Читать книгу Невеста по контракту - Группа авторов - Страница 4

Маша проснулась от того, что кто‑то тихо постучал в дверь.

– Miss Maria? – осторожно позвала Нур. – Можно?

– Да, – голос предательски охрип, она откашлялась. – Войдите.

Нур вошла уже при полном параде – в безупречно выглаженной тунике, с аккуратно затянутым платком. У Маши же на футболке была помятая надпись «Coffee first», и это казалось неуместной дерзостью в этом стерильно‑красивом доме.

– Не пугайтесь, – улыбнулась Нур, – у вас всё ещё утро. Но Самир просил предупредить: сегодня вечером вы увидитесь с Его Высочеством.

Слово прозвучало так, будто оно написано с большой буквы.

– Вечером, – повторила Маша. – То есть… официально?

– Небольшой ужин. Только вы, он и двое его родственников. Очень спокойно. Вам привезут платье, если вы не возражаете.

Маша машинально посмотрела на гардеробную, где уже висели «платья на первое время».

– У меня есть одежда, – сказала она. – Но… если есть что‑то по дресс‑коду, давайте.

– Это просто традиция, – мягко пояснила Нур. – Ничего строгого. Вам всё подберут, не волнуйтесь.

«Не волнуйтесь» в этом доме стало таким же распространённым, как «вам понравится».

День тянулся вязко.

Машу отвезли в клинику – белое, хромированное пространство с улыбчивыми медсёстрами и бесконечными анализами. Врач с идеальными зубами и выученным английским поставил галочки в форме, заверил, что «вы абсолютно здоровы», и пожелал «приятного пребывания».

Потом был короткий «курс по обычаям» – лекция в маленькой аудитории с проектором, где молодая женщина в строгом костюме рассказывала о дресс‑коде, обращениях, жестах, которые лучше не использовать.

Маша слушала вполуха.

Её больше интересовали не правила, а то, как они используются: где они про уважение, а где – про контроль.

К вечеру она вернулась в резиденцию уже уставшей, с лёгкой головной болью. На столике в гостиной стоял новый конверт – плотный, кремовый.

Внутри было платье.

Платье оказалось простым по фасону и безупречным по ткани: мягкое, тёмно‑синее, закрытое до ключиц, с длинными рукавами и тонким ремешком на талии. Не принцесса из сказки, а достойная «официальная невеста».

– Вам очень идёт, – искренне сказала Нур, когда Маша, переодевшись, вышла из спальни. – Цвет правильный. Не слишком ярко, но благородно.

– Вы его выбирали? – спросила Маша.

– Нет, – Нур чуть смутилась. – Это отдел семьи. У них есть люди, которые этим занимаются. Они… знают, как надо.

«Знают, как надо», – это в этой истории были уже почти мантры.

– Он приедет сюда? – Маша поправила рукав. – Или я поеду куда‑то?

– Вас заберёт машина, – ответила Нур. – Официальная резиденция недалеко. Не переживайте, я буду с вами до входа.

Машина на этот раз была ещё более дорогой.

Внутри пахло кожей и чем‑то едва уловимо пряным. Водитель не произнёс ни слова, только вежливо кивнул, когда Маша села сзади.

Нур держалась рядом, пока их не пропустили через очередные ворота, выше и массивнее прежних.

За ними начинался другой уровень роскоши: дорожки с подсветкой, фонтаны, высокие пальмы, подсвеченные снизу, белые фасады с резными арками.

– Я подожду вас здесь, – сказала Нур у лестницы. – Внутрь с вами пойдут другие сотрудники. Если что – пишите мне.

«Другие сотрудники» уже стояли у входа – двое мужчин в костюмах и женщина в строгом платье без единой складки. Женщина представилась на английском, назвала своё имя, которое Маша не успела запомнить, и попросила её следовать за собой.

Они прошли через зал с мраморным полом, по которому босыми ногами, наверное, было бы холодно. На стенах – картины и фотографии, но смотреть на них не было времени. Всё было организовано так, чтобы взгляд не задерживался, а шёл строго по маршруту.

Перед дверью в небольшую гостиную женщина остановилась.

– Его Высочество будет через минуту, – сказала она. – Пожалуйста, располагайтесь.

«Располагайтесь» в комнате, где каждый предмет стоил, возможно, больше, чем вся её московская квартира, звучало слегка издевательски.

Маша прошла к низкому дивану и села на край.

На столике стояли фрукты, чай, вода. Она не притронулась. Руки лежали на коленях, пальцы сжаты, но так, чтобы это не бросалось в глаза.

Дверь за её спиной тихо щёлкнула.

Он вошёл почти бесшумно.

Маша почувствовала движение воздуха, услышала лёгкий шорох ткани и только потом повернула голову.

Шейх был в тёмной дисдеше, без лишних украшений. Никаких театральных элементов из сериалов – простая, но дорогая ткань, аккуратный платок, ухоженные руки.

Лицо – не из рекламы. Не идеальное, но запоминающееся. Чёткие скулы, внимательный взгляд, лёгкая усталость в уголках глаз.

– Мария, – сказал он по‑русски. – Добрый вечер.

У неё пересохло во рту.

– Добрый вечер, – ответила она. – Ваша… – она запнулась на обращении. – Вам тоже.

Он чуть улыбнулся, будто заметив её паузу.

– Можно просто «шейх», – сказал он. – Или «вы». Здесь мы в неформальной обстановке.

Он сел в кресло напротив, на удобном расстоянии: не слишком близко, чтобы давить, и не слишком далеко, чтобы отдалять.

– Как перелёт? – спросил он. – Не сильно устали?

– Нормально, – сказала Маша. – Немного. Но всё хорошо. Здесь… красиво.

– Здесь – удобно, – поправил он мягко. – Красиво – это для туристов. Вам важнее, чтобы было безопасно.

Слово снова щёлкнуло где‑то внутри.

О безопасности ей сегодня говорили все, кому не лень.

– Вам всё объяснили в агентстве? – он смотрел внимательно, не отводя взгляда. – Условия? Порядок? График?

– В общих чертах, – ответила она. – Я читала контракт.

– И всё равно приехали, – констатировал он.

Это прозвучало не как вопрос, а как факт, в котором он искал нечто большее.

– Да, – сказала Маша. – Всё равно приехала.

Он на секунду отвёл взгляд, словно что‑то сверяясь в себе, и налил себе воды из графина. Предложил ей жестом – она отказалась.

– Люди редко приезжают сюда случайно, – сказал он. – У каждого есть своя причина. Иногда – несколько. Деньги, желание начать с чистого листа, проблемы дома. Иногда – просто усталость. От того, как всё устроено.

Маша молчала.

Было неприятно осознавать, насколько точно он описал то, что она сама не формулировала даже в чате с подругами.

– Я не спрашиваю, – продолжил он, – почему вы здесь. Это ваше дело. Но мне важно, чтобы вы понимали: контракт – это не клетка. Это рамки. В этом регионе без рамок нельзя.

«Клетка» и «рамки» в её голове выглядели очень похоже.

Разница была только в цене и качестве отделки.

– Рамки, – повторила она. – Я понимаю.

Он чуть наклонил голову.

– Вы – юрист, Мария, – сказал он вдруг.

Она вздрогнула.

– Откуда вы знаете?

– У меня есть привычка читать анкеты тех, кто приезжает жить в моём доме, – спокойно ответил он. – Юристы видят то, чего не видят другие. Это хорошо. И иногда неудобно.

– Для кого? – спросила Маша. – Для юриста или для тех, кто с ним заключает контракт?

Он впервые коротко, по‑настоящему улыбнулся.

– Для всех, – сказал он. – Но вы можете это использовать. В своих интересах.

Он на секунду замолчал, потом добавил уже в другом тоне:

– Сегодня с нами должны были быть ещё двое членов семьи, но обстоятельства изменились. Так что этот вечер – просто разговор. Без протокола. Я хотел увидеть, кто стоит за подписью.

Фраза попала точно.

«Кто стоит за подписью» – это был уже её язык.

– И что вы видите? – спросила Маша, сама удивляясь своей смелости.

Он посмотрел внимательно, чуть медленнее обычного.

– Человека, который умеет читать между строк, – сказал он. – И который всё равно согласился на то, что прочитал.

Он поставил стакан на стол.

– Это всегда интереснее, чем просто “я не читала, но поставила подпись”.

Когда ужин закончился – лёгкие блюда, немного разговоров ни о чём, парочка вежливых вопросов о Москве – Маша почувствовала странное облегчение.

Он не был ни принцем из сериалов, ни чудовищем из страшилок. Опасность от него исходила другого рода: он привык распоряжаться пространством, людьми, решениями. И не считал это чем‑то необычным.

На прощание он сказал:

– Завтра вы встретитесь с частью моего семейного круга. Это важнее, чем кажется. Люди вокруг меня – это часть ваших будущих рамок.

Она кивнула.

Когда Маша вышла из резиденции и снова села в машину, воздух показался ей на полтона тяжелее.

Нур, встретив её у лестницы, сразу спросила:

– Как вы? Всё прошло хорошо?

– Да, – сказала Маша. – Всё… очень вежливо.

Машина тронулась.

За окном снова проплывали пальмы и подсветка, как в заставке сериала. Только теперь Маша знала точно: она не зритель. Её имя уже в титрах.