Читать книгу Хартли; четвёртая встреча - - Страница 5

Наше следующее утро началось не с привычного шелеста страниц или аромата свежесваренного кофе, а с резкого, пронзительного звонка телефона, который вырвал меня из сна.

На дисплее высветилось имя «Джордж». Его голос звучал напряжённо.

– Это я. Мы нашли кошку! – сообщил он с какой-то странной смесью облегчения и тревоги.

Мой сон как рукой сняло. Мы с Соней переглянулись – она уже сидела перед диваном, с интересом слушая разговор. В наших глазах отразилось одно и то же беспокойство.

Белая кошка. Та самая, с чёрным бантом на шее, которая была одним из ключей для разгадки. Мы помчались в участок, забыв, что такое завтрак, сердце бешено колотилось в груди.

*****

Кабинет Джорджа встретил нас приглушённым светом и запахом старой бумаги. На его столе, словно королева на троне, сидела она – белоснежная, с безупречной шерстью, отливающей жемчугом в тусклом освещении. Чёрный атласный бант на её шее казался нелепым, но в то же время придавал ей некую загадочность.

Кошка равнодушно облизывала изящную лапу. Её жёлтые глаза, казалось, не замечали нашего присутствия – мы были лишь тенями на периферии её кошачьего мира.

– Где её нашли? – спросила Соня тихо, почти шёпотом.

Она осторожно приближалась, словно боясь спугнуть это хрупкое на вид создание. Присев на корточки, чтобы оказаться с кошкой на одном уровне, Соня протянула:

– Приветик! Как ты? Какая же ты гордая, дамочка!

Кошка продолжала лизать лапу, будто ничего вокруг не существовало. Соня нахмурилась.

– Такая же гордая, как и этот Энрике Мартинес! – прошипела она, скривив губы.

Кошка на секунду замерла, затем краем глаза глянула на Соню. Та показала ей язык.

– Ишь, нашлась тут королева! Здесь только я королева, поняла, дамочка меховая, м-м-м?!

Кошка зевнула и отвернулась, невозмутимо продолжив умывание. Я подошёл ближе, чувствуя, как напряжение нарастает внутри, словно сжатая пружина.

– Нашли в парке, возле памятника, – ответил Джордж, затягиваясь сигаретой. Взгляд его не отрывался от кошки. – В бант была завёрнута записка.

Он протянул мне сложенный вчетверо листок. Я взял его дрожащими пальцами, но тут же мой взгляд упал на свежие царапины на руках друга.

– Что это? – спросил я, кивнув на раны.

Джордж что-то пробурчал и спрятал кисть в рукав.

– Ничего. Спроси у этой белошёрстной дамочки, которая сейчас своей шерстью обгадит весь мой стол!

Я покосился на кошку: она по-прежнему играла в агрессивные гляделки с Соней. Хмыкнув, я начал разворачивать записку.

– Лучше держи лицо подальше от неё, Соня, – произнёс я, опуская глаза на листок. – Она царапается.

Соня нахмурилась, прижав губы к столу. Бумага оказалась плотной, с лёгким цветочным ароматом, в котором угадывалась едва уловимая нотка металла.

На листке аккуратным, чуть небрежным почерком было выведено:

«¡Queridos detectives! Вы ищете ключ, но он у вас перед глазами.

P.S. Мисс Соня, Ваши стрелки на глазах сегодня особенно остры. Как Ваше сердце?»

Соня сдвинула брови. Подошла, выхватила записку, перечитала. На миг в её глазах вспыхнуло раздражение – но тут же угасло, сменившись загадочной улыбкой.

– Он издевается! – пробормотала она, но без злости – скорее с привычным смирением перед играми нашего неуловимого противника. – Но…

Соня подошла к кошке и сняла с неё бант. Та зашипела, прижав уши, но не успела цапнуть.

– Осторожно! – я шагнул вперёд, но Соня уже в ответ зашипела кошке и, не обращая внимания на её недовольство, подошла к нам, протягивая бант.

– Здесь что-то есть.

Я взял его. Бант был из плотного атласа – гладкого, прохладного на ощупь, с едва уловимым запахом духов. Аккуратно, стараясь не повредить ни единой ниточки, я развязал узел. Внутри, в крошечной складке ткани, обнаружился маленький кусочек пергамента, сложенный в несколько раз.

Развернув его, я увидел ряд цифр:

3-1-19-21-16-14-1

– Опять шифр? – вздохнул Джордж, его плечи поникли. Казалось, он уже устал от бесконечных головоломок.

– Нет, – Соня улыбнулась, начав писать варианты отгадки на бумаге, в её глазах вспыхнул азарт. – Это слово: C‑A‑R‑T‑O‑N‑A. «Картона». Если брать испанский алфавит. По-испански – «картонная коробка».

– В любом случае шифр… – буркнул Рид, сильнее затягиваясь сигаретой.

Соня осторожно взяла его левую руку – ту, что была в царапинах, – и поцеловала. Джордж подавился дымом, непонимающе посмотрел на неё, краснея. Он не привык к таким нежностям. Она обняла его, закрыв глаза. Он автоматически ответил, обхватив её за плечи, всё ещё кашляя от дыма, – и вдруг слабо улыбнулся.

В моей голове промелькнула мысль: «Картонная коробка?.. Где она может быть?»

Я чувствовал, как внутри нарастает предвкушение – словно в детской игре в прятки, где каждая находка ведёт к следующей подсказке.

– И что это значит? – спросил я, глядя на Соню, которая всё ещё прижималась к Джорджу.

– Что Хартли оставил нам подарок, – промурлыкала она, отстраняясь от инспектора.

По моей спине пробежал холодок. Этот «подарок» мог быть чем угодно – от очередной ловушки до долгожданного ключа к разгадке.

– И где нам его искать? – медленно спросил я, уже догадываясь, к чему она клонит.

Соня ухмыльнулась:

– На Бейкер‑стрит, 223B!

*****

Снег, словно призрачные перья, медленно опускался на город, укрывая улицы мягким покрывалом.

Мы вернулись в квартиру. Воздух был пропитан запахом остывшего кофе и лёгкой тревогой. Я огляделся, пытаясь унять дрожь в руках. Каждый угол, каждый предмет, каждая тень казались подозрительными.

– Он не мог просто так написать это. Где-то здесь должна быть коробка или конверт, – напряжённо пробормотала Соня.

Она присела на корточки и заглянула под диван – туда, где пыль, казалось, собрала все тайны нашей квартиры. Пальцы скользили по холодному паркету, словно искали невидимую нить, ведущую к разгадке. Внезапно Соня чихнула: пыль попала в нос.

– Здесь вообще кто-то убирается?! Надо будет прибраться и под диваном.

Раздался ещё один чих.

Я стоял посреди гостиной и чувствовал себя потерянным. Взгляд метался: стены, мебель, книжные полки, уставленные рядами забытых историй и безделушек. В голове крутились обрывки фраз; его записка жужжала, как назойливая муха, которую хочется убить, но невозможно поймать.

Я чувствовал себя неловким школьником, пойманным на месте преступления, – хотя единственным моим «преступлением» было неумение готовить без дыма. Я знал: этот «подарок» где-то близко. Но где?

Глаза внимательно скользили по вещам – и всё же ничего подозрительного, нового, не нашего я не находил.

В этот момент моё внимание привлекло мяуканье.

Кошка – наш маленький пушистый призрак – сидела у книжной полки. Золотые глаза были прикованы к одной из книг. Она замерла, словно статуэтка, но в позе читалось напряжение, предвкушение.

– Соня… – Мой голос прозвучал глухо, привлекая её внимание.

Соня поднялась, вытерла пыль с рук и подошла ко мне. Её взгляд последовал за моим – и, словно ведомая невидимой силой, она протянула руку к полке. Пальцы коснулись корешка старого, потрёпанного тома: «Мемуары о Шерлоке Холмсе».

– Он знает, что я люблю Холмса… – прошептала она. В голосе смешались удивление, страх и восхищение. Глаза заблестели: для неё это было не просто совпадение. Знак. Знак, что он играет с нами – но по определённой логике, которую мы, как истинные сыщики, должны разгадать.

Она осторожно вытащила книгу. Под ней, словно спрятанное сокровище, лежала небольшая картонная коробка – простая, из обычного коричневого картона. Но в этот миг она казалась самой важной вещью на свете.

– «Картона»… Коробка… – прошептала Соня, открывая её.

Внутри, на бархатной подкладке, лежали старый, потускневший ключ и сложенный вдвое листок бумаги. Подруга взяла записку дрожащими пальцами. Губы шевелились, читая вслух:

«¡Queridos detectives! Вы нашли ключ, но дверь ещё закрыта.

P.S. Англичанин, надеюсь, ты не сжёг сегодня завтрак? – H.»

Я застонал, прикрыв лицо рукой.

– Он следит даже за моими кулинарными провалами? – Эта мысль была одновременно смешной и пугающей. Он знал обо мне больше, чем я сам. Это было похоже на то, как если бы кто-то читал мои самые сокровенные мысли, мои самые нелепые ошибки, которые я когда-либо совершил в жизни.

Соня рассмеялась, но её смех был коротким, прерванным – она внимательно рассматривала ключ. Он был сделан из тёмного металла, с витиеватым узором на головке.

– Это ключ из музея Виктории и Альберта, – произнесла она, и в её голосе звучала уверенность, которая, как всегда, меня поражала.

– Как ты…? – Я не успел договорить.

– Я видела такой у одного из знакомых, который собирает антиквариат. Он коллекционирует старые вещи, – она сжала ключ в кулаке, словно пыталась почувствовать его вес, его историю. – Он хочет, чтобы мы туда пришли.