Читать книгу Падение и восхождение - - Страница 5

Дни в издательстве проходили незаметно. Я читала, вычитывала, спорила о запятых и смыслах – и с каждым днём всё меньше чувствовала себя случайной гостьей. И всё же тревога не уходила: в любой “нормальной” для других ситуации я слышала монастырский шёпот: “нельзя”, “стыдно”, “грех”.

А что такое грех? Моральная категория или нечто большее? Настоятельницы, Святой Отец, бывшие соседки, выбравшие путь монашества вместо дружбы, – все они, казалось, знали ответ.

Я вздохнула, невольно теребя крестик.

– Посмотрите на неё, опять летает в облаках, – язвительно бросила Беатрис, и голос её прозвучал так, будто она специально дождалась, когда услышат другие. – Я к тебе обращаюсь, Джиневра!

Она всплеснула руками и развернулась к Маттео – демонстративно, как на сцене: “вот, смотрите, какая она бестолковая”.

– И она снова теребит свой крестик. Ответишь на мой вопрос или повторить его?

Я уже приготовилась сказать что-нибудь остроумное – я ведь училась этому последние недели, – но меня опередили.

– Не пугай мне новичка, Беатрис, – лениво и ехидно сказал Маттео, даже не повышая голоса. – Вытирай лужу яда и ползи по своим делам.

Он указал ручкой на выход. Жест был спокойным, но в нём было столько уверенности, что Беатрис фыркнула, махнула рукой и ушла в сторону кухни.

Через пару минут я услышала обрывки недовольных голосов:

– Почему её взяли на должность младшего редактора? У неё нет опыта! Сидит, глаза опустила, а Маттео вокруг неё ходит, оберегает…

Раздалось громкое “ш-ш-ш”, и Беатрис замолкла.

Я повернулась к Маттео. Он пожал плечами – будто всё это было мелким офисным шумом, который не стоит ни одного моего вздоха.

– Спасибо, Маттео, но я как-нибудь справлюсь.

Я старалась говорить ровно, но голос всё равно дрогнул. Вся моя храбрость ушла на эти несколько слов.

– Даже не сомневался, – усмехнулся он. – В монастыре Святой Марии вас наверняка учили: со змеями лучше держать дистанцию. Библейская мудрость, между прочим.

– Ты и про Библию? – удивление вырвалось раньше, чем я успела его спрятать. – Не думала, что тебя это вообще волнует.

– А чего ты обо мне думала? – в его глазах снова заплясали искорки. – Что если я скептик, значит, ничего не читал? Ты меня недооцениваешь, Ангелок.

– Ну прости, – я скрестила руки на груди, пытаясь спрятать неловкость. – Теперь буду знать, что ты не только красивый, но и начитанный.

Пауза повисла странной, тёплой нитью. Он сидел на краю моего стола. Я – напротив, в кресле. Между нами – метр, может меньше. А сердце колотилось так, будто мы касались друг друга. Когда с кем-то так легко говорить, это пугает. Или, наоборот, спасает.

– Так вот, – Маттео сменил тон на деловой. – Беатрис хотела, чтобы ты съездила по поручению одного автора. Тем более что сюжеты, которые он описывает, ты найдёшь крайне занимательными.

– Мм, почему? – осторожно уточнила я, чувствуя подвох.

– Всё просто. Он мастер своего дела и очень эксцентричный человек. Все его произведения уходят огромными тиражами. А пишет он… ну, знаешь: Бог и Дьявол, рай и ад, грешники и святоши. Ты поняла.

Маттео барабанил пальцами по столу – как всегда, когда думал.

– Наш гениальный алкоголик Фабио Монтальдо утверждает, что новый роман основан на реальном манускрипте XIII века. А тот якобы хранится в Епархиальном архиве Сан-Лоренцо.

– И ты хочешь, чтобы я проверила?

– Именно. Если манускрипта нет – мы публикуем фантастику, а не исторический роман. Разные полки. Разные деньги.

Он протянул мне листок с адресом.

– Архив открыт только по средам и пятницам. Завтра – среда. Отец Бенедетто будет ждать тебя в десять утра.

Я взяла листок. Адрес был на окраине, в старом квартале, где дома стояли тесно, а улицы, казалось, никогда не видели солнца.

– Возьми кого-нибудь с собой, – добавил Маттео. – Район не самый… благополучный.

Я кивнула, уже зная, что пойду одна. Эдмею я не стала бы просить о таком, а других близких у меня не было.