Читать книгу Приятна мне твоя прощальная краса… - Группа авторов - Страница 3

Едва разлепив веки (что само по себе далось непросто), Максим ощутил первые красноречивые признаки недоброго утра. Голова ощущалась ничем иным, как большим раскалённым камнем в банной печи, а жизнерадостный солнечный свет, лившийся из незашторенного окна, – ледяной водой, которую некто бессердечный плескал на него с жестоким намерением расколоть.

Макс со стоном сел в кровати и сжал виски руками. Попытка пошевелить пересохшим языком породила в нём подозрение о том, что в рот кто-то забрался и умер. Он отчаянно нуждался в образе еды аппетитной, чтобы запустить слюноотделение, и в то же время нейтральной, которая не вызывала бы чувства тошноты. Фантазия об истекающем соком лимоне справилась с этой задачей, и долгожданная влага смочила рот.

Прищуренные глаза бегло оглядели комнату с обстановкой дача-стайл и остановились на постели, в которой Ковалёв, оказывается, спал не один. Его бросило в холодный пот от вида могучей девицы, второй и даже третий подбородок которой не изгладил сон на спине. От очередного досадного стона Максима удержало опасение разбудить страстную нимфу с размазанной вокруг рта помадой.

Ему удалось бесшумно выскользнуть из-под одеяла и натянуть брюки. Он как раз силился отыскать свитер, когда внезапный громогласный звук заставил его подпрыгнуть и пару мгновений бестолково метаться по комнате. При оглядке на кровать пришло осознание, что это всего лишь звуковое сопровождение ЕЁ сна. С облегчением выдохнув, Ковалёв схватил с окна свитер и прокрался в коридор. К головной боли прибавился молчаливый упрёк в пьяной неразборчивости, настойчивым буравчиком впивающийся в мозг. Макс болезненно поморщился.

Путь к уборной лежал через скрипучую лестницу на первый этаж. За долгие годы владения дачей ни родители Андрея, ни он сам не то что не оснастили её тёплым туалетом, но даже не провели ремонта серьёзней косметического. Хотя Максим не единожды предлагал помощь, Андрей неизменно коротко отвечал: «Не хочу ничего менять».

– Не хочет менять он, а страдать от отсутствия элементарных удобств приходится всем вместе, – ворчал мужчина себе под нос, выйдя из дома и пробираясь сквозь сухую спутанную паклю некошенной травы.

Покосившийся деревянный туалет встретил его резким неприятным запахом, который мгновенно активировал рвотный рефлекс. Чтобы не усугублять накатившую дурноту, Максим скупо задышал сквозь стиснутые зубы. Задерживаться явно не стоило, поэтому он занялся тем, для чего пришел. Глаза привыкли к полумраку, разбавленному парой проскользнувших в щели лучей. Справа в углу, совсем близко от его головы притаился большущий паук. Он восседал в центре серой паутины, мерзко перебирая лапками. Ковалёв брезгливо отстранился, но тут произошло нечто, заставившее напрочь забыть о восьмиглазом милашке. Он почувствовал, как кто-то мягко, но настойчиво потянул его за ту часть тела, которую в эротических романах называют нефритовым жезлом.

Инстинкты сработали быстрее, чем Макс успел осознанно что-нибудь предпринять. И вот он уже отскакивает от тёмной беззубой пасти туалета, распахивает дверь спиной и валится на траву. Без преувеличения можно сказать, что в эту минуту его нервную систему испытал на прочность один из самых сильных испугов в жизни. И что же послужило тому причиной? Он нерешительно осмотрел себя ниже пояса и понял, что ночью забыл снять презерватив. Который, наполняясь, превратился в мочесборник и потянул за причинное место. В полной мере осознав своё фиаско, мужчина оказался не способен даже рассмеяться, а потому только обескураженно хрюкнул. Оставалось лишь порадоваться, что поблизости не околачивались непрошеные свидетели.

После произошедшего в уборной Максим страшился встречи тет-а-тет со своей соседкой не так сильно, как раньше. Перспектива лишения мужского достоинства и последующее чудесное спасение его взбодрили. Совершив необходимые гигиенические процедуры, он вернулся в дом. Хозяин и остальные гости всё ещё спали, но Ковалёв не мог дожидаться их пробуждения – ему нужно было ехать в офис.

Пробравшись наверх, он приоткрыл дверь нужной комнаты ровно на ту ширину, что позволяла разглядеть кровать, но оставляла незамеченным его самого. Дева, с первыми лучами солнца обернувшаяся великаншей, безмятежно спала. Максим не любил долгих прощаний, поэтому прошмыгнул внутрь, схватил рюкзак и метнулся было обратно, но внезапное «кхе-кхе» пригвоздило его к месту.

Он досадливо поморщился, но когда медленно обернулся, вместо недовольной гримасы на лице была натянута вымученная улыбка.

– О, доброе утро… эээ… Лена? – неуверенно поздоровался Макс. НеЛена скептически подняла бровь. – Лера? – ещё раз попытался мужчина.

НеЛера порывисто скрестила руки на груди и пробасила:

– Леся вообще-то. – Смягчившись, она добавила: – Ну ладно, не загоняйся так, Максик. Вчера нам было не до имён, – игриво поводя плечами, Леся обхватила ладонями свою грудь и сжала.

Ковалёву в очередной раз за это чудесное утро стало дурно. Не столько оттого, что он терпеть не мог, когда его звали Максиком, сколько потому, что одна чашечка бюстгальтера прелестницы Леси вполне способна послужить ему каской. Громко сглотнув, Макс извиняющимся тоном сообщил:

– Ночью всё было супер, милая, но сейчас мне нужно бежать – работа, сама понимаешь. На созвоне!

Он кинулся к двери и в два шага достиг её, только Леся не собиралась мириться с его бегством. Вскочив на ноги, она взревела:

– А НУ СТОЯТЬ! Как это ты собрался мне позвонить, если номера не знаешь?

Испуганно приникший к двери мужчина лихорадочно раскидывал мозгами, чтобы затем быстро выпалить:

– Ну как это не знаю, если мне Андрей дал твой номер. А теперь извини, мне в самом деле пора.

И наконец покинул злосчастную комнату, пока Леся не нашлась с ответом.

Ещё ни разу Макс так не спешил к своей машине. По его мнению, в сложившейся ситуации он имел полное право отложить жесты вежливости до лучшего момента. Ему пришлось на ходу рыскать по карманам в поисках ключей. Просмотр многочисленных фильмов ужасов твёрдо научил его тому, что нельзя оборачиваться. Ибо с каждым брошенным назад взглядом то, чего ты боишься, неумолимо приближается.

Когда дача наконец скрылась за поворотом, Ковалёв расслабился. Просёлочная дорога радовала отсутствием всяких признаков дорожного движения, поэтому он позволил себе настрочить смс для Андрея. За многие годы дружбы тот уже приноровился мягко отваживать подружек Макса. Того же мужчина ждал от приятеля и сейчас, искренне надеясь, что у Андрея вдруг не разыграется его сомнительное чувство юмора.