Читать книгу Серый - - Страница 2

***

Тело было ватным, почти неосязаемым. Казалось, я растворяюсь в вязкой гуще, без возможности пошевелиться и всплыть на поверхность. Голова отзывалась тихим гулом, а попытки собрать воедино хаос перед глазами не увенчались успехом.

Из коматоза меня вывел сильный толчок. Яркий калейдоскоп цветных узоров резко сложился в цельную картину.

Он вошел.

Как входит цвет в цвет.

Без предупреждения, без перехода, без попытки сохранить исходную чистоту. Пространство внутри меня заполнилось целиком – резко, глубоко, без возможности отступить.

Стон, сорвавшийся с губ, стал первым доказательством того, что пути назад уже нет. Это был звук, которого не должно было существовать в моей жизни и который никто не должен был услышать. Чужеродный, хриплый, почти нереальный.

Он сверху. Его глаза, два ограненных алмаза, смотрели изучающе, словно анализировали каждый едва заметный импульс моего тела. В его взгляде застыл вопрос : Могу ли я продолжить?

И я не думала. Тело отозвалось раньше, чем сознание успело вмешаться. Тонкая струна напряжения с громким треском порвалась, освобождая место для новой, необузданной энергии.

Стоило ей двинуться, как все остальное перестало существовать. Сузилось до точки, в которой уже не было ясно, где заканчивается он и начинается она. Каждый импульс создавал электрический поток, заставляя тела искать друг друга. Ближе, глубже, сильнее. Это было действие без насыщения, без пауз и остановок. Не оставляя пространства для мыслей, которые могли бы вырвать их из эпицентра этого взрыва.

Изголовье кровати билось о стену, создавая ритмичные звуки, словно отстукивающий метроном. Основание шаталось, проседало под натиском их объединённого веса, втягивая два тела в образовавшуюся вмятину. Они тонули в этом провале, но не пытались выбраться. Это падение было частью ритуала.

Их стон слился в один единый звук – низкий, животный, рвущийся из самой глубины. Скрип, дыхание у основания уха, шлепки тела об тело. Это была не музыка. Это была симфония разрушения.

Оглушающая тишина вокруг комнаты не давила. Не имели значения ни свет, скользящий вдоль приоткрытой двери спальни, ни шум воды, протекающей сквозь потрепанные батареи, ни тиканье часов в глубине комнаты. В созданном ими же вакууме существовали лишь две переменные. Он и Она. Без лиц, без имен, лишь смешение, водоворот, переплетение двух чистых, комплементарных оттенков.

Это было похоже на цунами. Необъятную приливную волну, которая неизбежно затопит все, к чему прикоснется. И когда она накрыла их, когда тело отозвалось последним, заключительным импульсом, это оказалось не плавное угасание и не сладкое послевкусие. Это был обрыв. Резкий, как падение с высоты.

Они рухнули на кровать пластом. Двумя фигурами, размазанными по поверхности, без четкой огранки и формы. Тишину нарушало только тяжелое дыхание – напоминание, что они еще здесь. Прижатые друг к другу липкой влажной кожей, они слушали, как их сердца бьются вразнобой, пытаясь найти общий ритм, которого уже не могло существовать.