Читать книгу Отвяжите! - - Страница 3

Пройдя по узкому коридору и оставив Леру – а вместе с ней и привычную жизнь – далеко позади, я зашла в чистилище, перевалочный пункт: женское отделение Снежковки. И сразу почувствовала на себе десятки глаз – оценивающих, любопытных. Я рассеянно смотрела по сторонам, пытаясь уцепиться взглядом за что-то знакомое. Но вокруг был другой мир, а я в нём – чужестранка.

Вскоре я поняла: любопытство окружающих было сиюминутным. Ещё секунду назад они изучали меня с ног до головы, а вот уже уткнулись в телевизор, затеяли перепалку или просто бесцельно побрели по коридору.

Кому я все еще осталась интересна, так это санитаркам и медсестрам. Они облепили меня со всех сторон и принялись задавать вопросы: кто я такая, откуда, зачем пожаловала. Видно было, что им просто любопытно. Я старалась ответить каждой и вообще вести себя дружелюбно, поп-культура научила: с медперсоналом подобных учреждений лучше не спорить и не ругаться.

Когда время стало подбираться к отбою, мне выдали таблетку, пообещав крепкий сон. Обещание не сбылось. Мою койку выкатили в коридор – не от нехватки мест, нет: я была под надзором. Мимо шастали санитарки, замирая у изголовья кровати и задумчиво глядя на меня.

Позади, на матрасе, лежала другая больная. Немного раньше она «уехала» на нем к входной двери, за что поплатилась «вязками»: ей тоже в коридор выкатили койку и привязали к ней веревками.

– Отвяжите! А-а-а-а! – кричала она прямо над моим ухом. Потом ненадолго успокоилась, после чего вдруг начала вслух призывать каких-то людей: – Анатолий! Виктория Викторовна! Олег! Олег! Наталья!

Продолжалось это по меньшей мере минут десять. Затем она опять притихла, а после заголосила с новой силой – на этот раз запела. Как ни странно, под ее вокализы я умудрилась задремать.

Заснуть по-настоящему, конечно, никак не удавалось. Больные то и дело выходили в коридор, чтобы справить нужду – на ночь туалет закрывали на ключ, а для пациенток в коридоре выставляли ведра. Время от времени кто-то кричал, стонал, смеялся, говорил во сне. Шумно вели себя санитарки, разругавшиеся между собой из-за какой-то ерунды. А стены, пол и потолок атаковали орды тараканов.

На следующее утро случилось моё посвящение в правила этого мира. Я вошла в уборную. Прямо посреди прокуренной комнаты стояла голая, ничем не огороженная ванна, вокруг которой клубились курильщицы. За тонкой стенкой торчали два унитаза, без всяких дверей и перегородок. Всё это, разумеется, – из заботы о нашей безопасности.

– Там, за городом, гораздо лучше условия! – заверяла меня сердобольная санитарка, считывая ужас в моих глазах. – А какая там природа! Пациенток на прогулки выводят трижды в день, в лесок, к белочкам. И здание современное, чистое.

Я внимала ей, давясь безвкусной молочной кашей. Пора было торопиться – машина, которая должна была «этапировать» меня и еще одну женщину, прилипшую ко мне как жвачка, уже приехала. Примерно за час до этого я устало слушала нескончаемый поток информации от пациентки в маниакальной фазе биполярного расстройства. Она скакала от темы к теме, не в силах остановиться. А я, не взирая на головную боль от обилия чужих жизненных подробностей, продолжала слушать. Это было мое первое отражение, с которым я столкнулась в больнице. Первое, но далеко не последнее.

***

Больничный «бобик» вез нас в новое пристанище, петляя по дорогам, разбитым недавними дождями. Я не знала, что ждет меня впереди, да и не хотела об этом думать. Голова раскалывалась, мысли путались. Что если я совершила большую ошибку, обратившись за помощью? Ведь раньше я всегда находила выход. Отчего же сейчас дошла до точки невозврата? И можно ли меня еще спасти, вернуть к «заводским настройкам»? Поможет ли в этом больница?

«Бобик» резко затормозил, вернув меня в реальность. Из окна машины я увидела здание психбольницы – полную противоположность тому, из которого мы только что приехали. Светлое, с разноцветными фасадами оно больше походило на детский сад, чем на дом скорби. Сложно было представить, что здесь так же, как в Снежковке, людей привязывают веревками к кроватям, что больные здесь пускают слюни, рычат и кричат что есть мочи, а санитарки не церемонятся и матерятся как сапожники. Что здесь тоже обманывают, воруют, дерутся. Нет, таким местам положено давать утешение. Получилось ли это – судите сами.