Читать книгу Наследие Дримаров - Группа авторов - Страница 2

Цепко сжимая сумку, Марго добежала до дома. Легкие горели, а щеки жгло от ледяного ветра. Она забыла натянуть шарф на нос, и лицо начинало неметь. По улицам спешили люди. Они шли на главную площадь и рассеянно поглядывали на девушку. Марго все равно соблюдала осторожность и незаметно оглядывалась по сторонам. Лекарства были ценным товаром в Стальной Крысе. За такую сумку можно лишиться жизни в безлюдном переулке.

Марго забежала в дом и закрыла за собой дверь. Спрятала сумку в погреб.

Дома был только дедушка. Он перечитывал потрепанную книгу, лежа на кровати. Очки опасно свисали на кончике носа. Бабушка и Дрина ушли на праздник Белой зимы. На главной площади уже гремела музыка. Она отдавалась гулким эхом на узких улочках. Марго не успела снять куртку. Она чмокнула деда в щеку и вышла на улицу. Трубы заводов, как устрашающие маяки, высились над одноэтажными домиками. Они пускали ядовитые клубы пара. Марго сделала глубокий вдох и закашлялась. Тяжелый воздух щекотал горло, ощутимая разница с пятым уровнем. Даже снег менял цвет и становился медным, как песок на пляже.

Девушка шла на звуки мелодии. Она улавливала тонкие голоса детского хора. Дрина тоже участвовала. Ее звонкий, громкий голосок трудно было не услышать. Сестренка солировала. Марго вышла на запруженную людьми площадь. Она увидела Дрину на сцене. Девочка задорно пела и приплясывала. Правильно, нужно шевелиться, а то замерзнешь. За спиной Дрины стоял ровный ряд школьников. Они пели нескладно, хоть и старались. Марго медленно протискивалась к сцене. Она двумя руками помахала сестренке, и Дрина ее заметила. Застенчиво помахала варежкой в ответ.

Люди на площади отплясывали и грелись около костра. После выступления глава десятого уровня объявит, сколько дней будет продолжаться Белая зима. Марго подошла к охраняемой горе мешков и довольно ее оглядела. Припасы на зиму. Их будут раздавать после праздника: два мешка на семью. Набор из круп, консервов, сушеных фруктов и вяленого мяса. С таким запасом можно протянуть до дня Солнца.

Марго еще раз оглядела многолюдную площадь. Она искала бабушку взглядом. Они собирались встретиться возле мешков. Стальная Крыса – маленький район. Он расположился скромным полумесяцем у массивной стены рядом с гигантским девятым уровнем. Людей в районе заводов проживало мало. Скудная община на пять школ. Минимальное количество работников, чтобы обслуживать химические заводы.

– Марго, я здесь.

Девушка услышала слабый старческий голос за спиной. Она обернулась и увидела бабушку в окружении других старушек. Они сидели на скамейке, укутанные в толстые одеяла. Бабуля предусмотрительно взяла сани, чтобы отвезти мешки домой. Марго подошла к старушкам и вежливо им улыбнулась.

– Как девочка поет – загляденье, а как отплясывает! – одна из старушек восхищенно всплеснула руками. – Марго, ты тоже должна выступить, в детстве ты не хуже пела. Устроили бы дуэт с сестренкой.

Марго пробубнила что-то несвязное и встала рядом с бабушкой. Она умела скрывать эмоции и вежливо улыбаться. Невозможно прочитать по ее лицу, о чем она думает. Девушка годами тренировалась и оттачивала маску невозмутимости и отрешенности. Она могла сыграть любую эмоцию и заплакать, если это потребуется. Красный замок был жестокой школой.

Марго перевела взгляд на Дрину. Сестренка заканчивала петь веселую балладу. Люди подпевали и топали ногами в такт. Хоть Марго и не получила школьный диплом, она старалась, чтобы сестренка не пошла по ее стопам. Дрина умная. Она многого добьется. Девочка должна учиться.

Площадь заполнилась аплодисментами, когда школьный хор закончил выступление. Дальше оркестр будет играть гимн, а глава района объявит продолжительность Белой зимы. Самая короткая не длилась и двух недель. Марго помнила тот счастливый год. Одна зима продолжалась почти три месяца – суровое испытание для психики. Три месяца находиться в изоляции в окружении одних и тех же лиц. Или одному… Вот уж кому не позавидуешь! Девушка вспомнила про мать Эрика. Всегда есть риск не удержаться и выйти на улицу. Дверь манит на широкие улицы и размашистый горизонт. Хоть одним глазком. Так делать нельзя. Есть шанс превратиться в ледяную статую на месте.

Марго вытянула голову к сцене и улыбнулась. Дрина отделилась от школьного хора и нашла взглядом сестру. Местные жители хвалили девочку, пока она шла к родным, кто-то даже впихнул кулек домашнего печенья в варежки. Щеки Дрины покраснели от пения и танцев. Сейчас ей жарко, но через пару минут это пройдет. Она может заболеть.

– Как мы выступили? – спросила девочка.

– О, вы были великолепны, – прощебетала одна из старушек на скамейке.

Дрина засияла, как весенний лучик солнца. Она улыбнулась во весь рот. Марго тут же подошла и натянула шарф сестренке до самого носа.

– У тебя заболит горло, и зубы будут ныть, – грозно напомнила девушка.

Глаза Дрины улыбались, несмотря на закрытую половину лица. Марго смягчилась. Она обняла сестренку.

– Ты молодец. Вы хорошо выступили.

Дрина довольно кивнула. Она заскакала на месте, словно горный козлик. Марго рассмеялась и запрокинула голову назад. Она надеялась, что ее младшая сестренка не утратит своей огненной энергии, и уроки жизни не потушат костер в этом маленьком бесенке. Марго прижала к себе Дрину и стала смотреть на сцену. Ей стало жалко участников оркестра. Их игру никто не слушал. Все знали гимн страны наизусть и теперь нетерпеливо готовились к речи Главного. Что их ожидает в этом году? Легкие каникулы дома или суровое испытание на несколько месяцев? Когда отзвуки труб смолкли, над площадью разнеслись торопливые аплодисменты. Все затаили дыхание. Глава десятого уровня вышел на сцену и помахал зрителям костлявой рукой. Главу района выбирали жители Стальной Крысы, и он избирался раз в три года. В этом году пост занял один из мастеров химического завода. Впалые щеки мужчины выделялись даже на задних рядах. Марго нравился новый справедливый лидер.

– Доброе утро, жители самого лучшего района Иларии! – толпа довольно загудела и начала радостно кричать. – Сегодня мы празднуем начало Белой зимы. Надеюсь, все вы достойно и без потерь пройдете это испытание. Многие сотни лет назад природа взбунтовалась против людей, и начались суровые зимы. Те, кто встретил первую Белую зиму, не были к ней готовы. Чего не скажешь о нас. Вы готовы сразиться с ненастьем?

И снова по площади разлился веселый гул. Марго почувствовала, что крепче прижимает сестренку к себе и стискивает плечо бабушки. Главному подали запечатанный конверт. Каждый год его присылают с первого уровня, из министерства страны. Длинные шершавые пальцы сломали печать и вытащили плотный лист бумаги из конверта. Глаза пробежали по цифрам. Брови мужчины сошлись на переносице. Марго нахмурилась вслед за ним. Это дурной знак. Три свитера и куртка не помешали ознобу пройтись по позвоночнику девушки.

– В этом году нас ожидают 40 дней Белой зимы. Она будет долгой, но мы справимся. Мы одна большая семья, и если кому-то нужна помощь, вы должны обратиться к друзьям, соседям или к моим помощникам. Вместе мы одолеем страшную напасть. Удачи, друзья мои. Надеюсь, все мы встретимся в первый день Солнца.

Глава района сошел со сцены, его тут же окружили местные жители. Марго сохраняла спокойствие, хотя в голове грохотали мысли. 40 дней – это не много, но и не мало. Средняя Белая зима длится 30 дней. Ровно месяц. В прошлом году зима продолжалась 33 дня, сейчас на семь дней больше. С таким можно смириться. Девушка выдохнула большое белое облачко. Люди стали собираться в несколько очередей. Школьные парты расставили перед мешками с продуктами и выкрикивали адреса домов. Марго с бабушкой встали в очередь с нужной улицей. Лента людей двигалась довольно быстро. Никто не дрался за еду и не устраивал сцен. Такое могло случиться, если бы зима продолжалась дольше.

В начале очереди послышалось возмущение. Марго встала на цыпочки. Несколько гвардейцев оттеснили недовольных жителей в сторону и начали им что-то объяснять. Теперь девушка улавливала недобрый шепот из каждой очереди. Марго напряглась. Бабушка и Дрина ничего не замечали, они продолжали болтать про концерт.

– Доброе утро, прекрасные дамы. Вы озарили меня своим присутствием в такой хмурый день, – весело поприветствовал гвардеец за столом. У парня были длинные волосы и щетина.

Настала очередь Марго и ее семьи. Они подошли к горе с провизией. От комплимента Дрина засмеялась. Бабушка лишь махнула рукой.

– Ох, Марк, хитрый льстец. Обязательно заходите с мамой в день Солнца.

– С радостью. Если вы испечете ваши булочки с маслом. Ради булочек я готов остаться с вами на всю Белую зиму.

Все дружно посмеялись. Марго знала гвардейца. Он жил на той же улице и часто патрулировал забор. Мать Марка дружила с бабушкой Марго. Когда с приветственными речами покончили, мужчина прочистил горло и вернулся к списку. Глаза бегло прошлись по тетради в клеточку. Марк сидел за партой, в то время как другие гвардейцы фасовали мешки. Один мешок уже облокотили на стол и потянулись за вторым.

– Так. Семья Стерлит. Дом 10. Улица Аргона. Вам положен один мешок.

Лицо мужчины поморщилось, словно у него зачесалась пятка.

– Как один? – не сдержалась Марго.

Она выступила вперед и опустила задубевшие варежки на стол. Девушка запаниковала, но не выдала себя. Голос был спокойным и мягким, практически нежным. Опомнившись, Марго подала санки гвардейцу, и тот взвалил на них мешок. Марк продолжал хмуриться и рыться в бумагах.

– В этом году правительство уменьшило паек. Теперь мешок с продовольствием делится не на двух человек, а на троих, хотя его содержимое увеличили. Вам положен еще целый мешок, ведь вас четверо. Ничего не понимаю. Все. Нашел список с жильцами домов.

Пальцы мужчины быстро перебирали страницы. Марго закрыла веки и потерла переносицу. Перед глазами заплясали искры. Тело сковал страх и проникший сквозь куртку мороз. Марк все еще копался в бумагах и сверялся со списками, но девушка уже поняла, что это бесполезно. Она знала причину их урезанного пайка.

– Марго, почему тебя нет в списках жильцов? В бумагах написано, что в доме 53 проживают всего три человека. Может, они что-то неправильно написали? Такое уже случалось? Мы сейчас во всем разберемся.

Марк обеспокоенно посмотрел на девушку. В глазах вспыхнуло понимание. Брови мужчины поползли вверх. За спиной Марго уже стали ворчать люди. Очередь застопорилась, а холод пробирал до костей. Девушка сглотнула ком в горле.

– Я числюсь в Красном замке, поэтому меня нет в списке, – бесцветно сказала Марго. – Спасибо, Марк. Мы пойдем.

Бабушка и Дрина с молчаливым беспокойством поглядывали на девушку. Марго взяла веревки санок и потянула их по рыхлому снегу. Нет смысла ругаться или торговаться. Семья тихо отошла от стола.

– Марго, постой, – мужчина подозвал к себе соседку. – Если вам нужна помощь, у нас есть небольшие запасы, мы можем поделиться.

Марго замотала головой и улыбнулась.

– Все хорошо. Мы справимся. Признаю, это немного меньше, чем мы ожидали получить, но мы проживем. Не переживай. Счастливой Белой зимы. Передавай привет семье.

Девушка дружески сжала рукав Марка. Она вернулась к санкам, и они с Дриной потащили ношу в гору. Лица у всех были хмурыми. Бабушка принялась нервничать и причитать, но Марго ее успокоила. Она ласково улыбнулась старушке и заверила ее, что все будет хорошо.

– Мы справимся, – уверенно сказала девушка. – Придется немного урезать суточную норму, но нам не привыкать. Эта зима не будет длинной. И у нас есть небольшие запасы. Сегодня я напишу график еды, и мы разделим припасы на каждую неделю.

Марго улыбалась, хотя в душе бушевал шторм. Мозг барабанил всего одну фразу: «Мы не сможем, мы не сможем». Ее сотрясал ужас, но девушка тисками сжала это чувство и погрузила его на дно сознания. На поверхность пробивались лишь покой и умиротворение. Иногда Марго поражалась самой себе, насколько сильно она умеет контролировать эмоции. Она могла скрыть панику от родных, но не от себя. Когда девочки дотащили санки до дома, Дрина потянула сестру за рукав.

– Марго, у тебя кровь из носа течет.

Бабушка шла впереди и ничего не слышала. Марго поспешила натянуть шарф на переносицу.

– Все нормально. Ты же знаешь, такое со мной случается. Все из-за холода. Сейчас придем домой и согреемся.

Дрина недоверчиво поджала губы. Девочка сомневалась в словах старшей сестры, но Марго излучала непоколебимую уверенность. Если она говорит, что все хорошо, то так оно и есть. У нее все всегда под контролем.

Семья зашла домой. Дедушка встречал их с дымящимися кружками чая. Марго спустила мешок в погреб и осмотрела содержимое полок. Подсчетами и распределением продуктов она займется позже. Девушка свернула в ванную и вымыла лицо. Кровь успела стечь к верхней губе. Шарф пришлось отстирывать в раковине. Руки машинально натирали ткань под водой, пока мозг обдумывал ситуацию. Что можно продать в доме? У кого просить помощи? Как урезать порции, чтобы еды хватило на 40 дней? Закончив с шарфом, Марго улыбнулась своему отражению в старом зеркале. Получилось искренне, хотя правую скулу сводило.

Семейство устроилось на кухне. Еще до праздника бабушка и Дрина приготовили булочки с вареньем. Младшая сестренка рассказывала дедушке о своем выступлении. Марго вытащила сумку с лекарствами и передала поздравления от Эрика. Бабушка сказала, что отнесет лекарства от кашля соседке.

После обеда Марго помыла посуду и вернулась в погреб. Дрина предложила помочь с подсчетами, но сестра отправила ее к знакомым обменять несколько пузырьков с таблетками на еду. Обычно Марго всему учила Дрину, и они вместе распределяли продукты. Но не в этот раз.

Марго разложила содержимое пакета по полкам. Проверила банки и выкинула парочку испорченных. Девушка записывала продукты в тетрадь. Несколько долгих часов она потратила на подсчеты. Ближе к вечеру голова Марго болела и отказывалась соображать. Рука в бешенстве зачеркивала очередную страницу тетради. Как бы девушка ни урезала суточную норму калорий, еды все равно не хватало по крайней мере на пять дней. Когда она говорила Эрику и его семье, что они готовы, то беззастенчиво врала. Лето было неурожайным. Банок с заготовками получилось мало. Марго облокотилась на маленький столик в углу погреба, уронила на него руки и голову. И куда она потратила накопленные деньги? Девушка купила Дрине новую куртку и зимние штаны. Сестренка выросла из старых. Еще была новая куртка для дедушки. Зимние вещи съедали приличную часть бюджета. Обычно Марго закупалась едой еще до появления снега. В этом году подготовиться не получилось.

Марго стукнула кулаком по столу. Если она будет есть раз в несколько дней, у них получится. Не придется ограничивать в еде стариков и Дрину, но Марго не протянет. При каждом новом подсчете еды не хватает. На неделю или на пять дней, но еды не хватает. Девушка усмехнулась сама себе. Оно и понятно, в их доме числится всего три человека, а она должна жить в Красном замке. Она лишний человек в этом уравнении, поэтому решение не сходится. Кто-то постучал по деревянному полу, и Марго встрепенулась. Дрина вернулась от соседей с банкой персиков. Старшая сестра улыбнулась и поставила трофеи на полку. Этого все еще не достаточно. Эту проблему легко решить. Стоит только унять свою гордость и страхи.

– Все хорошо? – поинтересовалась Дрина. – Ты уже давно тут сидишь.

Марго провела рукой по лицу и поглядела на сестренку. Бледное личико и прозрачные веснушки на носу, шоколадные волосы касались торчащих лопаток. Высокая и худая. За последний год девочка здорово вытянулась. Нос пятачком не гармонировал с черными серьезными глазами. Задорная и хмурая одновременно. Дрина рвалась повзрослеть, стать похожей на старшую сестру, снять часть груза с ее плеч. Марго же хотела, чтобы Дрина спокойно училась и общалась со сверстниками, была обычной девочкой.

– Все хорошо, милая. Я уже закончила.

Марго встала и размяла спину. Она выбралась из погреба и закрыла за собой деревянную дверцу. Прикрыла люк толстым ковром. Она достала с книжной полки шахматы и предложила сестренке сыграть. Дрина ловко лидировала, но к середине игры сдалась. Бабушка с дедом вернулись от соседей с крольчатиной. Марго тут же поставила мясо на огонь. Она решила потушить его с зеленью. Старики возмущенно заворчали, но больше нет смысла экономить еду. У девушки созрел план.

– Устроим пир напоследок, а потом уже и сядем на диету, – весело прощебетала Марго.

Через несколько часов сытный ужин был готов. Семейство Стерлит расположилось перед экраном телевизора. Он смутно горел в полумраке комнаты. Транслировали прямой эфир из Красного замка. Обычно король говорил речь и поздравлял жителей страны с приходом Белой зимы. Сегодня же на экране светились лица королевы-супруги и принцессы Валентины. Взрослая статная дама и ее красавица дочка рассказывали о предстоящих 40 днях. Значит, сейчас короля занимали более важные вопросы, чем речи для народа. Этой традиции никогда не изменяли, и смотреть на другие лица, кроме короля Филиппа, казалось странным. Марго задумчиво хмыкнула и вытянула ноги к печке. Королева-супруга наиграно улыбалась, хотя глаза выражали полное безразличие и раздражение. Принцесса Валентина была прекрасна. Молодая девушка с длинными кудрявыми волосами и пухлыми губами. Она пламенно переживала за своих людей и говорила от всего сердца. Глядя на нее, верилось, что эту речь не писали десятки помощников.

– Наши мысли и взоры обращены к людям. Мы с вами.

Принцесса Валентина свела густые темные брови и прижала тонкую ладонь к горлу. Ее мать стояла на заднем фоне, как истукан.

– Какая она красивая, – восхищенно протянула Дрина и придвинулась ближе к телевизору.

Марго улыбнулась сестренке и вернула глаза к экрану. От принцессы Валентины исходило королевское сияние. Марго в который раз возмутилась, что в их стране трон передается только по мужской линии. Сколько женщин в королевской семье были ни чуть не хуже, а то и лучше, чем правящий монарх.

После праздничной речи начался концерт. Дедушка болезненно поднялся на ноги и захромал в спальню. Бабушка решила посидеть еще и послушать музыку. Дрина прижалась к старушке и положила голову на мягкое колено. Бабушка и дедушка не были такими уж старыми, но плохой климат и тяжелые смены на заводе дали о себе знать. Изнурительная работа с химикатами прибавляла внешности несколько десятков лет. Здоровье тоже портилось, Марго встречала еще молодых мужчин и женщин, которые рассыпались на глазах. Жизнь в Стальной Крысе не щадила, а закаляла.

Марго зашла на кухню и включила свет. Слабая лампочка желтила помещение. Девушка налила стакан холодной воды из крана и сделала пару глотков. Марго пришла идея растворить снотворное и напоить им семью. Тогда они не проснутся, когда ей надо будет уйти из дома. Девушка потянулась к краям занавесок и поглядела в окно. Снегопад кончился, на небе засверкали яркие звезды.

Официально Белая зима начнется завтра в полдень. Все двери закроют, а улицы опустеют. Но даже сейчас ночь пугала неестественной тишиной. Марго отпрянула от окна и вернулась в зал.

Снотворное не понадобилось. Долгий тяжелый день всех утомил. Бабушка и Дрина спали перед телевизором. Девушка разбудила их и проводила по комнатам. Сама она уснуть не могла. Марго сидела на диване и смотрела на часы. Когда стрелки перевалили за полночь, девушка начала собираться. Она отрезала кусочек хлеба с сыром и сложила его в рюкзак. Нацепила одежду, в которой была утром. Марго подошла к книжной полке и открыла старую музыкальную шкатулку. Механизм давно не работал. На дне деревянной коробочки девушка отыскала пожелтевшее письмо в конверте и позолоченный ключик, перевязанный алой лентой. Основание ключа переплеталось узорами и цветными камнями. Узор соединялся в бабочку. Тонкая цепочка тянулась от ключа, и Марго надела ее на шею.

Девушка замоталась шарфом, нацепила шапку и куртку. Она схватила почти пустой рюкзак и уже направилась к двери, как ее остановил тоненький сонный голос.

– Ты уходишь? Ты возвращаешься туда?

За спиной Марго стояла Дрина в пижаме. Темные волосы девочки смялись и походили на гнездо. В больших глазах читался испуг. Сбежать под покровом ночи не удалось. Марго тихонько выдохнула и вернулась к сестренке, обняла ее за хрупкие плечи.

– Я вернусь в первый день Солнца, обещаю. В этом году еды получилось мало, и завтра утром вам привезут еще. Я договорюсь, а если нет, то завтра вернусь домой. Следи за бабушкой и дедушкой. Смотри, чтобы они не забывали пить лекарства. Передай им, что мне жаль. Все будет хорошо. Не забывай следить за собой. Побольше отдыхай и не засиживайся перед телевизором. Как кончится Белая зима, я вернусь.

– Но там ведь опасно. Вдруг ты останешься, как в прошлый раз? – Дрина пыталась отговорить сестру. Она боялась, что Марго уедет из дома и не вернется.

– Клянусь. Я не останусь в Красном замке. Мы со всем справимся. Ты ведь сможешь?

Марго поглядела на сестренку. Девочка почти плакала, но смогла взять себя в руки. Дрина сжала челюсть и уверенно закивала головой.

– Вот и умница, – Марго поцеловала сестренку в щеку и отошла к двери. – Если у меня все получится, то завтра утром вам привезут продукты и дрова. Не переживай за меня. Пока, Дрина.

Сестренка отошла от двери, чтобы холодный воздух не заморозил ее голые ступни. Девочка забежала на кухню и помахала сестре через окно. Насыщенная тьма поглотила маленькую фигуру Марго.

Девушка торопилась на окраину района. Ночью заметно похолодало. Снег и сосульки сверкали, как драгоценности или неизведанные созвездия. Марго оставила узкую щелочку для глаз, прикрыв остальную часть лица. Дышалось с трудом. Спешные шаги затухали под твердой корочкой снега. Стена и родные улицы остались позади. Больше часа девушка добиралась до нужного ей места. Огибая высокие заборы заводов, она видела горящий свет в бетонных зданиях. Не повезло тем, кому выпало остаться на заводе на время зимы. Зато там есть приличный запас провизии. Марго вздохнула и свернула на широкую дорогу. Она боялась и избегала заводов, хоть они и были отличным решением многих проблем семьи. Девушка вышла за пределы города и остановилась возле трассы.

Дорога проходила через весь город и уходила в дремучую снежную тьму. Сейчас она пустовала и казалась неестественной, бесконечной. Марго торопливо подбежала к остановке и взглянула на электронные часы на маленькой будке. Она еще успевала на электричку. На остановке уже стояло несколько человек: две старушки и один дед. Девушка поежилась и отошла от них подальше, как от прокаженных. Она не знала этих людей.

От быстрой ходьбы кровь разгорячилась, но, стоя на месте, Марго почувствовала, как ее пальцы стали неметь. Вдали показался слабый огонек. Он приближался со стороны города. Девушка выдохнула и попрыгала несколько раз, чтобы согреться. Свет приближался и раздвоился – это были мощные фары электрички. Она с лязгом приближалась к остановке и медленно взвыла, когда механические двери распахнулись. Этим транспортом никто не управлял, он был полностью автоматическим.

Марго подождала, пока зайдут старики, и вошла в вагон. Там уже сидела парочка пожилых людей. Девушка села в отдалении и прижалась головой к замерзшему стеклу. Она надеялась хоть немного поспать. Ей предстояло ехать почти до самого рассвета.

Вагоны мчались в плотной темноте. Иногда электричка останавливалась в деревнях, изредка в двери входили люди. Все старые. Марго каждый раз просыпалась и поглядывала на прибывших. Ей было жаль этих людей. Они ехали в неизвестность. Пожилые люди, у которых не осталось никого и ничего, которые точно знают, что им не пережить Белую зиму без чужой помощи. Они ехали до самой конечной станции. Марго не имела представления, что там находится. Обратно никто не возвращался. Ходили слухи, что на той стороне находится дом престарелых или хорошая лечебница-санаторий. Она открывала двери только один раз в году – ночью перед Белой зимой. Девушка не верила в бредни про красивый дом отдыха. Она подозревала, что на той стороне стариков ждет смерть. Надо быть совсем отчаявшимся и одиноким, чтобы сесть на этот маршрут. Марго направлялась не туда, она выйдет раньше.

Тьма поглотила дорогу. Ночь казалась бесконечной. Марго не считала, сколько времени прошло. Она проваливалась в сон и выплывала на поверхность, словно дрейфующая в океане льдина. Поток мыслей и напряжение отзывались легкой дрожью в конечностях. Так прошло много часов.

– «Красный Лес. Остановка десять минут. Следующая станция – Граница», – отозвался механический женский голос в колонках.

Марго выбралась из оцепенения и поглядела по сторонам. Старики спали на неудобных креслах и игнорировали ее присутствие. Девушка встала и почувствовала, как ее ноги затекли. Она схватила рюкзак. Мысленно Марго пожелала остальным путешественникам удачи. Девушка вышла на очищенной от снега станции с пустующим деревянным домиком. Ее окружали высокие ели и уходящая вглубь леса дорожка. Марго сжала ладони в кулаки и пошла в лес. Сверкающие вагоны электрички остались позади. Девушка бодро шла, пока не различила в темноте огоньки.

Наверняка, солдаты уже ее заметили. Марго выдохлась и выбилась из сил. Тяжелая одежда делала тело неповоротливым, а ветер сбивал с ног. Деревья изгибались над головой. Огромная луна светилась на небе. Девушка уже различала очертания темных башенок и шпилей, а еще она слышала отдаленное завывание волков. Марго испуганно огляделась по сторонам и ускорила шаг. Еще сражения с дикими зверями ей не хватало. После продолжительного воя послышался выстрел из ружья, и все стихло. Стреляли совсем близко. Девушка обошла массивные стволы сосен и вышла к забору с коваными воротами. За стеной забора стояли люди. Лампы освещали территорию, и Марго встала под свет прожекторов.

– Стой. Кто идет? – громко рявкнул мужской голос со стены.

Девушка слышала, как в нее нацелились несколько ружей. Она подняла руки вверх и показала на свету блестящий золотой ключ.

– Я фрейлина ее высочества принцессы Валентины. Мне нужно попасть в Красный замок.

– Подойди к воротам с поднятыми руками, – продолжил голос со стены, но его перебили.

Послышались голоса и невнятное бормотание. Марго подошла к воротам, пытаясь разглядеть людей на вышках. Ворота стали медленно отъезжать в стороны, в лицо девушке ударил яркий свет.

– Марго Стерлит, это ты?

Перед девушкой стоял глава стражи с фонарем в руках. Мужчина вгляделся в гостью, и его брови потянулись вверх.

Он ее узнал и хохотнул.

– Марго? Я думал, ты к нам уже не вернешься.

Девушка устало опустила руки и размотала шарф. Она улыбнулась старому знакомому.

– Я тоже так думала.