Читать книгу Вендетта - - Страница 5

Закончив уборку студии, я с усталостью опустилась на кушетку. Взгляд снова невольно упал на картину. Хотя это был не совсем привычный для меня формат творчества, результат порадовал. Взяв в руки телефон, я посмотрела на часы – уже был полдень, а Иза всё ещё не вернулась. Надеюсь, что всё в порядке. Видимо, произошло что-то серьёзное – отец не вызывает нас в кабинет без веской причины. Но я не могла придумать ни одной возможной темы для их разговора. Безумно хотелось расспросить её, когда она вернётся. Думаю, она всё же расскажет, в чём дело.

Я взглянула в окно, радуясь теплой погоде. Лето обещало быть жарким и солнечным, скоро должен был приехать дядюшка с семьей. Мужчины снова уйдут с головой в дела, а мы с мамой и тётей Марселлой будем гулять и купаться в море. В голове прокручивались образы летних вечеров: жаркое солнце, аромат морского воздуха и звуки гитары, доносящиеся от соседей.

Я улыбнулась, вспомнив наши прошлые летние каникулы – те самые, когда вся семья собиралась вместе и мы ездили по городам Италии. Каждое лето – новое место, новые впечатления и, конечно, новые приключения.

Для шоппинга мы ездили в Рим и Милан – это была святая традиция. Мы с мамой, тётей и Изой могли часами бродить по бутикам, примеряя всё подряд, пока мужчины терпеливо ждали нас в ближайших кафе или, чаще всего, просто исчезали под предлогом «важных звонков». Папа с дядей почти всегда были заняты работой, даже в отпуске – телефоны, встречи, срочные дела. Но иногда им удавалось выкроить время, и тогда мы всей семьёй устраивали вылазки на природу или вечерние прогулки по набережной. Эти моменты были особенно ценными.

Однажды во Флоренции, Баттиста в свой тринадцатый день рождения решил доказать всем, что уже вполне взрослый и умеет кататься на скутере. Не придумав ничего лучше, он угнал его у нашего гида. Проехал, правда, всего метров пять, потом на что-то отвлёкся, врезался в мусорный бак и вывалился прямо на клумбу с лавандой. Его лицо потом пахло цветами ещё два дня, несмотря на все попытки отмыться. Мы дразнили его «прованским принцем» до конца каникул. Сейчас, конечно, кузен отлично умеет водить мотоциклы, даже участвует в гонках, чем недовольны дядя и папа, но каждый раз, когда тётя Марси видит Баттисту рядом с байком, говорит: «Только не повтори флорентийский манёвр, ладно?».

В Амальфи, когда Даниэлю уже было восемнадцать, он решил поиграть в клифф-дайвера и нырнул со скалы, чтобы произвести впечатление на очередную девушку. Только вот не рассчитал глубину – и вынырнул с синяком на лбу. Мама тогда устроила ему настоящий разнос: «Тебе уже восемнадцать, Даниэль! Ты взрослый человек, а ведёшь себя, как безрассудный ребёнок!». За это папа заставил его сидеть в домике весь следующий день, пока мы гуляли. Дан весь вечер ходил мрачный, как туча, но к скалам больше не приближался. Во всяком случае, родители так думают.

А в Таранто мы всей семьёй ели мороженое на набережной, когда вдруг налетел порыв ветра и сдул шляпу Марси прямо в воду. Не раздумывая ни секунды, Габриэль бросился за ней, словно герой из старого фильма. Шляпу он, конечно, спас, но сам выбрался на берег насквозь мокрый – и тётя, сдерживая смех, тут же назвала его «мокрой курицей».

Я рассмеялась, вспомнив, как Алессио и Иза всегда старались держаться в стороне от всех этих безумств, но в итоге всё равно оказывались в эпицентре. Как тогда, в Портофино, Баттиста с Даниэлем решили разыграть Алессио и подменили ему крем для загара на крем для депиляции – и в итоге весь вечер кузен ходил с идеально гладкими ногами, как у балерины. Мы смеялись до слёз, а он клялся, что отомстит каждому из нас. До сих пор не отомстил, кстати. А в Чинкве-Терре, когда чайка украла у меня бутерброд прямо из рук, я полчаса спорила с администратором, требуя компенсацию "за моральный ущерб", а Иза пыталась меня оттуда увести, в итоге случайно врезалась в официанта и он уронил поднос с напитками прямо на нас.

Эти воспоминания были как глоток свежего воздуха. Простые, тёплые, настоящие. Они казались бесконечными. И я так надеялась, что этим летом всё будет так же.

Я почувствовала лёгкую дремоту и прикрыла глаза, позволив себе ещё немного побыть в этих мыслях. Но звук открывающейся двери прогнал сон. Я резко приподнялась и посмотрела на сестру.

Она выглядела подавленной. Это сразу вызвало тревогу. Изу мало что могло выбить из равновесия – она всегда умела держать лицо. Это из-за разговора с отцом? Но что он мог сказать, чтобы довести её до слёз? Моё сердце пропустило удар от дурного предчувствия. Не проронив ни слова, Иза села рядом.

Я коснулась ее плеча.

– Что случилось? Ты как будто сейчас расплачешься, – обеспокоенно спросила я. – Что сказал папа?

– Отец хочет отдать меня за старшего сына Дона Униты, – всхлипнув, произнесла она. – Пока решение не принято, они с дядей дают право самой выбрать.

Какого черта?

– Замуж? Почему так внезапно? Они долго не упоминали замужество, если есть право выбора – откажись. Я уверена, они поддержат твое решение.

Иза посмотрела на меня, в ее глазах отражалась борьба между долгом и личными желаниями. Я видела, как ей тяжело принять это решение, и это причиняло боль.

– Я знаю, что ты переживаешь, – сказала я мягче, – но ты имеешь право на собственное счастье. Неужели ты готова пожертвовать будущей жизнью ради клана?

Она вздохнула, и я заметила, как её плечи немного опустились, будто она старалась сбросить с себя тяжесть, которую несла.

– Я все понимаю, Габи, – ответила она, – но в нашем мире личные желания становятся второстепенными. Я могу стать связующим звеном между кланами, а это значит, что смогу защитить близких. Это то, что действительно важно.

Неужели папа заставил её поверить в эту альтруистическую хрень?

– Но это не должно быть единственным выбором, – возразила я, стараясь донести до неё свою мысль. – Ты заслуживаешь любви и уважения, а не просто союз ради мира. Я понимаю, что это непросто, – начала я снова. – Но ты можешь выбрать другой путь. Мы найдем способ. Что, если поговорим с папой? Он поймет…

– Нет, Габи, – прервала она меня, её голос стал твердым. – Я уже всё взвесила.

Но я не могла смириться с её словами. В моих глазах Иза всегда была свободной и независимой, и этот выбор казался противоестественным. Я почувствовала, что мои слова не доходят до неё. В глазах сестры отражалась решимость, но в то же время и страдание.

– Я просто хочу, чтобы ты была счастлива. Я не могу представить, как ты будешь жить с чужим человеком, – прошептала я.

Иза подняла голову и посмотрела мне в глаза.

– Я постараюсь, – произнесла она с нежной улыбкой, хотя её голос дрожал.

Я молчала, не зная, что сказать. В этот момент я поняла, что мои слова не могут изменить её судьбу. Всегда будет то, что превышает желания и мечты. А для Изы, похоже, сейчас наступил тот момент, когда она должна была смириться с тем, что судьба приготовила для неё.

– Я буду рядом, сколько бы ни длился этот путь, – прошептала я. – Ты не одна.

Она кивнула, и я ощутила, что, хотя бы немного скрасила её боль.

– Отец считает Андреа хорошим мужчиной, несмотря на его причастность к мафии. Нет оснований не верить ему, – произнесла она. – Брак родителей был договорным, но они полюбили друг друга. Возможно, и мне повезет, я создам такой же крепкий союз.

Чушь собачья!

Брак родителей является исключением, но не более. Но прежде, чем я успела возразить, в студию зашла мама. Как и всегда одетая с иголочки, безупречная во всём. И сейчас на ней был дизайнерский брючный костюм, а волосы были собраны в тугой хвост. На ее лице читалось явное беспокойство. Она шагнула к нам и нежно погладила сестру по волосам. Всхлипнув, она бросилась в объятия мамы.

– Ну-ну, не плачь, милая, все не настолько ужасно, – ласково сказала она. – Андреа – прекрасный кандидат в мужья, он будет уважать, и заботиться о тебе. Он не посмеет обидеть племянницу Дона Стидды, зная какие последствия его ожидают. Нам нужен такой сильный союзник, как Сакра Корона Унита. Я не хочу давить на тебя, но это правда необходимо. Я уверена, ты поступишь разумно.

Иза судорожно вздохнула, и долго задумчиво смотрела в одну точку, а после на несколько мгновений прикрыла глаза, затем взглянула на маму, но теперь спокойно, как-то обреченно.

– Я выйду замуж, можешь передать папе и Габриэлю.

Чертова упрямица!

Я шокировано посмотрела на сестру. Она не могла быть серьезной. Этот брак ей навязан, Иза не должна соглашаться. Я коснулась ее руки.

– Иза, не надо, – умоляюще сказала я. Сестра покачала головой.

– Все в порядке, Габи, – спокойно произнесла она.

– Габи, твоя сестра поступает правильно, так будет лучше для всех, – уверенно произнесла мама.

– Для всех кроме Изы, да, мама? – с упреком произнесла я. – Вы отдаёте её ради благополучия Стидды, и не думаете о её счастье. Еще и прикрываетесь правом выбора, которого нет. Ведь все давят на нее и просят выйти замуж по расчёту!

Мама сердито посмотрела на меня.

– Габриэлла, не разговаривай со мной так неуважительно. Отец и я заботимся и любим вас, а не продаем, как ты выразилась. В заботу также входит выбор подходящей партии, а будущий Дон Униты прекрасно подходит Изе по статусу. Надеюсь, в скором времени найдется жених и для тебя.

Сказала женщина, решившая продать свою дочь ради клана. Идеальная мать.

– Чтобы и меня удачно сплавить? – с издевкой спросила я. – Сразу видно любящих родителей.

– Габриэлла, замолчи! – нетерпящим возражения тоном, произнесла мама, а после повернулась к Изе и обхватила ее лицо. Всё это время сестра выглядела отстраненно, будто ее мысли были далеко. – Ты умница, дорогая, пойду и сообщу отцу о принятом решении, и назначим дату помолвки.

Она заткнула меня, потому что правда глаза колит. Если бы не подавленное состояние сестры, я бы продолжила наши дебаты. Не хотелось ещё больше печалить её.

Как же я скучала по бабушке Виттории! Она бы не позволила так распоряжаться судьбой сестры и сумела бы усмирить и маму, и дядю. Теперь ясно, почему мама убедила бабушку поехать погостить к своей кузине в Верону до конца лета. Однако, как только бабуля узнает о помолвке Изы, она немедленно вернется. Тогда родителям и дяде не поздоровится. Хотя я сомневаюсь, что что-то можно будет исправить, как только дядя скрепит слово с Доном Униты. Нарушение клятвы развяжет войну между кланами, и тогда наше положение станет совсем шатким.

Черт возьми! Куда ни посмотри, везде тупик.

Иза коротко улыбнулась. Мама ушла, оставив нас вдвоём.

Мне не нравилась мысль о скором замужестве сестры. С детства мы были неразлучны. Я не могу представить жизнь в доме без нее. Не хотелось расставаться. Но я понимала, что, если Иза приняла решение ее нельзя переубедить. Мне остается лишь поддержать ее и смириться со скорой разлукой.

Я обняла сестру и зажмурилась, стараясь не заплакать. Мои слезы лишь опечалят ее.

Она вздохнула.

– Начнем готовиться к помолвке, – прошептала Иза, с грустной улыбкой.

– Жду не дождусь, – с горькой усмешкой сказала я.