Читать книгу Семейное дело - - Страница 2

Корвин толкнул тяжёлую дверь кабинета плечом – не из грубости, а потому что руки заняты кофе и усталостью. Холод дохнул в лицо, как всегда. Родной запах – духота, прохлада из открытого окна и чьё-то вчерашнее отчаяние.

И вся команда уже там.

Прекрасно.

Рика заметила его первой – по характерному чавканью его ботинок.

Она тут же вздёрнула брови:

– Смотрите-ка, явился. Целый. Не оплавился по дороге?

Корвин сделал вид, что не услышал. Это всегда её злило сильнее.

Лирена стояла у стола, вытирая руки.

Макс опирался на стену, перебирая какие-то бумаги.

Торрен лениво листал планшет, будто выбирал себе что-то на ужин.

Ильвор рассматривал палец, лежащий в кристалле, как шедевр искусства.

Ледьяр, как всегда, держал паузу – взгляд поверх очков, тишина, ожидаемая буря.

Рика, конечно, первой сорвалась:

– Я только скажу это один раз. Один раз. Если ты ещё раз полезешь в труп без перчаток, когда рядом работает следовой маг, я…

– Ты что? – Корвин поставил кофе, сорвал перчатки с пальцев и кинул на стол. – Проклянешь меня? Вызовешь призрака гигиены?

– Я вчера чуть не потеряла след от убийцы из-за того, что ты там всё перепахал своими… голыми руками!

Она ткнула пальцем почти ему в лицо.

– Знаешь, что я почувствовала, когда попыталась считать остатки?

– Нежность?

– Отвращение, Корвин! Отвраще-е-ение! Ты стираешь ауры, как наждаком!

Он усмехнулся – уголком губ, почти искренне.

– Зато без отпечатков.

– Да кому тут вообще нужны отпеч…

– Рика.

Голос Лирены – тихий, но хлёсткий.

Достаточно, чтобы оба замолчали.

Лирена подняла глаза на Корвина:

– Мы работаем, а не соревнование устраиваем.

Корвин шагнул ближе, посмотрел на палец в кристалле – и ощутил, как у Ильвора дрогнула аура: артефактор уже был «внутри» предмета. Почти как он сам бывает внутри тел.

– Ты хотя бы кофе принёс всем? – лениво поинтересовался Торрен, скользнув взглядом по Корвину, как по открытому файлу.

– Нет, – ответил Корвин. – Но могу оставить вам запах.

Макс фыркнул – его стандартная тихая реакция, когда он пытается не рассмеяться.

Ледьяр наконец выпрямился.

В его голосе – контроль, от которого в помещении будто стало холоднее:

– Заканчиваем детский сад. Работаем.

Все сразу затихли. Даже Рика.

– И да, – добавил Ледьяр, глядя прямо на Корвина, – сегодня, пожалуйста, без шоу. Ни в трупе, ни вокруг трупа.

Корвин невнятно хмыкнул, примеряя на язык ответ, но проглотил.

Пока рано показывать зубы.

Он подошёл ближе к столу, поднял крышку магического кристалла с пальцем. Запах дохнул едва заметно.

И Корвин тихо сказал себе под нос:

– Работаем, так работаем.

Корвин занял своё место у стола, словно хирург, пришедший на праздник расчленёнки, и сразу перешёл в рабочий тон:

– Тело обычное, – начал он, листая свои записи. – Мужчина, сорок плюс. Удар ножом в спину – прямой, уверенный. Рука у убийцы крепкая. Плечевой хват хороший, без дрожи. Умер быстро, без лишней театральщины.

Рика выразительно закатила глаза:

– «Обычное тело», говорит человек, который вчера разговаривал с ним внутри желудка.

– Я работаю глубоко, – парировал Корвин. – Ты же любишь глубину, нет?

– Только если это не твои руки в уликах!

Лирена кашлянула, вежливо, но с намёком. Рика замолчала – на секунду.

Корвин перевёл взгляд на Ильвора:

– Что по пальцу?

Артефактор склонился к кристаллу. Его лицо было пустым, но взгляд – цепким, внимательным, будто палец располагал полным архивом сплетен.

– Ему… – Ильвор провёл пальцами вдоль контейнера, будто на ощупь. – около двенадцати лет. Может, чуть больше. Сохранность нетипичная. Кожа пропитана чем-то. Это не природная мумификация. И не обычный бальзам. Магия. Очень аккуратная, тихая.

– Ты можешь сказать, чья? – спросил Ледьяр.

– Нет. След слишком старый. Но… – Ильвор поднял глаза. – Это точно не рук дилетанта.

Рика щёлкнула пальцами:

– Я искала следы на месте преступления. Нормально, глубоко, как и должна. Но кое-кто… – она ткнула пальцем в сторону Корвина, – устроил там свою некропорнографию! И я не смогла считать даже поганой ауры! Ни лица, ни роста, ничего! Всё замазано его энергией!

Корвин выдержал паузу, смакуя её.

– Ну, раз уж вы все такие неблагодарные… – он лениво вытянул блокнот. – Я поговорил с духом.

Рика замерла. Лирена подняла брови. Ледьяр тихо выдохнул – почти облегчённо.

– И? – мрачно спросила Рика.

– Мужчина, – начал Корвин. – Рост примерно метр восемьдесят – судя по давлению и углу удара. Крепкие руки. Движения точные. Пах сигаретами. Лицо скрывал. Голос не слышен – или магия, или маска.

Он щёлкнул страницей.

– Дух описал хватку. Я сузил круг по физиологии. Либо спортсмен, либо тяжёлая работа.

Тишина.

Даже Торрен оторвался от планшета.

Ледьяр первым нарушил:

– Ты… хочешь сказать, что всё-таки дал нам опору?

– А что, я бесполезный? – ухмыльнулся Корвин.

– Я бы предпочла, чтобы ты был аккуратный, – тихо сказала Лирена.

– Но полезный – это уже хорошо.

Рика скрестила руки на груди, губы скривились:

– Отлично. Просто замечательно. Некромант нас спас. В этот раз. До следующего трупа.

– До следующего? – Корвин чуть наклонился. – Так я могу ускорить события, если тебе скучно.

Макс хлопнул ладонью по столу так, что все подскочили:

– Всё! Хватит. – Он посмотрел на Ледьяра. – Начнём уже работать? Пока у нас хотя бы одна живая улика не протухла.

Ледьяр кивнул, собирая всех взглядом, как стаю слишком умных волков:

– Да. – И добавил уже тише, прищурившись на Корвина: – И сегодня никто больше никуда внутрь не лезет.

Корвин вежливо улыбнулся.

Той самой неприятной улыбкой, которая обычно появляется у людей, знающих, что они всё равно сделают что захотят.

– Ладно, – начал Ледьяр, собирая всех вокруг стола, – давайте, наконец, о находке. Палец.

Ильвор молча положил на стол металлический лоток с кристаллом-хранителем: внутри лежала миниатюрная конструкция из светящихся рун, окружавшая ужасно неуместный объект – кусок женского мизинца, будто выхваченный из другого мира, слишком аккуратный, слишком нетронутый временем.

– Женский, – коротко сказал он. – Возраст – предположительно двенадцать лет, как я уже сказал. Судя по структуре костной ткани – принадлежал человеку с хорошим питанием, без тяжёлых травм, без магических мутаций. Ноготь ухоженный. Никаких следов быта, никакой грязи. И… – он щёлкнул пальцами, активируя иллюзию. – Состояние идеальное для фрагмента, который провёл где-то около года в неизвестной среде.

– Год? – удивилась Рика. – Да он должен был рассыпаться в труху.

– Если бы не консервация, – отозвался Ильвор. – Палец держали в магическом растворе. Судя по остаточной матрице – где-то между бальзамированием и алхимической стабилизацией. Довольно тонкая работа.

– Убийца – эстет, – хмыкнул Корвин, скрестив руки. – Или псих. Хотя это одно и то же, если подумать.

– Ты не помогал, – заметила Рика так, будто уже ждала момента уколоть. – Если бы вчера некоторые использовали защитные рукавицы, мы бы сейчас слушали нормальный отчёт, а не гадали на кишках.

Корвин не повёл и бровью.

– Дорогуша, если бы я использовал ваши нежные рукавички, дух покойного мне бы показал только средний палец. А так я хотя бы узнал, что убийца левша, высокий. Это совсем крохи, конечно, но ты же работаешь со следами. Лови.

Рика сжала губы, но спорить не стала.

Ильвор кашлянул, возвращая внимание на себя.

– В общем… я сделал полный отчёт. Но… – он замялся. Неловко взглянул на Корвина, словно опасался чего-то неприятного. – Лучше ты сам прочитаешь заключение по идентификации, если не боишься.

– Чего? – Корвин поднял бровь. – Пятен чернил?

– Просто прочитай, – повторил артефактор, протягивая ему лист.

Корвин взял его двумя пальцами – лениво, даже насмешливо – и развернул.

Громко, почти насмешливо начал:

– «Идентификация по мягким тканям затруднена. Использован анализ остаточной магической подписи, включающий…» – он криво усмехнулся. – Боги, кто так пишет? «Биорезонансное картирование эха личности». Тебе платят за каждое длинное слово?

– Читай дальше, – тихо сказал Ильвор.

Корвин продолжил:

– «Заключение: отпечаток совпадает с генетическим кодом…» – он слегка замедлил речь, проводя взглядом строку.

И наткнулся на имя.

Тишина ударила по комнате, как пустота колодца.

– …«совпадает с генетическим кодом…» – повторил он уже почти шёпотом, не дочитав.

Листок дрогнул в его пальцах едва заметно, словно от сквозняка – или от того, что сердце в груди на долю секунды сбилось с ритма.

– Корвин? – осторожно спросила Лирена.

Он поднял глаза. Ильвор смотрел на него с тем самым виноватым взглядом, как будто ждал, что некромант сорвётся, начнёт орать, швырять бумаги, рушить стол.

Но Корвин только глубоко выдохнул.

Бесцветно.

Ровно.

Он снова посмотрел на бумагу. На имя. Имя, которое годами старался не произносить вслух.

Имя девочки двенадцати лет с веснушками на носу, с тонкими пальцами, которые он когда-то держал, боясь сдавить слишком сильно.

Пальцами, которые сейчас лежали – один из них лежал – на кристалле.

Он дочитал тихо, почти для себя:

– …«идентификация: Элия Рэйл. Родители: Корвин Рэйл и Астра Рэйл».

Пауза.

– Прекрасно. – Он сложил лист, как будто ничего не произошло. – Замечательный день намечается.

Саркастический уголок губ приподнялся на миллиметр. Почти улыбка.

Почти.

Но глаза оставались пустыми. Повисла тишина.

Не рабочая – мёртвая. Та, что появляется между людьми, когда кто-то открывает дверь, за которой давно никто не убирал.

Первым заговорил Ледьяр – ровно, осторожно, как будто ставил ногу на тонкий лёд.

– Корвин… ты уверен, что…

– Что у меня нет тайного запаса детских пальцев? – перебил он. – Уверен. – Он щёлкнул пальцами, будто проверяя звук. – И, да, я смогу работать.

Лирена шагнула ближе, тихо, без резких движений – будто подходила к раненому волку.

– Ты хочешь… выйти? Передохнуть? Я могу…

– Можешь продолжить работать, – снова оборвал он. – У нас труп. У нас палец. У нас убийца, который увлекается коллекционированием человеческих запчастей. Вот это – факты. – Он ткнул пальцем в отчёт. – А мои семейные дела – это не часть экспертизы.

Рика, похоже, хотела что-то сказать дерзкое, уже открыла рот – но встретилась с его взглядом и захлопнула его без звука, будто кто-то выключил свет.

Макс шумно выдохнул, будто сбросил давление.

Ильвор осторожно забрал у Корвина листок.

– Я… должен сказать, – произнёс он, подбирая слова, – что система идентификации ошибок не даёт. Это точно она. Но это не значит… сам понимаешь… что…

– Что она была жива, когда ей отрезали палец? – холодно уточнил Корвин. – Или что убийца где-то прячет остальное? Или что мы имеем дело с чем-то личным?

Все молчали.

Он нагнулся над кристаллом и посмотрел на палец как на лабораторный артефакт, не имеющий к нему ни малейшего отношения.

Словно не узнавал ничего.

Словно не знал.

Только слишком долго задержал взгляд.

– Ладно, – сказал Макс, нарушая тишину, как будто ножом режет. – Что дальше? Это улика. Значит, ищем место хранения остальных фрагментов. И связи. Может, детей пропавших за последние годы…

– Нужно поднять все дела, где исчезали дети подходящего возраста, – вставила Лирена. – И сравнить магический след. Если палец стабилизировали, должен остаться отпечаток энергетики.

– Я займусь следами, – буркнула Рика и уже ушла в планшет, лишь бы не смотреть на Корвина. – Но, если что, составить фоторобот нам опять помешали.

– Дух всё сказал, что мог, – лениво отозвался он. – И больше, чем ты вытащишь из грязи под ногтями. Так что – не начинай.

Ильвор тихо хмыкнул – будто восстанавливая внутреннее равновесие.

– Я ещё повторно прогоню анализ на стабильность консервации. Если пальцу год… это значит, что кто бы ни хранил его, делал это долго. Тщательно. И… странно заботливо.

– Ужасно заботливо, – усмехнулся Корвин. – Некоторым людям стоит заводить цветочные горшки, а не коллекции конечностей.

Несколько человек неловко усмехнулись. Несколько – нет.

Ледьяр закончил:

– Хорошо. Работы много. Но прежде всего – мы должны понять, чёрт возьми, как палец ребёнка оказался в желудке взрослого мужчины.

– Может, мать показала плохие манеры, – отозвался Корвин. – Или это был ужин вслепую.

– Корвин, – тихо одёрнул Ледьяр.

– Ладно, ладно. – Он поднял руки в примирительном жесте. – Будем работать.

Он развернулся так спокойно, будто разговор шёл о любом другом ребёнке.

О любой другой семье.

О любой другой потере.

Но когда он прошёл мимо металлического лотка, взгляд снова скользнул к пальцу.

На мгновение.

На очень короткое мгновение..

И пошёл дальше, будто ничего не было.