдохнул, ибо комментарии тут излишни. Оборванец, подслушав их разговор, впал в истерический смех: «Ох уж эти смертные! Кто такой этот ваш Лордслайер? Что за имя такое идиотское?! Да по сравнению с нами, вы и он – песчинка! – успокоившись, он продолжил глумиться над ними, – А если же этот смертный наводит на вас такой ужас, то вас запросто приравнять к атомам! Вот когда мой засранец найдет меня, вам всем тут конец!». Габриэль обратил внимание на пульсацию, которая исходит от мечей, и вслух предположил: «А что, если это зашифрованная речь?..». Осознав, что это было сказано вслух и директор заинтересовался его словами, он продолжил: «Вдруг мечи живые, а это пульсирующее искривление пространства вокруг них – продукт их речи, допустим?». «Смелая мысль, друг мой, смелая… Но откуда убежденность в том, что они могут быть живыми?» – продолжил собеседник Габриэля. Он же в свою очередь ответил: «Мне в какой-то момент показалось, что они ответили мне». Директор недоумевающе взглянул на него, ожидая подробностей. «Когда я решил проверить свою теорию о том, что они разумны, попросив у них знак, мечи начали пульсировать. Ну, излучать свет, искривлять пространство… В общем, так же, как и всегда. Тогда я убедился, что все это время они передают нам какую-то информацию. Если постараться, то можно расшифровать их речь. Есть разные методы. Банально та же Азбука Морзе. Если рассчитать продолжительность и интервалы между излучением света и искривлением пространства, то вполне может получиться что-нибудь стоящее». Директор не знал, что ответить на эти слова. Вместо этого он громко обратился ко всем лаборантам с вопросом: «Кто тут знает Азбуку Морзе?! Срочно!». К ним моментально подбежал один из исследователей: «Я! Что требуется сделать?». «Я поручаю тебе внимательно следить за всеми пульсациями и излучениями этих мечей и записывать все в формате Азбуки Морзе. Если знаешь еще кого-то, кто разбирается в этом, говори, чтоб тоже исполняли приказ. Кто отказывается – лишен премии на… пять лет и понижен в звании. Как только расшифруете все в течение месяца, передавайте результаты мне» – приказным тоном поручил директор. Исследователь в знак принятия молча приступает за работу. «Люблю дисциплину» – довольно сказал он Габриэлю. Любитель брани же в свою очередь заворчал: «Ах вы ж черти! Да я вас расщеплю на атомы, потом снова соберу, чтобы снова расщепить, но уже на энергию и материю, чтобы вы дважды ощутили невыносимую смертную боль! Вот найдет меня засранец, так исполню свое обещание в первую очередь!». Габриэль заметил его послание и подумал: «Значит мы на верном пути!».