Читать книгу Птичка в клетке - - Страница 6

Софья

Сколько себя помню, я всегда любила петь. В приюте при монастыре многие дети рвались заниматься в хоре, но в основном ради лишнего куска хлеба и миски супа. Все знали, что на таких детей чаще обращают внимание, что увеличивает шансы найти приемных родителей. А я просто любила петь.

Мой голос очень нравился посетителям, но вызывал отчаянную зависть среди остальных воспитанников. Они пакостили, но по мелочам, чтобы не причинить настоящий вред. Я провела ни одну ночь в женском туалете, давясь слезами и вычесывая из волос мусор или застирывая одежду. Мне было всего десять и самым большим желанием было найти друзей, но все мои попытки вызывали только ненависть и неприязнь.

Три года я молчала и терпела, отказываясь ябедничать взрослым, а потом в монастырь, при котором располагался приют, приехал с визитом отец Георгий и матушка Ирина. У них уже было четверо сыновей, и никто не рассчитывал на то, что они заберут кого-то из детей, но так получилось, что им понравилась тихая забитая девочка с русой косой и испуганными глазами. Я так до сих пор и не знаю, кто первый заговорил об опекунстве: добродушный и улыбчивый отец Георгий или строгая серьезная матушка Ирина. Но они забрали меня с собой, и за этого я до конца своих дней готова благодарить их на коленях.

Мы жили не богато, домашние дела в основном ложились на мои плечи, потому что матушке приходилось помогать отцу Григорию в церкви, но они всегда старались выкроить лишнюю копейку, чтобы я продолжала петь. И то, что меня приняли в женский хор Санкт-Петербургской митрополии в основном их заслуга.

Я получила возможность заниматься любимым делом и часто выступала на разных площадках. Однако Смольный собор всегда занимал в моем сердце особое место. Он не был настолько роскошным, как Спас на крови или Казанский кафедральный Собор, не был символом города, как Исаакиевский, но в его стенах мне дышалось легче.

Светлый, просторный, наполненный воздухом он не только навевал мысли о высоком, но и обладал невероятной акустикой. Каждый раз у меня мурашки пробегали по коже, стоило только взять первую ноту и почувствовать, как Собор откликается на мой голос. Правда, рассказать об этом кому-либо мне бы и в голову не пришло. Мой коллеги по хору были тоже верующими, но все же немного другими. Мы словно существовали на разных планетах. Они легко контактировали с противоположным полом, многие были обручены, а я любила Питер и предпочитала одиночество.

– Софья! Пожалуйста, поторопитесь! – Юный служка зашел в комнатку, где мы переодевались после выступления, предварительно постучавшись. Он старательно отводил глаза, стесняясь такого количества девушек и женщин. – Матушка Ирина очень просила вас подойти к ней, как можно быстрее.

– Спасибо, я скоро буду. – Мои пальцы ловко переплетали косу, убирая каждую прядку в строгую прическу.

– Вот увидишь, Соня. Она хочет тебя выдать замуж за одного из своих сыновей. Не хочет отпускать тебя в свободный полет. – Мария была по возрасту ближе всех ко мне, и мы общались достаточно близко. Но в последнее время подруга была излишне категорично настроена по отношению к той, что приняла меня в семью. – Очнись! Ты можешь всего добиться сама, не обязательно быть домашней рабой.

– Не надо так говорить о матушке Ирине. Она взяла меня, хоть они сами жили небогато, и ни разу не упрекнула куском хлеба. Мне очень повезло попасть в хорошую семью. – Я печально улыбнулась, потому что не помнила своих родителей и каждый раз грустила, стоило только поднять тему приюта. – Давай, с тобой на следующей неделе после репетиции погуляем по Летнему саду? Погода уже совсем весенняя. Хочется погреться на солнышке.

Подруга только покачала головой, но не стала продолжать тему. Я быстро расправила подол длинного мешковатого платья и вышла из комнаты. Мне не хотелось никого заставлять ждать, тем более что обычно матушка не торопила меня после выступления. Без привычного облачения посетители не сразу узнавали во мне Соловушку, как некоторые называли мой голос, поэтому никто особо не останавливал, не заговаривал о будущих выступлениях. Я была солисткой, но никак не лицом хора, предпочитая держаться в тени.

– Матушка, вы меня звали?

Я не сразу заметила, что около нее стояли двое. Первая невероятно красивая азиатская девушка, с идеальной кожей и темными прямыми волосами, которые она спрятала под белый платок. Она сразу же улыбнулась мне, и это было настолько естественно, что было сложно не улыбнуться в ответ. А вот от второго спутника по коже скользнула волна мурашек.

Мне не доводилось встречать такого красивого мужчину. Светлыми волосами и голубыми глазами он напоминал ангела. Если бы его взгляд еще был чуть мягче, а не превращал окружающих в ледяные статуи… Классически правильные черты лица надежно скрывали эмоции, демонстрируя окружающему миру только холодную равнодушную маску. В его глазах не было ничего, что можно было бы принять за проявленный интерес, но мое сердце заколотилось, как бешеное. У этого мужчины много власти и много денег, и он из той категории людей, что не постесняется ими воспользоваться.

Но самое главное, что я поняла, стоило только нашим взглядом столкнуться, было другое. Безопаснее всего мне будет держаться от него как можно дальше, потому что моя интуиция подсказывала, что более близкое знакомство принесет мне только боль и слезы.