Читать книгу Моё позднее счастье - - Страница 4

Ева Сафронова

Домой не спешу.

Прощаюсь с подругой и отправляюсь бродить по осеннему парку. Погода сегодня радует: ни дождя, ни ветра.

Штиль.

А у меня в душе, наоборот, ураган.

Видимо, противоположности, действительно притягиваются, и поэтому я, забыв о времени, брожу по дорожкам, усыпанным яркими кленовыми листьями. Не сдержавшись, наклоняюсь и подбираю парочку особенно выдающихся экземпляров и иду дальше. Мысли неспешно бомбардируют мозг, я не мешаю. Пусть рождаются, собираются в кучки, а я… Я буду наблюдать со стороны.

Лилька права. Принимать решение сейчас неправильно. Нужно время и разговор, а там?

«Чем черт не шутит? – спрашиваю у себя – Как-то же живут люди после измен?»

Останавливаюсь у маленькой палатки с кофе и покупаю себе горячий капучино.

«Как-то живут» – продолжаю размышлять и осторожно пробую напиток.

– Суррогат какой-то! – ругаюсь вслух и морщусь от противного послевкусия горелых зерен.

Стаканчик тут же улетает в ближайшую урну.

Послевкусие!

Именно!

Оно все решает.

Суррогат кофе, заменитель семейной жизни, фальсификат верности… Как много тех, кто за неимением лучшего, довольствуется тем, что есть.

А я?

Я, так смогу?

«Может, и смогу, но как-то не хочется» – отвечаю себе честно и продолжаю идти.

На улице уже темнеет, и чем глубже я ухожу в парк, тем меньше хочу возвращаться домой.

«А если переночевать где-то в гостинице?» – хватаюсь за идею, но в кармане пальто оживает мобильный.

«Ушел к Лехе. Отец уже дома» – читаю короткое сообщение от сына, и внутри все укладывается по полочкам.

Я взрослая женщина. У меня есть сын, дом, работа, и никакие Светочки это не изменят. Хочет Вову, путь забирает!

Сворачиваю на центральную аллею и пока иду к выходу из парка, вызываю такси. Машина приезжает быстро. Заняв место в салоне, называю домашний адрес, и, неожиданно принимаю решение.

Но сначала поговорю с Вовой.

Дом встречает меня тишиной.

В прихожей темно, на кухне тоже, и только из гостиной пробивается неяркий свет. Значит, муж там. Наверняка сидит и в полумраке потягивает коллекционный коньяк. Он всегда так делает, когда что-то идет не так.

Спокойно раздеваюсь, убираю одежду в большой встроенный шкаф, но в гостиную не спешу. Замираю, глядя на свое отражение в зеркале. Прогулка явно пошла мне на пользу. На щеках румянец, глаза блестят… Грустно немного, что встречать меня не собираются, но, как есть. Сама дойду.

– Пришла? – доносится до меня хриплый голос мужа, как только захожу в гостиную.

– Ждал? – отвечаю с едва уловимой иронией.

– Нарочно не отвечала?

– А ты не все сказал в кабинете? Есть что добавить? – поддаюсь эмоциям и занимаю оборону.

– Есть, – муж привстает с любимого кресла и тянется к бутылке коньяка, стоящей на журнальном столике – Будешь?

Мотаю головой, прохожу в комнату и усаживаюсь на диван точно напротив мужа.

– Слушаю, Вов, – произношу твердо и замираю, вытянувшись по струнке.

– Что ты хочешь услышать, Ева? – недовольным голосом спрашивает он.

– В идеале? – я расслабляюсь и практически падаю на спинку дивана – Что все это ложь и происки конкурентов, чтобы подставить тебя и ты готов мне это доказать.

– И ты поверишь? – муж отпивает из бокала немного коньяка и смотрит, словно пытается залезть мне в голову.

– Нет, – горько ухмыляюсь – уже нет, поэтому я хочу услышать правду, Сафронов!

– Уверена?

– А могут быть варианты, Вов?

– Варианты есть всегда – неприятно давит муж – Ты же никогда не была дурочкой, Ев. Ну, рассказали тебе все, отреагировала, попсиховала, с подружкой кости мне перемыла, а дальше, либо включаешь голову и трезво все взвешиваешь, либо продолжаешь истерику…

Слушаю Вову и словно в транс впадаю. Приглушенный свет, негромкая речь мужа, опутывающая разум, словно паутина. Понимаю, что тону, но спасаться не хочется. Устала, я чертовски устала, и мне не помогли ни Лилькины советы, ни прогулка эта…

«А может, ну его? Все еще может быть хорошо. Ты же не хочешь все потерять? Включи мозг и наслаждайся» – шепчет мне внутренний голос.

Вот только я делаю все наоборот.

Трясу головой, сбрасывая такой желанный морок и, заглянув мужу в глаза, отрезаю себе пути к отступлению: «Продолжаю истерику? То есть повода для этого нет? Нет никакой Светочки, и командировка в Архангельск тоже отменяется?»

– Все-таки истерика – мотает головой муж.

– Я, конечно, не в том возрасте, – сдабриваю свои слова изрядной порцией сарказма – чтобы конкурировать с молоденькими и доступными, но и терпеть такое от мужа, которому всю жизнь посвятила, не стану! Поэтому, да! Второй вариант! Я заслуживаю хотя бы правды, если уж с остальным у тебя напряженка.

Выдаю все на одном дыхании, выпускаю боль, страх, ревность. Я ревную, не хочу терять мужа, люблю, но сейчас, под его недовольным взглядом, все отходит на второй план. Потому что если он не любит, то остальное не имеет значения.

– Хорошо, правду так правду. – Вова крутит в руках пустой бокал, а после с грохотом опускает его на столик. – Для меня эта, как ты сказала, интрижка, ничего не значит! Мы с тобой столько прошли вместе, и я не знаю, что должно случиться, чтобы ты всерьез воспринимала эту ситуацию как угрозу?! Я не собираюсь разводиться, не собираюсь разрушать то, что сам создавал годами!

Ответ честный. Даже более чем, и мне бы порадоваться этой правде, но вместо этого внутри что-то ломается. Больно, с осколками и навсегда.

– Зачем тогда это? Зачем эта грязь, Вов? Все же замечательно было, сам говоришь? – спрашиваю, а мое сердце разрывается от бессилия.

–А-а-а! – нервно покачивается из стороны в сторону муж, прячет лицо в ладонях, а потом резко убирает руки и начинает говорить: «Я мужик! Мне сорок четыре, Ев, и я старею. Понимаешь?! Все! Это пипец, как неприятно, это не ваши женские «ой, морщинка». Я в тираж выхожу, Ев! Сколько еще? Лет пять и все, здравствуй давление, седые яйца и таблетки от простатита?»