Читать книгу Лабиринт встреч - - Страница 8

Иван вышел на Никольскую площадь. Это место нравилось ему. Оно казалось ему умиротворённым, подлинным, передающим истинные вибрации Петербурга и в то же время – мистическим, непостижимым.

Иван присел на скамейку напротив фонтана в Никольском саду и подставил лицо солнцу, склоняющемуся к горизонту. Тепло осенних лучей направило мысли в Египет, откуда Иван вернулся совсем недавно.

Интересная вышла поездка! Он выбрал её сам и отправился один. В самолёте Иван смотрел на счастливые пары и думал: «Все летят с кем-то. А я – один. Почему? Почему в моей жизни нет человека, которому я мог бы доверять и которого бы любил безоглядно?»

И неожиданно – будто сама жизнь сделала поворот – в этой поездке всё изменилось.

Словно страницы семейного альбома, Иван перелистывал в памяти свежие воспоминания. На третий день в Египте Женя – девушка, остановившаяся вместе со своим парнем Денисом в одном отеле с Иваном, – собрала компанию на экскурсию к горе Синай[10]. К священному месту, где, согласно Библии, Бог явился Моисею и дал ему Десять заповедей.

В итоге сама Женя не поехала, и из их отеля отправился на экскурсию только Иван. А ещё – девушка из другого отеля, Аня. Посадка в автобус, мимолётные взгляды – и между ними словно возникла связь, природу которой Ивану ещё предстояло осознать.

Экскурсантам предстоял двухчасовой подъём на вершину по горным тропам в полной темноте. Но для них двоих это время пролетело незаметно. Они шли рядом и говорили, говорили… Их речь переплеталась с арабской речью проводников, придавая этому восхождению неповторимый колорит. «Настоящая арабская ночь, не иначе!» – подумал тогда Иван.

Он вспомнил, как они достигли вершины, осмотрелись – и через несколько минут солнце медленно поднялось перед ними из-за горизонта, озарив долину у подножия горы. Невероятное зрелище! Новый цикл, новый день, новые возможности. «Как же здорово – стоять на вершине и видеть это чудо своими глазами! – чувства переполняли Ивана. – Какая удивительная жизнь… И этот рассвет! Эта гора – святая, нет никаких сомнений!» А потом мелькнула мысль: «Жаль, что Женя не поехала».

И вот он уже вернулся из поездки, можно сказать, не один – вместе с Аней. Как и те самые счастливые пары. Правда, Аня живёт в Москве, и это, как говорится, «отношения на расстоянии». Иван время от времени приезжает к ней, они гуляют, хорошо проводят время. Переписываются, созваниваются, встречаются и прощаются. И всегда на связи. И одновременно – будто и нет.

«Ну и что тебе ещё нужно? Чего не хватает?» – спрашивал себя Иван и не находил ответа. Продолжал общаться с Аней – и по-прежнему чувствовал странную неудовлетворённость, какую-то недосказанность.

^“Любой человек, который встречается вам в жизни, несёт для вас какую-то важную информацию, откровение[11]._„

А несколько дней назад Иван неожиданно встретил Женю. Поехал в торговый центр в Пулкове – посмотреть осенние распродажи. В одной из галерей столкнулся с девушкой, которая так была нагружена пакетами, что не могла протиснуться в двери бутика. «Высвободив» девушку из узкого прохода, он мгновенно узнал её. Как приятно было снова говорить с Женей! Словно вчера ещё они сидели дружной компанией в холле отеля на Синайском полуострове, пили кофе с пахлавой, болтали обо всём и смеялись.

– Ты как? – живо спросил Иван.

– Да вот, решила заехать сюда, посмотреть, что и как… У Дениса скоро день рождения – планируем весёлую вечеринку. Выбираю мишуру всякую, украшения, маски, хлопушки. А ты как?

Иван ответил, что и у него всё отлично, но внутри что-то утверждало: это неправда. И ещё он осознал, что не может искренне порадоваться за Дениса, передать ему поздравления. Иван испытывал другое чувство. Неприятное. Такое, которому и определение давать не хотелось.

Вспомнив тот случай, Иван ощутил, как душевное смятение стало глубже и саднило, точно заноза, которую срочно надо вытащить. И непонятно, что с этим делать…

Рассеянно вертя в руке телефон, он размышлял: «Позвонить Ане? Может, съездить к ней, увидеться?» А потом, будто не его мысль, а кто-то коварный шепнул: «Или… Жене?»

– Можно и Ане позвонить, и Жене, – вдруг явно прозвучал голос рядом. – Это же жизнь, в ней всему найдётся место. Лучше что-то делать, чем изводить себя внутренними терзаниями.

На скамейке рядом сидел молодой мужчина в дорогом пальто классического кроя. Как и все остальные предметы гардероба, пальто было идеально подобрано и сидело безупречно.

– Десятов! – с изумлением узнал мужчину Иван.

С той встречи прошло около года. Не сказать, что Иван часто вспоминал об этой встрече. Но, вероятно, потому, что после расставания он регулярно и тщательно перечитывал советы Десятова, и постепенно они стали его собственной сутью – частью Ивана Одинцова. И у него теперь отчётливо закрепилось ощущение, как будто эти мысли всегда были в нём, словно Иван сам когда-то дал эти советы себе.

То же случилось и с другим осознанием – что жизнь каждого человека, и его, в частности, похожа на прохождение лабиринта. И что каждый, в принципе, волен выбирать: входить ли в этот лабиринт и как далеко заходить. Иван для себя твёрдо решил войти в лабиринт и идти вперёд, чего бы это ни стоило. Обратной дороги не было, а внутри лишь нарастало напряжение.

Но… Кое-что уже менялось – появились результаты. Он не уволился. Напротив – вник в работу и освоил новые навыки, которые были необходимы для выполнения служебных обязанностей. Учился философски воспринимать происходящее в коллективе и успешно коммуницировать с разными людьми.

^“Восхищайтесь! Восхищайтесь людьми, окружающим миром. Помните, что не только вы уникальны, но и другие люди также уникальны._„

Как-то раз его вместе с коллегой – Александром – неожиданно отправили в командировку. Этакий «корпоративный туризм» – оплачиваемое путешествие. Самара, Ижевск, Ульяновск, Оренбург, Москва и даже Казахстан – сколько всего они увидели! В плане работы эти поездки оказались малоэффективными, но лично для Ивана оказались значимыми. Хотя бы потому, что это позволило сменить обстановку.

Но в других сферах жизни ему порой по-прежнему было трудно понять, где пролегает верный путь в этом лабиринте и каким должен быть следующий шаг. Точнее, Иван продолжал «блуждать впотьмах» и двигался лишь «на ощупь».

^“Наши намерения не должны ограничиваться только какими-то материальными ценностями: домами, квартирами, машинами. Это могут быть новые отношения или какое-то ценное внутреннее качество. Лучше, когда нас в жизни интересует абсолютно всё._„

Параллельно образ лабиринта порой заставлял Ивана задумываться о происходящем – и в его жизни, и в жизни людей вообще. Он пришёл к мысли, что у каждого свой лабиринт, своя последовательность дверей, и это понимание приносило некое мысленное облегчение, делало отношение к окружающим более терпеливым – порождало эмпатию.

Он по-прежнему обращался за советами к другу Владимиру, погружался в новые практики, следовал за ним. Прошёл несколько ретритов[12] – с ежедневными практиками тонкого чувствования[13], медитациями, йогой, пением мантр[14]. Изучал Джйотиш[15].

Иван шёл на эти ретриты без определённого запроса. Не до конца понимал, зачем всё это, но чувствовал: это верный путь для него. Вернее, путь, который, возможно, поможет разрешить внутренние противоречия, даст силу, проявленность, позволит понять себя, заглянуть внутрь себя и найти ответы. И это значит – надо пробовать, принимать предлагаемые возможности.

Эти духовные погружения помогали ему формировать внутреннюю собранность и физическую выносливость, заглянуть за завесу привычного и хорошо известного мира, познакомиться со своими возможностями и через техники узнавать новые стороны своего «я», которые прежде были скрыты.

Некоторые практики постепенно встраивались в его жизнь, в описание сути себя и мира – эти методы становились «инструментами» для улучшения жизни. Например, Джйотиш – применяя эту методику, он мог влиять на ситуации, людей, обстоятельства. Другими словами, каждая духовная практика превращалась в один из «инструментов» этого набора.

Но при этом Иван продолжал чувствовать себя лягушкой в кувшине со сливками – той, что совершает множество беспорядочных движений, лишь бы не утонуть.

^“Один из главных инструментов, которым мы владеем, – это наш разум. Мы используем его для создания своего мира. Необходимо его развивать._„

Ум не прекращал воспроизводить фразы: «Кто я?», «Где я?», «Зачем я это сказал или сделал?» Не отпускало навязчивое ощущение – будто остро необходимо на что-то опереться, но этой опоры нет. Одновременно Ивана преследовало другое неприятное чувство – стыд перед самим собой: постоянно копается в своих мыслях, родители помогают деньгами, в жизни толком не устроен, весь какой-то «невнятный», «размытый».

Иван часто словно ловил на себе тяжёлый плотоядный взгляд некого монстра – «общественного мнения», и этот монстр его осуждал, насмехался и ждал. До чего же мучительно – это состояние изматывало!

Даже в Египте, куда он так стремился, и даже несмотря на чудесное начало романтических отношений, Иван не находил душевный покой. Бродил один, будто искал себя в этом мире. Иногда, когда эти мысли становились невыносимыми, шёл в бар. Бокал крепкого алкоголя и кальян[16] помогали замедлить бесконечный поток размышлений, а иногда и поставить рефлексию на паузу.

А теперь ещё добавилась эта путаница с Женей и Аней… Как во всём этом разобраться?!

Если бы не встретил Десятова сегодня – наверняка снова пришёл бы домой истерзанный: с головой, забитой вопросами без ясных ответов.

– Пожалуй, ты вовремя появился, – с лёгким удивлением произнёс Иван. – И, похоже, почувствовал это раньше меня.

– Я получаю твои сигналы не по телефону, а по другим каналам, – ответил Десятов. – Там давно идёт запрос – то недовольство, то неудовлетворённость. Когда накапливается критическая масса – понимаю: пора. Зачем ждать нервного срыва? Так до пагубной зависимости недалеко.

Десятов пристально смотрел на Ивана, словно проникая в его состояние, сканируя.

Чувствуя эту проницательность, Иван удивлённо взглянул на Десятова, но молчал. В момент, когда рядом появляется человек, на которого можно опереться, особенно чувствуешь, как устал. И одновременно – лёгкость и радость; наконец-то можно выдохнуть…

– Слушай, а я будто и забыл о тебе, – после паузы оживлённо заговорил Иван. – Хотя в первые дни после нашей встречи постоянно перечитывал твои советы и применял их. С того дня год прошёл, наверное…

– Всё в порядке, – улыбнулся Десятов. – Главный, о ком тебе необходимо помнить, – это ты сам, – Десятов дружески хлопнул Ивана по колену. – Ну что, рассказывай о победах и провалах, делись успехами и неудачами.