Читать книгу Моцарт: обвиняются в убийстве - Группа авторов - Страница 3

В мировой литературе ветер – это не одно из явлений стихии, не один из законов физики, не перемещение потоков воздуха в ту или иную сторону, в мировой литературе ветер – это символ: времени; пространства; скорости; возрождения; перемены; непокоя; небытия; непостоянства, изменчивости человеческой судьбы («Судьба людская, ты как ветер»)[1]. С одной стороны ветер – грозная, разрушительная сила, с другой – дыхание самой жизни.

В священном календаре ацтеков второй день каждого месяца обозначается знаком «ветер». У ацтеков это был день для избавления от вредных привычек. Ацтеки верили, что в день ветра необходимо предаваться размышлениям о смысле жизни, о божественном промысле.

Ветер – это живительное дыхание божества, голос Бога.

Ветхий Завет начинается с рассказа о том, как Господь в образе ветра носился над водой.

…Роман «Моцарт: обвиняются в убийстве» начинается с фразы: «Ветер! Этот проклятый ветер…<…> справа и слева, сверху и снизу». В романе от ветра не уйти, не укрыться, не спрятаться. Ветер, как шампур помидорину, пронизывает весь роман. Ветер всюду – в главе 9-й: «Ветер, опять этот проклятый ветер!» (сетует прозябший Моцарт); в главе 11-й: «Опять этот ветер» (ожидаемо сообщает Ольга Минкина). Правда, в конце романа ветер с «проклятого» меняется на ветер «фен», что, собственно, едва ли лучше?[2]

Впрочем, я – не о ветре.

Я о любви и боли Ольги Знаменской.

…Когда это случилось? В тот момент, когда Ольга Знаменская засела за эссе, чтобы воздать дань памяти и должную хвалу великому пианисту Глену Гульду?

В ту минуту, когда была поставлена последняя точка в романе-сюите в восьми частях «Групповой портрет с орга́ном»?

В те дни, когда писалась удивительно вкусная повесть «Острова»?

Ни тогда, ни тогда, и ни тогда.

Это не случается – это живёт в тебе, это сопровождает тебя; это растёт в тебе, это мучает тебя… И когда уже – невмоготу, когда уже – критическая масса, тогда: вспышка – взрыв – признание.

…Любви без боли не бывает! Любовь без боли – это, в лучшем случае, влюблённость.

Роман «Моцарт: обвиняются в убийстве» – это чаша, переполненная любовью и болью Ольги Знаменской. Любовью и болью к Моцарту, к истреблённым гениям, к Отечеству.

Роман-обвинение Ольги Знаменской – роман многоплановый, многослойный. Каждый слой требует отдельного анализа. Возможно, таковые анализы и последуют от специалистов спустя время.

Я же отмечу –

Ещё никто не писал так о Моцарте. С такой истовой любовью и мучительной болью. И оттого роман так обжигает…

И ещё: все мы маленькие Сальери.

И это тоже обжигает.

И не случайно в финале романа – собор, обращение к Господу, омовение водой (дождь идёт вечером, ночью, утром) и… как после молитвы – надежда и просветление…

Владимир Кудрявцев