Читать книгу Журавлёнок. Исповедь женщины, которая научилась летать - Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 5

Лето пахло земляникой и нагретой смолой. Я просыпалась от первого луча, который пробивался сквозь щель в занавесках, и сразу вспоминала, что сегодня начинается что-то новое и важное. Мне было двенадцать, и впереди ждало целое лето, которое я проведу не в гамаке с книжкой, а на настоящей работе.

Мама договорилась с воспитательницей в детском саду. Меня взяли нянечкой. Причём определили не в лёгкую группу, а в младшую, самую хлопотную, где работы всегда невпроворот. Мама специально просила поставить меня туда, где сложнее. Пусть учится заботиться о малышах и не боится трудностей.

Честно признаться, тогда я немного обижалась. Подружки беззаботно отдыхают, купаются в речке, гоняют на велосипедах, а я должна вставать ни свет ни заря и тащиться в этот садик. Однако мама знала, что делала. Она всегда знала.

Запах детского сада навсегда врезался в память. Молочная каша, хлорка, свежевыстиранное бельё и ещё что-то неуловимо детское, тёплое, родное. Маленькие ручонки тянулись ко мне, детский смех и слёзы, которые нужно вытереть, успокоить, пожалеть. Я раздавала кашу, заправляла кроватки, вытирала носы, читала книжки перед тихим часом.

Самое трудное было укладывать малышей. Они капризничали, не хотели спать, плакали по маме. Я садилась рядом с кем-нибудь из них, гладила по голове и тихо напевала. Постепенно все затихали, и в группе наступала та особенная тишина, которая бывает только в детском саду после обеда.

Эта работа воспитала во мне терпение, ответственность, умение быть нужной. И ещё удивительную радость отдавать. Когда малыш, который полдня ревел и звал маму, вдруг улыбался тебе и тянул ручонки, внутри разливалось такое тепло, что никакие подружкины развлечения не могли с ним сравниться.

Позже, когда подросла, я трудилась на заводе. Там всё было по-взрослому: цеха, станки, строгие наставники. Сортируй, помогай, успевай, не отставай. Руки гудели, ноги уставали, но гордость переполняла. Я зарабатывала сама.

В школе нас, девочек, обучали машинописи. В те времена это считалось обязательным. Мальчики осваивали автомобиль, девочки — печать. Мы сидели в специальном кабинете за тяжёлыми чёрными машинками. Клавиши давили туго, приходилось прилагать усилие. Учительница неумолимо требовала смотреть на текст, а не на клавиши. Пальцы должны запоминать. Мы старались, стучали, ошибались, начинали заново. К окончанию курса я печатала вслепую довольно быстро. Этот навык не раз выручал потом в институте и на работе.

Первую зарплату невозможно забыть. Свои кровные, заработанные собственным трудом. Помню, как стояла в магазине канцтоваров, выбирая новые ручки, тетради, карандаши. Такие простые вещи, а сколько счастья. Маме я купила духи, она их очень любила. А себе взяла пирожное, самое вкусное в мире, потому что заслуженное.

В тот вечер я пришла домой уставшая, но невероятно счастливая. Поставила перед мамой коробочку с духами и сказала:

— Это тебе.

Она посмотрела на меня, и в глазах у неё блестели слёзы.

— Ты у меня такая молодец, — сказала она.

Я запомнила этот взгляд на всю жизнь.

Родители научили главному: труд облагораживает. В любой работе нет ничего постыдного, если делать её с душой. Привычка не ждать подачек, а зарабатывать самой осталась со мной навсегда.

Сейчас, вспоминая то лето в детском саду, я понимаю, что мама подарила мне нечто большее, чем просто опыт работы. Она подарила мне понимание, что я могу, что я справлюсь, что я нужна. И это понимание греет меня до сих пор.

Практика. Монета

Найди в своём кошельке или в доме монету любого достоинства. Рассмотри её внимательно. Потрогай, почувствуй вес, разгляди цифры, буквы, рисунок. Теперь положи монету на открытую ладонь и закрой пальцы. Представь, что это не просто монета. Это твоя первая зарплата. Та самая, которую ты заработала сама. Подержи её так минуту. А потом переложи в другую руку. И ещё раз. О чём ты думаешь? Какие чувства поднимаются? Теперь убери монету. Пусть лежит в кошельке и напоминает: ты можешь.