Читать книгу Жизнь Перекупа – 3. Сколько стоит честность? - Группа авторов - Страница 6

Утро началось с будильника и сообщения от банка.

Будильник можно отложить.

Банк – нет.

«Напоминаем о ближайшем платеже по кредиту…»

Спасибо, родные. Без вас я бы точно забыл, что живу в рассрочку.

Я доползаю до кухни, ставлю чайник, лениво открываю блокнот со вчерашними откровениями.

1. Я зарабатываю себе инфаркт, а не стаж.

2. Всем удобно, что я так работаю. Никому не выгодно, чтобы я остановился.

3. Ничего не менять – это тоже выбор. Самый дешёвый для всех вокруг и самый дорогой для меня.

Выглядит как чужая исповедь.

Только почерк мой.

Телефон вибрирует.

На экране – «Виталик. Гараж».

– Ну что, жив? – слышу в трубке вместо «привет».

– Вопрос философский, – тру лоб. – А так… двигаюсь. Пока по инерции.

– Инерция – это когда по прямой, – отвечает он. – А ты сейчас по кругу. Есть минут двадцать? Подъедь.

– Я же на работе, – по привычке говорю.

Пауза.

– На какой? – уточняет он. – По уничтожению своего здоровья? Ладно, давай проще. Ты хочешь дальше слушать своего царя про «семью» или хочешь посмотреть, как люди на земле деньги делают?

– У меня смена, – сопротивляюсь. – Клиенты, план…

– План у тебя один, – перебивает. – Не сдохнуть раньше времени. Жду в гараже. Не приедешь – сам виноват.

Звонок обрывается.

Виталик никогда не спрашивал, удобно ли.

Он просто подбрасывал варианты, от которых потом сложно отмазаться перед самим собой.

– —

Царь в этот день решил поиграть в «эффективного собственника» и приехал к открытию.

По залу разошёлся запах его одеколона и лёгкий холодок от осознания, что сейчас кому-то прилетит инициативно.

– Коллеги, – начал он речь, вставая у стойки ресепшена, как у трибуны. – Время сложное. Клиентов мало, конкуренция большая. Надо включаться, надо быть гибче…

Я стоял сбоку и думал только об одном: как отсюда свалить на час, чтобы никто не устроил театр.

– Игорь, – вдруг поворачивается он ко мне. – Мы сегодня с тобой отдельно поговорим. Мне кажется, ты немного выгорел.

Серьёзно?

Человек, который годами подливал бензин в костёр, наконец заметил, что что-то горит.

– Есть такое, – отвечаю. – В рамках нормы.

– В рамки – вернись, – улыбается он. – Ты сильный сотрудник, мне бы не хотелось, чтобы ты уходил. Ты же понимаешь, что на рынке сейчас…

Дальше можно не слушать.

Эту пластинку он ставил уже не раз: «кризис», «другие хуже», «держимся вместе».

Если бы за каждое его «кризис» мне падал рубль, я бы уже выплатил ипотеку.

– У меня через час клиент, – киваю в сторону зала. – Надо подготовиться.

– Подготовься, – великодушно разрешает он. – И загляни ко мне потом. Обсудим будущее.

Будущее, нарисованное им, я уже представлял: та же стойка, те же слова, тот же круг.

Меняться могли только чайники в офисе.

В кабинете я для вида открываю CRM, пару раз кликаю по сделкам и параллельно считаю: дорога до гаража, разговор, дорога обратно.

Час двадцать. Максимум полтора, если без философии.

Открываю мессенджер, пишу администратору:

«Отъеду на сервис, проверю одну клиентскую машину. Если что – на связи».

Так делали все, когда надо было что-то пробить по знакомым.

Формально не соврал. На сервис я еду. Клиент пока виртуальный.

Беру ключи и выхожу, не встречаясь глазами с директором.

Если смотреть на него долго, можно случайно остаться ещё на год.

– —

Гараж Виталика находился в промзоне, где каждый второй бокс считался мастерской, а каждый третий владелец – экспертом по жизни.

На воротах – потёртая вывеска без бренда, но с правдой:

«Ремонт, диагностика, иногда чудеса. Гарантию даёт только бог и владельцы завода».

Я подъезжаю, глушу машину, вдыхаю запах смеси бензина, металла и мужских разговоров без фильтра.

Виталик выходит навстречу, вытирая руки тряпкой.

Тряпка чёрная настолько, что любой психолог сказал бы: «символично».

– Ну что, офисный, – ухмыляется. – Пульс есть?

– Пока да, – отвечаю. – Сердце, правда, ведёт себя как клиент на выдаче: сомневается.

– Правильно делает, – кивает он. – Пойдём, покажу тебе альтернативу корпоративной смерти.

Внутри – два подъемника, пара машин в разной степени разобранности, стол с ноутбуком, кофе, три стула и ощущение, что здесь работают живые люди, а не «персонал».

– Садись, – он ставит передо мной кружку. – Это кофе, не корпоративный растворимый яд, не бойся.

Делаю глоток.

Действительно не яд. Просто крепкий, честный, как жизнь без оклада.

– Ну давай, – опирается он на стол. – Рассказывай. Как там твоя «семья»?

– Семья как семья, – отвечаю. – Царь, план, машины продаю, премию отменили, но пообещали подумать. Сердце подсказало, что оно против.

– Сердце у тебя умнее, чем ты, – фыркает. – Оно уже всё поняло. Ты пока делаешь вид, что «надо потерпеть».

Я смотрю на него.

Когда-то он был таким же, как я: костюм, оклад, собрания, «клиент всегда прав».

Потом что-то треснуло, и он ушёл в этот бокс, где вместо мотивационных плакатов висят амортизаторы.

– Ты же помнишь, почему я оттуда ушёл, – напоминает он. – Не потому что «бизнес мечты» увидел. Просто надоело умирать медленно.

– Ты уже рассказывал, – говорю. – Раз десять.

– Значит, в одиннадцатый дойдёт, – спокойно парирует. – Смотри, у тебя сейчас три дороги.

Он подходит к куску картона на стене, где раньше был календарь с тёлкой.

Берёт маркер, рисует три кривые стрелки.

– Первая, – показывает на стрелку вверх. – Оставить всё как есть. Найм, царь, «мы семья», план, премии «в проекте». Ты умеешь там жить. Цена: здоровье, время, и та самая надежда, что «потом само рассосётся».

– Вторая, – рисует стрелку в сторону. – Заняться хернёй, как сейчас модно: коучинг, блог, эзотерика. «Я расскажу, как жить, пока сам живу у тёщи». Цена: стыд и вечное желание не встречать своих подписчиков в реальной жизни.

– Симпатичный вариант, – хмыкаю.

– Третья, – рисует стрелку вниз. – Начать жить на свои ошибки. Машины ты знаешь, людей тоже. Купил, проверил, починил, продал. Сказал правду, остался живой.

Цена: страх, ответственность и отсутствие оклада. Плюс честное понимание, что если ты сегодня ничего не сделал – завтра у тебя ноль, а не «аванс к пятнадцатому».

Он отходит, смотрит на картон.

– Спойлер, – добавляет. – Выжить можно на любой из трёх. Вопрос – в состоянии, в котором будешь засыпать.

– Красиво рисуешь, – говорю. – Только ты забываешь, что у меня кредиты, ребёнок и жена, которой нужна хоть какая-то стабильность.

– Ты за жену сейчас решаешь или ей прикрываешься? – прищуривается он.

Попал.

– Она боится, – признаюсь. – И я боюсь.

– Бояться нормально, – кивает он. – Страшно как раз сидеть в страхе и делать вид, что всё под контролем. Смотри, я же не предлагаю тебе завтра всё сжечь и уйти в телеграм с мотивационными цитатами.

– А что предлагаешь? – спрашиваю. – Конкретно.

Он улыбается.

Любит этот момент, когда философия заканчивается и начинается математика.

– Конкретно, – повторяет. – Давай считать.

– —

Он садится за ноутбук, разворачивает его ко мне.

– Сколько ты сейчас чистыми вытаскиваешь в салоне? – спрашивает.

Я называю цифру. Не ту, что в презентациях, а ту, что остаётся после «премию потом» и «держимся командой».

– Так, – он забивает её в таблицу. – Сколько стоит твоя спина, сердце и мозг под этим царём – это отдельная статья. Пока только деньги.

Он открывает другую вкладку. В первой колонке – «Месяц». Во второй – «Сделок». В третьей – «Чистыми с тачки». В четвёртой – «Итого».

– Это мои последние полтора года, – спокойно говорит. – Без понтов.

Были месяцы, где он вывозил меньше, чем моя текущая ставка.

Были, где кратно больше.

В среднем – чуть выше моего «стабильного» найма.

Я смотрю на цифры.

Они кривые, местами жалкие, местами жирные.

Зато честные. Без корпоративного грима.

– И что? – спрашиваю. – Хочешь сказать, надо просто «поверить в себя» и пойти в перекупы?

– Нет, – отвечает. – Хочу сказать, что ты уже работаешь как перекуп. Только сейчас весь риск психологический, а деньги чужие. Перекуп – это не «обуть клиента». Это жить с последствиями своих решений.

Он делает паузу.

– Сейчас ты живёшь с последствиями решений директора, – добавляет. – Как по мне, поставщик решений так себе.

Я улыбаюсь, хотя смеяться особо нечему.

– Допустим, – медленно говорю. – Допустим, я это всерьёз рассматриваю. Я же не могу завтра выйти из салона и послезавтра зарабатывать столько же.

– Наконец-то ты говоришь как живой, – кивает он. – Поэтому план не «увольняюсь и бог мне судья», а «готовлю операцию».

Он достаёт мой блокнот, который я по привычке таскаю с собой, разворачивает к себе и пишет:

1. Обрезать лишние расходы.

2. Собрать подушку на 3 месяца.

3. Определить формат: один / с партнёром / гараж / площадка.

4. Назначить дату Х.

– Подушка на сколько? – спрашивает.

– Минимум на три месяца, – отвечаю. – На шесть было бы спокойнее.

– На шесть ты будешь «копить на идеальный момент», – фыркает. – Идеальный момент – это диагноз в справке. Три – нормально. Обрежешь лишнее, подзаработаешь, заведёшь своих клиентов. Потом выйдешь. Не как герой, а как человек, который умеет считать.

Он двигает блокнот ко мне.

– Это не тренинг, – говорит. – Я тебе не продаю курс «стань свободным за 21 день». Я просто показываю, что у тебя есть альтернативы, кроме «сдохнуть в салоне» и «уйти в лес к шаманам».

– И почему ты так уверен, что я потяну? – спрашиваю. – Может, я просто лучше смотрюсь в костюме и не создан для этой «земли».

– Потому что ко мне уже приезжали твои клиенты, – спокойно отвечает он. – После вашей «семьи». И они о тебе хорошо говорили.

Ты умеешь не врать в лицо. Для рынка это уже суперспособность.

Осталось перестать тратить её на чужую CRM.

Я молчу.

Слова попадают ровно в те зоны, куда вчера попадали строчки в блокноте.

– Ладно, – наконец говорю. – Допустим, я играю в эту игру. Какой первый ход? Чтобы не попасть потом в подборку «уволился ни с чем и охренел».

– Первый, – загибает палец. – Сегодня приходишь домой и рассказываешь Лене не про мечту, а про цифры. Доход сейчас, средний доход тут, риски, подушка, шаги.

Второй. Завтра на работе заводишь отдельную тетрадку под «моих» клиентов. Не для отчёта царю, а для себя. Фиксируешь тех, с кем хочешь работать дальше как сам по себе.

Третий. Через неделю приезжаешь ко мне ещё раз. Не поболтать. Привозишь первую тачку как свою сделку. Хоть жигу за копейки, но свою.

– А царь? – спрашиваю. – Он же не отпустит.

– Царя отпустит инфаркт, если ты дождёшься, – хмыкает Виталик. – Ты решай раньше.

Он тебя не кормит, Игорь. Это ты помогаешь кормить его.

Не перепутай роли.

В голове щёлкает.

Не громко.

Просто кое-что встаёт на место.

– —

По дороге обратно в салон мир остаётся прежним.

Те же пробки, те же рекламные щиты «автокредит без переплат», та же ложь в десятиметровом формате.

Но внутри появляется второй режим.

Раньше был только «как бы уволиться мысленно и дотянуть до выходных».

Теперь добавился «как выйти реально и не сдохнуть по дороге».

Царь встречает меня у входа.

– Ну что, на сервис ездил? – спрашивает. – Машину проверил?

– Проверил, – отвечаю. – Всё как у нас: снаружи блестит, внутри местами ржавчина.

Он смеётся, не понимая, что это сейчас не только про машину.

– Ладно, – кладёт мне руку на плечо. – Загляни ко мне вечером. Я хочу обсудить твои перспективы.

Мои перспективы я уже начал обсуждать. Только не с ним.

У меня есть альтернатива.

Если останусь – это уже не «по-другому нельзя», а «я так выбрал».

Страшно.

Но этот страх, в отличие от инфаркта, хотя бы ведёт куда-то, а не в реанимацию.