Читать книгу Витаминка для доктора. Спаси (не)свою дочь - - Страница 5

Евгения

– М-м, – тяну время, отчаянно вороша свою память.

Что-то ведь я помню…

– Роды… прошли нормально, – выдаю наконец. – Осложнений не было, она родилась сама. Вес… я сейчас точно не помню. Около трёх килограммов, – кусаю губы, и врач кидает на меня странный взгляд.

Мне, из-за нервов, кажется, что он уже всё понял. Или не понял, но догадывается. Наверняка что-то подозревает!

– Выписки, медицинская и прививочная карты, что-то у вас есть? – задаёт очередной вопрос.

– У нас даже свидетельства о рождении теперь нет, – выдыхаю почти шёпотом. – Всё было в доме… всё сгорело.

Невольно всхлипнув, отворачиваюсь.

Я даже не играю. Горло до сих пор дерёт, в носу щиплет.

Как я устала… господи, как я устала!

Вита, конечно, моё маленькое счастье. И больше всего я боюсь, что у меня могут её забрать. Но я совсем одна с ней. Никакой помощи, ничего…

А всё из-за того, что кому-то приспичило жить свою свободную жизнь без ребёнка!

– Успокойтесь, – голос врача за моей спиной звучит твёрдо, но как будто чуть более сочувственно. – Вы живы – это главное. Всё можно постепенно восстановить. Ежемесячный осмотр в течение первого года жизни девочки проводили? На плановом осмотре педиатр должен был заметить, что с ножками что-то не то, это легко определяется визуально. Вам должны были назначить УЗИ, всем детям делают его в месячном возрасте или чуть позже.

– Делали, – незаметно скрещиваю пальцы за спиной. – Врач не увидел ничего необычного. Дело в том, что мы… жили в глубинке. Я ездила в районный центр специально. Но когда мне сказали, что всё в порядке, то Виту дальше осматривал только наш фельдшер. У меня… не было возможности ездить с ребёнком в крупный город постоянно.

Спасский тем временем, закончив осмотр и спустив девочку на пол, где она тут же топает ко мне, задумчиво потирает подбородок.

– Иногда… крайне редко, конечно… бывает, что эта патология выявляется позднее, – качает головой. – Но чаще всего виноват оказывается человеческий фактор.

– Что нам делать? – наклонившись, поднимаю Виту на руки и морщусь – последнее время у меня побаливает спина.

Малышка выросла, и мне уже не так легко постоянно носить её на себе.

– Точный возраст ребёнка назовите, – доктор снова отходит к своему столу, достаёт какой-то бланк.

Помедлив, говорю дату рождения.

Я ещё когда продумывала всё это, решила, что и здесь придётся немного соврать. Пара дней погоды не сделают.

Замечаю, как мужчина, услышав меня, утыкается остановившимся взглядом в бумаги. Но почти сразу, мотнув головой, начинает писать.

– Мне сказали, что на операцию ребёнка могут взять только до трёх лет, – произношу торопливо. – Вот мы и… торопились.

– Дело не только в возрасте, – качает головой Александр Сергеевич. – Возраст называется, так как по нему проще всего ориентироваться. В операциях на суставы важны рост, вес и другие показатели. А у вас, – оценивающе смотрит на Виталину, – довольно крупная девочка.

– Я не кйупная! – внезапно выдаёт молчавшая до этого момента Виталина. – Я майенькая!

– Разумеется, – мы оба невольно улыбаемся на это возмущение.

– Конечно, дорогая, ты у меня самая лучшая! – шепчу малышке на ухо.

Спасский прекращает улыбаться, вздыхает.

– Боюсь, у вас практически не осталось времени, – качает головой. – Сейчас ваша задача – максимально быстро восстановить основные документы. Где вы получали свидетельство о рождении? В ЗАГСе повторное делают в день обращения! Одновременно с этим нужно запросить выписки из роддома и детской поликлиники, где девочке делали анализы и УЗИ.

У меня холодеют руки, в солнечном сплетении сжимается.

Свидетельство о рождении…

Главный камень преткновения.

По нему я Вите… никто. И не смогу доказать обратное.

Её отберут.

– Я… не могу, – шепчу хрипло. – Мы… я… мы потратили все деньги, чтобы добраться сюда. Остальное сгорело. Мои документы… Я даже билет на поезд не смогу купить. Мне не с кем оставить Виту, у нас никого нет!

– С какой больницей вы договаривались о приёме? – пристально смотрит на меня доктор. – Вы должны были посылать туда врачу хотя бы выписки!

– Я…

Не знаю, что говорить.

Мой план рассыпается на части.

Я понимала, что сложности будут. Но не могла предположить, что всё настолько серьёзно!

Вот что значит совершенно не иметь опыта во всех этих бумажных и прочих делах…

– Я не посылала, – выдавливаю наконец. – Я… просто позвонила в клинику и записалась к врачу. К хирургу-ортопеду.

– Вы серьёзно?! – мужчина смотрит на меня растерянно. – Вы в каком мире розовых пони жили вообще до сих пор?!

Господи, ну как мне было догадаться?! Если у нас до сих пор в магазине, единственном на весь посёлок, тётя Маша записывает долг за купленное молоко в тетрадочку?

– В нашей стране я жила! – выпаливаю сквозь слёзы. – Не всем жить в столицах! Откуда мне было вообще знать?!

Спасский что-то неразборчиво бурчит себе под нос – похоже, что-то крайне непечатное.

– Так, ладно, – наконец приходит к каком-то решению. – Я… – глубокий вздох, – …помогу. Дадите мне все данные, какие помните. Я свяжусь с коллегами. Официальным путём всё будет идти очень долго. Пока будем ждать ваши документы, сдадите все анализы. УЗИ девочке тоже сделаем.

– Спасибо! – выдыхаю, не веря своим ушам.

Неужели… что-то получится?

Но меня быстро спускают с небес на землю.

– Не благодарите, – отрезает он. – И кстати, вам тоже нужно будет сдать кровь на анализ.