Читать книгу Карамболь - - Страница 3

На следующее утро Фердинанд проснулся с ощущением, что его мозг, подобно перегруженному паровозу, продолжает работать на полных парах, даже стоя на запасном пути. Мысль о таинственной пометке отца не давала ему покоя. Но, будучи человеком системным, он понимал: чтобы разгадать загадку, нужно для начала узнать все вводные для её решения.

Пирс-младший сидел за завтраком на одинокой кухне, поглощая тост с мармеладом и щурясь от солнечного луча, пробивавшийся сквозь кружевную занавеску.

Внезапно в дверь постучали. Три весёлых, настойчивых удара, не оставлявших сомнений в том, кто снаружи.

– Входи, Джулия! – крикнул Фердинанд, даже не поворачиваясь.

Дверь распахнулась, и в кухню впорхнула, словно порыв свежего ветра с Гибралтара, его подруга. На ней было лёгкое платье кофейного цвета, а в руках она держала две бумажные упаковки, от которых исходил божественный аромат свежей выпечки.

– ¡Caramba! Ферди, у тебя лицо, как у бульдога, размышляющего о вечности! – Весело объявила она. – Что случилось? Родители вернулись раньше срока и застали тебя за чтением чего-то неприличного?

– Скучно. Тебя совсем заждался, – оживляясь, ответил Фердинанд.

Джулия, переступив порог его дома, словно принесла с собой не просто запах летнего тепла, а заряд чистой, неукротимой энергии.

Она бросила свежую газету на стул и, сверкнув глазами, с порога обрушила на него новость:

– Ферди, ты знаешь, что в город вернулся твой кумир? Сам сэр Артур Конан Дойл! Газеты пишут, что он поселился в своем старом особняке в Норвуде.

– Знаю! – воскликнул юноша, откладывая в сторону едва надкушенный тост с джемом. Его лицо просияло. – Об этом уже три дня трубят все уважающие себя газеты, от «Таймс» до «Дейли Телеграф»! Это же грандиозно! Ты тоже рада?

– Конечно! – Джулия устроилась на подоконнике, подобрав ноги. За её спиной в окне над низким заборчиком палисадника и над крышами соседних домов высоко в синеве плыли кучевые облака. – Я как раз перечитывала по твоему совету его блистательные истории про Шерлока Холмса и доктора Ватсона. Это же просто потрясающе! Такой ход мысли, такая логика!

Она замолчала на секунду, и в её глазах заплясали знакомые Фердинанду чертики любопытства.

– Слушай, а хотела спросить у тебя, как у специалиста по всякой ползучей и жужжащей живности. Эта змея из его рассказа «Пёстрая лента»… и впрямь такая смертельная и ловкая, как у него описано? Могла бы она пролезть в узкое вентиляционное отверстие и убить человека одним укусом по свистку? Это же жуть!

– Да, это одна из самых опасных… – начал было Фердинанд с энтузиазмом, но тут же его собственный научный педантизм насторожился. – Постой… погоди… сейчас проверю.

Он подошёл к книжному шкафу, забитому томами по зоологии, детективами и старыми журналами. Его пальцы легко нашли потрёпанный том с знакомым силуэтом скрипки на корешке. Он листал страницы, пробегая глазами описание злополучной «пестрой ленты». И постепенно, по мере чтения, его брови, сначала поднятые в удивлении, начали грозно насупливаться.

– Вот карамба, как ты говоришь… – пробормотал он, и в его голосе прозвучали ноты сомнения и настоящей профессиональной обиды. – Так не может быть…

– Что такое? – насторожилась Джулия, спрыгнув с подоконника.—Змея оказалась в книге, засушеная, словно гербарий?

– Не верю…Да всё не так! – воскликнул Фердинанд, с силой хлопнув ладонью по раскрытой странице. – Её укус не убивает мгновенно, симптомы развиваются от получаса и дольше! А здесь… здесь написано, что смерть наступала практически сразу! И свисток… Дрессировать этот вид змей на акустический сигнал? Это из области фантастики! Да и пролезть в то самое вентиляционное отверстие, которое описано… – Он снова заглянул в книгу, сверяя размеры. – Да физически нереально! Её голова, даже если бы она была самой мелкой особью, не прошла бы! Сэр Артур, конечно, гений сюжета, но с герпетологией он, приврал капитально.

Он стоял посреди комнаты, взволнованный и раздосадованный, как будто лично оскорблен за всю свою любимую науку. В его глазах горел огонь правдолюба, столкнувшегося с вопиющей неточностью. И этот огонь был куда ярче того спокойного сияния, что зажигался в них при виде редкого жука. Джулия смотрела на него, и на её губах играла улыбка.

– Не может быть, – пробормотал он, в который раз перечитывая описание смертоносной твари. – Ну не может! Всё-таки я не ошибся. И как я раньше этого не замечал?!

Он отпил глоток холодного чая – ещё одна вольность, недопустимая при родителях, – и снова углубился в чтение, вглядываясь в строки с упорством терьера, учуявшего крысу. Его зоологическая педантичность, та самая, что заставляла его классифицировать не только бабочек, но и виды материнских упрёков, восстала против неловкого литературного вымысла.

– Да, я обнаружил непростительную ошибку у самого Конан Дойла. Змея не та!

Тофф, молодой бульдожка Пирсов, сидя напротив, внимательно хрипел, но как только Ферди произнёс «змея», пёсик с видом глубочайшего понимания вдруг начал яростно гоняться за обрубком собственного хвоста, а затем испугался собственной тени и забился под кресло.

Джулия тоже замерла с притворным ужасом, прижимая упаковки к своей девичьей груди.

– О, Святая Дева! Ошибка? У создателя Шерлока? Да это покруче, чем найти волос в супе у архиепископа! Ну, рассказывай, что ты теперь думаешь предпринять?

Фердинанд, польщённый её вниманием, тут же пустился в пространное объяснение.

– Смотри, – он ткнул пальцем в страницу. – Здесь описана болотная гадюка из Индии, «самая ядовитая змея этой страны». Но на самом деле, под этим названием Дойл, скорее всего, подразумевал гадюку Рассела, или цепочную гадюку… Это массивная, толстая тварь, длиной до двух метров! Представляешь?

– Представляю, – сказала Джулия, раскрывая упаковку и доставая тёплое слоёное пирожное. – Примерно как миссис Хиггинс с угла, когда узнаёт, что соседский мальчишка снова растоптал её герань.

– Это не главное! – воскликнул Фердинанд, раздражённый её легкомыслием. – Такая змея физически не могла бы пролезть в тонкую вентиляционную отдушину, описанную в рассказе! Она же не маленькая и юркая английская, точнее европейская гадюка! И укус её, конечно, ужасен, вызывает внутреннее кровотечение, но смерть не наступает мгновенно, для этого потребуется несколько часов! А здесь у Дойла жертвы откидываются сразу после укуса. Это противоречит законам логики и элементарным знаниям по зоологии!

Джулия с наслаждением откусила кусочек пирожного.

– Милый мой Ферди, – сказала она, прожевывая. – Ты же не на научном симпозиуме. Это рассказ. Детектив. Люди читают, чтобы пощекотать нервы, а не чтобы проверить энциклопедию. Я же в шутку спросила, мне нервы этот сюжет знатно пощекотал. – глядя на задумчивого Фердинанда, она не могла перестать улыбаться. – Может, эта змея у него специальная, детективная? Дрессированная? Может, она состояла в клубе для джентльменов и училась там протискиваться в узкие места?

Фердинанд хмыкнул.

– Очень смешно. Но факт есть факт. И я должен ему на это указать.

– Указать? – Джулия всплеснула руками, чуть не уронив второе пирожное. – Конан Дойлу? Самому сэру Артуру Конан Дойлу? Ферди, дорогой, ты слышишь себя? Это всё равно что указывать королю на то, что он криво надел корону. Тебя просто выставят за дверь, а твои потуги на всезнайство растопчут, как это пирожное.

– Я найду способ, – упрямо заявил Фердинанд.

Он принялся лихорадочно перебирать варианты, похаживая по кухне. Джулия, тем временем, доедала его завтрак.

– Может, представишься репортёром? – предложила она с набитым ртом.

– Сомнительно. У него наверняка иммунитет к репортёрам.

– Тогда… поступишь к нему в услужение? Горничным? – она хихикнула.

– Джулия, я серьёзно!

– Хорошо, хорошо. ¡Caramba!, ты невозможен. Скажи, что ты – молодой учёный, пишущий диссертацию о влиянии фауны на детективный жанр или наоборот.

В конце концов, после долгих споров и нескольких съеденных пирожных, был выработан план, который Фердинанд с натяжкой мог счесть гениальным. Он прикинулся посыльным от издательства «Джон Мюррей» – название он вычитал в одном из старых журналов отца. Он тщательно отрепетировал речь, стоя перед зеркалом в прихожей.

– Добрый день, сэр Артур, – говорил он своему отражению, пытаясь придать лицу выражение почтительной деловитости. – Меня направляет мистер Мюррей с безотлагательным пакетом… Нет, так не пойдёт. Сэр, издательство «Джон Мюррей» просит вас ознакомиться… Чёрт, звучит, как будто я требую уплаты налогов!

Джулия, наблюдая за этим спектаклем, покатывалась со смеху.

– Лучше просто молчи и выгляди глупо, – посоветовала она. – Глупый вид часто вызывает доверие. Люди думают, что если человек выглядит идиотом, то он не способен на подлость. Хотя, на мой взгляд, это одно из величайших заблуждений человечества.

Наконец, Фердинанд был готов. Он надел свой лучший, хоть и слегка поношенный, костюм, и с видом мученика, идущего на костёр, отправился в путь. Джулия проводила его до конца улицы.

– Удачи, – крикнула она ему вслед. – И помни, если тебя вышвырнут, постарайся приземлиться на что-нибудь мягкое!

Фердинанд шёл по улицам Лондона, и город казался ему сегодня иным – не просто скоплением домов и людей, а гигантским игровым полем, где ему предстояло сделать свой первый, отчаянный удар. Он проходил мимо пабов, откуда доносился гул голосов, запахи светлого эля и тёмно-рубинового портера, мимо лавок, где на витринах красовались самые разные вещи – от воротничков до пуговиц. Он видел, как по рельсам с лязгом пролетают трамваи, как на перекрёстках стоят бойкие мальчишки-чистильщики обуви, зазывающие клиентов. Всё это было Лондоном – шумным, пахнущим, живым. И где-то в его сердце, в своём кабинете, сидел человек, который придумал Шерлока Холмса. А Фердинанд Пирс, девятнадцатилетний студент-зоолог, шёл его разоблачать. От этой мысли у него перехватывало дыхание. Это было страшнее, чем любое университетское задание.

«Шерлок Холмс никогда не побоялся бы пойти на риск», – сказал он себе твёрдо и ускорил шаг.