Читать книгу Кататимно-имагинативная терапия. Работа со страхом (Части 3 и 4) - Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 9

Каждому человеку знакомо чувство, когда хочется закрыть дверь, остаться одному, побыть в тишине, где никто не тревожит. В детстве это мог быть уголок за шкафом, домик из одеял, чердак, куда никто не забирался. Во взрослой жизни это своя комната, свой дом, место, где можно снять маску, перестать контролировать каждое слово и движение, просто быть. Это потребность не в изоляции, а в пространстве, где можно восстановить силы, переварить впечатления, собраться с мыслями.

Без такого пространства человек живёт на виду, в постоянном напряжении, не имея возможности ни расслабиться, ни почувствовать себя в безопасности. Он всегда «на сцене», всегда готов к вторжению, всегда должен быть настороже. Хроническое отсутствие убежища — это хроническое состояние боевой готовности, которое истощает психику не меньше, чем постоянная угроза.

У клиентов с дефицитом Эго образ убежища либо отсутствует вовсе, либо разрушен, либо не вызывает чувства безопасности. В диагностических мотивах это проявляется в невозможности найти на лугу место, где можно остановиться, в ощущении, что «везде одинаково», «негде спрятаться». В реальной жизни это проявляется в трудностях с отдыхом, в невозможности расслабиться даже в собственной квартире, в ощущении, что «никогда не могу выдохнуть». Убежище — это не просто место. Это внутренняя структура, которая позволяет человеку быть в контакте с миром, не растворяясь в нём, и быть наедине с собой, не впадая в панику от одиночества. Мотив «Убежище» создаёт возможность для формирования этой структуры — не в теории, а в образе, который можно войти, осмотреть, обустроить, сделать своим.

Мотив «Убежище» позволяет клиенту найти или построить пространство, где он может чувствовать себя в абсолютной безопасности. В отличие от мотива «Граница», который создаёт разделительную линию, «Убежище» создаёт объёмное, трёхмерное пространство, которое можно наполнить собой. Для одного клиента это будет крепость с толстыми стенами и подъёмным мостом. Для другого — лесная хижина, где пахнет деревом и слышно, как шумят листья. Для третьего — облачный замок, парящий высоко над землёй, куда никто не может добраться. Для четвёртого — подземное убежище, глубоко под землёй, где тихо, темно и надёжно. Важно, что клиент сам выбирает образ, сам решает, каким будет его убежище. Терапевт не навязывает, не подсказывает, а только помогает развернуть то, что уже есть, или создать то, чего не хватает.

Алгоритм ведения мотива «Убежище» начинается с подготовительного этапа, на котором терапевт проверяет актуальное состояние клиента и убеждается, что тот находится в ресурсном состоянии, способен к формированию образа и сохранению контакта. Если клиент уже работал с мотивом «Граница», терапевт может предложить опереться на уже созданную границу: «Вспомни ту границу, которую ты создал. А теперь представь, что внутри этой границы ты можешь найти или построить место, где ты будешь чувствовать себя в полной безопасности». Если работа с «Границей» ещё не проводилась, терапевт начинает с луга или другого ресурсного места. Инструкция: «Представь, что где-то рядом с тобой есть место, где ты можешь чувствовать себя в полной безопасности. Это может быть любое место — дом, хижина, пещера, что угодно. Ты можешь найти уже готовое убежище или построить его сам. Посмотри, какое оно».

Процесс развёртывания образа начинается с внешнего осмотра убежища. Терапевт задаёт вопросы: «Где находится это убежище? Как оно выглядит снаружи? Из чего оно сделано? Есть ли у него стены, крыша, дверь, окна?» Важно, что клиент сам определяет все характеристики. Если клиент говорит «дом», терапевт уточняет: «Какой это дом? Большой или маленький? Из дерева или из камня? Есть ли вокруг него забор?» Если клиент говорит «пещера», терапевт спрашивает: «Где вход? Глубоко ли она? Есть ли там свет?» Если клиент затрудняется, терапевт предлагает самые простые варианты: «Может быть, это будет шалаш из веток? Или углубление в земле?» Главное — чтобы образ возник и клиент мог его удержать.

После внешнего осмотра терапевт предлагает войти внутрь: «А теперь войди внутрь. Что ты видишь? Что там есть? Что ты чувствуешь, находясь внутри?» Если внутри пусто, терапевт помогает обустроить пространство: «Что бы ты хотел там видеть? Что тебе нужно, чтобы чувствовать себя уютно? Может быть, кресло, в котором можно отдохнуть? Может быть, одеяло, в которое можно укутаться?» Обустройство убежища — это важный этап, в котором клиент наполняет пространство своими смыслами, делает его действительно своим. Терапевт не навязывает детали, а только задаёт вопросы, помогая клиенту развернуть образ.

Исследование и уточнение образа направлены на то, чтобы клиент мог не только увидеть убежище, но и почувствовать его как реальное, действующее пространство. Терапевт предлагает: «Попробуй дотронуться до стен. Какие они на ощупь? Тёплые или холодные? Шершавые или гладкие?» «Прислушайся к звукам. Что ты слышишь? Тишину? Шум ветра снаружи? Свой голос?» «Почувствуй запахи. Чем пахнет внутри? Деревом, землёй, чем-то знакомым и приятным?» Чем больше сенсорных деталей клиент добавит, тем более реальным и устойчивым станет образ. Это важно, потому что именно телесная, сенсорная закреплённость делает убежище ресурсом, а не просто картинкой.

Важным этапом является проверка убежища на прочность и безопасность. Терапевт предлагает клиенту представить, что он находится внутри, и спрашивает: «Чувствуешь ли ты себя здесь в безопасности? Что нужно добавить, чтобы чувство безопасности стало полным?» Если клиент сообщает о сомнениях, терапевт помогает укрепить убежище: «Что можно сделать, чтобы стены стали прочнее? Нужно ли добавить дверь, замок, стража?» Если клиент говорит, что убежище «прозрачное», «все видят», терапевт предлагает добавить шторы, сделать стены непроницаемыми. Если убежище кажется слишком маленьким, тесным — расширить. Важно, что все изменения инициируются клиентом, а не навязываются терапевтом.

Клинический пример: Клиентка 29 лет с паническими атаками и страхом замкнутого пространства. В мотиве «Убежище» она не могла найти место, где чувствует себя в безопасности. Дом казался «душным», пещера — «страшной», лесная хижина — «ненадёжной». После исследования выяснилось, что она боится оказаться в ловушке, не иметь возможности выйти. Терапевт предложил: «Какое убежище даст тебе чувство безопасности и при этом возможность выйти в любой момент?» Клиентка выбрала дерево — большое, старое, с густой кроной. Она могла сидеть на ветке, спрятавшись в листве, и в любой момент спуститься вниз. Это стало её убежищем — не изолирующим, а дающим опору и обзор. Через несколько сессий она смогла войти в дом, зная, что у неё есть «дерево безопасности», к которому можно вернуться.

Особое внимание в мотиве «Убежище» уделяется работе с фобиями. Для клиента с фобией убежище должно быть абсолютно непроницаемым для фобического объекта. Если клиент боится пауков, стены должны быть такими, чтобы паук не мог проникнуть — ни через щель, ни через окно, ни через дверь. Если клиент боится высоты, убежище должно быть расположено на земле, с надёжным фундаментом. Если клиент боится замкнутого пространства, убежище должно иметь несколько выходов, быть просторным, с большими окнами. Терапевт помогает клиенту детализировать защиту: «Какие стены не пропустят паука? Нужна ли москитная сетка на окнах? Как сделать дверь, чтобы он не мог открыть её?» Клиент сам находит решения, терапевт только задаёт вопросы.

В работе с фобиями особенно эффективен образ «Подземное убежище» — безопасное пространство глубоко под землёй, где тихо, темно и надёжно. Этот образ парадоксальным образом работает даже с клаустрофобией, потому что подземное убежище воспринимается не как ловушка, а как защищённое, изолированное, абсолютно безопасное место. Важно, что клиент сам выбирает этот образ, а не получает его от терапевта. Терапевт может спросить: «Какое место было бы для тебя самым безопасным? Где никто и ничто не может тебя достать?» Иногда ответом становится «под землёй», «в глубокой пещере», «в бункере». Это не победа фобии, а создание опоры, с которой можно начинать работу.

Клинический пример: Клиент 38 лет с клаустрофобией и паническими атаками в лифте. В мотиве «Убежище» он построил подземный бункер с толстыми бетонными стенами, герметичной дверью и системой вентиляции. На вопрос, не пугает ли его замкнутость, он ответил: «Здесь я сам решаю, когда открыть дверь. В лифте я не решаю». Ключевым отличием стало наличие контроля. В процессе работы терапевт предложил представить, что бункер имеет несколько выходов, которые клиент может открыть по желанию. Это усилило чувство контроля. Через несколько сессий клиент смог войти в лифт в образе, зная, что у него есть убежище, куда можно вернуться. Постепенно он научился переносить это чувство контроля в реальность.

Завершение работы с мотивом «Убежище» происходит после того, как клиент убедился в надёжности убежища и почувствовал себя внутри в безопасности. Терапевт предлагает: «Останься в своём убежище столько, сколько тебе нужно. Запомни это ощущение — ощущение, что у тебя есть место, где ты в полной безопасности. Ты можешь вернуться сюда в любой момент, когда почувствуешь, что это нужно». Затем терапевт постепенно возвращает клиента в реальность: «А теперь медленно, в своём темпе, возвращайся в эту комнату. Почувствуй свои стопы на полу, своё тело на стуле, своё дыхание. Когда будешь готов, открой глаза». Важно, что клиент уносит с собой не просто образ, а телесно закреплённое ощущение убежища, к которому он может обратиться самостоятельно.

Клинические маркеры успешного выполнения мотива «Убежище» включают способность клиента сформировать устойчивый образ убежища, войти в него и чувствовать себя внутри в безопасности. Клиент может описать убежище снаружи и внутри, добавить детали, которые делают пространство уютным и защищённым. При проверке на прочность убежище не разрушается, не проницаемо для угроз. Клиент может выйти из убежища и вернуться, сохраняя чувство безопасности. После завершения мотива клиент может вернуться в реальность без остаточного напряжения, с ощущением внутренней опоры.

Признаки дефицита в выполнении мотива «Убежище» включают невозможность найти или построить убежище, образ распадается, не вызывает чувства безопасности. Клиент может войти в убежище, но чувствует тревогу, не может расслабиться. Убежище может быть проницаемым для угроз, не защищать. Клиент может не мочь выйти из убежища или не мочь вернуться. После завершения мотива остаётся ощущение незавершённости, тревоги, незащищённости. В этих случаях терапевт не переходит к следующим мотивам, а продолжает работу с «Убежищем», возможно, возвращаясь к мотиву «Граница» для укрепления основы.

Типичная ошибка начинающих терапевтов: стремление сделать убежище «идеальным» — красивым, уютным, эстетичным. Терапевт может начать предлагать детали: «Может быть, добавить ковёр? Может быть, картину на стену?» Это навязывает клиенту чужой образ и отвлекает от главного — чувства безопасности. Убежище не должно быть красивым. Оно должно быть безопасным. Для одного клиента безопасность — это бетонные стены и железная дверь. Для другого — мягкое кресло и плед. Терапевт не оценивает и не корректирует. Вопрос только один: «Ты чувствуешь себя здесь в безопасности?» Если да — убежище выполнено свою функцию.

Другая частая ошибка: проверка убежища на прочность путём введения угрозы. Терапевт может сказать: «Представь, что снаружи пытается войти монстр. Что происходит?» Это не проверяет убежище, а создаёт угрозу там, где её могло и не быть. Клиент, который только начал чувствовать себя в безопасности, получает подтверждение, что мир опасен, и что даже в убежище нужно быть настороже. Правильная стратегия: не вводить угрозу. Если клиент сам говорит: «А что, если кто-то попытается войти?», терапевт помогает укрепить убежище: «Что нужно добавить, чтобы ты знал, что никто не войдёт, если ты этого не захочешь?» Провокация угрозы — это ошибка, которая разрушает доверие и безопасность.

Третья частая ошибка: игнорирование выхода. Терапевт, озабоченный защитой, может создать образ убежища, из которого трудно выйти — с тяжёлой дверью, с замком, который сложно открыть. Это может спровоцировать у клиента страх оказаться в ловушке, особенно если у него есть клаустрофобические тенденции. Важно исследовать, есть ли в убежище выход, может ли клиент выйти, когда захочет, что он чувствует, когда выходит. Граница и убежище — это не тюрьма. Это место, куда можно войти и из которого можно выйти по собственному желанию. Возможность выхода так же важна, как и возможность защиты.

Варианты образов в мотиве «Убежище» имеют разное диагностическое и терапевтическое значение. Крепость с высокими стенами, рвом, подъёмным мостом указывает на потребность в сильной, хорошо укреплённой защите, часто у клиентов с опытом нарушения границ. Дом — наиболее распространённый образ, его состояние (целый, разрушенный, заброшенный) отражает состояние внутренних опор. Лесная хижина, убежище в корнях старого дерева указывают на стремление к естественности, простоте, близости к природе. Пещера с защитником (часто медведь, лев, дракон) символизирует глубокую, архаическую защиту, где страж — это внутренняя сила, которой клиент доверяет.

Облачный замок, парящий высоко над землёй, указывает на потребность в отстранении, изоляции, недосягаемости. Это может быть как ресурсом (способность отключиться от тревожных стимулов), так и защитой, за которой стоит страх контакта. «Подземное убежище» — безопасное пространство глубоко под землёй, где тихо, темно и надёжно, — часто выбирают клиенты с высоким уровнем тревоги, которым трудно чувствовать себя в безопасности на поверхности. Важно, что этот образ не является «регрессивным»; он даёт ощущение фундаментальной защищённости, которое может стать основой для дальнейшего расширения. Терапевт не оценивает «правильность» образа, а только помогает клиенту сделать его максимально устойчивым и безопасным.

Завершая рассмотрение мотива «Убежище», необходимо подчеркнуть, что он является следующим шагом после создания границы. Граница даёт маркер «своё versus чужое». Убежище даёт пространство, где это «своё» можно обустроить, наполнить собой, сделать местом восстановления сил. Без убежища человек остаётся в постоянном напряжении, даже если у него есть граница. Без границы убежище может оказаться не защищённым от вторжения. Вместе они создают основу, на которой можно строить всё остальное — инструменты, союзников, источники силы, позицию контроля. Клиент, который смог найти или построить своё убежище, почувствовать себя в нём в безопасности, получает не просто ресурс, а внутреннюю структуру, которая поддерживает его в любых ситуациях. Это то место, куда он может вернуться, когда сталкивается с трудностями, и откуда он может выйти, чтобы действовать. Без этого места любая активность становится рискованной. С ним — возможной и безопасной.