Читать книгу Отряд на измене, или Поварские будни - - Страница 12

Мужчины чинно расселись вокруг огня, Лисса сунулась в лес, видимо, под хвостом зачесалось. Я повесила чайник на изогнутую железную палку и задвинула в костёр. Стригой запахнул куртку, дабы не пугать незваного гостя, который назвался Еремеем. Где-то в черноте зловеще ухал филин, но нам было не до него.

– Да нынче у нас стало неспокойно, как молодой князь приказал к болоту дорогу прорубить, так полезли всякие чудовища, коих свет не видывал, – Еремей с удовольствием принял подсохшие медовые пряники от нашего главаря. – Мы же ему говорили, что лучше в обход пойти. А князь орёт дурным голосом, мол, на чей чугунной шее я буду хурельсы тянуть.

– Чего-чего? – переспросила я, услыхав незнакомое слово.

– А тебе во всё надо нос сунуть, – проворчал Аур, давая мне понять, что это серьёзный разговор между мужиками и нечего поварихе лезть туда.

– Для расширения кругозора интересуюсь, – огрызнулась я, дав отпор наглецу.

– Ну, хурельсы, они, зараза, длинные такие железяки, на телегах их таскаем по всему полю. Везут их с самих рудников, мол, там и льют нужной формы. Князь-то заручился царской поддержкой и ему доверили построить невиданную дорогу от столицы до самого края мира.

– Ну, уж загнул-то, – усмехнулся Аур и двинул ногой двойняшек, которые заслушались мужика, пооткрывав рты.

– Чу, дубина! – рыжий отодвинулся от парня и снова с любопытством уставился на Еремея.

– А чего мне врать-то?! – насупился тот и грызанул пряник, чуть зубы на нём не оставив. – Князь Анатоль Ярышкин в лучших институтах учился, умный, каких свет не видывал! Палец кверху задерёт и орёт на дураков: «Прогресс не остановить»! А мы люди подневольные да тёмные, куда нам до молодого князя. Делаем, что скажут.

– Ох, и времена пошли! – презрительно выговорил Аур. – По чей-то дури мы теперь жизнью рисковать должны.

– Если боишься, – насмешливо произнесла я, стягивая чайник с палки: – сиди дома и не мешай другим.

– Ох, договоришься, Анетта! – пригрозил мне пальцем Аур.

– Князь магов звал? – поинтересовался Стригой.

– Звал, – печально вздохнул Еремей, отхлебнул горячего чайку, а потом продолжил говорить: – Звал из самой столицы, понаехали, черти окаянные, шумели три дня. Кто водку жрал, кто по девкам бегал, а как настало время за харчи казённые отвечать, подались они в лес, там и сгинули. Молнии сверкали, гроза набежала. Ну, само собой разумеется, никто в непогоду-то и не сунулся их искать. А утром вороньё долго кружило. Князь чуть волосья себе не вырвал от лютой злости. Бегал по площади, орал.

– Вы совсем князюшку не бережёте, – я кинула в кружку Еремеея два кусочка сахара. – Заставляете кричать, он ведь голос так раньше времени сорвёт.

– Его ничем не прошибёшь, – хохотнул Еремей. – Он к губам трубу подставляет, отчего голос как у раненого медведя становится громким и злым.

– После магов за охотниками побежали, да? – спросил Стригой.

– Ага, – подтвердил Еремей. – Они смышлёнее оказались, цену знали своей работе, да только и они сгинули в том лесу. Правда, успели охотники кое-какую мелочь переловить. Князь хорошо платит, но слава дурная летит впереди Белозёрска. Не хотят охотники браться за дело. А у князя сроки горят, серчает с каждым днём он всё больше и больше. Вот вчерась запретил водку продавать и кабаках её разливать. Если никто не изгонит с болота чудовище, то мы же все перемрём от трезвости и скуки.

– Ну, сами бы пошли на зверя, – пожала я плечами.

Еремей бросил на меня такой убийственно-укоризненный взгляд, что мне сразу расхотелось лезть в разговор без спроса.

Снялись мы со стоянки с первыми лучами солнца, ещё звёзды сверкали на небе, а кони уже тянули фургончики по дороге, сонно всхрапывая и отбивая злость копытами. Я чуток задремала, прислонившись лбом к окошку. Дорога шла в гору, и я постоянно сползала с мешка картошки.

Белозёрск раскинулся между озёр, куда стекали горные речушки, принося с собой бриллиантовое сияние поутру. Край богатый рыбой и лесным зверем процветал испокон веков. Дороги тянулись к городу, где частенько устраивались шумные ярмарки. Дома, сложенные из белого кирпича, поражали своей красотой. Чистенькие, аккуратные, с покатыми крышами и резными петушками на оконцах. Широкие, мощёные плоскими камнями, улочки позволяли разъехаться встречным экипажам по обе стороны. У самой окраины пыхтел высокими трубами завод, где солили и закатывали в бочки рыбу. Одним словом, цивилизация!

– Анетта, рот закрой, а то муха залетит, – посоветовал мне Аур, проходя мимо моего окошка, когда мы остановились у ворот.

Я не поленилась, высунулась и отвесила парню подзатыльник. Ладонь аж загудела! Вот же чугунная башка у Аура!

Стригой объяснился с охранниками, показал письмо княжеское, по которому мы и прибыли в город, заплатил пошлину, и нас пропустили. Он перекинулся с Малышом парой слов и потопал куда-то по извилистой улочке, не оборачиваясь и не прощаясь. Еремей же повёл нас к дому, выделенному для проживания охотников всех мастей и чинов.