Читать книгу Проснуться в сорок. История тревоги, честности и возвращения к себе - Дмитрий Александрович Бурыка, Дмитрий Александрович Донцов, Людмила Викторовна Сенкевич - Страница 8

Чемпионат области.

Другой город.

Спортзал пахнет смесью старых кед, мокрых футболок и дешёвого освежителя воздуха, который почему-то пахнет так, будто пытается скрыть сам себя.

Мне четырнадцать.

Отец стоит у стены.

Руки глубоко в карманах.

Он не даёт советов, не делает замечаний – просто есть.

Присутствует.

И этим создаёт ощущение опоры, которой мне тогда не хватало в себе.

Именно он привёл меня на борьбу.

Именно он привёз сюда – в этот зал, в другой город.

Он сказал:

– Попробуй, Дим. У тебя есть характер. Остальному научат.

И я поверил.

Не в борьбу, даже – в него.

На ковёр выходит соперник.

Шире, выше, старше.

Стоит так, будто этот мат сделали специально под него.

Я смотрю на отца.

Он кивает.

Спокойно, уверенно.

И мне становится легче – как будто я уже получил фору в два балла.

Свисток.

Первая схватка, я проигрываю.

Немного.

Обидно, но не смертельно.

Отец не морщится, не раздражается.

Просто смотрит на меня так, как умеет только он:

не осуждая, не оправдывая – оценивая честно.

Его взгляд работает лучше любого тренера.

Вторая идёт иначе.

Тело слушается.

Дыхание ровное.

Соперник начинает уставать – я чувствую его движение, его вес, его сбой ритма.

И я веду.

На один балл.

Потом на два.

Вот он – мой шанс.

Вот он – разряд.

Отец стоит ближе.

Руки всё так же в карманах, но он уже смотрит иначе – внимательно, глубже.

Он молчит, но я почти слышу:

«Дим, держи. Ты можешь».

И в этот момент я совершаю ту ошибку, которая потом будет повторяться в моей взрослой жизни снова и снова.

Слабоумие и отвага, хочу выиграть красиво.

Не просто надёжно.

Не спокойно.

А эффектно.

Чтобы было «ух».

Прыгаю в бросок.

И прямо в воздухе мелькает мысль:

«Иногда думаешь – будет круто, а выходит фигня.

А иногда думаешь – будет фигня… и как в воду глядел».

И да.

В этот раз – вышла шляпа.

Соперник перехватывает, сравнивает счёт – и прижимает меня к ковру – удержание, схватка за ним.

Свисток. Проигрыш. И только одно: «Так близко…»

Я стою на ковре и будто становлюсь меньше.

Не ростом – внутри.

Подхожу к отцу.

Он не спешит говорить.

Он никогда не спешил.

Через паузу – ровно настолько длинную, насколько нужно, чтобы я прожил этот момент, – он произносит:

– Ты мог выиграть. Надёжно. Два балла были твоими.

Это не упрёк.

Это правда.

И правда, иногда больнее, чем крик.

Мы идём к машине.

Отец рядом.

Шаг уверенный, спокойный – тот же, что был у него всю жизнь.

Он не злится.

Он думает.

Я тоже.

В машине я смотрю в окно и тихо говорю:

– Пап… зря рискнул.

Он отвечает, не меняя тона:

– Дим… победа – это не прыжок. Это шаг. Маленький. Правильный.

Прыжки – потом, когда стоишь крепко.

А сегодня тебе надо было просто добрать свои два балла.

Я слушаю.

Но понимаю это только спустя много лет.

Этот момент возвращался ко мне в самых разных ситуациях:

В работе.

Проект идёт ровно – и я пытаюсь «сделать красиво».

Прыгаю – и ломаю.

В отношениях.

Нужно быть честным – а я держу красивый образ когда невмоготу.

И он, конечно, не приходит.

Сейчас я, наконец, понял:

тот урок отец дал мне тогда – без философии, без морализаторства, без громких слов.

Он учил меня не борьбе.

Он учил меня жизни:

двигаться шагами, а не прыжками.

делать своё, а не эффектное.

держать своё спокойствие.

и добирать свою победу.

Когда я вспоминаю того мальчишку на ковре

и отца у стены – тихого, внимательного, настоящего,

я думаю:

Может, хватит красивых падений?

Пора простых побед.

Тихих.

Своих.

Заслуженных.

Может, пора, наконец, взять свои два балла.