Читать книгу Алфавит последней буквы - - Страница 8

Я ушёл с площади так быстро, как позволяли ноги, но ощущение ёлки прилипло к спине, как запах дыма после пожара. Я не оглядывался – из принципа, из упрямства, из страха увидеть, что она “пошла” за мной. Город шумел, люди спешили, витрины отражали меня десятками копий, и каждая копия казалась чуть запаздывающей.

Телефон снова показал обычное время. На секунду я почти поверил, что это была истерика, совпадение, нервный перегрев после ночи без сна. И именно в этот момент на экране высветилось уведомление: «Курьер прибыл». Без приложения, без службы доставки, без номера.

Я остановился у входа в торговый центр, где камеры, охрана и толпа должны были быть моей защитой, и тут же услышал, как кто-то произнёс за моей спиной:

– Доброе утро. Вам посылка.

Голос был нейтральный, рабочий, как у людей, которые привыкли не задавать вопросов. Я обернулся.

Парень в серой куртке держал в руках короб – не картонный, а пластиковый, с креплениями, как транспортный контейнер. На крышке, выдавленная в пластике, была буква Ё. Не наклейка, не маркер – заводская, как часть формы.

– Я ничего не заказывал, – сказал я.

Курьер кивнул, будто это не имело значения.

– Оплата не требуется. Получатель – вы, – он протянул мне планшет для подписи.

На экране вместо фамилии было: «Ёмкость». И строка: «Подтвердить получение».

Я отступил на шаг. В этот момент в толпе рядом кто-то резко остановился, и люди вокруг, как по команде, тоже притормозили, образуя вокруг нас неровное кольцо. Слишком синхронно. Слишком спокойно. Я почувствовал, как перехватывает дыхание: толпа стала стеной.

– Я не буду подписывать, – сказал я.

– Тогда отметим отказ, – спокойно ответил курьер. – Но контейнер всё равно ваш.

Он поставил короб на землю. Пластик стукнулся о плитку глухо, как сейф. И сразу же крышка чуть приподнялась – не открылась, а как будто “проверила”, есть ли снаружи воздух.

Изнутри пахнуло тем же сладковато-больничным запахом, который я чувствовал у колодца. У меня свело желудок.

Я развернулся и пошёл в сторону входа в торговый центр.

И тут услышал сзади быстрые шаги – курьер шёл за мной, но не с коробом. Короб… короб поехал сам.

Не катился, как на колёсиках – у него не было колёс. Он скользил по плитке, оставляя на ней сухой след, как будто под ним был тонкий слой льда.

Я ускорился. Люди в кольце расступались ровно настолько, чтобы я прошёл, но не так, чтобы можно было резко уйти в сторону. Они двигались как двери, которые открываются только в одном направлении.

У входа в торговый центр стояла рамка металлоискателя. Я проскочил внутрь, не останавливаясь, и охранник поднял руку:

– Молодой человек—

Его голос оборвался, как будто кто-то выключил звук. Он продолжал шевелить губами, но я не слышал. Я оглянулся: курьер уже был в двух шагах, а короб – в метре за ним. Крышка подрагивала, будто изнутри кто-то стучал изнутри ногтями.

Я рванул к эскалатору на второй этаж. Толпа была плотная, но странно дисциплинированная: люди не возмущались, не ругались, просто расступались в нужный момент и снова сомкались. Я слышал своё дыхание и собственный пульс, а всё остальное – как через вату.

На эскалаторе я перепрыгнул через две ступени, ухватился за поручень, поднялся быстрее потока. На середине пролёта оглянулся.

Короб поднимался следом.

Он стоял на ступеньке идеально ровно, крышкой кверху, как пассажир. Курьер держался рядом, одной рукой касаясь контейнера – не толкая, а будто “сопровождая”. Люди на соседних ступенях не смотрели на него, как не смотрят на чужую боль: взгляд скользил мимо, как будто контейнер – часть интерьера.

Я сорвался на бег по галерее. Впереди – магазин электроники, затем – выход на пожарную лестницу. Я знал план центра, потому что такие места всегда спасают иллюзией: если знаешь схему, будто бы контролируешь.

Телефон завибрировал – я не хотел смотреть, но экран вспыхнул сам, на бегу:

«Ё – это то, что помещает тебя, когда для тебя больше нет места».

Ниже: «Беги, пока ты ещё снаружи».

Я влетел в коридор с табличкой “служебные помещения”, толкнул дверь, которая должна была быть закрыта. Она открылась легко. Внутри – узкий проход, трубы, запах моющих средств. Ровно как подвал, только выше этажом.

За спиной послышался короткий хлопок: короб ударился о дверной косяк и… не застрял. Он прошёл, хотя был шире проёма. Не “протиснулся”, не “сломал” дверь. Он просто прошёл так, будто его размеры – не физика, а договор.

Я побежал по служебному коридору и увидел впереди пожарную лестницу. Металлическая дверь с красной ручкой. Я дёрнул. Она была заперта.

Рукоятка не поддавалась. Я ударил плечом – боль резанула, дверь не дрогнула. Сзади скользнул короб, совсем близко. Я слышал, как крышка открывается чуть сильнее – как рот.

– Подпишите, – тихо сказал курьер, уже без вежливости. – Это ускорит процедуру. Вам будет легче.

Я развернулся и метнул в него всё, что было под рукой: пластиковый конус “мокрый пол”, который стоял у стены. Конус ударил курьера в грудь. Он отступил на шаг, но выражение лица не изменилось. Как будто это не больно, а просто “внесено в протокол”.

Я схватил огнетушитель, сорвал пломбу, нацелил струю в короб.

Белый порошок ударил в открытую щель под крышкой. На секунду контейнер замер, будто “задохнулся”. Я увидел внутри не пустоту, а движение – как тень под водой. И услышал звук, от которого у меня свело зубы: короткий, довольный вдох.

Короб дёрнулся вперёд.

Крышка распахнулась шире, чем должна была позволять петля. Внутри не было стенок. Внутри была глубина – та же самая, только упакованная в пластик. Я отшатнулся, но спиной упёрся в запертую дверь.

Курьер сделал шаг, поднял планшет и произнёс ровно, как на выдаче заказа:

– Получатель подтверждён. Ёмкость активирована.

Контейнер рванулся ко мне, и я прыгнул в сторону в последний момент. Крышка хлопнула о стену, оставив в штукатурке вмятину… но не пластиком. Как будто ударило что-то тяжёлое изнутри.

Я побежал обратно по коридору, туда, где свет и люди. За мной скользил короб, а курьер не спешил – он шёл, как человек, который знает, что бегущий всё равно упрётся в дверь.

Я вылетел в галерею торгового центра и закричал:

– Помогите!

Голос прозвучал, но люди не обернулись. Они продолжали идти, как будто моя просьба – часть фоновой рекламы. Я схватил девушку за рукав – она посмотрела на мою руку с таким выражением, словно я нарушил личное пространство, и спокойно высвободилась, даже не ускорив шаг.

Я понял: здесь никто не “видит” конфликт. Потому что конфликт – это мой. А они живут по общему темпу.

Я рванул к ближайшему выходу на улицу и нажал кнопку аварийной сигнализации у двери. Сирена должна была завыть. Но вместо сирены раздался один-единственный вежливый стук – как у меня дома.

Короб догнал меня у выхода. Крышка приоткрылась, и изнутри потянуло холодом. Я увидел на внутренней стороне крышки новую надпись, появившуюся будто из конденсата:

«Поместись».

Я сделал шаг назад… и наткнулся на что-то твёрдое. На стене за спиной висели жалюзи витрины, опущенные почти до пола. Раньше их не было. Теперь были. И они закрывали проход, как занавес.

Телефон мигнул последним сообщением:

«Ё пройдено. Дальше – Ж. Не смотри в щели. Ждут взгляда».

А короб резко дёрнулся вперёд, как будто кто-то внутри наконец-то нашёл правильный угол, чтобы “взять” меня целиком