Читать книгу Фишка - - Страница 8

Арам

Я не спал всю ночь. Не потому что «переживал» – потому что время было моим ресурсом, а я не привык отдавать ресурсы просто так.

На столе – четыре пустые кружки из-под кофе. Пятая ещё тёплая. Я смотрю на них как на отметки: сколько часов я держу эту конструкцию в руках и не даю ей рухнуть раньше нужного момента.

Моя команда копает этот вопрос уже второй месяц. Они делают работу. Я – принимаю решения. Разница простая.

Десять лет назад моя компания почти пошла ко дну. Я не молился и не надеялся – я спасал. Ради этого допустил слияние с корпорацией друга моего отца. Формально – партнёрство. Фактически – компромисс, который я себе запомнил.

Десять лет мы делили власть и деньги. Пока он был жив, наши интересы шли параллельно: он уважал границы, я держал систему. Но с его смертью границы исчезли. Наследники не понимают, что такое контроль. Они думают, что контроль – это цифры. Наивные.

Я смотрю на часы, потом на экран. Сегодня я забираю то, что и так держал на себе.

IPO. Публичное размещение. Удачное окно – это не «везение», это расчёт.

Мне придётся обмануть наследников. Не по мелочи. По сути.

Я выкуплю акции и возьму контрольный пакет. Деньги их не интересуют – им нужны красивые слова и ощущение значимости. Пусть получают дивиденды, сколько хотят: я не собираюсь ломать чужие игрушки. Я просто заберу право нажимать кнопки.

Сумму под покупку я перевёл заранее: со счёта фирмы на личный. Это займёт минуту. Затем вернётся обратно, чисто, без следов. Мне не нужны «счастливые случайности», мне нужна точность.

Два месяца я подготавливал почву. Методично. Без эмоций.

Не закрывал долговые обязательства перед банками – тянул. Сдвигал сроки. Новые контракты – морозил. Действующие договоры перепродавал конкурентам, чтобы показатели смотрелись хуже и нас аккуратно подвели к «необходимости» искать инвесторов. Любая толпа верит в легенду про «вынужденные меры», особенно если легенда красиво оформлена.

Я прошёлся по кабинету – ровно, спокойно. Власть не любит суеты. Суётятся те, кто не уверен, что может закончить разговор одной фразой.

Пить нельзя. И не нужно. Мне не нужно «успокаиваться» – мне нужно держать руку на горле ситуации и отпускать ровно настолько, насколько выгодно.

Я зашёл в душевую, бросил взгляд в зеркало. Глаза красные – как после бессонницы, а не после слабости. Усталость бывает разной. Моя – рабочая.

Прошлое всплывает иногда, как ненужное уведомление: травка, лёгкость, девчонки, которые смеялись не ради подарков, а потому что им было весело. Мама с блинчиками, отец, который исчезал на месяцы. Тогда я думал, что свобода – это делать что хочется. Теперь я знаю: свобода – это делать, что нужно, и не объясняться.

Я посмотрел на часы: до торгов – десять минут.

Вернулся в кабинет. Там уже ждали:

Антон – айтишник. Он полезен. Он это знает, и потому не лезет туда, куда не звали.Андрей – безопасность. Мы прошли вместе слишком многое, чтобы размениваться на лишние слова.Элла – финансы. У неё взгляд человека, который умеет считать не деньги – последствия.

– Время, – сказал я коротко.

Мы сидели молча. Не потому что нечего сказать – потому что всё уже сказано заранее.

Обновил страницу.

В самом низу списка – Emirates Diamond.

Я не сомневался. Сомнения – роскошь для тех, кто не отвечает за результат.

Нажал: «Купить».

Рита

После того разговора Ник сказал, что сейчас поедет показывать потенциальному покупателю машину и ему нужно «ненадолго отойти». Я включила фильм – и, как назло, попала на скучную драму «Семь лет в Тибете» с Брэдом Питтом. К середине я уже спала крепко, как будто организм решил отыграться за все последние дни.

Утром проснулась по будильнику. Ника дома не было.

Позвонила ему – ответил сразу, слишком быстро, как будто держал телефон в руке.

– Я в автобусе, еду на работу… плохо слышу, тут шумно… – и он всё время переспрашивал, что я говорю, как будто не хотел слышать вообще.

Я не выдержала и сбросила. Написала смс: «Перезвони, когда будешь на работе».

Я вышла из дома пораньше и набрала Иру. Главное – не разбудить.

– Алло?..Голос сонный, вязкий, как сироп.

– Ир, привет. Поговори со мной, пока я иду на работу.

– Ну, если ты сейчас не начнёшь умирать – говори, – зевнула она. – Я в режиме «не трогайте меня до кофе и секса».

– Ты всегда в этом режиме.

– Потому что это единственный режим, в котором люди не бесят. Ладно, выкладывай.

– Если вкратце… Ник разозлился из-за шопинга. Решил контролировать мои финансы. И, конечно, довёл меня до слёз.

– Ммм… – Ира оживилась. – Рит, мужчины должны доводить до оргазма. Максимум – до дрожи в коленях. Но никак не до слёз, слышишь? Это не романтика, это… диагноз.

– Ир…

– Нет, ну серьёзно. Он что, решил, что твоя карточка – это его поводок? Или у него на тебе вдруг проснулась бухгалтерия?

– Он сказал, что «я без пяти минут его жена» и должна контролировать финансы.

– Прекрасно, – фыркнула Ира. – «Без пяти минут жена» . Ещё немного – и ты будешь просить разрешения купить себе прокладки и шоколадку.Пауза.– Кстати, он хоть понимает, что жена – это не приложение банка?

– Он в последнее время стал… другой. Резкий.

– Ага. «Другой» – это когда мужчина внезапно перестаёт быть милым, потому что думает, что уже можно. Потому что ты рядом, потому что «поймана».Она сказала это спокойно, но в голосе проскользнула злость.

– Я не знаю, что делать.

– Знаешь, – Ира вдруг стала мягче, но мягкость у неё всегда опасная. – Ты просто ещё надеешься, что это случайность. А это не случайность. Это привычка. Она только растёт.

– Слушай. Вопрос. Только честно.Она сделала голос сладким, почти мурлыкающим.– Ты с ним кончаешь? Или пока ничего не изменилось и ты так же работаешь актрисой?

– Ира!

– Что «Ира»? – она засмеялась. – Я не из любопытства, я из заботы. Потому что если мужчина не даёт женщине удовольствия, но при этом считает её деньги – это вообще великолепный комплект. Прям «подарочный набор манипулятора».

– Он нежный… мне приятно. Не больно.

– Ооо, «не больно» – звучит как девиз твоей будущей семейной жизни, – протянула она. – Рит, «не больно» – это про стоматолога. С любимым должно быть… как минимум горячо.Потом добавила, уже тише:– И желательно так, чтобы ты не вспоминала слово «приторный».

Я вздохнула.

– Ира, переведи мне назад деньги. Сейчас до зарплаты – он от меня отстанет. Просто… я хочу, чтобы он успокоился.

– Хочу уточнить, – она резко стала серьёзной. – Ты сейчас пытаешься успокоить мужчину деньгами, чтобы он что?

– Я просто…

– Рит, – перебила она. – Ты можешь сколько угодно говорить «просто». Но это выглядит так: он рычит – ты кидаешь кость. Он поймёт одно: кость работает.Пауза.– Ладно. Переведу. Но запомни: это не решение. Это отсрочка.

– Спасибо.

– И ещё, – Ира снова улыбнулась в голосе, – если он опять доведёт тебя до слёз… приезжай ко мне. Я накормлю, приодену и дам тебе посмотреть на нормальных мужчин. Просто чтобы ты не забывала, что мир не заканчивается на одном аккуратном мальчике с причёской.

– Ты невозможная.

– Я – полезная, – спокойно сказала она. – Невозможный у тебя дома.

Мы проговорили почти до самой аптеки. Я пришла раньше, включила рабочий компьютер, зашла в брокерский аккаунт – просто «посмотреть», просто отвлечься, просто вернуть себе ощущение контроля.

Открыла список акций. Пролистала вниз – привычка.

И в самом конце увидела знакомое название: Emirates Diamond.

Я даже не думала. Просто нажала:

«Купить».

В то же время, в казино

– Ну вот и всё. Ник в долговой яме и на нашем крючке, – сказал один.

– Вчера продал машину нашим людям по заниженной цене. А долг вернуть не пришёл.

– Пытался отыграться? – спросил второй.

Кто-то хмыкнул, и это переросло в смех.

– Конечно пытался. И в ещё больший минус ушёл.

– У него ещё есть квартира, фирма отца… – третий лениво покрутил стакан. – Работаем дальше. Пока не прессуем. Пусть сам думает, что ещё «может исправить».