Читать книгу Птичка в клетке - - Страница 7

ГЛАВА 6

Софья

– Знакомьтесь, это наша Софьюшка, наш ангелочек. И дело не только в голосе, в нашем поселке не найдется никого добрее или сострадательнее, чем наша девочка.

Мне сразу же стало неловко. Я никогда не стремилась к прилюдному обсуждению моих поступков, я даже не считала чем-то необыкновенным помочь пожилой соседке сходить в магазин или прополоть огород. В приюте нас приучили к труду, поэтому мне было только в радость чувствовать себя полезной. Ну и не хотелось, чтобы добрые люди, взявшие меня в семью, пожалели о своем решении. Матушка Ирина об этом знала, но почему-то сегодня решила поступить по-своему в присутствии этой странной пары.

– Ваша воспитанница настоящее сокровище. В наше время такие девушки настоящая редкость, и я не имею ввиду только талант.

Мужчина обращался к матушке, но не сводил с меня пристального пустого взгляда. От него тут же хотелось закрыться и спрятаться за чье-нибудь спиной. Мои подружки из поселка называли меня несовременной, потому что в свои двадцать лет я оставалась девственницей. Но мое сердце все это время молчало и никого не выделяло среди всех представителей мужского пола, с кем мне довелось познакомиться. В приюте за нами строго следили монахини, а в приемной семье просто не оставалось времени на что-то кроме домашних дел. Какие уж тут романтичные отношения? Тем более, в последнее время матушка стала поощрять ухаживания своего старшего сына и намекать, что из нас выйдет красивая пара.

– Спасибо, Софья! – Симпатичная девушка не удержалась и ласково пожала мои руки. – Я хотела увидеть настоящий Петербург, настоящую веру и вы все это сделали одним своим выступлением. С таким голосом вам нужно блистать на лучших сценах мира, поклонники вашего исполнения будут драться за билеты.

– Что вы! Я пою не ради денег, просто на добровольных началах. Мне кажется, что во время исполнения, я становлюсь ближе к Богу. Так мы славим его и несем его слово людям.

Знаю, что не смогла донести до них свою мысль просто потому, что стесняюсь быть немного активнее и бойчее. Впрочем, разговор быстро сворачивается. Мужчина косится на экран мобильного телефона и недовольно морщится, а потом что-то негромко говорит своей спутнице. Красивые черты лица подергивает дымка грусти, но она послушно с ним соглашается. Кажется, они собираются, надеюсь, что не обидела их, иначе матушка расстроится.

– Простите, мы бы с большим удовольствием пообщались с вами еще, но нас ждут. Экскурсия расписана практически по минутам, а вечером самолет. – Он поворачивается ко мне и вежливо склоняет голову. – Благодарю вас, Софья, за доставленное удовольствие. Надеюсь, мне еще доведется услышать ваш голос.

Матушка что-то довольно щебечет им вслед, а я не могу выдавить из себя ни единого слова. Он меня пугает. Мне никогда не доводилось сталкиваться с подобными мужчинами, но это не мешает понимать, что такие умеют только разбивать сердце. Они не созданы для простой семейной жизни, и уж точно их ценности не совпадают с моими.

– Ой, Софья, какая ты все же нелюдимая. – Она неодобрительно поцокала языком, стоило только странной паре скрыться за дверьми собора. – Могла бы улыбнуться, проявить больше дружелюбия. Авось пожертвовали бы нашей церкви не сто тысяч рублей, а сто пятьдесят. Ты же знаешь, что нужно успеть сделать ремонт до осени, еще одну холодную зиму проводка не выдержит.

– А кто это были, матушка? – Я забрала у нее хозяйственную сумку, чтобы она не напрягала большую спину, и медленно пошла за ней к выходу. Мы жили в области, в небольшом поселке, и иногда с выступлений нас развозили по домам. Если водителем был дядя Толя, то он специально оставлял меня последней, чтобы позволить полюбоваться городом через окошко, ведь обычно времени гулять по Питеру без дела не было.

– Мужчина из министерства иностранных дел. Девушка иностранная важная гостья, приехала специально на экскурсию. Им понравилось ваше выступление, захотели познакомиться. В следующий раз будь подружелюбнее, люди не любят, когда их избегают.

Мне было нечего возразить. Я сама понимала, что довольно замкнутая с незнакомыми людьми и не могу сразу открывать душу всем подряд. Батюшка никогда не упрекал меня моей стеснительностью, а вот матушка постоянно пыталась расшевелить, из самых лучших побуждений, но это не особенно помогало.

Мы вышли на крыльцо, и я с удовольствием вдохнула свежий апрельский воздух. Ветер дул с Невы, приятно пахло легкой сыростью и землей. Эти простые весенние запахи поднимали настроение, буквально заставляя улыбаться и подставлять лицо теплому солнцу.

Мой взгляд скользнул по дорожке, мимо колокола и совершенно случайно уперся в три темных внедорожника. Блондин как раз помогал своей спутнице сесть в автомобиль и вел себя довольно вежливо, но почему-то мне казалось, что все это напускное. Под искусственной улыбкой скрывался некто гораздо более дикий, чем он хотел показать.

Его походка, хищная грация, подтянутая прекрасная фигура – всем этим сложно было не восхититься, но все же лучше это делать издалека. Еще бы понять, почему он вызвал в моей душе столько эмоций, хоть и не проявил ко мне никакого внимания. Сережа, старший сын моих опекунов, в последние недели демонстрировал свою расположенность, и я могла понять, когда парень мной заинтересован. Совсем дурочкой меня нельзя было назвать, но рядом с этим мужчиной логика растворялась под лавиной странных эмоций.

Он обошел автомобиль и поднял голову, тонко почувствовав мой взгляд. Расстояние между нами было приличное, увидеть выражение его лица было невозможно, но я сердце чувствовала, что он смотрит на меня. Смотрит и улыбается.