Читать книгу Под шкурой гаура. Часть 1. Гаур - Группа авторов - Страница 3

Вкус победы почти ощущался давно забытой медовой нугой на обветренных, искусанных губах. Желанная свобода затекла живительной влагой в напряженный до предела организм. Исступленные крики, резкие приказы, звон разбитых цепей, которыми они ловко отбили удары мечей и оттеснили стражников за ограду имения, вольный ветер, пропитанный пóтом, гарью факелов и металлом крови на металле раздобытых в схватке клинков.

Оставалось еще немного поднапрячься, и ворота бы пали. А за ними – не знающая преград дорога на волю, напролом, через глухие леса, сметая на пути всех, кто посмеет остановить новоиспеченный отряд сареймян. Потому что Ант слишком долго ждал возможности сбежать. Слишком долго рвал мышцы в кандалах, пытаясь их разломать. И теперь либо он снова станет свободным воином, достойным сыном Духа мироздания и уйдет в пустынные земли Застепья вопреки законам природы, либо к хмари его жизнь! Пусть обрывается нынче же!

Но чуждые ему боги Калитоса, сидящие в далеко парящем Поднебесье Деоса, этой ночью попросту насмехались над жалкой кучкой бесправных рабов, выгрызающих зубами у судьбы право на волю.

– Ант! Со стороны казарм жандармерии идет подкрепление! – крикнул сареймянин с дозорной позиции над южными воротами захваченного имения. – Их очень много! Их в разы больше нас!

Ант зло зарычал и гаркнул на всю внутреннюю площадь перед проездной башней, сжимая в окровавленной ладони вражеский меч:

– Прижал уши – беги к ним падать в ноги!!! Мы сможем держать осаду и сможем прорвать ее, коли надо! Всем оставаться на позициях!

– Ант, – тронул его за плечо верный друг и товарищ по неволе, дыша тяжело после едва законченной битвы. – Имение плохо укреплено, оно не рассчитано на оборону, ты же сам знаешь. Здесь не крепость. Нас слишком мало, чтобы контролировать весь периметр ограды. Если жандармы оцепят ее и пойдут на штурм, надо подумать о путях отступления.

– Куда, Сарт? Обратно в подземелья?! – выплюнул Ант и со звоном вонзил клинок меча в затоптанную землю. – Я вдоволь надышался этим смрадом за все пять лет неволи. У нас в заложниках хозяин, жандармы не смогут рисковать головой сеньора! И он – наш единственный козырь. Или смерти трех товарищей ради этого плана уже ничего не значат для тебя? Тогда проваливай к калитосским демонам и не мешайся!

Сарт укоризненно тряхнул встрепанной головой с давно спутанными волосами до плеч и хрипло ответил:

– Ты знаешь, я не предам нашу веру в свободу. И не отступлю от твоего плеча, генерал. Для меня честь вновь сражаться рядом с тобой. Как и всегда…

Ант ничего не ответил и лишь кивнул, сжимая запястье товарища. Сейчас все были пьяны жаждой победы и отравлены страхом поражения. И он устремился на башню оценить обстановку и отдать следующие распоряжения.

Но нет, ни справедливость, ни Дух мироздания не стояли этой кровавой ночью на их стороне. Они бы выдержали любой натиск ненавистной жандармерии Аскалитании, они бы смогли уйти тайными тропами ее предместий, они вытребовали бы за жизнь трясущегося Иантиса фору и обхитрили бы поработителей. Ант хорошо все продумал. Он больше года прорабатывал план мятежа, чтобы сорвать с шеи позорный рабский ошейник, который давно оставил на коже незаживающие язвы. Если бы не слабость духа одного из их отряда – того, в ком Ант сомневался сильнее всего. Кто попал в рабство совсем недавно, лишь прошлой зимой. И кто все еще безрассудно верил, что сможет как-нибудь прожить в этом унизительном аду.

Он их и предал. Совершил то, за что на поле боя молча перерезают глотку без разбирательств. Редкий невольник из восточного Морсагуа. Такие вообще попадали в рабство по ошибке. И по ошибке же он оказался посвящен в затею с мятежом. Ант должен был это предположить, морок всех ослепи! Ибо морсагуанцы не умеют сражаться до последней капли крови. Они отнюдь не воины! Они сноровистые рыбаки и хитрые торгаши! Поэтому раб и посмел освободить их жестокого хозяина из заложников и дал ему уйти с территории имения. Надеялся выбить для себя помилование и теплое местечко в сухом бараке. И едва бледный от страха и ярости Иантис ступил за пределы ограды, жандармы ринулись на ожесточенный штурм. Что ж, значит провидение выбрало для Анта смерть в бою. Это куда лучше смерти от опостылевшей, многохвостой кожаной плети, что терзала его спину пять лет рабства.

Они ушли в подземелья. Не в те, где их держали словно ощеренных гиен на заклание – во тьме, сырости и голоде, а в хозяйские погреба. Ант знал, что они загнали себя в ловушку. Но всем тридцати двум мятежникам так нужен был хотя бы час передышки, чтобы вступить с калитоссцами в последний бой и провести его с честью. И Ант согласился схорониться. Рассеченная рана на бедре горела пожаром, но все, что он мог себе позволить, это намотать на ногу отодранную от мешка с горохом тряпицу. В погребах имелась пища и вино в бочках, здесь можно было продержаться долго, только бы наспех устроенный засов из прочного бревна не подвел и не дал дверям распахнуться прежде времени. Но не этого Ант желал. Лишь передохнуть и снова в битву! Попавшее в руки оружие так привычно и так маняще жгло ладонь урожденного воина, не давало крови остыть в венах. Ему казалось, остановись он хотя бы на мгновение, и возможность спастись вновь исчезнет, как и все предыдущие разы.

– Ант, там странный полузаваленный лаз, – доложил вынырнувший из тьмы смежного помещения Сарт. – Это может быть тайным ходом из имения. Тогда у нас есть шанс…

Ант не стал дослушивать и, подволакивая ногу, устремился вслед за товарищем в тесный и сырой коридор, прихватив с собой дрожащую свечу. Проход уводил еще глубже под землю, и бывший генерал мог поклясться, что отсюда должен был иметься выход наружу! Они долго спускались по засыпанной камнями поверхности давно заброшенного коридора, пока не уперлись в земляной пролом. Оттуда веяло гнилью и сырью, ход сужался до тесного лаза, но однозначно вел дальше. Он вел наверх!

– Я разведаю путь, – без колебаний заявил Ант. – Держите оборону. В погребах вы протянете какое-то время. Если я найду выход, будем уходить.

– Погоди-ка, Ант, – насторожился Сарт, прищуривая уставшие серые глаза и чуть ли не принюхиваясь к воздуху, что стылыми порывами вырывался из лаза. – Больно уж гиблое место. А что, если это окажется дорогой в ту самую преисподнюю Лжемирья? К лжелюдям?

Ант недобро зашипел, шагая к товарищу вплотную и оттесняя его к холодной и пыльной стене коридора.

– Что, забыл, кому ты верил с самого рождения? Забыл родной Сарейм и всю нашу религию? Отрекся от Духа и теперь подобно этим мразям готов уверовать в хлябьих калитосских божков и низших демонов, которых они себе напридумывали? Коли так, то нам с тобой не по пути!

И он с презрением оттолкнул его от себя и уже сделал решительный шаг к черному лазу, но Сарт поспешно остановил его прикосновением к плечу.

– Не сердись, генерал. Я ни от чего не отрекался. Я все еще помню, чей я сын, и буду верен Духу до конца. Но… не просто так ходят здесь эти странные и запретные слухи о коварной преисподней, где обитают нелюди под личиной сверхлюдей. Потому и прозвали их так – лжелюди. Они-то как раз могут оказаться вполне реальными.

Ант медленно обернулся к товарищу и убежденно возразил:

– Тогда я встречусь с ними в их Лжемирье, и если они встанут на моем пути, я перебью их всех до последнего! Но я вырву у судьбы свободу для нас! Сегодня последний день, когда мою шею стягивал морочий ошейник. Ждите меня, я вернусь за вами, как только изучу ход.

– Хорошо, генерал, – покорно согласился Сарт и забрал из его руки свечу. – Будь осторожен. И да поможет тебе Дух.

– Никогда не сдавайся, Сартинай, и тогда Дух будет горд таким сыном, как ты.

Ант похлопал по плечу верного товарища и, стиснув напоследок его запястье, углубился в лаз. Он долго полз вверх, цепляясь за скользкие корни, сдирая кожу об острые камни и задыхаясь в земляном склепе абсолютной тьмы. Был ли отсюда выход? Не останется ли он погребенным в этой бесчестной могиле? Лишь мысль о долге и товарищах подстегивала его вперед.

Он не знал, сколько так продирался по все сужающемуся лазу, но, наконец, ноздри его ощутили слабое дуновение свежего воздуха. Где-то там забрезжил выход, свобода! Никакого Лжемирья не существовало, он знал это всегда! Ант напряг изможденные мышцы и с усилием уцепился за особенно острые камни, за которыми… он отчетливо увидел мелькнувшие звезды. Он жадно вдохнул полной грудью, ощущая непривычную и странную прохладу, пропитанную хвоей и живым лесом, и услышал слабое журчание воды.

Ант на мгновение замер, но в этот момент камни под его руками с угрожающим скрежетом начали распадаться, разъезжаться, утягивать его обратно в могилу за собой. Было не за что ухватиться, вся поверхность лаза пришла в бесконтрольное движение. Мокрая земля посыпалась ему на лицо, грозя погрести его под собой заживо. Ант отчаянно зарычал и, из последних сил уперевшись здоровой ногой в какой-то уступ, сделал рывок вперед, выбрасывая обессиленное тело на волю вместе с комьями песка. Последнее, что он запомнил, был оглушительно чистый воздух, заполнивший его горящие легкие, стоило ему упасть на сырую поверхность земли, и острая, затопляющая все боль, пронзившая его затылок от обрушившегося на него камня. И прежде чем он потерял сознание, он четко увидел овраг, чернеющий в ночи ручей и наглухо заваленный вход в подземный лаз за своей спиной. Он коротко выдохнул и отключился.