Читать книгу Чувства вне закона - Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 3

Всё вокруг было слишком белым. Потолок, стены. Простыни, халаты медсестёр. Белое и чистое.

Всё, кроме меня.

Я не могла вспомнить, как именно очутилась в больнице. Последнее, что я помнила – это сильный дождь, его холодные мокрые капли, стекающие по волосам.

А ещё шаги. Глухие тяжёлые шаги позади меня. Рука, зажимающая мне рот. И боль. Тупая невыносимая боль.

А потом – темнота. Память блокировала ненужные воспоминания, пытаясь заменить их пустотой.

Теперь я лежала на больничной кровати. Глаза были открыты, но я не видела ничего перед собой. Только белый цвет.

– состояние стабильное

– вкололи успокоительное

– хорошо, что она жива

– повезло, что тяжёлых травм нет

Повезло?

Теперь это называется везением? Может быть, назвать это счастьем?

Я медленно повернула голову. На тумбочке стоял пластиковый стакан с водой, но дотянуться до него я не могла – руки были привязаны по бокам. Очевидно, я вела себя неспокойно, раз они пошли на крайние меры.

Рядом со стаканом – упаковка салфеток и мой телефон с разбитым экраном.

– Вы очнулись? – раздался мягкий голос. – Аврора, как вы себя чувствуете? Вы можете двигаться? Говорить?

Я кивнула, не зная, на какой именно вопрос отвечаю согласием. Возможно, на все сразу.

– Я развяжу вам руки, – продолжал врач. – Обещайте, что не навредите себе.

Снова кивок. Навредить себе? У меня не было на это никаких сил. Почувствовав, как руки становятся свободными, я подняла их, покрутив перед глазами. Под ногтями – грязь. Маникюр испорчен. На пальцах – остатки крови. Моей?

Или его? В памяти всплывают попытки его оцарапать Попытки защититься.

И только тогда меня накрывает.

Не постепенно, не медленными волнами. А сразу. Отчаянно и беспощадно.

Я вспоминаю запах его дыхания – смесь табака и дешёвого алкоголя. Вспоминаю его руки, грубо зажимающие мой рот. Вспоминаю его противный шёпот: «Ты такая красивая и послушная Особенно, когда молчишь». Я вспоминаю, как пыталась закричать, но горло сковала боль, а голос будто вырвали из него, лишая меня возможности заговорить.

Я вспоминаю, как умоляла его остановиться, как просила: «Пожалуйста».

И его смех. Грубый, утробный. Громкий. Надменный.

– Нет – вырывается из меня хрипло. – Нет, пожалуйста, нет! Выключите это! Уничтожьте эти воспоминания! Пожалуйста, уберите! Остановите этот кошмар!

Я вскакиваю с кровати, но ноги подкашиваются. Врач крепко сжимает меня, пытаясь уложить обратно.

И я снова кричу – потому что его прикосновения напоминают мне о нём. Я хватаю себя за волосы, пытаясь вырвать их, причинить себе боль и выбить воспоминания из своей головы.

– Аврора! – громко зовёт меня медсестра. – Успокойся! Ты делаешь только хуже, – она кивает врачу, и он, крепко зажимая мои руки, вкалывает мне лекарство.

Сопротивляться становится труднее, кричать «отпустите» тоже. Я погружаюсь в спасительный сон. В нём нет боли и страха. В нём есть Джулиан. Он улыбается, но почему-то стоит далеко от меня. Не произнося ни слова, смотрит в мои глаза. В его руках кольцо – оно блестит под лучами солнца. А потом он швыряет его куда-то далеко и заливисто смеётся.

Я снова просыпаюсь в холодном поту, но уже не кричу. Просто лежу и рассматриваю потолок. В палате я одна. Тишина обволакивает, даёт надежду. Но из глаз предательски текут слёзы. Моё тело больше мне не принадлежит. Оно предало меня. Оно позволило сломаться.

Его уничтожили. И теперь я должна с этим жить.

** ** **

На следующий день я снова проснулась с болью. На этот раз болела не только душа, болело всё тело. Каждый его участок, которого касался этот мерзавец. Слёз, кажется, уже не осталось. А кричать не хватало сил. Врачи проверяли моё состояние каждые полчаса, а потом, переглянувшись, сказали, что ко мне должен зайти психолог. И полицейский. Мне нужно было дать показания для возбуждения уголовного дела. А это значило лишь одно – мне снова нужно было вспоминать тот кошмар.

Почему нельзя просто забыть о том, что произошло? Закрыть глаза и открыть их уже в другом мире. В том, в котором я не была жертвой. А была собой

В дверь палаты постучали. А спустя несколько секунд едва слышно её открыли.

В горле застрял ком, потому что на пороге стоял Джулиан. Неуверенно переминался с ноги на ногу. В руках – букет роз. В глазах – испуг. Но хуже всего то, что он стоял, не делая попыток подойти ко мне ближе.

Я боялась произнести даже слово «привет». Боялась заговорить, потому что любые слова сейчас были ненужными.

– Как ты? – тихо спросил Джулиан дрожащим голосом.

Я по-прежнему молчала. Как ответить ему на этот вопрос? Хорошо? Жива? Сломана? Что сказать человеку, который с надеждой смотрит на тебя, надеясь, что всё это ложь? Он ещё надеялся, а я уже знала – надежд нет. Моя жизнь никогда не станет прежней.

– Я не знал, что делать, – снова попытался заговорить он. – Я звонил тебе несколько раз, но твой телефон молчал. Потом со мной связалась полиция Аврора, они сказали, что

Он шумно выдохнул и сделал несколько шагов вперёд, подходя ко мне ближе. Я инстинктивно отвернулась. Смотреть в его глаза было просто невыносимо.

– Это правда? – Джулиан задал этот вопрос таким тоном, которого я никогда раньше не слышала. В нём было что-то новое, но что именно я пока не могла понять. Поэтому лишь кивнула – какой смысл врать? Он и так знает, что со мной случилось.

Знает, но всё же пришёл сюда. Несмотря на то, что ему должно быть тоже больно Слёзы вновь подступили к глазам, а вместе с ними подкрадывался очередной нервный срыв.

– Аврора – прошептал Джулиан где-то совсем рядом. Его слова буквально физически коснулись моей кожи, покрывая её мурашками. – Я люблю тебя, ты же знаешь? Но я не знаю, смогу ли

– Сможешь что? – я резко повернулась к нему. Сердце замерло и перестало биться.

– Смогу ли я смотреть на тебя так же, как смотрел раньше. Смотреть и видеть Вспоминать. Понимать, что с тобой случилось

В комнате внезапно стало холодно. К горлу подступил ледяной ком.

– Ты пришёл ко мне, чтобы сказать мне, что я теперь не та? Не та, кем была раньше?

Джулиан опустил взгляд, с интересом рассматривая больничный пол.

– Я не виню тебя. Ни в чём Но сейчас я чувствую беспомощность. Как будто у меня отобрали то, что я так долго строил. Я не знаю, как себя вести, что говорить

– Отобрали У тебя? – тихо спросила я. – А точно не у меня? Джулиан, сейчас мне слишком трудно вести с тобой беседу. И тем более утешать Но всё придёт в норму. Я люблю тебя, – кажется, мой голос звучал слишком жалобно. – И я по-прежнему хочу за тебя замуж. Хочу красивую свадьбу Надеть платье, которое мы выбирали вместе. Хочу уехать с тобой подальше отсюда Я хочу, чтобы всё было как раньше!

Мой голос всё же сорвался, и я закусила губу, стараясь не заплакать вновь. Не сейчас и не перед ним. Но Джулиан молчал. И его молчание было краше любого ответа.

– Я всё поняла. Уходи, – попросила я, отворачиваясь. И надеясь, что он всё же не уйдёт. – Уходи, Джулиан. Я больше не твоя Аврора. Не та девушка, которую ты любил. И я вижу по твоим глазам, что ты не сможешь. А я должна выбраться из этого ада. И мне не нужен рядом человек, который будет обратно меня в него заталкивать.

Он не ответил. Молча положил букет на подоконник и вышел из палаты.

Он оставил меня одну. Не задавал вопросов, не пытался помочь. Мы могли бы справиться с ним вместе. Могли бы пережить это, попробовать начать всё с нуля. Но он сделал свой выбор – уйти. Уйти и не оборачиваться. Оставить меня с моей болью, потому что теперь я не только жертва. Я грязная. И даже горячий душ не смоет с меня эту грязь.

Ничто не смоет этот позор. На мне клеймо. На всю жизнь.

Вечером я позвонила Кире, лучшей подруге. Хотела услышать её голос Убедиться в том, что жизнь снаружи продолжается. Что у меня есть поддержка извне. Но она не взяла трубку. А позже прислала короткое сообщение, что занята и не может говорить.

Мой лучший друг Пол тоже молчал.

И я сделала свои выводы – они оба знают. От Джулиана или от кого-то ещё. Но точно знают.

И они не хотели говорить со мной. Как будто я была заразна. Как будто моё горе – это болезнь, которая может перейти на них.

Но я не была заразной. Возможно, расколотой на мелкие кусочки и потерянной – да.

Но всё же я была живой. И по-прежнему хотела жить. Жить и бороться за своё право на счастье. Право, которого меня лишили без моего согласия.

Я осторожно встала с постели и подошла к зеркалу – в глазах пустота. Волосы растрёпанные, лицо бледное. За дверью – мир, который остался тем же. Со своими бедами, проблемами. Со своими счастливыми минутами.

Но внутри меня – боль, которая не отпустит. Но я должна двигаться дальше. Потому что у меня нет другого выбора.

Даже если от меня отвернётся весь мир. Даже если я останусь одна, я не исчезну.

Моё имя Аврора Харт. И я так просто не сдамся.