Читать книгу Спор на сводную - - Страница 7

Это не библиотека, это мечта!

Женя ходит между рядами уже минут двадцать, и никак не может поверить, что кто-то держит столько книг в доме, в котором фактически живут два человека. (Нет, она все еще не считает себя и маму, как полноценных жильцов, она понятия не имеет, сколько времени ей на это понадобится).

Здесь есть все. Классика в дорогих изданиях, с сияющими блеском корешками и золотыми узорами вокруг имени автора. Современная литература в пестрых обложках. Фантастика, фэнтези, поэзия и биографии разных культовых личностей.

Женя в таком восторге, что чуть не плачет, проводя пальцами по корешкам, рассматривая обложки и переходя от серии к серии.

Она находит здесь и книги по искусству в том числе. А еще ретро журналы, от которых у нее щекочет в носу, но к которым она все равно прикасается, как к реликвиям.

Библиотека не слишком большая, но пространство разделено так, что вмещаются высокие стеллажи в три ряда, маленький столик в углу у окна и диван.

Женя выбирает книгу и, чувствуя себя Белль из «Красавицы и Чудовища», садится на этот диван, который оказывается невообразимо мягким.

И погружается в другой мир.

* * *

Ромка просыпается среди ночи от жесткого сушняка. Он пытается вспомнить, как Лина и Дина выгрузили его у дома, но последнее воспоминание – как он отрубился в машине, все остальное остается для него тайной и загадкой.

Похмелье жесткое, так что Рома тащит себя сначала под душ, а потом – на кухню за стаканом воды.

Дом спит. Башка трещит и, стараясь не шуметь, он спускается вниз. На кухне Роза всегда оставляет приглушенный свет на случай, если кто-то проголодается или захочет выпить молока перед сном.

Рома жалеет, что так напился. У него не было этого в планах, и он очень хотел бы просто спать всю ночь напролет, но похмелье – это его слабость. Если он проснулся, то это надолго. Теперь он будет до самого рассвета бродить как призрак или смотреть ужастики, лежа под одеялом в своей спальне и вздрагивая от каждого шороха.

Единственное, что могло бы его спасти – отменный секс. Но звонить Лильке сейчас, когда они заключили пари, не особо хочется, да и вообще напрягаться, чтобы кого-нибудь трахнуть…

Он наливает стакан воды, опустошает его, а потом наливает еще один и пьет уже медленно. Представляет стоящую перед собой модель с большими сиськами, но потом понимает, что это не то. Встряхивает головой, и воображение подкидывает другое – худенькую девчонку, у которой почему-то светлые кудрявые волосы, хотя это вообще не его типаж.

Вот Ромка берет ее за подбородок, подтягивает к себе и целует в губы, обмениваясь слюной. После чего давит ей на макушку, заставляя опуститься на колени.

Все это так реалистично, что Рома в восторге от собственной фантазии. Член встает, и он лениво водит по нему пальцами, прощупывая вены, оглаживая головку. Он представляет, как наглый рот послушно приоткрывается, как он принимает член с жадностью, словно мечтал об этом всегда.

Рома не хочет думать о том, почему у воображаемой девчонки, отсасывающей ему, лицо сводной сестры. Он не хочет об этом думать. Фантазии об этом доставляют ему удовольствие, и он закрывает глаза, пихает ладонь в штаны и ласкает себя.

Это потрясающе настолько, что он не собирается терпеть до своей комнаты. Он хочет представлять, как трахает в рот Женю прямо здесь, на кухне, в полумраке, пока весь дом спит. Пока спят в своей комнате их родители, пока никто не подозревает о том, что в его голове.

Он берет член в руку и начинает дрочить, яростно скользя по нему ладонью. В горле застывает стон, и он сглатывает его, потому что знает – надо действовать тише. Но это только подогревает его, губы горят, а яйца наливаются, и Рома, не сдерживаясь, не притормаживая, рывками доводит себя до оргазма.

И только в этот момент, только когда сперма горячими каплями остается в кулаке, он выдыхает, открывая глаза.

Свет загорается.

Верхний свет, который Рома не собирался включать, сейчас он загорается, заставляя зажмуриться и прикрыть глаза свободной рукой. Вторая все еще в трусах, и Женя, что стоит в проходе, таращится на нее, как будто в жизни не видела, как дрочат парни. Что вполне логично.

– Хочешь помочь? – спрашивает у нее Рома, изгибая губы в улыбке.

– Я… Хотела попить, но, думаю, что уже не хочу.

Она разворачивается, чтобы уйти, но Рома делает шаг в ее сторону (предварительно обтерев ладонь о свои штаны) и хватает за локоть, заставляя остановиться.

– Постой-ка. Я что, смутил тебя?

Женя поднимает на него взгляд.

– Нет.

– Тогда почему ты уходишь?

– Потому что, кажется, случайно забрела в твою спальню?

Из ее рта вырывается смешок, а Рома вспоминает, как минуту назад в своем воображении он в этот рот кончал.

– Это кухня.

– Я тоже так думала, но потом увидела, что ты делаешь.

– А что я делал?

Нравится.

Выводить ее на эмоции, ловить на смущении, провоцировать.

Нравится.

Ромка аж про похмелье забывает, легонько пихает ее, заставляет в стену спиной влепиться. Женя ойкает, и брови ее тянутся к переносице. Злится.

И губы сжимает, а у Ромы чешется в горле от желания проникнуть в ее рот языком. Вылизать ее. Заставить застонать в свои губы, и тогда он подхватил бы этот стон, смешал его со своим, и это было бы просто…

Просто охуенно.

Но Женя такая сердитая и такая холодная, что об один ее взгляд можно все себе обморозить.

– Так что я делал, малыш, скажи мне?

Женя ведет носом, а потом ее лицо расслабляется. Она даже как будто вот-вот рассмеется.

– Все понятно. Ты пьян.

– Уже нет.

– Не похоже.

Ромка пальцами касается места, где резинка Жениных штанов сталкивается с футболкой. Между ними тоненькая полоска кожи, горячей и гладкой. Почувствовав его прикосновение, Женя тянет футболку вниз, и теперь под пальцами ткань, но даже сквозь нее Рома чувствует, как горит ее тело.

Она такая… Складная. Вроде и равнодушная, а вроде и есть в ней страсть, которую нужно лишь раскопать, и Рома готов на все, чтобы это сделать.

Чтобы увидеть, какая она, когда возбуждена. Как она стонет, как целуется, как кончает…

– А ты красивая, – говорит Рома, рассматривая ее лицо.

– Да. Спасибо. А теперь могу я уйти?

– Я тебя не держу.

Он и правда не держит. Женя в любой момент может толкнуть его, и Ромка не будет протестовать. Но она не толкает.

Почему?

Почему она стоит здесь, позволяя прижиматься к себе, стоит и смотрит Роме в лицо? Для чего ей это нужно?

Женя мотает головой и выкручивается из его рук, но Ромку переклинивает, и он хватает ее за пояс, прижимая к себе всем телом. Их взгляды сталкиваются. Ромка смотрит с желанием, а Женя – яростно, как будто сейчас ударит.

И вот такой она нравится Роме больше.

Что там девчонки сказали? Что Ромка не в ее вкусе?

Есть лишь один способ проверить.

Он зарывается пальцами в ее волосы (все прямо так, как представлял) и впивается в сжатый рот поцелуем.