Читать книгу Судьба потомка. Книга 1. Посредница - - Страница 5

Перед тем как отправиться на занятия, мы с Зэллой заскочили в общежитие за учебниками. Схватив всё необходимое и спустившись с нашего этажа, мы услышали голос Цодрика:

– Опаздываете! – злорадно протянул он. – Ох и влетит вам от профессора Матиолли. Ох и влетит.

Переглянувшись, мы рванули к учебному корпусу. Когда вошли в аудиторию, она была уже заполнена студентами, а у доски стоял грузный, лохматый профессор в чёрной мантии.

– Немедленно садитесь! – взревел мужчина, сведя свои кустистые брови, занимающие большую часть лба, к переносице.

Я быстро осмотрелась. Одно свободное место оказалось в первом ряду, возле Эльверии Рау. Зэлла, заметив пустой стул в конце аудитории, вприпрыжку унеслась туда.

– Опоздания на мои занятия терпеть не стану! – рявкнул профессор. – Исключение сделаю только сегодня, а в любой другой раз выгоню всех. Я профессор Лучио Матиолли. На моих занятиях мы будем изучать тонкости искусства промысла и технологии. Узнаем о всех знаменитых артефактах, когда-либо созданных, а также научимся мастерить некоторые простые предметы своими руками.

– Я всегда сижу одна, – вдруг прошипела Эльверия.

– Другого места нет, – ответила я, чувствуя, как нарастает раздражение.

Будь у меня выбор, ни за что не села бы с ней, но раз уж так вышло…

– Полным-полно на задних рядах, где тебе самое место.

– Ты можешь помолчать? – шикнула я в ответ, не отводя взгляда от профессора.

– Ну что ж, поскольку сегодня у нас сокращённое занятие и оно вводное – мы создадим простой артефакт, который поможет вам в учёбе, – профессор Матиолли окинул взглядом аудиторию и полез под стол. Через мгновение он достал деревянный сундук и откинул крышку. – Подходите, разбирайте материал. Каждый берёт по одному кульку!

Я сходила к преподавательскому столу и, взяв увесистый пакет, вернулась за парту. Моя соседка уже вывалила содержимое на стол: сине-серый комок невесть чего.

– Перед вами готовая смесь пластилина для изготовления Говорящей головы. Для начала его нужно согреть и дать привыкнуть к вашим рукам. Повторяйте за мной, – профессор Матиолли засучил рукава мантии, взял в руки сине-серый ком и, встав так, чтобы всем студентам было его видно, принялся катать в руках.

Я взяла пластилин и скатала из него шарик, как это продемонстрировал профессор. Дальше следовало пальцем нарисовать рот и два глаза.

– Прежде чем мы перейдём к следующей стадии, положите головы на столы, – убедившись, что все студенты выполнили требование, профессор продолжил. – Теперь самый ответственный момент. Нам предстоит создать уши. Сейчас вам нужно будет наметить те места, где они должны расположиться, и зажать их пальцами на пару минут. За это время Говорящая голова самоопределится, после чего вы отдадите команду, привязав Голову к себе. Тогда процесс можно считать завершённым. Если голова раньше времени услышит чужой голос, она не станет вам подчиняться. Так что суйте пальцы в уши и сидите смирно.

Высказавшись, профессор Матиолли бросил свой комок обратно в сундук.

Я сделала всё так, как велел профессор: наметила места под уши и сунула туда пальцы. В этот момент дверь аудитории с шумом распахнулась, и в помещение вошёл директор Табрис Гуа в сопровождении секретаря.

Боль ударила так резко, что я дёрнула рукой – и пластилин слетел со стола. Прижимая к себе злополучное онемевшее запястье, я полезла под стол.

– Добрый день, студенты! – громко поздоровался директор.

Я как раз нащупала Голову, но заткнуть ей уши не успела. Пластилин в моих руках злобно зашипел, коротко ойкнул и попытался вырваться.

Быстро сунув пальцы в уши Головы, я вернулась на своё место.

Эльверия бросила на меня насмешливый взгляд.

– Продолжайте работать, – сказал директор, жестом приглашая профессора Матиолли выйти за дверь.

– Минуту, – проговорил профессор. – Студенты! Наклонитесь к своим Головам. Резко вынимаем правый палец и громко произносим: «Голос». Начинайте!

– Голос! Голос! Голос! – завопили студенты вокруг.

Говорящие Головы принялись зевать, пищать, кряхтеть и обсуждать расписание на сегодняшний день. Моя Голова при этом упорно молчала и всё время старалась отодвинуться.

– Сейчас проходит занятие по основам технологии. Это первое и последнее занятие на сегодня. По окончании можно будет предаться безделью или провести время с пользой в библиотеке, – напутственно произнесла Голова Эльверии.

Моя же Голова лишь кривилась и продолжала отодвигаться.

Внезапно дверь снова распахнулась, и в аудиторию вернулся профессор Матиолли. Он выглядел озадаченным, и от этого его хмурый вид стал ещё более заметным.

Моя Голова вдруг резко рванула в сторону и раззявила рот. Я едва успела накрыть её ладонью до того, как она закричала.

Все приступили к тренировке Голов, но сколько бы я ни пыталась убедить свою подчиниться, она упорно сжимала губы и глядела искоса.

– Вы должны отточить своё мастерство в обращении с Говорящей Головой, – по окончании занятия сказал профессор Матиолли. – На следующем уроке я проверю, как вы потрудились, и выставлю баллы. Постарайтесь не испортить первое впечатление о себе.

– Твоя Голова безнадёжна, как и ты сама, – сказала Эльверия. – Хотя понимаю. Когда не можешь справиться даже со своими руками, сосредоточиться на настоящей силе действительно трудно.

Даже не взглянув на меня, она быстро сложила вещи в сумку и зашагала к выходу из аудитории.

Я нахмурилась, чувствуя, как внутри неприятно сжалось. Меньше всего мне хотелось выслушивать насмешки от такого человека, как Эльверия. Но хуже всего было то, что она попала в самую суть. С такой рукой действительно сложно справляться хоть с чем-то…

На пороге общежития мы встретились с поникшим Харди – в изорванном и грязном комбинезоне он понуро плёлся по коридору. За ним тянулся такой шлейф ароматов конюшни, что мы, не сговариваясь, решили подождать какое-то время и только потом идти дальше.

Утром за завтраком я рассказала Зэлле о своей проблеме с Головой.

– Думаю, стоит немного подождать, – предложила она. – Возможно, удастся прийти к компромиссу.

И в этот же момент в моей сумке завозилась Говорящая Голова, как бы намекая, что ни к какому компромиссу она приходить вовсе не собирается. Не прошло и минуты, как к нашему столику присоединился Дио, с наслаждением хрустящий сочным яблоком.

– Как дела? – спросил он, переводя взгляд с меня на Зэллу.

– Моя Говорящая Голова услышала голос директора Табриса Гуа, – мрачно сообщила я.

– Да ты что! – Дио замер с яблоком в руке. – И что, болтает что-то?

– Молчит и уползает, – нахмурилась я.

– Вот это номер! – протянул он, озорно рассмеявшись. – Хочешь совет? Если она вдруг заорет, бей её кулаком. Я свою так и успокаиваю. Хоть она не голосом директора орёт, но раздражает неимоверно.

Отодвинув поднос с остатками еды, я вытащила из сумки Говорящую Голову.

– Расписание! – неуверенно скомандовала я.

Голова только закатила глаза и поползла в сторону, игнорируя меня.

Зэлла и Дио наблюдали с любопытством.

– Голова! – повторила я, пытаясь придать голосу твёрдость. – Расписание!

Она остановилась, прищурилась и вдруг разразилась пронзительным воплем, разинув свой беззубый рот. Низкий мужской голос эхом разнёсся по столовой, и все вокруг обернулись в нашу сторону. Не придумав ничего лучше, я припечатала её кулаком, заставив замолчать.

– Отличный удар, – похвалил меня Дио, кивая с уважением.

– Зэлла, что там у нас? – вздохнула я, забрасывая Голову обратно в сумку.

Она извлекла свой артефакт и отдала команду. Голова послушно объявила, что у нас занятие по пространствологии в третьем корпусе.

– Тинаш сказал, что на первом же занятии профессор поведёт нас в Пространство. Вы там были когда-нибудь?

– Я был много раз, – заявил Дио.

Я покачала головой. Конечно, я там не была и, честно говоря, плохо представляла, что это вообще такое.

– Там здорово, правда? – подхватила Зэлла, убирая свою Голову в сумку. – Правда, холодно.

– Ага, – подтвердил Дио, бросив взгляд на настенные часы. – Если не хотим опоздать, лучше поторопиться.

Мы направились к учебным корпусам, где, как всегда, кипела жизнь. Повсюду сновали студенты: кто-то спешил на занятия, кто-то оживлённо обсуждал утренние новости, а кто-то прямо на ходу возился со своими артефактами, едва не сталкиваясь с прохожими.

У первого корпуса стояла группа преподавателей, и среди них я заметила профессора Матиолли. Он вдруг внимательно посмотрел на меня и, прищурившись, окликнул:

– Тэйша Адим. Могу я взглянуть на твою Говорящую Голову?

– Сейчас? – удивилась я, мгновенно напрягаясь. Мы уже опаздывали, да и Голова была не в лучшем настроении.

– Да, сейчас, – твёрдо ответил профессор. – У меня есть основания полагать, что с ней что-то не так.

– Профессор Матиолли! Мы опаздываем на занятие! – воскликнула Зэлла, умоляюще глядя на него. – Вы ведь сами велели нам никогда не опаздывать!

Профессор нахмурился, сведя брови к переносице и недовольно оттопырив нижнюю губу.

– Ступайте, – наконец пробурчал он, махнув рукой.

Повторять не понадобилось – мы тут же сорвались с места. Уверена, профессор и моргнуть не успел, как мы уже скрылись из виду.

– Спасибо! – шепнула я Зэлле.

– Не за что, – с улыбкой отмахнулась она. – Но чего это вдруг он заинтересовался твоей Головой?

– Понятия не имею!

Пока мы быстрым шагом направлялись к третьему корпусу, я лихорадочно обдумывала возможные причины интереса профессора. Сам он вряд ли видел, что произошло с моей Головой. Неужели Эльверия рассказала?

– Когда у нас следующее занятие по технологии?

– В пятницу! – ответила Зэлла, слегка запыхавшись.

Значит, у меня несколько дней, чтобы разобраться с Головой и привести её в порядок, прежде чем профессор проверит. А до тех пор постараться не попадаться ему на глаза.

У третьего корпуса уже собрались другие первокурсники, оживлённо переговариваясь и с любопытством поглядывая вокруг. Рядом с ними стоял невысокий лысый профессор в круглых очках, который внимательно следил за нашим приближением.

– Иршен Цаки! – произнёс он, растягивая гласные. – А вы, юные таланты?

– Тэйша Адим, – представилась я.

– Зэлла Рекгард.

– Благодарю, что почтили нас своим присутствием, – профессор слегка поклонился, и его очки заблестели в лучах утреннего солнца. – А теперь – в строй! Мы отправляемся в Пространство!

Мы быстро заняли свои места в строю и направились вслед за профессором Цаки к зданию администрации. Обойдя его с торца, остановились у открытой двери школьного склада, где нас уже ждал улыбающийся Брунир. Профессор Цаки, сложив руки на груди и прикрыв глаза, начал объяснять:

– Пространство – это особое место, созданное талантами для талантов. Пространство – это место, которого вы не найдёте ни на одной карте. Представьте, что это потайной карман в ваших штанах. Чтобы попасть туда, необходим талант и одна из десяти дверей, разбросанных по миру. В нашей республике их три, в Тенруне и Финде – четыре и две соответственно, и ещё одна находится на территории Ашарской империи. Помните, что каждый вход в Пространство также является и выходом. Эти двери открывались одна за другой, а последняя появилась в 1915 году.

Профессор сделал короткую паузу, кашлянул и продолжил:

– Сегодня мы воспользуемся ближайшей дверью, которая находится в городе Махлан. Но прежде чем отправиться туда, получите у Брунира тёплую одежду. Температура в Пространстве никогда не поднимается выше ноля градусов и часто опускается до минус десяти. Кроме того, в Пространстве почти всегда идут осадки, и чаще всего это снег. Но, если мой прогноз верен, сегодня нас ждёт относительно благоприятная погода.

Брунир выдал нам тёплые тёмно-фиолетовые мантии с капюшонами, а также шапки, шарфы и варежки – всё одинаковое, с гербом школы.

– Все получили одежду? Тогда вперёд! – скомандовал профессор, подняв руку и направляясь к школьному стадиону.

– Если нам снова придётся идти по мосту, я умру, – предупредила Зэлла.

Я усмехнулась, но в глубине души тоже надеялась, что переходить Нервную реку нам сегодня не придётся.

Мы прошли мимо стадиона и свернули на узкую тропинку, ведущую вниз к заповеднику. Здесь, среди деревьев и низких кустарников, по левую руку от нас тянулся невысокий каменный забор, около пяти метров в длину. Он выглядел совершенно неуместно среди природного пейзажа, как будто кто-то поставил его здесь по ошибке. Забор не ограждал ни здания, ни тропы и выглядел довольно странно: одна его сторона была испещрена озорными рожицами и изрисована неприличными надписями, вторая же сторона выглядела чисто, хотя пятна и потёки воды свидетельствовали о том, что её совсем недавно отмыли. Над этой стороной, усердно оттирая тряпками следы краски, трудились несколько старшекурсников с понурыми выражениями лиц.

Внезапно забор задрожал и исчез, растворившись в воздухе. Старшекурсники застонали и побросали тряпки. Не прошло и десяти секунд, как забор вернулся, и на той стороне, которую они только что усердно оттирали, снова появились надписи и рисунки.

– Это исчезающий забор, – шепнула мне Зэлла. – Тинаш рассказывал, что его ещё называют “забор бесполезного труда”. Его заставляют мыть как наказание за хулиганство. Они будут возвращаться сюда и оттирать его снова и снова, пока не осознают, что могут тратить своё время на что-то более полезное, чем баловство.

– Бедняги, – протянула я. – Звучит, как кошмар.

Профессор Цаки уверенно шагал вперёд, и вскоре мы остановились перед старыми облезлыми воротами, ржавыми и слегка покосившимися.

– Это атисовые ворота, – пояснил профессор, махнув рукой. – Когда-то через них в школу доставляли атисовое топливо. Сейчас ворота не используются, но они ведут к стоянке, откуда отправляется школьный мегалин до Махлана. Так, кто-нибудь, помогите мне открыть их!

Несколько ребят вышли вперёд и, приложив усилия, вместе с профессором открыли скрипучие воротa. Иршен Цаки оглянулся на нас с лукавой улыбкой:

– В «Пятом Кресте» есть старая примета. Если выйти через эти ворота до получения диплома, то можно накликать на себя отчисление. Чтобы этого избежать, студентам надлежит выходить через них только спиной вперёд! Ну что, кто из вас не верит в эту примету?

Мы переглянулись и, хотя некоторые явно сомневались, всё же решили повернуться спинами… на всякий случай. Дио оправдывался и говорил, что просто поддерживает остальных, но при этом повернулся раньше всех. Шагая задом через ворота, я поймала насмешливый взгляд Зэллы. Стараясь не расхохотаться, мы осторожно прошли через ворота.

За пределами школы мы двинулись по извилистой тропинке, которая вела нас сквозь густые деревья. Пройдя под аркой, обозначающей границу республиканского заповедника, мы вскоре вышли на просторную поляну. Посреди неё возвышались руины старого здания – от него осталась лишь одна уцелевшая стена, покрытая мхом и трещинами. Но наше внимание тут же переключилось на стоящий неподалёку огромный фиолетовый мегалин, сверкающий школьным гербом на чистом корпусе.

Двухэтажный, с широким, обтекаемым корпусом и плавными линиями, на массивных колёсах – он выглядел настолько вместительным, что, казалось, мог бы разместить сразу всех студентов «Пятого Креста».

– Рассаживаемся парами, – профессор Цаки остановился у входа в мегалин и пересчитал нас. – Проходите! У нас не так много времени! Проходите!

Мы с Зэллой заскочили в мегалин и заняли места сразу за водителем. За нами устроились Эльверия Рау и Самира Рэил. Первая презрительно морщилась, а вторая затравленно оглядывалась.

Последним вошёл профессор Цаки, ещё раз пересчитал нас и кивнул водителю. Сам он уселся на отдельное место и повернулся к нам.

– Первым делом мы посетим Ковенсал – главное здание в Пространстве, – сказал он. – А после я проведу небольшую экскурсию. Каждое наше следующее занятие в этом году будет посвящено изучению той или иной территории в Пространстве. К концу учебного года вы сможете ориентироваться там с закрытыми глазами.

Мегалин плавно свернул на просёлочную дорогу и неторопливо покатился прочь от «Пятого Креста». Точно через пятнадцать минут, как и обещал профессор, мы подъехали к Махлану. Мегалин заехал на парковку, выложенную тёмным камнем, и остановился у её дальнего края. Повсюду сновали люди, заполняя всё пространство вокруг.

– Студенты, слушайте внимательно. Махлан – место многолюдное, здесь за день проходит столько людей, сколько вы, возможно, за всю свою жизнь не видели. Здесь никому не будет дела до потерявшегося первокурсника. Поэтому будем передвигаться строем. Разделитесь на пары и не теряйте друг друга из виду, а также меня ни на миг. За мной!

Профессор Иршен Цаки первым вышел из мегалина и стоял неподвижно, пока не убедился, что мы выстроились. Наконец, наш строй двинулся вперёд. Отойдя от парковки, мы оказались на дороге, ведущей к центральному въезду в город. Мимо нас нескончаемым потоком неслись люди, спеша попасть за массивную арку с резной надписью «Махлан». Подойдя ближе, я увидела улицу, где словно случайно перемешались самые разные постройки: скромные, покосившиеся домики с облупившимися ставнями соседствовали с современными многоэтажными домами, в чьих сверкающих окнах отражался царящий здесь хаос. Махлан пестрел разноцветными афишами на витринах магазинов, пах карамелью и жареными орехами.

– В годы своего основания Махлан был всего лишь небольшой деревушкой, где обосновывались талантливые, работавшие в Пространстве. Но со временем деревня разрослась и, как вы можете видеть, превратилась в туристический центр с десятками гостиниц, ресторанов и увеселительных заведений, – профессор Цаки замахал руками, призывая толпу расступиться. – Пропускайте студентов!

Мы гуськом поднимались на небольшое возвышение.

– Но Махлан – это не только туристы, фестивали и концерты. Это место с историей, и именно здесь ежегодно отмечают День талантов.

– Премьера! Эксклюзивно! На празднике выступит всемирно известная солистка Лупэ де Норс! Дважды возвращённая к жизни! – внезапно перед нами на дорогу выскочил парень в цветастой одежде. – Лучшие места! Горячее предложение!

– Пропускайте студентов «Пятого Креста»! – рявкнул профессор Цаки, отодвигая зазывалу в сторону.

Но тот ловко увернулся, скользнул вдоль нашего строя и, ухватившись за мой локоть, зашептал на ухо:

– Отдам билеты по дешёвке, если возьмёшь два.

Я резко оттолкнула его, и в тот же миг подоспел профессор, набросившись на настырного торгаша. Тот снова увернулся, отскочил на пару шагов и, глядя прямо в лицо профессора Цаки, закричал:

– Эксклюзивно! Лупэ де Норс на праздновании Дня талантов! Тебе, лысый, я сделаю хорошую скидку!

Кое-как отбившись от назойливого зазывалы, мы поспешили дальше. Впереди вырисовывалась полукруглая колоннада, окружённая сплошным забором, а прямо перед ней располагалось одноэтажное здание. Мы остановились на открытой площадке неподалёку.

– Вот и дверь, – с облегчением выдохнул профессор и указал на колоннаду. – Одевайте тёплые мантии и следуйте за мной.

С важным видом Иршен Цаки вытащил из мантии шапку-ушанку, натянул её на голову и уверенно направился к мужчине у входа, выглядевшему немного измотанным. Они перекинулись несколькими словами, и мужчина, кивнув, полез в карман штанов. Достав свисток, он оглушительно свистнул три раза:

– Внимание! Освобождаем проход для студентов «Пятого Креста»!

Профессор поманил нас к себе, и мы, один за другим, пройдя через расступившуюся толпу, вошли в здание. Внутри по обе стороны тянулись длинные столы, за которыми сидели служители Ковена в официальной форме с эмблемой. Они внимательно проверяли документы у тех, кто собирался войти в Пространство. Нас же никто не остановил, и мы направились прямо к колоннаде.

– По двое проходим между колонн! – скомандовал профессор Цаки. – Ждём меня с той стороны! Не расходимся!

Вместе с Зэллой мы шагнули вперёд, и через мгновение меня окутал внезапный холод. Мы оказались в помещении перед высоким арочным проходом, через который, как сквозь мутное зеркало, виднелись очертания колоннады в Махлане.

– Не задерживаемся, – кто-то подхватил меня под локоть и отвел дальше от прохода. На месте, где я стояла секунду назад, уже появился Дио.

Подойдя к группе однокурсников, я осмотрелась. Мы стояли посреди длинного коридора, заполненного людьми. Все спешили к арочным проёмам, выстроившимся вдоль стены один за другим. Над каждым из них висела табличка. Над нашим значилось: «Республика Даго. Город Махлан». Рядом с проёмом стоял стенд с температурой воздуха в стране. Следующий проход вёл в королевство Тенрун, а куда вели остальные, мне разглядеть не удалось.

– Вот мы и в Пространстве! – профессор Цаки подошёл, пересчитывая нас. – Все на месте. Отлично. – Он прикрыл глаза на мгновение, потом продолжил: – Мы с вами находимся в Бесконечном коридоре. В этом месте расположены все десять дверей, ведущих в разные уголки мира. Бесконечный коридор примыкает к зданию Ковенсала. Туда мы сейчас и отправимся. За мной!

Пройдя мимо всех арочных проёмов, мы вышли в зал, где люди в униформе проверяли документы. Сейчас они сидели без дела, тихо переговариваясь между собой. Профессор Цаки подошёл к одному из них и жестом показал нам двигаться дальше.

За дверью нас встретил просторный холл с каменным полом и высоким потолком, увешанным флагами стран. Слева была широкая открытая дверь, через которую беспрерывно сновали люди. По обе стороны от неё стояли суровые стражи: высокие и широкоплечие, в чёрном обмундировании с защитными пластинами на груди и ногах. Их лица скрывали глубокие капюшоны и плотные маски, придавая им отстранённый, почти нечеловеческий вид.

– Варлиды, – едва слышно прошептала Зэлла с придыханием.

Профессор Цаки велел нам оставаться на месте, а сам, расправив плечи, уверенно направился к стражам. Мы не слышали их разговор, но видели, как один из варлидов отрицательно качнул головой.

В ожидании я запрокинула голову и стала рассматривать флаги королевств, развешанные под высоким потолком. Внезапно под сводами мелькнул сгусток белого света, за которым следовал ещё один. Они кружили друг за другом, то и дело задевая флаги, отчего те колыхались.

– Смотри, там директор, – прошептала Зэлла.

Я опустила взгляд и увидела, как из открытой двери вышел директор Табрис Гуа в сопровождении двух мужчин. Один из них был высоким варлидом с кроваво-красными глазами, ярко выделяющимися на открытом лице, не прикрытом капюшоном. Нижнюю часть его лица, как и у других стражей, скрывала плотная маска. Второй – худощавый мужчина в шляпе, с кривой клюкой в руке. Прихрамывая, он шёл, опираясь на свою палку.

Директор завёл разговор с профессором Цаки, мельком посмотрев на нас. Тем временем мужчина в шляпе сказал что-то варлиду у двери и вскинул руку с клюкой. В ту же секунду перед ним возник один из белых сгустков, который до этого летал под потолком. Через мгновение сгусток вытянулся, принимая форму, и превратился в сутулое существо. Его кожа была бледно-серой, с красноватыми прожилками, а руки и ноги – слишком длинными и тонкими, что придавало ему пугающе неестественный вид. На вытянутом лице вместо глаз зияли две чёрные дыры, рот отсутствовал полностью, но зато у существа было два подвижных уха, которые беспрестанно шевелились.

– Студенты, следуем за мной! – Иршен Цаки быстро шагал к нам. – Сегодня мы не сможем посетить Ковенсал. Живее! Живее!

Подгоняемые профессором, мы поспешили выйти на улицу и оказались на площади, заполненной недовольными людьми. Вход в здание преграждали трое варлидов. Я поспешила натянуть капюшон – на улице шёл снег.

– Это возмутительно! – завопил кто-то из толпы. – Я опаздываю на важную встречу!

– Вы не имеете права не пускать нас! – кричала полная женщина.

– Вызовите Председателя Табриса Гуа! – требовал мужчина в котелке.

– Куда катится сообщество? Рядовым талантам препятствуют в переходе! – выкрикнул молодой человек с маленьким ребёнком на руках.

Один из варлидов громко произнёс что-то, и его голос прозвучал глухо из-под маски. Я не разобрала слов, но поняла, что говорил он на языке талантливых.

– Идите за мной! Не отставайте! – суетился профессор Цаки, проталкивая нас через толпу. – Все здесь? Никто не отстал?

– Дамы и господа! – раздался позади нас непривычно громкий голос директора Табриса Гуа. – Сожалею, что вам приходится ждать. Нам сообщили о нападении на южный карьер. Украдена крупная партия атиса. Я прошу вас проявить терпение и ожидать разрешения на доступ.

– Легион Карниворы, – зашептались вокруг. – Это Легион Карниворы.

– Но как долго нам ждать? – раздался гораздо более спокойный голос из толпы.

– Надеюсь, что уже через час вы сможете совершить переход и вернуться к своим делам.

– За мной! – взвизгнул профессор Цаки. – Живо за мной!

– Профессор, это ведь варлиды были у входа? – спросил Дио, догоняя Цаки, который уже рванул вперёд.

– Именно. – Убедившись, что все студенты отошли на приличное расстояние, профессор сбавил шаг. – У входа мы с вами видели варлидов.

– Профессор, что за белые сгустки летали в здании? Что это за существа? – спросила я, поравнявшись с ним.

– Это рамидэги, юная Тэйша Адим. Очень опасные существа. Они охраняют высокопоставленных личностей, патрулируют атисовые болота и выполняют особые поручения. Старайтесь держаться от них подальше.

– А тот мужчина в шляпе? – спросила Зэлла. – Это ведь Шут? Верховный креатор?

– Его имя Дарсилиус Моркар, юная Зэлла Рекгард, но многие действительно зовут его Шутом, – неохотно ответил профессор и вдруг резко остановился. Повернувшись к нам, он сложил руки на груди и закрыл глаза. – Многие растения с полезными для талантливых свойствами растут только на территории Пространства. Например, острый алоэ и снежные ягоды. Для их выращивания в промышленных масштабах были построены теплицы. Сегодня мы посетим некоторые из них.

– Профессор, на минуточку, – Эльверия быстро подошла к Цаки и что-то ему сказала.

Профессор сначала нахмурился, но потом кивнул. Не оборачиваясь, Эльверия отделилась от нашей группы. Бросив в мою сторону уничижительный взгляд, она зашагала прочь.

Я едва шею не свернула, стараясь проследить за Эльверией. Она направлялась к двум девушкам в форме Ковена, стоявшим чуть поодаль. Приглядевшись, я заметила за ними высокую худую женщину. Её лицо пересекали длинные шрамы – грубые, рваные полосы, словно следы звериного удара, оставившего глубокие разрезы на коже много лет назад. Эльверия подошла к ним, и все четверо направились в сторону здания Ковенсала.

– Похоже, это её мать и сёстры, – протянула Зэлла, которая, как и я, смотрела вслед Эльверии.

– За мной! – скомандовал Иршен Цаки.

До конца занятия мы успели обойти три уличные плантации и осмотреть две теплицы. Профессор Цаки без устали рассказывал о местной промышленности, но было заметно, что его настроение изменилось после встречи с директором. Мы тоже оставались под впечатлением от варлидов и рамидэгов.

Покинув Пространство тем же путём, что и попали туда, мы снова оказались в Махлане, где по-прежнему кипела жизнь.

– У варлидов всегда одна и та же форма одежды, – вещала Зэлла по дороге к мегалину. – Вот эта, в которой они стояли, – всегда так ходят. Тинаш даже домой в таком виде приезжает.

– У него тоже глаза красные? – спросила я.

– Пока нет, он служит всего год. Помнишь варлида, который вышел с директором на крыльцо? Это был Сарвис – глава Лиги варлидов. Говорят, он мастер своего дела, но его требования просто безжалостны. Никто не смеет ему возражать, и дисциплина в Лиге – железная. Так что моего братца скоро будет не узнать, и дело тут не только в красных глазах.

– Не представляю, как кто-то смог украсть атис, – пробормотал Дио, шагая рядом с нами. – Я был однажды на болотах с дядей. Вы бы видели тех существ, что собирают атис: их морды не видно под тряпками, лапы длинные и когтистые, как ковши! Я и близко к ним не рискнул бы подойти! А домусы, которые потом ящики перевозят? Эти громадины могут одной лапой дерево с корнем вырвать! Это кто-то очень смелый решился на такое.

– Они правда ядовитые, эти болота? – оживилась Зэлла.

– Думаю, да, – кивнул Дио. – Никого близко не подпускают. Там везде заборы, предупреждения, и те белые уродливые существа мечутся по периметру. Как профессор Цаки их назвал? Рамидэги? Их там сотни.

– Люди из Легиона Карниворы знают, как с ними обращаться, – сказала Зэлла, понизив голос. – В розовой газете писали, что за последние годы к ним присоединились лучшие креаторы, а их лидер – Рапфар Барафад, он когда-то был правой рукой верховного креатора. Папа говорит, что в последнее время они совсем обнаглели, – она перешла на шёпот. – И власти ещё не обо всём рассказывают.

Я насторожилась. О Легионе Карниворы мне приходилось слышать и раньше, даже несмотря на то что среди моих друзей не было талантливых. В новостных сводках их описывали как преступную группу, ведущую деструктивную деятельность против Ковена.

– А как думаешь, зачем им атис? – спросил Дио, и в его голосе звучало волнение.

– Говорят, они собираются открыто выступить против Ковена, – горячо зашептала Зэлла. – В таком случае атис может понадобиться им для создания особых существ или ещё чего-то… Возможно, что-то вроде оружия.

– Оружия? – выдохнул Дио.

Зэлла кивнула, оглянувшись, как будто проверяя, что нас никто не слышит.

Мы забрались в мегалин и заняли свои места. Как только я опустилась на сиденье, из сумки донёсся возмущённый голос Головы:

– Какая наглость! Немедленно вытащи меня! – проговорила она громким голосом, имитируя директора. – Как ты смеешь так со мной обращаться?

Я быстро сунула руку в сумку и раздавила Голову.

– Надо бы её починить, – заметила Зэлла, цокнув языком.

Возразить мне было нечего.

Вернувшись в школу, я сразу отправилась искать Нила – кто как ни технолог-старшекурсник мог мне помочь. Я решила сначала заглянуть в дом Станеброда, где он проживал.

На площадке перед домом проходила благотворительная ярмарка, о чём сообщали яркие плакаты над входом и пара глашатаев.

– Не проходите мимо! Купите сладости! Выручка пойдёт на содержание древесных эоков в республиканском заповеднике! – голосил один из них, энергично размахивая руками.

– Самая вкусная выпечка, приготовленная нашими очаровательными девушками! Практически бесплатно! Поддержите содержание древесных эоков! – звал второй, жестами приглашая подойти ближе.

На полукруглых прилавках громоздились горы сладостей: черничные желе, тыквенные пудинги, леденцы на палочках и даже сахарная вата. Продавщицы-студентки в колпаках с фигурками рогатых четвероногих улыбались, собирая выручку в прозрачные банки.

Купив пару леденцов, я вскоре заметила Нила. Он разговаривал с незнакомым профессором в стороне от ярмарки. Как только профессор ушёл, Нил направился к прилавкам и стал проверять банки с выручкой.

– Нил! – ухватившись за его рукав, я потянула его в сторону. – Нужно поговорить.

– Тэйша? – искренне удивился он, но сразу что-то быстро сказал одной из продавщиц и пошёл за мной. – Что случилось? – его взгляд скользнул по моим покупкам. – О, ты купила леденцы! Спасибо, это важно для эоков!

– Моя Говорящая Голова запомнила голос директора Табриса Гуа, – жалобно сообщила я. – И теперь не слушается.

– Ого! – усмехнулся Нил. – И это только начало первого года! Молодец, не теряешь времени!

– Ты можешь помочь? – спросила я, поморщившись.

Прищурившись, Нил взглянул на меня странным, проницательным взглядом, словно в чём-то подозревая.

– Вряд ли, – неожиданно отведя взгляд, ответил он.

– Может, тогда подскажешь, кто сможет помочь? – спросила я. Тяжёлый вздох сорвался с моих губ. – Честно говоря, я не знаю, к кому ещё обратиться.

Он молча смотрел на меня какое-то время, а затем кивнул:

– Есть один вариант. Идём.

Нил бодро зашагал к Дому Станеброда, и я поспешила за ним.

Внутри оказалось мрачно, но удивительно уютно. Просторное помещение с тёмными стенами было погружено в мягкий свет. Повсюду стояли диваны и кресла с яркой обивкой и разноцветными подушками, на которых удобно разместились студенты. В нескольких больших кадках росли высокие зелёные растения с ветками, украшенными гирляндами из сотен крошечных лампочек. Одну из стен украшало изображение Великого таланта – седовласого и седобородого мужчины, стоящего с руками на боках и приветливо улыбающегося.

– Это гостиная, – осмотрев помещение, сказал Нил. – Здесь можно принимать гостей из других Домов. Точнее, только здесь их и можно принимать. Дальше посторонним вход воспрещён. Но тебе можно, – он подмигнул, увлекая меня дальше вглубь Дома. – У нас сегодня оживлённо. Ярмарка в честь древесных эоков – это традиция. Мастер Дома даже разрешает нам бодрствовать до полуночи.

Из гостиной вела всего одна дверь – массивная, дубовая, покрытая множеством отметин, будто кто-то неоднократно швырял в неё ножи с этой стороны. Дверь была заперта, и Нил постучал трижды. Каждый его стук был уникальным: разное количество ударов и сила, словно он следовал определённому коду. Наконец, в двери открылось небольшое окошко, откуда высунулась деревянная доска с чем-то, похожим на мышеловку. Нил ловко проделал какое-то движение рукой, словно проверяя ловушку, и улыбнулся мне, прежде чем сделать шаг назад. Доска вместе с мышеловкой скрылась за дверью.

Через секунду раздался щелчок, и засов сдвинулся, открывая дверь. Нас встретил здоровяк в студенческой форме, которая едва держалась на его могучем теле. Он удивлённо посмотрел на меня.

– Чужая, – пробасил он.

– Первокурсница, – тут же ответил Нил. – В следующем году будет жить здесь. Попросила провести экскурсию. Не отказывать же будущим единомышленникам!

– А, – протянул здоровяк, растягивая губы в жутковатой улыбке. – Ну, тогда… добро пожаловать!

– Спасибо, – пискнула я.

Когда мы отошли, Нил тихо заметил:

– В школе не принято шляться по чужим домам.

– Эй, Нил! – крикнул вслед здоровяк. – Входной артефакт пора бы уже заменить. Придумай что-нибудь новенькое.

– Сделаю! – отозвался Нил, не оборачиваясь, и толкнул следующую дверь.

Второе помещение оказалось столь же просторным, как и первое. Здесь было ещё больше диванов и кресел, а в центре стоял длинный стол, вокруг которого не было стульев. У дальней стены лежал на боку огромный потрескавшийся бюст Станеброда, когда-то белоснежный, но теперь покрытый узорами, надписями и рисунками. Из дальнего угла доносилась бодрая музыка.

– Здесь мы устраиваем праздники Дома и отмечаем дни рождения студентов, – пояснил Нил. – Если пройти вон в тот коридор и подняться по лестнице, попадёшь в мужское крыло Дома. Там спальни, душевые и даже небольшой зал для тренировок. А тут – женское крыло, – он указал влево и бодро направился в ту сторону. – Лавиния, скорее всего, у себя. Попробуем войти.

Женское крыло скрывала массивная дверь, обитая красным бархатом. Там, где должна быть ручка, находилась золотистая рама, обрамляющая тёмный квадрат. Нил взял мою руку и приложил к квадрату – он был холодным на ощупь. Раздался хлопок, и дверь со скрипом открылась.

– Одному мне сюда нельзя, а с девушкой – пожалуйста, – усмехнулся Нил.

Мы вошли в длинный коридор, вдоль которого тянулись десятки дверей. В конце коридора была пустая стена с ещё одним изображением Рухильда Станеброда. На этот раз Великий был запечатлён в позе медитации, игриво приоткрыв один глаз.

Навстречу нам то и дело выходили девушки, и, судя по их реакции, присутствие Нила в женском крыле их только радовало. Каждая приветствовала его с улыбкой, некоторые бросали шутливые замечания, отчего он ещё шире улыбался. Девушки флиртовали с ним, спрашивали, как продвигается ярмарка, и поддразнивали, интересуясь, вернётся ли он ещё. Нил же у каждой уточнял, где найти Лавинию, смеясь и благодарно кивая на каждую подсказку, пока мы двигались дальше.

Наконец, одна из девушек посоветовала поискать Лавинию на чердаке.

– Точно! Где же ещё быть этой ненормальной?

– Ненормальной? – осторожно уточнила я, шагая за ним по коридору.

Но Нил промолчал, продолжая уверенно идти вперёд.

На чердак вела крутая лестница, спрятанная за бюстом Станеброда. Поднявшись наверх, я огляделась: чердак напоминал настоящую свалку. Здесь были ящики с разобранными механизмами, старая мебель, колёса, стеклянные колбы, погнутые куски железа и мешки с разноцветными камнями. Всё это громоздилось у стен, а некоторые предметы угрожающе нависали над головой. Нил уверенно пробирался сквозь завалы, ловко огибая груды вещей и перешагивая через разбросанный хлам.

– Вот ты где, – протянул Нил, останавливаясь.

Я не успела затормозить и врезалась ему в спину, после чего выглянула из-за его плеча.

Между двумя старыми шкафами был натянут гамак, в котором лежала старшекурсница. Её длинные ноги были задраны вверх, а голова свисала вниз, так что копна серо-белых волос касалась пола при каждом раскачивании. Глаза у неё были закрыты, а ярко накрашенные губы плотно сжаты. Она приоткрыла один глаз, а затем и второй, не переставая покачиваться вниз головой. Её глаза были разного цвета.

– Фэлвинор? А кто это с тобой? – с любопытством спросила Лавиния.

– Первокурсница и моя подруга – Тэйша Адим.

– Адим, Адим, – несколько раз повторила она, продолжая раскачиваться. – И зачем ты привёл ко мне неизвестную Адим?

– У неё сложности с Говорящей Головой, – объяснил Нил. – Нужно изменить характер и голос.

– Вот как, – протянула Лавиния. – Фэлвинор не хочет пачкать ручки и просит помощи. Забавно. Да, я могу это сделать. Но мне нужно кое-что взамен.

– Что же тебе нужно?

– Одолжение всего лишь, – протянула Лавиния, зажмурившись. – Я сделаю одолжение твоей подруге, а она отплатит мне тем же.

– А если конкретней?

– Всему своё время, – хохотнула Лавиния, приоткрыв один глаз. – Время одолжения ещё не пришло. Если Адим согласна, пусть даёт свою Голову.

После этих слов она вдруг начала мычать, словно полностью утратив к нам всякий интерес.

Я вопросительно посмотрела на Нила.

– Не представляю, что она попросит взамен, – честно сказал он. – Может, вообще забудет, конечно.

Лавиния тут же протянула руку и щёлкнула пальцами. Подумав, я передала ей Голову. Уж как-нибудь разберусь с этим одолжением…

– Это не займёт много времени, – пропела она. – Не пяльтесь и подождите за шкафом.

– Она всегда такая? – прошептала я, следуя за Нилом.

– Нет. Бывает куда хуже. Но Лавиния – экселлар, – Нил замолчал и посмотрел на меня с любопытством.

– И что мне должно сказать это слово? – нахмурилась я.

– У неё… особые умения, – улыбнулся Нил. – Так что не волнуйся, она справится наилучшим образом.

– Спасибо тебе.

– Да брось. Ради… соседки и не такое сделаешь. Кстати, о помощи… – Нил замялся. – Тэйша, я собирался поговорить с тобой вечером, но раз уж ты здесь… Мне тоже нужна твоя помощь.

– Что случилось? – насторожилась я.

– Это важное дело. Даже секретное, я бы сказал…

– Эй, вы там, за шкафом? – донёсся голос Лавинии. – Голова готова! Она больше не Табрис Гуа.

– Это касается…

– Голова готова! – прокричала Лавиния. – Голова готова! Голова готова!

Нил закатил глаза и вышел из-за шкафа. Лавиния всё так же раскачивалась в гамаке.

– Голова готова! – снова выкрикнула она и тут же бросила её в мою сторону.

Разумеется, я не успела поймать. Голова улетела в груду тряпья позади меня. Вздохнув, я отправилась её искать. К счастью, долго рыться не пришлось – кусок пластилина смотрел на меня из пустой коробки.

– Расписание на завтра? – спросила я, решив сразу проверить Голову.

– Утром основы безопасности, – отозвалась Голова бесполым голосом. – После обеда – фармакология. Номера учебных корпусов будут известны завтра.

– Сработало! – радостно обернувшись, я улыбнулась Нилу.

– Можно было и не сомневаться, – протянула Лавиния, подметая пол своими волосами. – Фэлвинор, а она красивая. Давно вы вместе?

Нил тут же кашлянул в кулак, явно пытаясь скрыть улыбку.

– Мы с Тэйшей просто соседи, – наконец соизволил он внести ясность.

– Ах вот как? – протянула Лавиния с усмешкой. – Тогда советую Адим присмотреться к другим парням из нашего Дома. Они у нас все талантливые… особенно руками. Хотя, может, и не такие ловкие, как твой сосед Фэлвинор.

– Идём, – фыркнул Нил, слегка подтолкнув меня в спину.

– Фэлвинор, если ты продолжишь в том же духе, то тебе останется только…

Окончание фразы я не услышала, потому что Нил с шумом захлопнул дверь чердака.

Погружённый в свои мысли, Нил проводил меня к выходу из Дома. Уже на крыльце я вдруг вспомнила, что он хотел о чём-то меня попросить.

– Нил, ты не договорил насчёт секретного дела…

– Ты сможешь заглянуть после полуночи в седьмую комнату мужского крыла в вашем общежитии? – тихо спросил он. – Там всё обсудим спокойно. Этот вопрос не для лишних ушей.

– Хорошо, – кивнула я. – И спасибо ещё раз за Голову.

Нил кивнул и поспешно скрылся за дверью.

Я шла в общежитие в приподнятом настроении – моя Голова работала, как надо! По пути она выдала мне расписание на всю неделю. Решив не останавливаться, я стала расспрашивать её и о занятиях на следующей.

Когда я зашла внутрь, заметила Цодрика, который был увлечён раскладкой небольших крылатых мячей на своём столе. Он любовно осматривал каждый из них и расправлял механические крылья. Я уже направлялась к лестнице, когда раздался резкий хлопок, заставивший меня обернуться.

Мячи, гремя металлическими крыльями, поднялись в воздух и замерли перед Цодриком, который теперь водрузил на нос огромные очки в золотой оправе. Ещё один хлопок – и на каждом мяче вдруг появились глаза.

– Ступай к себе, Адим, – гнусаво провозгласил он. – Скоро мои глаза разлетятся по всему общежитию! Пока вы, первокурсники, будете спать в тёплых постелях, я, управляющий, буду нести службу во имя законов школы!

Пробормотав себе под нос ругательство, я поспешила наверх. Только глаз Цодрика мне и не хватало в ночь, когда нужно нарушить правила. Войдя в комнату, я рухнула на кровать и шумно вздохнула.

– Начало многообещающее, – усмехнулась Зэлла, откладывая книгу. – Не удалось починить Голову?

– С Головой всё в порядке, – ответила я.

– Тогда что?

– Нил попросил о помощи. Подробности он расскажет сегодня после полуночи… в комнате номер семь… мужского крыла.

– Так, – протянула Зэлла, внимательно глядя на меня.

– Проблема в том, что туда нужно пробраться незаметно, а Цодрик собирается запустить по этажам летающие мячи с глазами. Ты знала об этом артефакте?

– Ага. Тинаш рассказывал, – ответила Зэлла, взглянув на часы.

– Поможешь? – вздохнула я. – Прикроешь, если что?

– Ещё спрашиваешь, – усмехнулась Зэлла. – Конечно, прикрою.